Дни цветущей вербы

— Вербоцветик, Вербоцветик, просыпайся! — раздался тоненький шёпот над ухом у кошки. Она завозилась на подстилке: вставать совсем не хотелось.       Воительница только дёрнула ушами, словно отгоняя комара, и перевернулась на другой бок, на всякий случай подопнув спящую по соседству Серебрянку, если вдруг это она хотела её разбудить. — Ну Вербоцвети-ик, ну пожалуйста, — проныл всё тот же голосок над ухом. — Проснись, или я сделаю как Метелька!       «Сделаю как Метелька» подействовало. Вербоцветик, даже ещё не проснувшись, поняла, что это значило «или встаёшь, или укушу за хвост». А хвост ей свой был дорог и ещё нужен, чтобы его терять.       Воительница отряхнулась от прилипших к шерсти соринок и посмотрела на ту, которая решилась разбудить её в столь ранний час. Это была Вечерок, взбудораженно подпрыгивавшая рядом. Она не выглядела нисколько виноватой по поводу того, что нарушила сон воительницы. — Ну что тебе, ты, маленький ёж? — пробормотала Вербоцветик. Ей бы впору злиться на Вечерок, что та не дала досмотреть сон, но злости не было. Эта малявка была такая милая, и, кажется, совсем не понимала, что она кому-то помешала. — Хочу учиться! — заявила Вечерок, постукивая хвостиком по земляному полу палатки. — Учиться она хочет, — вздохнула Вербоцветик. Энтузиазм этой кошечки был невероятен. Но воительница не могла отказать. Она хотела стать ей замечательной наставницей и примером, но при этом Вербоцветик хотелось быть не просто учителем — она хотела быть для Вечерок ещё и надёжным другом, опорой, той, кому ученица сможет полностью доверять.       Вербоцветик потянулась и выбралась из воинской палатки. Пора было просыпаться. Уже было утро, встали немногие, но лагерь уже был наполнен гулом голосов. В воздухе чувствовались сырость и прохлада. Вечерок, распушившись, как большой шарик на лапках бежала следом, быстро перебирая лапками. — Так мы будем учиться? — нетерпеливо спросила она. — Ты будешь учиться, — поправила Вербоцветик. — Дай мне хотя бы привести себя в порядок и поесть. Я понимаю, тебе хочется всё и поскорее, но это ещё успеется. — Ладно, — немного расстроено протянула Вечерок. Ей уж больно хотелось учиться прямо сейчас, хотя она и сама ещё не понимала, что значит это «учиться». Ей казалось, что это включает всё и сразу — и рыбалку, и охоту, и осмотр территории.       Вербоцветик, ненадолго отделавшись от этой свалившейся ей на голову шебутной малявки, направилась к куче с добычей. Хотелось завтракать, и кошка чувствовала неприятное чувство голода. — Утро доброе, — с приятной улыбкой поздоровалась она с сидящими около этой кучи Камнем и Колокольчиком. Два приятеля что-то очень взбудораженно обсуждали, и воительницу заметили не сразу. — Садись к нам, — дружелюбно предложил Колокольчик. Вербоцветик бросила на кота быстрый взгляд. То странное чувство, которое она вчера испытала, глядя на коричневого воина, только было всколыхнулось в груди, но кошка поспешно прогнала его.       Она прекрасно понимала, что это та самая симпатия и лёгкая привязанность к тому, кто был ей довольно далёк. Это было довольно знакомое чувство, когда испытываешь расположение к тому, кто относится к тебе по-дружески и отчасти покровительственно. И это чувство стоило прогнать подальше. Оно не могло претендовать на что-то большее, а даже если и так, у Вербоцветик была совесть и понимание того, что она не может вдруг влюбиться в Колокольчика: у неё есть друг, а у него — любимая и трое котят. — Только утро, а Вечерок, кажется, уже успела тебя достать до оежения, — после приветствия, заявил приятельнице своё наблюдение Камень. — Ну, есть такое, — вздохнула Вербоцветик, садясь, наконец, и раздумывая, что сделать сначала — привести в порядок шерсть или поесть. — Если она будет делать так ежедневно, я просто выкину её с того обрыва, который красивый такой, с полянкой. Ну, около мостика Двуногих. — А вот я тебя терпел, — сообщил Камень, помогая подруге расправить её длинную помявшуюся во время сна шерсть. — А может тоже нужно было скинуть… — У-у-у! — протянул Колокольчик, стуча лапой по земле. — И кто бы тогда стал будущей матерью твоим потенциальным котятам? — Каким ещё потенциальным котятам? — очень даже недовольно возмутился серый воин. — Ты меня с собой не путай, это тебя ежи вечно в одно место колют, что ты несчастную Светозарную уже замучал своим «три котёнка — слишком мало!» — А я об этом и не знала, — сказала Вербоцветик, чтобы хоть как-то попробовать вписаться в этот диалог. — Постой, это что это, ты не хочешь, чтобы у нас были котята? — Зато я хочу, — не подумав, ляпнул Колокольчик, но тормозить не стал. — Предлагаю свою кандидатуру в отцы твоим детям! Смотри, ты красивая, я красивый, это будут дважды красивые, просто прелестные комки меха!       Вербоцветик от этого стало так весело, что она, фыркнув, чуть не подавилась вставшей поперёк горла рыбьей костью. Понятное дело, Колокольчик шутил, но кошка на секунду представила, какие бы от их союза могли быть котята. И впрямь, должно быть, красивые. Колокольчик очень статный и видный кот. — Оу, Колокольчик, ты знаешь, что это немного ненормально — предлагать такие жуткие вещи юным кошечкам? — поинтересовался Камень якобы очень серьёзно, хотя, на самом деле, было ясно, что между двумя друганами начинается шуточная словесная перепалка забавы ради. — Почему это жуткие?! — Колокольчик с притворным удивлением округлил выразительные янтарные глаза. — Ничуть не жуткие, а очень даже романтичные и приятные! Ах! Я понял, отчего ты так говоришь: сам-то ты никогда не испытывал подобного счастья!       Неподалёку замерли, прислушиваясь, Вечерок, шедшая, чтобы поторопить Вербоцветик, а с нею вместе и Мохолапка, хотевшая было пожелать отцу и его приятелям доброго утра, но не решившаяся мешаться. Судя по их мордочкам, сделавшимися умильно-забавными, они поняли, что это очередная баталия «кто кого переговорит и изощрённее заденет», которую Колокольчик, подбивая на это ещё и друга, часто устраивал всем на потеху. — Да знаешь ли, всё лучше, чем пытаться строить подобное счастье с юными, неокрепшими созданиями! — возвестил Камень с трагедией в голосе — мол, как ему жаль бедного, несчастного Колокольчика. — Это тяжёлое отклонение, друг мой! Ты опасен для племени, для наших юных соплеменниц, а особенно для молоденьких и хорошеньких кошечек вроде этих двух учениц сзади тебя!       Мохолапка и Вечерок переглянулись и захихикали, поняв, что речь идёт про них. Старшая ученица подтолкнула младшую, чтобы была порешительнее, и они подошли поближе, уже не боясь, что взрослые вдруг решат их прогнать. — Да я, быть может, с тебя пример беру, как с кота, которого от души уважаю! — патетично воскликнул Колокольчик. — Ежели ты сам за каждым юным полосатым хвостиком увиваешься, то как могу я не делать то же самое, о мой верный друг?! — Кто сказал «хвостик», а? — раздался восторженный тоненький писк, и в Колокольчика врезалась, разбежавшись, только-только проснувшаяся и потому всклокоченная Метелька. — О звёздные ежи, враг атакует! — таким же высоким голоском взвизгнул вдруг Колокольчик и подскочил, привычно уже подгибая хвост под себя.       Метелька засмеялась, явно довольная тем, какой эффект она произвела своим появлением. Стоило ей упомянуть хвосты, как все, знакомые с нездоровой тягой белой кошечки к этой части тела, начинали старательно искать пути отступления без лишних потерь. — А-а, попался! — взвизгнула Метелька и, воспользовавшись моментом, цапнула зубами кончик хвоста, который Колокольчик посмел неосторожно дать на растерзание.       Воин моментально взвыл, — зубы у Метельки были острые, — и запрыгал на трёх лапах, пытаясь четвёртой отбиться от взбаломошной племянницы.       Вечерок, долго не думая, кинулась на подмогу сестре. С забавным рычанием, которое больше было похоже на тявканье, она навалилась на Колокольчика с другой стороны и, от души раскрыв розовенькую пасть, цапнула несчастного дядюшку прямо за ухо, а потом, вдоволь наигравшись, принялась методично обкусывать ему усы.       Колокольчик попытался устоять уже на двух лапах, ещё одну заняв тем, чтобы убрать Вечерок подальше, но в итоге потерял равновесие, запутался в собственных конечностях и завалился на Метельку, которая в отместку за это, не скупясь, выдрала с хвоста воина внушительный такой клочок шерсти. — О нет, — несчастным и убитым тоном проскулила Вербоцветик. — Я думала, Вечерок спокойная… мне что, с этим теперь несколько сезонов мучаться?! Да лучше сдо-о-охнуть под кустиком, — плаксиво закончила она, прекрасно понимая, что у Вечерок энергии хоть отбавляй, и она ей ещё задаст жару во время обучения. — Ну-ну, крепись, — Камень весело фыркнул и похлопал кошку хвостом по спине. — Это тебе за все твои прегрешения детства! Теперь поймёшь, насколько ты досаждала мне, пока была вот такой вот мелкотой! — Нет у тебя никакой совести, — понарошку обиделась Вербоцветик, сейчас только осознавая весь тот масштаб проблем, которые причиняла она в ученичестве своему наставнику, будучи той ещё подвижной, разговорчивой, неусидчивой, да при том труднообучаемой, вечно ноющей размазнёй, плаксой и эгоисткой.       Вербоцветик со вздохом прислонилась щекой к плечу товарища и уже без всякого желания поесть посмотрела на то, что осталсь от её рыбы — скелетик с головой и хвостом. Глядя на то, как забавляются Метелька и Вечерок, она произнесла: — Хотя, и правда, я тоже была той ещё противной мелочью. А мнила себя ёж знает чем и кем. Мне теперь даже стыдно стало, так что, пусть это и было давным-давно, ты всё равно меня прости за то, что я постоянно создавала десятки проблем. — Никогда я на тебя не обижался за то, и уж теперь, спустя столько лун и сезонов, точно не собираюсь, — спокойно ответил ей Камень, поворачиваясь в сторону кошки и наклоняясь к ней. — Не спорю, досаждала, как и все мелкие котята, но что поделать, ты тоже через это пройдёшь, главное, уж осмелюсь дать тебе совет, раз имею больше опыта — дай Вечерок творить ей то, что она хочет, запреты не приведут к хорошему. И не устрашай её, никогда: ты сделаешь только хуже, если станешь запугивать. Спокойствие и разум приходят с возрастом, и ты этого не изменишь.       Вербоцветик кивнула, ещё не решив, будет ли она придерживаться этого совета, или нет. С одной стороны, Камню же лучше знать, он дольше на свете живёт и больше повидал. С другой стороны, попытки посоветовать ей что-то наносили нехилый такой удар по самолюбию. — Ну пошли уже учиться! — снова нарисовалась рядом Вечерок. Она, видимо, устала уже играть вместе с Метелькой (хотя их игра больше напоминала издевательство). Теперь мелкой кошке требовалось, видимо, чего-то нового, а именно — поскорее выйти за пределы лагеря. — Да брысь ты отсюда! — Вербоцветик совсем не хотелось куда-то идти. Небо становилось всё пасмурнее и пасмурнее, и совсем скоро мог начаться дождь. А тащиться куда-то и мокнуть — то ещё удовольствие.       К сожалению, все планы Вербоцветик нарушились. Вечерок только было побежала прочь, боясь, что иначе ей никогда не начать учиться, как воительницу окликнули со спины: — Вербоцветик, дочь моя, я хотел бы сегодня немного пообщаться с тобой.       Вербоцветик с усталым вздохом повернулась к Метеору, который так неожиданно изъявил вдруг желание провести немного времени с дитём. Дитё, правда, такого желания не имело, но вынуждено было вежливо поздороваться и спросить, как дорогой отец находит сегодняшнюю погоду и благоприятна ли она для этого самого «пообщаться». — Очень хорошая погода, — заявил Метеор, хвостом преграждая путь отступления Вечерок, которая далеко уйти ещё не успела. — Дождик собирается, вот. Не растаешь уж, поди, если вымокнешь немного.       Вербоцветик только и осталось, что кивнуть. Вечерок с интересом косилась глазами по сторонам, надеясь, что её тоже возьмут с собой. — Пойдём, Вербоцветик, и Вечерок выгуляется в первый раз в своей жизни за пределами лагеря, — позвал кошку Метеор, и воительница, попрощавшись со всеми, кто тут оставался — Колокольчиком, Камнем, Мохолапкой и Метелькой, — двинулась следом.       Вечерок вприпрыжку скакала где-то сзади, бубня что-то себе под нос. Она то пищала, когда перед ней вдруг с дерева падал жёлтый лист, то начинала гонять его лапами. — Почему ты вдруг ни с того, ни с сего захотел со мной пообщаться? — поинтересовалась Вербоцветик, когда они покинули пределы лагеря и двинулись вверх по холму. — Не думала, что в принципе важна тебе как дочь. Ты больше Серебрянку выделяешь. — Быть может, это оттого, что она со мной с детства растёт. Ты же приняла меня гораздо позже, чем она, или чем даже Рыбоспинка, — ответил ей предводитель, сворачивая на тропу вдоль подлеска.       Сзади продолжала чем-то восхищаться Вечерок, увлечённо разглядывая новые места, в которых она очутилась. Ей явно нравилось, что её взяли с собой, и она, чтобы вдруг взрослые не передумали, не мешала им и болтала сама с собой. — Понятное дело, — кивнула Вербоцветик. — Но сейчас-то что тебя сподвигло вытащить меня вдруг на прогулку? Мне неплохо было в лагере, вместо меня можно было взять Серебрянку. — Она тоже пройдётся со мной, — кивнул Метеор. — Только теперь тебе некогда сидеть в лагере. У тебя есть ученица, и тебе предстоит проделать огромную работу, чтобы вырастить из неё воительницу. А сегодня я просто решил помочь тебе провести самый первый урок для Вечерок. — Что может вообще представлять из себя первый урок? — поинтересовалась Вербоцветик.       Она предполагала, что в первую очередь необходимо показать Вечерок территорию и рассказать, куда ходить можно, а куда лучше не соваться, как, например, на болота. Но неужели это всё?       Необходимо же было как-то подойти к тому, чтобы начать учить Вечерок рыбалке. Но сделать это было довольно трудно. Её ведь ещё необходимо научить плавать! Вербоцветик пока даже не предполагала, как это сделать. А что до устных уроков? Что до изучения истории племени, истории вообще всех племён, что до Воинского Закона, который Вечерок стоило зазубрить наизусть? Неужели для этого всего придётся проводить с ней весь день от рассвета и до заката? — Что он может представлять? А как сама думаешь? — переспросил её Метеор. — Тебе необходимо просто провести Вечерок экскурсию. Не торопись занимать её всем и сразу. Ты ещё успеешь это сделать. Главное — распределить время, которое ты сможешь посвятить своей ученице. — Да, это необходимо, — согласилась Вербоцветик. Она это понимала сама, но пока что кошке было довольно сложно сесть и просто подумать, что и как ей сделать. Да и когда бы она успела? Только вчера Вечерок стала её ученицей. У воительницы не было ещё ни времени, ни желания приступать к исполнению своих новых обязанностей наставницы.       Постепенно с неба начали падать холодные мелкие капли. Начался дождь. Небо было обложено плотными серыми тучами со всех сторон, и нигде не было видно разрывов, которые говорили бы о ближайшем улучшении погоды.       Вербоцветик поморщилась и прижала уши к голове. Она не любила плохую погоду. Нет, тёплый дождик был хорош, он освежал после жары, да вот только сейчас было совсем не то. Слишком стало прохладно сразу, как начался дождь. Он, кажется, был затяжным, а оттого более противным. — Да уж, погода нас радует, — вздохнул Метеор и обернулся, глядя на моментально распушившуюся и задрожавшую Вечерок. — Идём назад. Котята очень подвержены заболеваниям при холоде. — Я не котёнок, — стуча зубами, возмутилась Вечерок, и, подскакивая, снова пошла следом за старшими, иногда поскальзываясь на мокрых опавших листьях. — Спасибо за совет, — поблагодарила Метеора Вербоцветик. — Думаю, мне действительно нужно подумать, как подойти к обучению Вечерок, чтобы оно было удачным, и чтобы она не уставала. Да и буду знать, что ей не нужно заниматься чем-либо в непогоду и холодные дни.       В лагере было пустынно. Многие предпочли спрятаться от дождя в палатки. Из воинской доносился гул множества голосов. Вербоцветик, отпустив Вечерок, быстро направилась туда.       К её удивлению, это были не дружеские посиделки прячущихся от дождя соплеменников. Многие собрались вокруг глашатая Жёлудя, который что-то втолковывал небольшому отряду из Жуконоса, Стеблеусого, Травницы и Чистозуба, готового только-только куда-то отправиться. Все они выглядели взволнованными. — Что у вас случилось? — поинтересовалась кошка. Ей ответила Переливчатая, лежащая на своей подстилке и разглядывающая потолок: — Лисица пропала. Пока Цветенница спала и не видела, она, как сказала Пышечка, ушла куда-то через заводь. Странно, до сих пор не вернулась. А ведь это опасно: ей скоро рожать. Поэтому Жёлудь решил собрать на её поиски несколько отрядов.       Вербоцветик почувствовала накатившее на неё волнение. Куда могла деться Лисица? Она протолкнулась через полукруг собравшихся и заявила: — Я тоже пойду, возьмите меня!       Лисица была в опасности, неизвестно где, и она не могла сидеть без дела. Необходимо было найти сестру как можно скорее! А если ей вдруг приспичит рожать? Кто ей тогда поможет? — Отлично, — кивнул воительнице глашатай. — Ты поведёшь ещё один отряд. Чистозуб, веди своих уже, можете идти, — он дал отмашку предыдущему. — Они проверят болота, а ты пройдись по всему подлеску. Даю тебе в помощь Лягушатника, Невидимку и Мохолапку.       Вербоцветик кивнула и огляделась в поисках названных. Мохолапка тоже была тут. Узнав, что случилось что-то страшное, она не стала отсиживаться в ученической палатке, а побежала к воинам, чтобы узнать, чем может помочь. Ученица была ответственна даже в таком юном возрасте, и её не боялись отпустить вместе с поисковым патрулём. — Вдоль реки пройдутся Мальва, Светозарная, Камыш и Колокольчик с Тенелапкой… — продолжал распределять отряды Жёлудь, но Вербоцветик уже не слушала дальше. Она поскорее побежала к выходу, торопясь, чтобы успеть найти Лисицу или хотя бы её след, пускай он уже и смыт дождём.       Она не ожидала, что Лисица сможет сбежать. Сестра всегда была очень рассудительной, спокойной. Отчего она вдруг решила уйти, зная, что в любой момент может родить котят? — Я очень надеюсь, что мы её найдём, — взволнованно пискнула Мохолапка. — Обязательно, — заверил ученицу Лягушатник, с огромной нежностью глядя в её сторону. — Вербоцветик, я знаю, ты нас ведёшь, но давай мы поделимся? Мы с Мохолапкой прочешем правую сторону, а вы с Невидимкой осмотрите левую. — Конечно, я тоже об этом думала! — воскликнула воительница.       Ей не совсем хотелось идти с Невидимкой. Кошка до сих пор не могла общаться с ней и относилась с равнодушным холодом, но сейчас было не время до личных прихотей. Лисицу найти было намного важнее.       Вербоцветик устремилась в левую сторону подлеска, пытаясь выглядывать там и тут чёрно-рыжую шерсть сестры. Из-за идущего дождя было невозможно унюхать никаких запахов. — Эй, Вербоцветик, — немного застенчиво окликнула кошку Невидимка. — Я знаю, что мы не ладим, да что там, не общаемся больше, но хотя бы сейчас, чтобы найти Лисицу, быть может, мы будем действовать сообща? — Да, конечно, — кивнула Вербоцветик, переборов всю свою неприязнь — забыть предательство она так и не смогла. — Тогда, быть может, стоит поменять тактику действий? — воодушевившись, предложила Невидимка. — Давай сейчас разойдёмся в разные стороны, так будет быстрее. Обойдём обе по кругу и встретимся тут. Нужно звать её и внимательно искать всё чёрное: по рыжему её не найти, слишком много оранжевой листвы. — Да, решено, — снова коротко кивнула Вербоцветик.       Развернувшись, она рванула в сторону, где подлесок был более редким, пытаясь выглядывать по сторонам Лисицу. Может же она быть где-то здесь? Или куда же она могла уйти? Но, главное, зачем? — Лисица! — прокричала Вербоцветик, останавливаясь и пытаясь отряхнуться от капель дождя, намочивших шерсть. — Лисица, найдись!       Но ответа не последовало, и Вербоцветик помчалась дальше. Она описала большой круг по подлеску, но так и не нашла ни следа, ни намёка на пребывание здесь Лисицы. — Вербоцветик! — раздался вдруг визг. Кошка обернулась. Со стороны более густого подлеска к ней неслась, запинаясь, Мохолапка. — Нас нашла Тенелапка и сказала, что Лисицу обнаружили у реки! Идём скорее!       Вербоцветик побежала следом за Мохолапкой. Кудрявая ученица совсем запыхалась и устала, она с трудом перебирала короткими лапками, но всё равно упорно мчалась вперёд, показывая дорогу.       Дождь капал с неба, всё так и не перестав, но его никто не замечал. Вербоцветик только хотела скорее увидеть Лисицу и убедиться, что с ней всё в порядке, узнать, почему она решила уйти из лагеря. — Сюда, — Мохолапка нырнула под низкие ветки куста с жёлтыми листьями, кое-где ещё с зелёными прожилками. — Лисица! — воскликнула Вербоцветик, выбегая на берег реки следом за ученицей.       Чёрно-рыжая кошка лежала на боку на гладкой влажной гальке и тяжело дышала. Над ней склонилась Травница, ласково гладящая королеву хвостом по боку.       Рядом нервно бегала, обмахиваясь хвостом, Мальва. Красивая воительница выглядела сильно напуганной. Следом за ней ходила Светозарная, тяжело переваливаясь с лапы на лапу (после родов, которые были, конечно, давным-давно, она заметно располнела и перекривилась, отчего теперь ходила совсем неловко, и это так и не прошло). Она пыталась что-то втолковать сестре, но та отмахивалась от неё и продолжала наворачивать круги по берегу.       Колокольчик и Камыш вертелись рядом и то и дело совались вперёд, но Травница отгоняла их и снова принималась охаживать Лисицу. — Что случилось? — переведя дух, спросила Вербоцветик. — Мы нашли Лисицу в то время, как она начала рожать, — остановившись, сказала Мальва. — Нести её в лагерь уже не представлялось возможным. Тенелапка убежала за Пачкуном и Рыбоспинкой. Вот и ждём.       Вербоцветик кивнула и подошла к Лисице. Травница немного отодвинулась, и воительница смогла разглядеть неприятное выражение испытываемой боли на морде сестры. Удивительно, но Лисица молчала — не пыталась заявить, что ей больно или страшно, она просто смотрела по сторонам и, кажется, не совсем понимала, что происходит. — Зачем ты ушла? — с укором в голосе спросила Вербоцветик, присаживаясь рядом. Травница зашикала на неё, но кошка только отмахнулась. — Просто, — сделав усилие над собой, ответила Лисица. — Мне так неловко, что все кинулись меня искать. Я просто хотела искупаться. — Искупаться?! — воскликнула Вербоцветик с удивлением и недоумением. — Что? Искупаться?!       Лисица вздохнула и отвела взгляд. Она понимала, что объяснение было просто дурацким, и сестра, не будучи рыбоголовой, это должна была понять. — Я не хочу этих котят, — ответила она. — Не хочу я их. Поэтому я здесь. — Нельзя же настолько отчаиваться, — вздохнула Вербоцветик. — Лишь из-за этого ты была готова закончить жизнь не только своих ещё неродившихся котят, но и свою?       Лисица ничего не ответила. В это время появились Чистозуб, Стеблеусый и Лягушатник, которых привела уставшая, мокрая и перепачканная в грязи Мохолапка. Они были только-только введены в курс происходящего, как на берег выскочила Рыбоспинка и, разогнав всех вокруг Лисицы, принялась какие-то листочки совать ей под нос.       Скоро, прихрамывая на одну лапу, до берега добрался и Пачкун, и все остальные отступили на почтительное расстояние, дав целителям исполнять их обязанности. Никто не хотел мешаться, пусть и все волновались за Лисицу.       Дождь продолжал капать, и Вербоцветик поспешно спряталась под куст. Там уже расположились Лягушатник и Мохолапка. Воин старательно отдирал от шерсти маленькой кошки присохшую грязь, запутавшуюся в мелких кудряшках.       Вербоцветик тактично отвернулась, чтобы не смущать и без того робкую Мохолапку наблюдением столь романтичной сцены. Она была, несомненно, рада и за Лягушатника, и за эту юную ученицу, и стеснять их кошке не хотелось. Она нашла взглядом Стеблеусого и подумала, что лучше ему сейчас не видеть, что его ученицу обхаживает взрослый воин. Брат, привыкший опекать, оберегать и защищать Мохолапку от всего, вряд ли это оценит. — В тесноте — да не в обиде, — объявил, заползая под куст, Колокольчик. Он потеснил всех, и места действительно почти не осталось. Здесь было не так холодно, под куст не задувал ветер, а капли попадали совсем редко, поэтому он был надёжным убежищем, и поэтому сюда набилось так много промокших и уставших речных воинов (ну, и одна ученица). — Нашёл бы себе другой куст, — заворчала на соплеменника Вербоцветик. Ей отчего-то неловко было, что Колокольчик сидит рядом с ней, но кошка потрясла головой и, решив, что не будет обращать внимания на него, принялась приглаживать мокрую, всклокоченную и грязную шерсть. — Да мне и этот нравится, — заявил Колокольчик. — Компания очень хорошая. Люблю общество красивеньких кошечек и угрюмой лягушки. — Сам ты угрюмая лягушка, — запыхтел и зафыркал оскорблённый Лягушатник.       Мохолапка хихикнула, Вербоцветик продолжила чиститься, твёрдо решив, что она сегодня не настроена на разговор. Да и вообще, ей нужно было о многом подумать. Хотя бы о том, что Лисица чуть не утопилась, и сделала бы это, если бы не начавшиеся роды. Неужели она настолько сильно подавлена?       В любом случае, сейчас нужно было дождаться момента, когда родятся котята. Всё остальное будет потом, и потом она сможет поговорить с Лисицей. Главное, чтобы всё прошло хорошо.