Восток — дело тонкое

      В заключении статьи, посвящённой индийскому буддизму, была выведена мысль о полифоническом многоголосье культа Будды. Каждый раз, когда буддийский канон совершал путешествие по странам, населявшие их народы открывали новое звучание и значение учения. Так родился китайский чань-буддизм и его японский аналог дзэн-буддизм, точно так же появился на свет и тибетский вариант философии Будды.

Самобытность Тибета

      Тибет испокон веков обладал уникальной и независимой культурой. Имея под боком столь могущественного соседа, как Китай, Тибет не только не утратил национальной самодостаточности, но и развивался в соответствие с духом собственной традиции. Даже теперь, когда Тибет включён в состав КНР и испытывает сильное политическое влияние Пекина, он сохранил свои истоки, язык, самобытную религию и искусство.       Древнейшим верованием тибетцев являлся культ бон (от глагола «произносить нараспев»), близкий к шаманизму. После проникновения в страну буддизма в первом тысячелетии нашей эры бон уступает ведущие позиции, хотя и оказывает влияние на некоторые элементы проведения ритуала новой религии.

Алмазная Колесница и её основы

      Тибетский буддизм зиждется на текстах Ваджраяны, входящей в состав Махаяны. Под ваджрой первоначально понимался громовой скипетр ведического бога Индры. Её дословный перевод — «алмаз», «гром». Поэтому при переходе в буддизм ваджра приобрела особое символическое значение: с одной стороны, она ассоциировалась с совершенной природой пробуждённого сознания, подобного твёрдому алмазу, а с другой стороны, просветление соотносится со вспышкой молнии, что озаряет человека. Отсюда два способа перевода Ваджраяны — Алмазная Колесница, Громовая Колесница (впрочем, в русском языке больше прижился первый вариант).       Кроме того, тибетский буддизм часто называют тантрическим. Само слово «тантра» обозначает определённый тип текста, но не указывает на его содержание, не соотносится с конкретными практиками. Так же, как сутры (дословно — «нити»; канонические тексты Тхеравады и Махаяны) являются основанием, пронизывающим буддийское знание, так и тантра — стержень, на котором держится вся философия Ваджраяны.       Итак, разобравшись с основами, попробуем проникнуть чуть глубже к сути учения Алмазной Колесницы. В отношении фундаментальной философии буддизма Ваджраяна фактически вторит Маяхаяне, обозначая своей конечной целью достижение состояния бодхисаттвы — буддийского святого, который не ищет пути достижения нирваны, вместо этого оставаясь на земле и помогая всем живым существам в обретении блага. Самое главное отличие тантрического буддизма кроется в методах и особых практиках, позволяющих прийти к решению поставленной задачи. В этом таится загадочная суть Ваджраяны.

Специфика тантрического учения

      Безусловно, любая религия противится поверхностному изучению и пониманию, коверкающему истинные смысловые посылы каноничных текстов. Однако по отношению к тантрическому буддизму профанация достигла образцово-показательных высот. Людям непосвящённым учение Алмазной Колесницы знакомо по эпатажным заявлениям огромного числа псевдо-учителей, преподносящих тантрические практики как скандальные, имеющие ярко выраженный эротический подтекст.       Подобное искажение не кажется удивительным, если учесть, что даже адепты иных школ буддизма не всегда способны адекватно воспринять тантрические проповеди и обряды. Существуют свидетельства, что некоторые последователи учения Будды, не изучавшие специфику пути Ваджраяны, падали в обморок во время проведения ритуалов.       Чем же тибетский буддизм шокирует неподготовленную публику? В первую очередь сложной семиотикой и символизмом. При первом знакомстве с тантрическими текстами наивысшей йоги в глаза бросается воспевание грехов и преступлений, как истинного пути последователя Алмазной Колесницы. Однако подобные сочинения вовсе не рассчитаны на буквальное понимание и всегда скрывают за скандальной формой иной смысловой пласт и даже не один. К примеру, призыв к убийству родителей подразумевает не совершение реального акта физического насилия, но искоренение болезней, одолевающих дух, среди которых — двойственное видение мира, что служит «родителями» всякому существу, пойманному в бесконечный круг сансары. На ином уровне эта метафора обозначает прекращение потоков энергии, струящейся в позвоночнике, задержку дыхания и тантрическую практику.       Адепты Алмазной Колесницы называют свой путь скорейшим способом достижения состояния бодхисаттвы. В то же время кротчайшая тропа нередко является и самой опасной. Так и в случае Ваджраяны тантрические практики приравниваются к прогулке по канату, натянутому меж горных ущелий. Единственный неверный шаг может привести йогина к помешательству или перерождению в особом «ваджрном аду». Для того, чтобы избежать подобной участи, ученику требуется найти достойного учителя и во всём доверять его наставлениям.       В этом таится основная проблема постижения тибетского буддизма — человеку извне недоступно постижение текстов Ваджраяны на сакраментальном уровне. Можно понять образную систему и хитросплетение символики, слегка приподняв завесу над тайнами религиозных обрядов, однако их истинное значение всё равно неизменно ускользнёт от обывательского понимания.