Дни цветущей вербы

— Речное племя, прошу всех собраться на поляне, решается важный вопрос! — разлетелся над прибрежным простором голос Метеора, громкий и, как положено, привлекающий внимание и прерывающий все разговоры.       Лагерь, как это обычно случается в полдень, гомонил и шумел, а потому все не сразу успокоились и услышали призыв.       Вербоцветик отвлеклась от приглаживания взъерошенной шерсти перед лужей и потопала искать себе хорошее место, и, главное, сухое, чтобы не промочить шерсть вновь.       Погода на исходе второй луны Зелёных Листьев совсем подвела. Заметно похолодало, словно близился Листопад, хотя до него оставалось ещё много времени. Тучи стали неотъемлемой частью почти каждого дня. Они висели, казалось, совсем низко, солнце совсем терялось за ними, и его лучи даже не пробивались на землю.       Дождь мог разразиться в любой момент. Теперь предугадать погоду было просто невозможно. Сплошные тучи, ни неба, ни солнца, только вечно грохочет где-то вдали, да изредка вспыхивают на горизонте изогнутые молнии. Того и глядишь, докатится гроза и до реки.       Но и без дождя было неспокойно. Ветер гнул деревья, тоскливо скрипящие ветвями и стволами, обрывал листья и уносил далеко-далеко прочь. Порой ломались ветви, падая вниз, и ходить по лесу стоило очень осторожно.       Река шумела, переполненная ветками, листьями и какими-то непонятными обломками, стаскивая всё это вниз по течению. Сейчас соваться в воду было бы безумием, а уж о рыбалке и вовсе нечего было говорить. В сплошной пене и мутной воде не разглядишь рыб, а если и попробуешь поймать — точно свалишься. И ладно, если у берега, а если в самом центре с валуна снесёт? Так и утонуть можно запросто.       Всё это было, конечно, лишь затишьем перед настоящей бурей, которая была готова разразиться в любой момент. Сомнений не было: рано или поздно стихия настигнет земли Речного племени, и это будет очень плохо. Если река выйдет из берегов (а она уже, благодаря частым ливням, поднялась очень высоко и затопила часть лагеря), придётся временно переместиться в другое место и разбить лагерь где-нибудь на возвышенности.       А тут ещё и Метеор какую-то муть затеял. Ходит весь в раздумьях и постоянно шушукается с Жёлудем, Можжевельником и Выдрохвостой — глашатаем и двумя старейшинами, его самой надёжной опорой. Он точно что-то задумал, вот только племени этого, кажется, знать не полагалось.       Вербоцветик очень хотелось узнать, что за тайны и интриги затеваются правящей верхушкой. Даже Рыбоспинка несколько раз бегала на секретные переговоры, и выглядела она очень взволнованной. Но, конечно же, ничего никому не рассказала.       Вот же тихушница! Вербоцветик, конечно, понимала, что есть вещи, простых воинов не касающиеся, но она по натуре своей была очень любопытна и мечтала иметь представление обо всём, что происходит в племени. К сожалению, не всегда это у неё получалось.       Но, видимо, власти наконец-то решили смилостивиться над своими соплеменниками — иначе зачем бы посреди мелко накрапывающего дождика Метеору стоило созывать племя на собрание?       Предводитель стоял посреди лагерной поляны, ожидая, когда к нему подтянутся соплеменники. Вербоцветик бросила все свои дела, которые состояли в разглядывании себя в луже, и сразу же поспешила занять самое лучшее место, которое только могла найти.       К ней моментально присоединилась Серебрянка, нарисовавшаяся словно из ниоткуда. Кошка умела возникать неожиданно, передвигаясь между соплеменниками быстро и очень тихо, да так, что заметить её можно было не сразу. — Как думаешь, что он скажет? — поинтересовалась серебристая воительница, быстрым движением языка счищая с изящной пушистой лапки грязь. — Так давно не было никаких собраний, с тех самых пор, как посвятили в ученицы Мохолапку и Тенелапку! — Что-то важное, должно быть, — ответила ей Вербоцветик, обводя взглядом постепенно подтягивающихся на общий сбор соплеменников. Она разглядела среди толпы знакомую светлую шерсть, и, подскочив, призывно замахала хвостом.       Стеблеусый, которого кошка и пыталась подозвать, заметил её потуги и, что-то сказав вьющейся вокруг него Мохолапке, чьи кудряшки после дождя вились ещё сильнее, делая кошку похожей на разноцветное облачко на лапках, тоже кучерявых, направился в сторону сестёр. Мохолапка заметно приободрилась, когда её наставник оставил её одну, и побежала куда-то. Наверное, искать Тенелапку или Белолапа, а может, шестерых котят — её закадычных друзей.       Вербоцветик, убедившись, что она своего добилась, и брат идёт к ней, осторожно отодвигая с пути то одного, то другого соплеменника, плюхнулась обратно на землю, потому что стоять ей совсем не хотелось. К её же неудаче, кошка угодила прямо в лужу, не посмотрев, куда садится. Вода была слишком холодной, и Вербоцветик даже подскочила, тоненько пискнув.       Стеблеусый, к тому моменту благополучно добравшийся к кошкам, тут же залился смехом. Он вообще очень любил, когда Вербоцветик, Лисица или Серебрянка попадали в дурацкие ситуации по своей глупости, и обожал потом хохотать над ними.       Нет, конечно, воин очень любил своих сестёр, но не посмеяться над их же рыбоголовостью для него было равно страшному греху. — Привет, — недовольно буркнула Вербоцветик, растеряв весь свой энтузиазм, и, развернув голову, принялась заново приглаживать свою шерсть, моментально намокшую на хвосте и части туловища — лужа оказалась глубокой, кошка провалилась по живот. — Я так понимаю, мне уже не рады? — поинтересовался Стеблеусый вместо ответного приветствия, но, вопреки всей логике, по которой после подобного осознания следовало развернуться и уйти, тут же уселся между Серебрянкой и Вербоцветик.       Последняя тут же скорчила очень обиженную рожицу и заявила: — Рады, только из-за тебя я намокла! — Да я тут при чём?! — искренне изумился Стеблеусый. — Не надо ссор, — моментально влезла Серебрянка, ненавидящая все споры и всю ругань и готовая прерывать их в любой момент, как только услышит.       Протолкнувшись между Стеблеусым и Вербоцветик, она растянулась на сырой от дождя земле, покрытой усеянной каплями зелёной травой.       Воинам ничего не оставалось, как прекратить начинающуюся перепалку и отодвинуться, дав Серебрянке возможность нормально лечь или сесть, а не быть сдавленной с двух сторон. — Как Мохолапка? — решила сменить тему Вербоцветик. Стеблеусый тут же приосанился и похвастался: — Очень чудесная кошка, всё просто налету схватывает! — Это хорошо, — кивнула Серебрянка и снова вернулась к вылизыванию своей лапки. — Я тоже хочу быть наставницей. — И ваше время придёт! — воодушевлённо пообещал сёстрам Стеблеусый.       Дальше продолжить разговор они не смогли — Метеор, наконец-то, начал собрание, и пришлось замолчать, чтобы его выслушать. Предводитель выглядел немного взволнованным, когда начал произносить вступительную речь: — Я рад, что сейчас все готовы меня слушать и вникать в то, что я хочу донести до вас. Все вы знаете, как наше положение омрачено изгнанием племени Ветра с его земель. Пребывающие в запустении, они стали домом для лис и барсуков, и за прошедшие дни привлекли немало хищников, которые создают вполне реальную угрозу Речному племени, так как могут спокойно перейти на наши земли по мосту Двуногих. С другой стороны, Звездолом явно точит зуб на наши территории. Привычные к сырости и болотам, сумрачные коты с радостью отхапают себе наши земли, вполне подходящие им по условиям, — Метеор временно взял передышку, чтобы отряхнуться от капель дождя и подумать, что стоит сказать дальше. — Да, как уже подмечали Жёлудь и Можжевельник, — он бросил короткий взгляд на сидящих рядышком глашатая и старейшину, за спинами которых ярким пятном рыжела Выдрохвостая, тоже принимавшая участие в решении важных вопросов, но про которую, как обычно, забыли вспомнить, — мы защищены рекой. Пересечь её трудно, но возможно при большом желании, а оно, поверьте, у племени Теней имеется. Нам не остаётся ничего, кроме как усилить свою мощь и своё положение в глазах Звездолома, чтобы он не рискнул и сунуться в Речное племя! Мы долго думали, что стоит сделать, но самый простой ответ лежал на поверхности, и гениальный выход из проблемы оказался весьма банален. Мы с Жёлудем и Можжевельником, — Метеор снова посмотрел на двух котов, Выдрохвостая за из спинами очень недовольно ощетинилась, так что предводитель спешно исправился: — и, конечно же, Выдрохвостой, разработали план. Так мы можем одним ударом убить сразу нескольких зайцев, уж простите меня за использование поговорки племени Ветра, другого выражения не подберу. Сейчас Зелёные Листья, но минует несколько лун, и начнутся холода и голод. Нам нужны новые земли, нам необходима территория. Нам, определённо, жизненно важны Нагретые Камни! Испокон веков они были нашей землёй, но сейчас Грозовое племя отобрало их себе. Мы спокойно обходились и без этой земли, но сейчас, чтобы показать Звездолому, что мы не разбрасываемся попусту своими территориями, мы обязаны вернуть их себе. Нагретые Камни должны снова стать нашими. Помимо этого, их присоединение решит проблему с частью земель, на которых можно вести охоту в Голые Деревья и конец Листопада, когда река подо льдом. Я хочу, чтобы всё племя отправилось на бой в ближайшие дни. Поначалу наша стратегия была немного другой. Я хотел послать лишь небольшой отряд, потому что уверен, что Грозовое племя сейчас не в том положении, чтобы легко противостоять нам — у них всё хуже, у них с племенем Теней общая граница. Но Пачкун и Рыбоспинка убедили меня, что чем меньше патруль, тем больше раненых. Если пойдёт всё племя, ран будет меньше, ведь и битва будет короче. Я всегда уважал мнение целителей, и я уважу их волю, и потому я объявляю вам, что все вы, воины Речного племени, за исключением лишь наших учениц, потому что они ещё слишком юны, через пару дней отправитесь доказывать наши силу и превосходство. До тех пор я прошу никого не переходить через переправу, быть внимательнее на границах, остерегаться соседей и хищников. Мы уже увеличили количество патрулей в несколько раз, обходя границы по три раза за день, и, я думаю, мы увеличим количество патрульных в каждом до пяти-шести воинов. Я также приказываю ученикам не выходить в одиночку из лагеря — лишь в сопровождении наставников, а младшим воителям постараться тоже не шататься по одному, лучше кучками. Вы все видите — привычный уклад мира рушится, и, если мы не можем ничего сделать, чтобы это остановить, мы можем сделать всё, чтобы защитить себя, — Метеор сделал паузу, которой было достаточно для того, чтобы все подумали, что собрание окончено, но предводитель вдруг неожиданно добавил, подводя итог: — Благодарю за вашу поддержку. Готовьтесь к битве, воители великого племени. Через пару рассветов Нагретые Камни должны стать нашими!       Речь Метеора, конечно, произвела большой эффект. Стоило коту завершить выступление, как собравшиеся разразились шумом, криками в поддержку этого решения. Несогласных почти не было: все как никогда понимали, что Метеор абсолютно прав. Нагретые Камни были путём решения сразу множества проблем, и их было просто необходимо вернуть обратно.       Стеблеусый даже подскочил, взбудораженно размахивая хвостом. Он, определённо, очень любил битвы, любил показывать свои силу и превосходство, любил размахивать когтями и смотреть, как сбегают в испуге его противники. И воин так сильно рвался в бой, что, казалось, готов был идти драться хоть сейчас.       Вербоцветик рвения брата совсем не разделяла. Она была равнодушна к битвам, и, быть может, даже немного побаивалась их. Её единственное в жизни сражение показалось ей достаточно пугающим. Воительница не любила боль и кровь, и она точно не хотела подвергать свою жизнь опасности.       Но приказ был приказом, и кошке просто ничего не оставалось, кроме как подчиниться и готовиться к предстоящей битве. Она действительно опасалась, что что-то может случиться. Кошке не было жаль грозовые морды, но своих соплеменников она уважала и любила, и не хотела, чтобы кто-то, возможно, по неосторожности погиб.       Ведь такое вполне может случиться! А если не станет кого-то, кто ей сильно дорог? Если случится что-то непоправимое?       Вербоцветик дёрнулась и потрясла головой. Нет, если думать о плохом, оно обязательно случится! Со всеми всё будет хорошо, и точка. А неприятное чувство — это просто тревога и волнение. Они пройдут, и не стоит зря накручивать себя по каким-то пустякам. Битве быть, но она пройдёт, Нагретые Камни станут территорией Речного племени, и оно заполучит несокрушимый авторитет. Так и должно быть. — Не хочу на битву, — озвучила свои мысли Серебрянка. — Шрамы портят мой внешний вид, даже если и зарастут потом шерстью. — Тебе лишь бы о своей мордашке и думать! — моментально включился в дискуссию с ней Стеблеусый, от которого так и веяло готовностью бежать и сражаться. — Не только о ней, — оскорбилась Серебрянка. — У меня ещё есть прекрасное тело и мои красивые лапки. Не хочу, чтобы их изуродовали раны и шрамы.       Она с видом собственного достоинства высоко задрала вверх голову и наморщила нос. Со Стеблеусым, по мнению Серебрянки ничего в красоте не понимающим, у неё были свои частые споры. И то, в силу характера кошки, миролюбивые.       Стеблеусый на этот раз поступил благоразумнее и не стал продолжать цепляться к Серебрянке. Вербоцветик даже удивилась: неужто её брат постепенно набирается ума и учится думать? Вот это, конечно, новости! — Пойдём, проводи меня до палатки, мне хочется спать, — позвала сестру Серебрянка. Вербоцветик без всяких проблем согласилась.       Возможно, кошка хочет просто поговорить наедине, и ей надо каким-то образом убраться из поля зрения Стеблеусого.       Воительницы, обходя лужи и соплеменников, дружно направились в сторону воинской палатки, шагая рядом друг с другом, почти в одном темпе. — Я, на самом деле, очень беспокоюсь за котят Рыбоспинки, — начала Серебрянка шёпотом, убедившись, что никто не обращает на них внимания. — Племя Ветра ушло неизвестно куда, неизвестно что с ним станется. А котята ведь совсем крошки, им ничего не стоит просто умереть! От дождя, от холода, от голода, если племя Ветра не найдёт нормального нового дома. — И что теперь? — вздохнула Вербоцветик. — И мне тревожно. И за Незабудочку с Ежонком, и за Росинку — помнишь, та кошка с Советов? — она ведь тоже должна была родить котят. И Рыбоспинка, я уверена, тоже волнуется. Но что мы можем сделать? Ничего. Только надеяться на лучшее, и всё. — Найти и забрать котят к нам! — тут же предложила Серебрянка, и Вербоцветик подумалось, что её сестра в один миг спятила.       Найти котят Рыбоспинки, не зная даже, где сейчас племя Ветра? Мало того, забрать их и приволочь сюда, попутно поставив под удар Рыбоспинку и её тайну? Это ж надо было такой бред придумать! — Нет, ну, а что, подумай, — продолжила Серебрянка. — Незабудочке и Ежонку тут будет хорошо. У нас есть Цветенница и Пушистая, которые их с радостью примут под опеку. Почему нет? — Потому что это безумие, — ответила ей Вербоцветик. — Это невозможно, нелогично, и ты рискуешь Рыбоспинкой. Никто даже видеть этих котят не должен — а ты предлагаешь пойти ёж знает куда, спереть у племени Ветра, которое, может, и не существует уже, а потом притащить прямо под взгляды соплеменников? Ты хоть представляешь, что будет, если черты Рыбоспинки заметят в них? — Будет плохо, — вздохнула серебристая кошка и недовольно засопела носом, принимая то, что её идея абсолютно отвратительна.       Кошки постепенно добрались до воинской палатки. Вербоцветик, опасаясь, что Серебрянка и впрямь может учудить что-нибудь невообразимо глупое, довела её прямо до подстилки и уселась рядом с твёрдым намерением дождаться, пока сестра не заснёт, и уйти лишь потом, спокойной от того, что Серебрянку точно никуда не понесёт. Особенно за котятами Рыбоспинки.       Вербоцветик уложила Серебрянку и заботливо поправила сестре выбившийся из общего сплетения гнёздышка камышовый стебель. Потом плюхнулась на свою подстилку, попутно обнаружив, случайно на неё усевшись, у себя очень необычную ракушку.       Воительница подобрала её, выудив из-под груды пёстрых птичьих пёрышек, которыми ракушка была прикрыта, и которые она изначально не заметила. Она повертела головой, нашла неподалёку лежащего у себя Камня и благодарно кивнула другу. Мол, спасибо за подарок.       Тот только моргнул и отвернулся, не желая, как обычно, о чём-то говорить на публике, и Вербоцветик, пожав плечами, снова повернулась к Серебрянке. Та уже дремала, свернувшись клубочком и спрятав нос в маленьких серебристых лапках.       Вербоцветик ласково лизнула сестру в лоб, пожелала ей хорошо отдохнуть и направилась на выход из воинской палатки.       Снаружи поднялся сильный ветер, а ещё разошёлся мелкий дождь, постепенно превращаясь в ливень. Стеблеусый, сидящий около входа в палатку, выглядел очень мокрым и очень жалким. Мохолапка жалась к нему, и её кудрявая шерсть, намокнув, выглядела совсем гладкой. — Хотел я, называется, пойти на занятие с Мохолапкой, и тебя с нами позвать, — угрюмо сообщил сестре Стеблеусый. — Прекрасная погода! — Что поделать, — со вздохом ответила Вербоцветик. — Тут мы бессильны. Пойдём обратно в палатку, что ли, чего ты здесь торчишь. — Идём, — согласился Стеблеусый. — А Мальва вот на охоту ушла, раз рыбы сейчас не поймать… как она там, под дождём-то? Ой, Мохолапка, и ты бы к себе шла, — тут же спохватился он, глядя на совсем вымокшую ученицу. — Простыть же можешь!       Мохолапка послушно кивнула, сверкнула голубыми глазами и побежала в сторону ученической палатки, а Вербоцветик вместе со Стеблеусым потопали в свою, все мокрые и замёрзшие. Дождь, даже летний, тоже был весьма неприятным и холодным.       В воинской палатке они разделились. Стеблеусый пошлёпал к себе, оставляя лужи на полу и выслушивая себе вслед недовольную ругань тех, на кого он умудрился накапать, а Вербоцветик, отряхнувшись, поплелась к Камню.       Несмотря на то, что он вёл беседу с Невидимкой, кошка плюхнулась рядом, заставив друга потесниться, подлезла к нему под лапу, при этом абсолютно проигнорировав его сестру, подчеркнув то, что с некоторых пор Невидимку даже не замечает. — Вот нормально, даже не поздоровалась, меня чуть с моего законного места не выжила! — моментально возмутился Камень, недовольный такой неслыханной дерзостью. — Я ведь занят, вообще-то. — Имею право, — заявила Вербоцветик, обнимая его лапу и тоскливо глядя в стену палатки, за которой слышался стук капель о землю и плеск недалёкой реки. — Мне грустно, тревожно, и я не хочу драться, а Метеор заставит, вот он дурак, да простят меня за такое звёзды и матушка лично, так что пожалей меня.       Камень только вздохнул тяжело, показывая всё, что он думает о её трусости, но прогонять кошку не стал и, оставив свою лапу ей на растерзание, вернулся к разговору с Невидимкой.       Вербоцветик не стала даже вслушиваться в то, о чём эти двое там говорят. Посильнее прижавшись щекой к великодушно отданной ей лапе, кошка уставилась на дождь, идущий снаружи, который было видно через выход, на иногда входящих в палатку соплеменников, мокрых и выглядящих очень смешно.       Погода продолжала быть ужасной и совершенно не радовала. И теперь, накануне запланированной битвы, это совсем удручало. Вербоцветик оставалось лишь надеяться, что дождь скоро кончится, а битва пройдёт удачно, и никто не пострадает.