Is He Really Going Out With Him?

— Ох, Тао… это было чудесно, — я не мог перестать сиять, и если бы кто-нибудь прошёл мимо меня, то он бы, вероятно, ослеп. — Ты что-то сделал? Знаешь, вр... — Вроде чего?! — Ты знаешь… — я мог услышать явное поддразнивание в его голосе, но продолжил притворяться невинной овечкой. — Я не уверен, к чему ты клонишь. Да, я всё понимаю, но не вижу смысла, зачем ему спрашивать такой дурацкий вопрос. Конечно же, я не могу вот таким образом прикасаться к чужому парню. — Да всё ты понимаешь, но ладно. Ты разведал что-нибудь? — Ага, он мне о многом рассказал. А ты? — я улыбнулся ещё шире от нахлынувших воспоминаний. — Мне, по правде говоря, не удалось поговорить с ним лицом к лицу, поэтому… нет. Мне жаль. — Всё нормально, я узнал достаточно для нас обоих. Затем я продолжил объяснять всё, что случилось. И когда я говорю всё, я имею в виду всё. Даже те вещи, которые Чанёль сказал не говорить. Я рассказал ему о том, как Крис был в депрессии, находясь в Канаде, а Тао молчал на протяжении всего времени. Мне было немного не по себе от того, что я делаю это с Чанёлем, ну, знаете, что рассказываю Тао об этом, хотя он сказал мне не говорить, но ему нужно знать, сработает ли наш план. — Погоди, дай мне всё прояснить. Крис может всё ещё любить меня? — чувства Тао по этому поводу были нечитаемыми, так как его голос был чрезвычайно спокоен. — Да, тем не менее, тебе надо это доказать. Если ты докажешь, тогда у него нет причины оставаться с Чанёлем. — Но кто сказал, что я хочу быть с ним? — он внезапно закричал в ответ, и моё сердце почти остановилось, потому что он до смерти меня напугал. — Ты… не хочешь? — я был слегка сбит с толку, нет, совершенно сбит с толку, да, я намекал ему об этом, но конкретно не сказал, что он должен снова с ним встречаться. — Блять, нет! Почему ты так думаешь? Я похож на того, кто хочет его вернуть? Как бы да, но если бы я это сказал, то он бы точно меня убил. — Серьёзно, Бэкхён? Ты такой идиот. Это я-то идиот? Он единственный, кто слишком остро реагирует! Это случайная ошибка! — Разве ты не должен быть моим другом, Тао? Какие друзья так себя ведут? Да, я был неправ, но тебе на самом деле нужно было так заводиться? Возможно, ты правда любишь Криса, если продолжаешь себя так вести, но ты слишком чертовски глупый, чтобы это признать. — Встретимся завтра перед школой в библиотеке. Нам нужно поговорить с глазу на глаз. Пока. Он отключился, а я просто стоял там, посреди тротуара, размышляя, какого чёрта только что произошло. Тао и впрямь ведёт себя странно, но я не знаю, почему. Я думаю, я выясню это завтра, верно? Когда я вошёл в знакомую библиотеку, я осознал, как много всего происходит в библиотеке. Видимо, она что-то типа нашего секретного места. Ну, нашего и Чунмёна, но мы некоторое время здесь не появлялись, так как на время обеда мы переместились обратно за наш столик в столовой. Когда я заметил его, сидящего на заднем ряду, я стал немного нервничать. Если он уселся так далеко, то это, должно быть, действительно что-то важное или личное. Что, если он ненавидит меня? Может, мне стоит извиниться, Тао со мной всё это время, поэтому будет нечестно, если я позволю этой дружбе сойти на нет. Да, я извинюсь прямо сейчас. Когда я присел, он ничего не сказал. В итоге мы просидели там минуту в самой некомфортной тишине, которая когда-либо между нами случалась. Я так нервничал, что не мог перестать ёрзать. Моя нога дёргалась вверх и вниз, а мои руки были холодными и влажными. Когда это стало ещё более невыносимым, я решил, что мне нужно сбросить груз с души. Я не хотел, чтобы наши отношения обернулись таким образом. Я не хочу стать ещё одним Крисом для Тао. Сейчас, это идеальное время. — Тао, послушай, я... — Бэкхён, я... — О, — мы одновременно заговорили, опуская наши головы. — Ты первый, — сказал он мне, и я кивнул. — Прости, Тао, я правда не знал. Ты простишь меня? — я выжидающе посмотрел на него и почувствовал небольшое облегчение, когда его тёмные глаза встретились с моими. — Бэкхён, ты знаешь, почему я с самого начала согласился с тобой встречаться? В общем, не прям-таки встречаться, но понарошку с тобой встречаться, — он проигнорировал меня и начал говорить, глазея на небо через окно. Я задумался об этом, но не хотел пытаться отвечать на вопрос, так как это могло быть по многим причинам. В конце концов, я решил не отвечать, потому что я хотел жить. — Без понятия. Почему? — я всё-таки решился это произнести, потому что счёл этот путь самым безопасным. — Если я скажу тебе, почему, обещай ничего не говорить до тех пор, пока я не объяснюсь. Ты можешь мне это пообещать? Не говори ничего. — Я обещаю, но я не понимаю, почему я бы... — Увидишь, просто слушай, хён, — перебил он, отчего мне стало ещё любопытнее. Я не знаю, что меня пугало больше всего: то, что он собирался сказать, или тот факт, что он формально себя ведёт, называя хёном, после того как я миллион раз говорил ему не называть меня так. Оба варианта. Он прокашлялся, прежде чем начать. — Когда ты впервые спросил, я сказал «да» потому, что, верь или нет, ты мне нравишься. Нет, теперь я думаю, что я люблю тебя. Я знаю, я прежде этого не говорил, но я понимаю, что моё поведение было неуместным и что мне нужно было объясниться, — я лишился дара речи, и, прежде чем я мог это осознать, он продолжил: — Я встречался с тобой, потому что думал, что ты забудешь про Чанёля, когда ты понял, насколько я был полезен, и ты влюбишься в меня, как в кино. Очевидно, это не сработало, но, когда ты сказал те слова про Криса, я не знаю, меня это разозлило. В смысле, я люблю тебя, поэтому с чего бы я любил Криса? То есть, Крис был моей первой любовью, но он… бросил меня, поэтому те чувства, что у меня были, прошли. По крайней мере, это то, что я продолжаю говорить самому себе. Я больше не уверен насчёт моих чувств к нему с того случая, произошедшего в уборной кинотеатра. Я много размышлял после того, когда накричал на тебя, и я думаю, что соглашусь с планом. Я хочу, чтобы ты был счастлив, и я знаю, что единственный человек, который может тебя спасти — это Чанёль, — он наклонился, дотронулся до моей щеки и нежно поцеловал в губы, и я позволил ему, это меньшее, что я мог сделать. Я бы сделал что угодно, чтобы уменьшить его боль, потому что я знаю, какого это: оказаться на его месте. Тем не менее, я чувствовал себя ужасно, потому что ничего не почувствовал от поцелуя. Никаких искр, никакого сладкого трепета и прочей херни. Когда я отстранился, его лицо было убитое горем, что заставило моё сердце разбиться вдребезги. Я вздохнул и взял его за руку, которая плотно сжимала стол. — Тао, послушай. Я знаю, я эгоистичен, потому что вот так играю с твоими чувствами, но если ты находишься в замешательстве насчёт Криса, я не думаю, что тебе следует это игнорировать. Иди и поговори с ним. Я не лучший вариант для тебя. Без Чанёля я психически неуравновешен, и я только причиню тебе боль, поэтому… только не влюбляйся в меня ещё сильнее. Прости. — Но когда ты это говоришь и относишься с таким пониманием, то заставляешь меня ещё больше любить тебя. Бэкхён, если я пойму, что у меня нет никаких чувств к Крису, и у него ко мне их тоже нет, может, ты просто откажешься от Чанёля и станешь моим настоящим парнем? — его глаза практически умоляли меня сказать «да», и всё закончилось тем, что я начал избегать его взгляда из-за страха, что он заставит меня чувствовать себя ещё более виноватым, чем сейчас. Я всё ещё пытался принять тот факт, что Тао любит меня, но теперь он спрашивает меня такого рода вопрос? Это было слишком, и у меня заболела голова. Я не хотел говорить «да», но если бы я сказал «нет», я боюсь того, что могло бы произойти. Мой разум бешено работал, и я действительно надеялся, что кто-нибудь или звонок прервут нас, и, таким образом, мне не придётся давать ответ. Но, конечно, этого не случилось. Другими словами, я попал, я не могу просто сказать «нет», или это определённо разобьёт ему сердце. Но, если я скажу «да», я дам согласие на то, чего не хочу. Опять же, Чанёль сказал, что Крис кажется счастливее, когда он с Тао, поэтому если у Криса каким-то образом до сих пор остались чувства к Тао… Должен ли я воспользоваться шансом?