Гарри Снейп и Игрушечный Хогвартс- экспресс

Гарри не удивился, увидев Квиррела, сосредоточенно рассматривающего зеркало. Маг сразу же обернулся и недобро прищурился, увидев его. — А-а-а, П-поттер. Ч-что же ты од-дин пришел? — спросил он. Квиррел все еще немного заикался после случая в лесу. Особенно когда видел Северуса или его настырного приемыша. Оба были упрямыми, непредсказуемыми и в чем-то беспринципными — в общем, на приемного отца мальчишка походил куда сильнее, чем на своих гриффиндорских родителей. — Я не Поттер, я — Снейп, — спокойно уточнил Гарри. Он был готов в любой момент напасть. Все уже давно было просчитано. Две минуты — это максимальное время, которое он сможет выстоять против взрослого волшебника до того, как иссякнут магические и физические силы. Хватит ли этого, чтобы папа и Дамблдор успели хоть что-нибудь предпринять? Вряд ли. Поэтому Гарри лихорадочно пытался сочинить способ запудрить мозги своему врагу, стараясь не думать, что тот старше и, вероятно, умнее, хотя и допускает ошибки. — Экспел… — начал было Квиррел. — Протего, — прошипел Гарри и ушел с линии удара. Двигался он уверенно и очень ловко, заклинания выбирал самые быстродействующие, не давая противнику ни одной лишней секунды, хотя при этом и отнимая у себя последние силы. Отец был бы им доволен — это была самая удачная тактика боя. Вот только никакая тактика не могла компенсировать разницу в силе и опыте. Конечно, держался Гарри не долго. Какое-то проклятие задело по касательной, оставив на плече большой ожог, и Снейп-младший сбился, оступился. Он умел терпеть боль, но не настолько хорошо, чтобы вовсе не замечать ее. И все же Гарри умудрился сильно повредить Квиррелу ногу и подпалить мантию, пусть это и не помогло. — Ничтожес-с-ство… — внезапно прошипел знакомый, десять тысяч раз появлявшийся в страшных снах голос. Один взмах руки и палочка вылетела у Гарри из рук. — Ты не можеш-ш-ш одолеть даже мальчиш-ш-шку, — прошипел голос. Снейп-младший на всякий случай отступил назад, хотя и понимал, что бежать некуда. Квиррел снял с головы тюрбан, и Гарри с ужасом увидел у него на затылке второе лицо. Все это время Волдеморт был рядом, на расстоянии вытянутой руки! И… да, неловко вышло, получается, они с отцом несколько раз приложили Темного Лорда лицом об различные поверхности. А Лорд наверняка злопамятный. — Здравствуйте, — на автомате буркнул мальчик. Это было глупо, но что еще он мог сказать? А говорить надо было, причем желательно без остановки. Настало самое время вспомнить, что он почти гриффиндорец, а значит — не должен бояться и обращать внимание на боль в руке. — С-смелый мальчиш-ш-шка. С-совс-сем как твои родители, — ответил Волдеморт. — Знаеш-ш-ш, что с-случаетс-ся с-с-с такими? Это он зря. Воздух ощутимо завибрировал, стоило взрывоопасному слизеринцу на мгновение утратить контроль над своими эмоциями. Убийца его родителей здесь. Конечно, это опасность и погибель, но с другой стороны… это шанс отомстить этой твари. Может, тогда станет легче. Однако, пока он не в том положении, чтобы угрожать самому Темному Лорду. Нужно выждать момент, и тогда Волдеморт узнает, кто такой Гарри Снейп и почему нельзя его трогать! — Я знаю, что вы меня не убьете, — ответил Гарри, скрестив руки на груди. Его палочка валялась за спиной Волдеморта. То есть за грудью Квиррела, если быть точнее. Терять было уже нечего, оставалось только говорить и не смотреть в глаза Волдеморту, чтобы тот не применил легиллименцию. Гарри пообещал себе, что если выберется из этой комнаты живым и дееспособным, выпросит у отца уроки ментальной защиты, невзирая на все «тебе еще рано» и «ты слишком слаб». — Почему? — спросил Темный Лорд с едва различимым интересом. «Давай же, тварь, тебе любопытно, я знаю», — подумал Снейп-младший. Это было его единственное преимущество. — О, это просто, — Гарри задумчиво прошелся туда-сюда, подбирая слова. — Я нужен вам. Я — ответ на ваш вопрос. Вы ведь столько лет бились над тайной бессмертия, а я выжил под Авадой. Вы хотите знать, как я это сделал. И вы не хотте, чтобы такое случилось вновь. — Глупый мальчиш-ш-шка. У меня будет Филос-с-софс-с-ский камень, на что мне твои с-с-секреты? — Насколько мне известно, камень не спасает от насильственной смерти, — заметил Гарри. Он всеми силами пытался убедить себя, что ничего страшного не происходит, что он разговаривает не с самим Волдмортом, а с одним из своих многочисленных знакомых. Обычный научный спор, ничего больше. Главное не спотыкаться, не позволить голосу дрогнуть. А в кармане лежит ножик для ингредиентов. Крошечный, но зато очень острый. Это, конечно, неприятно, низко и недостойно, но одного быстрого, змеиного движения хватит, чтобы… Нет, слишком рискованно. Время еще есть. — Мне вот что интересно, — начал Гарри. — А вы уже узнали, как приготовить Эликсир жизни? Камень — лишь одна его составляющая, это зелье может состоять из десятка ингредиентов. Вы надеетесь подобрать их или собираешься добраться до Фламеля и заставить его выдать эту тайну? Замечу, что последний вариант… в вашем положении воплотить в жизнь не так уж и просто, потому что Фламель неплохо умеет скрываться и защищаться, а от вашего слуги не так уж много толку. — Я найду другого нос-сителя, — ответил Темный Лорд. — Кс-стати… — Нет, нет, я не могу быть носителем, — Снейп-младший махнул рукой. — Мне всего одиннадцать лет, моё тело будет разрушаться в разы быстрее, да к тому же держать магию под контролем будет проблематично. Магия. Стихийная, неконтролируемая сила, которая всегда грозит вырваться наружу. Гарри надеялся, что Волдеморт не может чувствовать, как он против своей воли ослабляет контроль. Наверное, можно было бы попробовать подойти ближе и устроить выброс. Правда, это скорее всего погубит их обоих. Умереть героем заманчиво, но что-то слизеринец не горел желанием это делать. — Я добуду с-секрет Фламеля любой ценой! — Конечно, — Гарри кивнул. — Простите, а зачем вы пришли сюда, если рецепт самого Философского камня можно было тоже вытрясти из Фламеля? — Ты хочеш-ш с-сказать, что я не прав? — спросил Волдеморт, угрожающе нахмурившись. — Нет. Я убежден, что вы куда умнее и опытнее меня, просто не желаете рассказывать свой план. Это разумно, — мальчик покачал головой и подошел к зеркалу. Темный Лорд следил за его передвижениями с явным напряжением и старался держаться подальше, но Гарри это игнорировал, надеясь усыпить его бдительность. — Значит, это и есть последнее испытание? — Снейп-младший поморщился. — Чудно. И что оно из себя представляет? — Камень с-скрыт в зеркале, — Волдеморт тут же оказался за его спиной и уставился в зеркало, явно что-то замышляя. — А вы уверены? — Гарри развернулся и посмотрел ему в глаза, почувствовав, как замирает сердце. — В смысле, если бы я был Дамблдором, я бы растрезвонил всем, что камень в Хогвартсе, устроил этот фарс с коридором (Дьявольские Силки да тролль — серьезно что ли?), а сам спрятал бы свое сокровище где-нибудь в районе Северного Полюса. К тому же… вы точно знаете, что камень — это камень? Я лично ставлю на то, что Философский камень — не что иное, как просто формула некоего синтетического компонента для зелий. Ведь мы теоретически используем его при изготовлении, а значит, он превращается в иное вещество. То есть для каждой порции зелья нужен свой «камень». По крайней мере я так считаю, — он пожал плечами и аккуратно отошел в сторону, чтобы не вдыхать отвратительный запах этого чудовища. Слизеринец мысленно поблагодарил отца за то, что с детства старался научить тонкостям зельеварческого искусства. Благодаря ему, Гарри хоть и не стал гением Зельеварения, кое-что все-таки понимал, а потому вполне мог поддержать разговор и даже поспорить. — А еще, если бы я был Дамблдором, я бы устроил тут ловушку для вора… — продолжил он и пропустил вдох, пораженный внезапным осознанием. Конечно, ловушка. Известно лишь одно оружие, которое способно уничтожить Темного Лорда — однажды уже уничтожило. Один маг. И он уже здесь — ловушка захлопнулась. Вот только еще узнать бы, как победить Волдеморта! — Впрочем, вряд ли он рассчитывал, что вор будет настолько силен, — вслух продолжил мальчик, надеясь, что Темный Лорд ни о чем не догадывается. Время тянулось ужасно медленно, и ни Дамблдор, ни папа на помощь не спешили. А он изо всех сил старался не подавать виду, что страшно, страшно до одури, и еще надеялся, что разум и хрупкий организм выдержит это испытание. Было бы обидно выдержать Аваду в младенчестве и в одиннадцать умереть от сердечного приступа. Что ж, и слизеринцы умеют быть смелыми, особенно если выбора нет. А еще слизеринцы умеют лгать и выжидать. Гарри был образцовым слизеринцем. *** Северус спокойно бродил по окрестностям Хогвартса и собирал травы. Он и сам не мог объяснить, зачем в тот день отправился на прогулку. Ему не травы нужны были, а одиночество и глоток свежего воздуха, да еще немного времени, чтобы поразмыслить над происходящим. А происходящее ему решительно не нравилось… Он размышлял о Запретном коридоре, о судьбе Гарри и недомолвках директора, когда рядом ни с того ни с сего материализовался Люциус, крепко сжимающий руку Драко. Снейп тут же схватился за палочку по старой привычке. — Что? — напряженно спросил он, в одно мгновение передумав все, что только можно. Люциус подтолкнул Драко вперед. Судя по выражениям лиц обоих Малфоев, случилось нечто из ряда вон выходящее. И Снейп был готов поставить тысячу галеонов на то, что Гарри в этом замешан по самые уши. — Кто-то хочет залезть в тот коридор и украсть сами-знаете-что, — тонким от волнения голосом проговорил мальчик. — Гарри, Рон и Гермиона отправились следом, чтобы его остановить. Мы пытались обратиться за помощью, но нас никто не слушал. — Как давно? — только и смог спросить Северус, уже прикидывая, как будет вытаскивать трех авантюристов из коридора. — Тридцать минут. Я спешил, правда. Переместился порт-ключом домой, мы не могли найти… — начал оправдываться Малфой-младший, его уже трясло от волнения. Люциус успокаивающе погладил сына по голове и нахмурился. Он ждал решения Северуса — все-таки это был его сын. — Так. Я отправляюсь туда. Достаньте Дамблдора хоть из-под земли. И вот что… — Снейп крайне выразительно посмотрел на обоих Малфоев. — Лучше пока о случившемся не распространяться. Директора хватит. Ясно? Люциус не знал всех подробностей произошедшего, но две вещи он прекрасно понял. Во-первых, у Снейпов большие проблемы, а в Хогвартсе затеваются какие-то интриги, совершенно неподобающие учебному заведению. Во-вторых, по итогам этого дня кто-то вполне может оказаться в Азкабане. Лорд Малфой должен был сделать все, что мог. Поэтому он без раздумий доставил сына в мэнор к Нарциссе, чтобы они не позволяли друг другу сходить с ума от беспокойства, а сам отправился прямиком в Министерство. Северус трансгрессировал к границе барьера, после чего полетел к замку. Случайно увидевшие его второкурсники еще долго рассказывали истории об Ужасе, летящем на крыльях ночи посреди дня. Времени на то, чтобы найти Минерву и высказать ей все, что он о ней думает, не было, Снейп сразу же отправился на третий этаж, воспользовавшись никому неизвестным проходом, чтобы сократить путь. Он еще мог бы понадеяться на то, что Гарри заглянул в коридор и сразу же вышел, если бы не знал этого ребенка как облупленного. — Даже не думай, — сказал Северус глядя в глаза Пушку. Тот уже приготовился зарычать, но декан Слизерина и гроза всех неучей начал тихо напевать. Благо, опыт у него был богатый. Слава Мерлину, Пушок, как и маленький Гарри когда-то, не понимал языка этих песен, потому что иначе никто и никогда бы под них не заснул. Северус спустился вниз с помощью левитационных чар, быстро спугнул Дьявольские силки и направился дальше. Увидев дверь, из которой торчал ключ, он удовлетворенно хмыкнул и открыл ее. Конечно. Как он и думал, для Гарри это все сущий пустяк. — Профессор! — воскликнула Грейнджер. Она стояла на коленях рядом с лежавшим без сознания Уизли, была растрепана сильнее обычного и смотрела на Снейпа большими глазами. Северус заподозрил, что еще немного, и девчонка заплачет. — Посмотрите на меня, мисс Грейнджер. Что происходит? — сурово спросил он. Гермиона послушно подняла голову. От того, что она там лепетала, толку было мало, но Северус уже успел воспользоваться легиллименцией и увидеть все, что нужно. Надо же, кто бы мог подумать, что вором посчитают его самого. Бред да и только! Как и все остальное. Не должны нормальные первокурсники выступать защитниками директорского имущества, не должны артефакты, подобные философскому камню, храниться в таком легкодоступном месте! — Простите нас, профессор, — попросила Гермиона. Северус проигнорировал ее, быстро проверил состояние Уизли и нашел, что его жизни ничто не угрожает. Он послал патронуса к Минерве. Это ее подопечные, пусть сама разбирается. — Ждите вашего декана, — приказал Снейп. Гермиона кивнула и, кажется, хотела еще что-то спросить, но он уже пошел вперед, тремя движениями палочки заставив замереть шахматные фигуры. Пройдя мимо тролля, Северус оказался в родной, знакомой до последнего камня комнате. Сколько раз он сюда приходил, чтобы проверить действие чар? Один взмах руки, и пламя, повинуясь своему создателю, исчезло. Снейп поднял палочку и бесшумным шагом прокрался к входу в последнюю комнату. — … это абсолютно бесполезно, — сказал мальчишеский голос. — Я не смогу увидеть там камень, потому что он мне не нужен. — Ты не хочеш-ш бес-смертия? — прошипел кто-то. Северус обмер и покрылся холодным потом. Голос Темного Лорда он узнал бы из тысячи, как и дурацкую привычку шипеть. — От этого куда больше проблем, — ответил Гарри. Если бы Снейп не знал его, он бы и не заподозрил, что мальчишка напуган до полусмерти. — С-смотри, с-смотри внимательно, — Северус осторожно заглянул за угол и увидел то, от чего волосы встали дыбом. Квиррел стоял лицом к выходу, его руки были вывернуты под неестественным углом, а на затылке… на затылке было страшное иссохшее лицо. И это существо прижимало кончик палочки к наряженной спине Гарри, заставляя его стоять совсем близко к зеркалу и смотреть. Неужели Темный Лорд не чувствует, что вот-вот прогремит взрыв? Северус слишком часто был вынужден справляться с выбросами мальчишки, он привык выставлять защиту при первых же признаках надвигающейся грозы, и теперь все его инстинкты кричали о том, что нужно немедленно привести Гарри в чувство, иначе… — Ладно. Я соврал, — мальчик вздохнул и повернулся к зеркалу. — Я вижу. Зеркало — это своего рода карта сокровищ, большая подсказка. Полагаю, оно помогает не только постичь свои желания, но и… проясняет путь к ним. Хм, да это зеркало лучше философского камня. Интересно, если я захочу обладать самим зеркалом, покажет ли оно мне пустоту или взорвется в результате парадокса? — Прекрати увиливать! — Темный Лорд подтолкнул его. Гарри поморщился от боли. Северус нахмурился, заметив, что рукав мантии у него опален. Должно быть, руку повредили — и как только мальчишка еще держится? «Подожди меня еще немного», — мысленно попросил Снейп-старший, хотя услышать его никто не мог. Ему нужно было собраться и атаковать, а страх сковывал, мешал адекватно воспринимать ситуацию. Трус! Даже ребенок не боялся, а он, взрослый волшебник, все никак не мог убедить себя, что все получится. Видит Мерлин, не каждый день они встречались с самим Темным Лордом! *** — Итак, что я тут вижу? Что же это такое? — пробормотал Гарри задумчиво посмотрел в зеркало. — Во-первых, это совершенно точно не в Хогвартсе. Я же говорил, вас обманули. Я вижу комнату. С потолка капает вода. Не ни окон, ни дверей, ни люков. Как туда попасть? Аппарация? Камин? Нет, что это я, никакой комнаты нет… конечно, ее нет. Итак, в центре я вижу алтарь, на котором выбиты руны. Сейчас прочту. «Во мне нет ни-ка-ко-го сек-ре-та — кто ищет, тот все-гда най-дет…» Извините, что я так медленно, руны немного не мой конек. Думаю, это значит, что философский камень достаточно легко синтезировать. А дальше что? — Гарри склонился так низко, что едва не касался кончиком носа зеркала. Единственное, что он видел в зеркале — отражение комнаты. Зато он знал, что отец близко, чувствовал его. Нужно было дать Северусу еще немного времени, поэтому Гарри продолжил вдохновенно сочинять «рецепт». Хоть отец пока ничего не сделал, в его присутствии было не так страшно — намного проще держать себя в руках и соображать. — «В рассветных слезах рождается это знание. Тот, кто сможет обрести семя железного клена, сок, что береза впервые дала…» «Что за чушь он несет?» — отстраненно подумал Северус. У него был всего один шанс, чтобы победить Темного Лорда. Всего один — и то лишь потому, что Волдеморт не имеет собственного тела. — «И без пламени довести до кипения». Короче, Фламель — очень продвинутый зельевар, — сказал Гарри. — Это гениально. — Не может такого быть, — ответил Лорд. — Ты лжеш-ш-ш. — Почему? — Гарри скрестил руки на груди и упрямо сдвинул брови, приготовившись к долгому спору. — Если вам когда-нибудь взбредет в голову вместо разведения огня засунуть в ваш котел два электрода… — Может, ес-сли ты получиш-шь то, что хочеш-шь, ты с-сможеш-ш рас-смотреть настоящий камень? — спросил Темный Лорд и из-за плеча посмотрел на выход. Северус боялся. Его заметили. Он должен был действовать, пока еще можно, но знал, что метка на руке и страх, владеющий им, помешают. А еще он знал, что если подойти чуть ближе к зеркалу, можно будет увидеть… увидеть то, ради чего все и затевалось. Невозможное. Неисполнимое. И уж точно никак не связанное с философским камнем. Снейп сделал шаг вперед. Не смотреть в зеркало, не терять голову, рассуждать хладнокровно. Гарри нужна помощь. Вопреки ожиданиям, метку не жгло — видимо, у Темного Лорда еще не было достаточно сил. Это давало шанс. Северус двигался молниеносно и первый удар Волдеморт еле успел отразить. Ну да, взрослый Темный маг это не мальчишка-первокурсник, который, кстати, в один момент очень удачно наступил на развевающуюся мантию Квиррела, так что Темному Лорду пришлось приложить значительные усилия, чтобы не потерять ориентацию в пространстве. Однако, в следующий момент Гарри и Северуса отбросила назад, а Волдеморт выпрямился во весь рост и с презрением посмотрел на них. — Здравс-с-ствуй, С-северус-с-с, — сказал Темный Лорд. Гарри застыл, глядя на отца большими глазами. Он так хотел, чтобы уже хоть кто-нибудь пришел, но теперь был готов на все, чтобы папа был в каком-то другом месте. Северус еле заметно кивнул ему, пытаясь убедить не волноваться. Да только их палочки валялись неизвестно где, а Темный Лорд был зол — попробуй тут не волноваться. — Так может, ты вс-се же пос-смотриш-ш еще раз? — спросил Волдеморт, обращаясь к мальчику. Он то ли не чувствовал, что происходит, то ли не придавал этому значения, но Северус-то знал, знал, что когда у Гарри начинают темнеть глаза, пора хвататься за палочку, чтобы предотвратить разрушения. И не нужно дожидаться, пока по его волосам начнут пробегать искры. Уж тем более не стоит доводить все до настоящего выброса. — Перестань! — Гарри с трудом поднялся и сделал шаг вперед. — Тебе меня не ос-становить, — Темный Лорд направил палочку на Северуса. — Лучш-ше будь пос-слуш-шным мальчиком, иначе… И Гарри сделал то, что сделал бы любой из его друзей, ни разу не державших в руке палочку и не знающих о магических дуэлях. Он с силой пнул Квиррела под колено, а затем ударил кулаком точно в лицо на затылке, попытавшись направить всю магическую и физическую силу — весь свой гнев на Квиррела, что копился не одну неделю, и все желание уничтожить Волдеморта, которое преследовало его годами — в один удар. Этот удар должен был дать папе несколько секунд, чтобы хоть что-то предпринять. Но вместо этого произошло нечто невообразимое — палочка выпала из руки Квиррела. Он схватился за лицо, на котором появились ужасные ожоги. В считанные секунды от профессора осталась куча праха и страшный призрак Лорда, который с нечеловеческим криком пролетел сквозь Гарри. Это было последнее, что мальчик запомнил перед тем, как его поглотила тьма. Северус вскочил на ноги и быстро подбежал к ребенку, воздух вокруг которого все еще был наэлектризован как перед очень сильной грозой. Глаза мальчика еще были открыты, но в них не было ни проблеска сознания. — Остановись. Все в порядке, я рядом. Мы в безопасности, — сказал Северус, прижав его к себе. — Остановись. Давай же, хороший мой, возьми себя в руки. Он смог выдохнуть лишь тогда, когда тело Гарри расслабилось. Мальчик провалился в забытье и перестал сотрясать воздух. *** Рука онемела. Гарри не спешил открывать глаза, пытаясь по ощущениям понять, где он находится и что происходит. Судя по запахам — Больничное крыло. Рядом кто-то был, но точно не отец, больше было похоже на Дамблдора. Вроде бы ничего не болело, хотя руку он почти не чувствовал. Ну, по крайней мере рука была на своем месте, а все остальное поправимо. — Где папа? — было первым, что спросил Снейп-младший, открыв глаза. Присутствие директора его напрягало, но выбора не было. Придется общаться с Дамблдором. — Северус просидел рядом с тобой всю ночь. Полчаса назад он ушел отдыхать. Не волнуйся, он в порядке, — ответил директор. Гарри незаметно попытался отодвинуться от него подальше. То, что кто-то сидел так близко и вторгался в его личное пространство, вызывало неприятные ощущения. Однако, обычного напряжения и всплесков силы он не ощущал, вместо этого была непривычная пустота. — А где моя палочка? — спросил мальчик. — В тумбочке. Однако, колдовать тебе в ближайшие два дня не рекомендуется. У тебя был сильный выброс. Мадам Помфри пришлось сильно потрудиться, чтобы привести тебя в норму. Ко всему прочему во время падения ты вывихнул ногу, да еще и заработал ожог от проклятия… — Поблагодарю ее позже, — пробормотал слизеринец, ожидая какого-нибудь подвоха. — Гарри… я хотел бы спросить тебя о том, что произошло, — начал директор. — Думаю, вам лучше поговорить с папой, — Гарри тяжело вздохнул и потер лоб, словно у него болела голова. — Я мало что помню. Видимо, меня сильно приложило. Я могу сказать, что мне было очень страшно, вот и все. — Конечно, тебе было страшно. Ты ведь всего лишь первокурсник, пусть и не самый обычный, — Дамблдор улыбнулся. — Скажите, вы добились того, чего хотели? — смело спросил Снейп-младший. Директор посмотрел на него, все еще сохраняя добродушное выражение лица, но уже с долей строгости во взгляде. Неудобный вопрос. Наверное, не стоило вслух это произносить, но Гарри был зол и ничего не мог с собой поделать. Раз уж он не мог устроить выброс, приходилось изливать свои эмоции другим способом. Например опасными вопросами, которые задавать было даже немножечко страшно. О, он действительно хотел бы знать, остался ли господин директор доволен, тем, что Гарри Поттер сразился с Волдемортом и вышел победителем? Совпало ли это с его ожиданиями? — А чего, по-твоему, я хотел? — наконец спросил Альбус. — Спасти философский камень, конечно же. «И загнать Волдеморта в ловушку», — мысленно добавил Гарри. — В некотором роде да. От вора камень был спасен, благодаря тебе и твоему отцу, — Дамблдор снова улыбнулся. — Однако, сохранить философский камень не выйдет. Это слишком опасный предмет, поэтому мы с Николасом решили его уничтожить. — Справедливо, — мальчик кивнул. — Жаль, конечно, это величайшее достижение алхимии. Надеюсь, Фламель знает, что делает. Эм… профессор, ко мне больше никто не приходил? — Еще слишком рано, — Дамблдор внимательно посмотрел на Снейпа-младшего и тот сообразил, что где-то ошибся, но понадеялся, что этому не придадут большого значения. — Однако, тебе оставили много гостинцев. Особенно постарались мистер Малфой и его семья. Думаю, вскоре они встретятся с тобой лично. — Да. Спасибо. Можно мне еще немного отдохнуть? — спросил Гарри, изображая очень усталый и изможденный вид. — Конечно, — директор встал со стула. — Выздоравливай, мальчик мой. Гарри опустился на подушки и закрыл глаза до того, как Дамблдор вышел из Больничного крыла. Он знал, что что-то сказал не так, но особых страхов о этому поводу не испытывал. Оставалось только узнать у отца, что же произошло в той комнате — точнее, что он сказал директору и всем остальным. Вряд ли такую историю стоило выдавать со всеми подробностями. Дамблдору не стоит знать, что героический мальчик набросился на человека, словно какой-нибудь маньяк, пусть даже этот человек не образец честности и благоразумия. *** — С ума сошли! — донесся до Гарри возмущенный возглас мадам Помфри. Мальчик в это время пытался расправиться с горой сладостей, которую ему натащили. Он уже давно соскучился по всем. В Больничное крыло за день зашел только отец, который убедился, что все в порядке, дал краткую инструкцию по поводу того, что и кому можно говорить и предложил обсудить произошедшее дома. Благо, до возвращения домой оставалось всего ничего. К сожалению, у папы было много дел, поэтому он вскоре был вынужден уйти и оставить Гарри наедине с конфетами и учебником по Зельям, который сам же Северус и принес. — Директор сказал, можно пустить только друзей! — судя по всему, мадам Помфри пыталась осадить визитеров. Снейп-младший заинтересовался. Он был бы не прочь с кем-нибудь поболтать. — Но мы все его друзья! — возмутился, судя по голосу, Блейз. — Ладно, только ведите себя прилично, а то выгоню, — пригрозила колдомедик и все же пропустила посетителей. Гарри удивился, увидев, что навестить его пришла целая толпа народу. Конечно, явились Забини и Малфой, которые тут же примостились на краю койки. Пришла Пэнси, Крэбб и Гойл — эти явно заинтересовались сладостями, хотя и пациента без внимания не оставили. Еще явилась староста Слизерина, Джемма Фарли. — Привет, Снейп, — девушка потрепала его по волосам. — У меня задание. Мне нужно выяснить, что там у вас произошло на самом деле, а то слухи всякие ходят. Хотелось бы внести ясность. — Ага! — с жаром включилась Пэнси. — Ты представляешь, сколько всего напридумывать успели? Сначала вы с Драко пропали, потом мы видели как декан куда-то несся на всех парах, а потом он тебя, бессознательного, на руках в Больничное крыло нес, и вид у него был такой… ой! Мы же волновались за вас. Грегори с Винсентом за ужином даже к торту не притронулись. — Подожди, Снейп, не рассказывай, — сказал Блейз и понизил голос до тихого-тихого шепота. — Сейчас Гриффиндор еще подойдет, пока мадам Помфри отошла. Им тоже интересно. И точно — через пять минут в Больничном крыле стало в два раза больше посетителей. Кто бы сомневался, что Рон и Гермиона придут к своему другу. Близнецы тоже пришли и даже притащили с собой какую-то поделку, призванную развлекать Снейпа-младшего, а Перси, судя по всему, пришел с той же целью, что и Джемма — разобраться в ситуации. В общем, все Уизли были на месте. Сначала высказались Рон и Гермиона — в процессе стало ясно, что их версия событий отличается от той, которая ходила среди слизеринцев, и все это вылилось в спор. — Ладно, ладно, — Гарри поднял руки, прекращая обсуждение. — Сейчас я вам все расскажу… Всего было три версии событий. О том, что произошло на самом деле, знали лишь Гарри, Северус и Дамблдор. Директору Снейп-старший рассказал почти все, умолчав разве что некоторые несущественные детали, потому что Альбус мог разобраться в причинах повторной гибели Волдеморта. По словам директора дело было в кровной защите, которую Гарри обеспечила мать, а вовсе не в выбросе, масштаб которого Северус в своем пересказе сильно преуменьшил. Вторая версия была куда более кровавой. Эту версию рассказали Люциусу, а тот, судя по всему, или намекнул или прямо сказал об этом другим членам своей семьи, потому что объяснения Гарри Драко слушал с загадочным видом, будто все знал и обещал молчать. Так вот, по этой версии Гарри попытался остановить Квиррела, собиравшегося украсть философский камень, но профессор напал на мальчика и ранил его. Северус увидел это и утратил контроль над собой, что для Квиррела закончилось весьма плачевно. Лорд Малфой в такой вариант развития событий поверил, другу в помощи не отказал и пообещал замять дело с пропавшим преподавателем и авантюрой четырех первокурсников. Дамблдор избавился от лишней головной боли, а оба Снейпа смогли избежать обвинения в убийстве. Основную же версию рассказали Рону, Гермионе и преподавательскому составу, а те уже передали всему Хогвартсу. Конечно, переходя из уст в уста, история обросла просто невероятными подробностями. В целом все сводилось к тому, что Гарри и компания узнали о планирующемся похищении и хотели предупредить старших, но их не послушали. МакГонагалл потом искренне извинилась перед ребятами и отдельно просила прощения у Северуса, перед которым чувствовала себя очень виноватой. Послушай она Гермиону и Драко, не оказался бы Снейп-младший в Больничном крыле с ожогами. Итак, Драко отправился искать помощи в другом месте, а Гарри, Рон и Гермиона прошли все испытания. До конца дошел лишь слизеринец, которому удалось отвлечь Квиррела и задержать его до прихода отца, а Северус уже сумел справиться с вором. — Ого, — тихо сказал Фред, о чем-то задумавшись. — Именно, — подтвердил Джордж, хитро улыбнувшись. Что-то они задумали, но Гарри не стал вдаваться в подробности. Он просто наслаждался покоем и общением с друзьями. Потом они ушли, потому что уже пришло время ужина, но обещали вернуться. Что еще для счастья надо? Какое-то время Гарри лежал, глядя в потолок, и думал. Его маленькая команда хорошо себя показала. Они все действовали слаженно, никто не подвел. Хорошо. В будущем на них можно будет рассчитывать. Конечно, в будущем их могут ожидать испытания посерьезней дурацкого коридора — Гарри был уверен, что это далеко не конец истории. Но они справятся, непременно справятся. Нужно только немного подтолкнуть, научить, объяснить. О, их квартет еще всем покажет! И что бы там Дамблдор себе ни думал, Мальчик-Который-Выжил не будет оружием в чужих руках, он сам оружие в руках держать будет. И пусть только кто-нибудь посмеет это оспорить! *** — Он спит, — сказал женский голос. Знакомый голос. Гарри приоткрыл один глаз и улыбнулся, увидев двух людей с длинными светлыми волосами. Ему не нужно было даже надевать очки, чтобы узнать Малфоев. — Где Драко? — спросил Гарри. — Он еще не знает, что мы здесь, — сказала Нарцисса, присев на край кровати. Она протянула руку и погладила ладонь мальчика. Миссис Малфой уже много лет пеняла Северусу на то, что ребенок растет без материнской ласки. Сама она пыталась дать Гарри хоть немного тепла, потому что он уже давно стал бóльшим, чем просто друг ее сына, а любви в Нарциссе хватало и на мужа, и на обоих мальчишек, хоть она и не показывала этого так сильно, как, например, Молли Уизли. Конечно, родного сына она любила намного сильнее, и была рада, что у него есть такой друг, который в любой ситуации постарается оградить его от опасности. Нарцисса была благодарна Снейпу-младшему за то, что тот догадался отправить Драко домой, в самое безопасное место. И конечно, она ужасно переживала за этого авантюриста. Подумать только, в одиночку против взрослого мага! — Мы хотели поблагодарить тебя, Гарри, — Люциус склонил голову и улыбнулся. — Мы хотим, чтобы ты знал: мы ценим то, что ты сделал, и мы сохраним в секрете то, что произошло на самом деле. — Я… спасибо, что пришли. Я по вам скучал, — честно признался мальчик. — Приедешь в мэнор этим летом? — спросила Нарцисса. — Конечно! — Гарри просиял. Каким бы темным ни было прошлое Малфоев, он к ним сильно привязался. И знал страшные тайны семьи. Например то, что Люциус бывает не только холодным и надменным, но еще и азартным, а иногда и веселым, и может даже снизойти до того, чтобы поиграть с детьми. Или то, что Нарцисса не просто красивая леди, она еще и хорошая хозяйка, и ко всему прочему может рассказать много любопытного. — Кстати, это от нас, — лорд Малфой поставил на пол корзинку, принесенную с собой. — Поделишься с друзьями. Гарри тихо охнул, увидев, что корзинка полна сладостей. Еще бы! Как только домовики Малфоев узнали, что их обожаемого сэра Снейпа покалечили и отправили в Больничное крыло, они с причитаниями бросились готовить ему угощение. Хотели еще кого-нибудь с хозяевами отправить, но Люциус приказал им остаться дома, помня, что Гарри не очень-то любит, когда с ним много возятся. Да, даже эльфы Малфоев считали Снейпа-младшего едва ли не членом семьи. И любой, кто посягал на безопасность мальчишки, бросал вызов не только Снейпам, но и Малфоям в некоторой степени тоже. Туго же придется тому, кто решился поставить под угрозу не только Гарри, но и Драко тоже. Люциус пообещал себе, что он этого так не оставит. Он обязательно что-нибудь придумает, и тогда… тогда кое-кто узнает, почему нельзя трогать Малфоев и их друзей.