Тиран моего сердца. Часть 2: Неизвестность

Наруто стоял возле упряжки с конём, внимательно изучая черногривого животного, водя глазами по нереально темной шерсти, не решаясь подойти и потрогать — вдруг лягнет. Животное было под стать Учиха: гордое и чарующее своей темнотой, только у братьев это были глаза, а у животного грива. На руках омеги мирно сопел маленький комочек, смешно морща носик на непривычном для него холоде. Жаркое лето уже подходило к концу, уступая осенним холодам и проливным дождям. Наруто попытался поправить на себе плащ, но с ребёнком на руках это у него не получилось, и юноша прижал малыша ещё теснее к себе. Расставаться с Тору вовсе не хотелось, он совсем недавно только родил его, и покидать было выше инстинктов. Но нужно. Это было необходимо. С ребёнком на поле боя небезопасно и слишком рискованно, а так подставлять себя и Саске не хотелось. Теплый комок зашевелился и открылись сонные синие глазки. На лице Наруто тут же появилась счастливая улыбка. Как же ему нравились эти яркие глаза Тору, будто сама глубина: темная синева, блестящие, большие. Особенно сильно это выделялось на крохотном лице. Узумаки мог даже поспорить, что Тору окажется омегой. Пока что, к сожалению, это не было ясно. Придётся подождать хотя бы несколько месяцев перед тем, как запах малыша начнет проявляться, отпуская от себя аромат родителей. Смесь мяты и кофе, который истощал сейчас малыш, успокаивал Наруто и одновременно с тем заставлял что-то скрытое проявиться из глубины его души. Но Наруто всегда пытался нечто подобное отогнать, не хватало ещё наглупить, тогда Саске может запросто отказаться помогать ему освободить родные земли. Постояв ещё несколько минут на воздухе, омега присел на ступеньку, откинув голову назад и прикрыв глаза. Парень вовсе не выспался после страстной ночи в компании супруга, но всё равно проснулся раньше него, чтобы побыть немного дольше с сыном. Покормив его и тепло одев, Наруто вышел на улицу, и уже минут тридцать стоял здесь с ребенком на руках, прижимая к себе маленькое тельце. Солнце постепенно поднималось и становилось теплее. Ночи теперь всегда были холодными, зато днём можно было погреться хоть немного на солнце, пока не наступили холода и постоянные дожди со снегом. Глубоко вздохнув, Наруто поднял голову к небу. С сегодняшнего дня он опять замешан в войне. Вернётся ли он обратно? Или… Отпустит ли его Саске? Ответ был очевиден — конечно же нет. Альфа не был намерен отпускать супруга, и Наруто это уже прекрасно знал. Саске дорожил им, всегда опекал, пусть он и всячески пытался держаться вдали и не раз начинал по этому поводу истерить. Ему было мало свободы. Опека Саске была слишком явной, это раздражало. Но больше он не позволит опекать себя, опасности выкидыша нет, ребёнок жив и здоров, придётся альфе отступить. Наруто много что не устраивало в этом властном императоре, но изменить его он не мог. Саске был таким, в этом его очарование, но и вместе с тем сила. Узумаки, не привыкший к богатой жизни и слугам, часто сновал по замку в поисках себе какого-то дела, но ему всё запрещалось. «Мужу императора негоже находиться на кухне и готовить». «Вы не должны убираться, для этого есть слуги». «В Вашем положении нужно как можно больше отдыхать». Узумаки уже воротило от безделья, он был рад наконец родить и получить занятие, которое ему не запрещалось делать — воспитывать своего ребёнка. Но и это дело не обходилось без парочки помощников. «Держите головку так». «Малышу уже пора спать, а Вам стоит вернуться к себе». «Воспитанием младенцев всегда занимались нянечки». «Не стоит задерживаться в детской». Прошло всего несколько дней, а его уже всё до ужаса бесило. Так и хотелось однажды устроить скандал, прогнать всех, кто хоть как-то ограничивал его в этом замке. Отказаться от брака и вернуться обратно к Мину, и жить с ним вместе. Альфа тепло к нему относится, примет и сейчас. Должен принять… Но с другой стороны открывалась ужасающая правда: страна Водоворота, его настоящая родина и родители, сейчас находились под диктатурой какого-то субъекта, и ждут помощи. Помощи от него, от Наруто. И это заставляло парня каждый раз держать язык за зубами, стоически всё выдерживая, как бы сложно не было держать всё в себе. Иногда принц позволял себе пустить слезу и поорать, но чтобы никто не видел и не слышал. Когда Саске уходил утром, Наруто кусал край подушки и орал что есть сил, выпуская всю злость, ненависть и обиду. Становилось немного лучше, но после опять накрывало… Но сейчас этого всего как будто и не было. Саске больше не удерживал, дал согласие и уже выполняет его. Внутри больно трепетало странное чувство. Наруто наконец увидит свои родные земли, но ждут ли его? Стоит вообще возвращаться туда? Родители готовы были отдать за него свою жизнь, а он возвращается туда, где ему грозит опасность. На плечи мягко упала ткань, и Наруто дёрнулся, посмотрев назад. Саске слабо улыбался, смотря прямо ему в глаза, а после просто сел рядом, забирая с рук ребенка. Узумаки хотел возразить, но слова застряли в горле, стоило увидеть счастливое лицо мужа, разглядывающего спящее личико своего сына. На время повисла тишина, говорить ничего не хотелось, да и зачем? Наруто натянул плащ сильнее, кутаясь в него. Подышав на слегка замерзшие руки, растер их, пряча в карманах кофты. — Тот альфа поедет с нами, — тихо сообщил Саске, чтобы не разбудить ребёнка, и посмотрел на недоуменно вытянувшееся лицо супруга. — Какой альфа? — Друг твой, с которым ты тогда жил, — Учиха максимально сдерживал в себе ревность, не хотелось накричать или обидеть Наруто, да и он собственными глазами видел, что к тому парню омега относится намного лучше, чем к нему. Обида была где-то внутри, но Саске не отчаивался, когда-то и по отношению к себе увидеть тепло и заботу этого солнечного омеги, когда-то покорившего его своим спокойствием, тогда ещё в роли беты. А Наруто и вправду было сложно отличить от беты: бесстрашный, готовый к смерти, не выдающий и капли информации, что может стать крахом для его страны. Наруто убегал, пусть и его возвращали обратно, несколько раз был избит, но всё равно держался. Даже страх стать общедоступной забавой не особо его сломал, хотя было видно, что именно это и подкосило его тогда. Но благодаря этому Наруто теперь его супруг, отец его ребёнка, жаль только Саске нет места в его сердце. — Мин?! Но почему? Как он вообще узнал об этом? — недоумевал Наруто, наклонив голову в сторону и прищурив взгляд. В голову закрались подозрения. — Не смотри на меня так, это не я подстроил. Он теперь работает в министерстве Конохагакуре и, соответственно, присутствовал на нашей беседе с королем, вот и изъявил желание помочь тебе. — Почему ты его не отговорил? — со сталью в голосе надавил Наруто, сверкнув алым биополем сущности. — Это не в моих правах, он не мой подчиненный. Хирузен его отпустил, так что когда мы будем ехать через их земли — заберем его по пути. Я ничего против боевой силы не имею, да и он может защищать тебя, пока меня не будет рядом. — Я сам могу себя защитить. — Можешь. Но я не хочу. Рисковать тобой я не собираюсь, да и оставлять без присмотра также не стоит, убежишь ведь. Узумаки фыркнул, развернувшись в противоположную сторону. На его звук отреагировал конь, фыркнув в ответ. — Кстати, что это за повозка? Мы на ней поедем? — Нет, это повозка с отдаленной части Отогакуре, приехал старый хрыч министр, будет Итачи мозги промывать, чтобы взял себе в супруги омегу благородных кровей, — презрительно фыркнул Учиха, покосившись на запряженного в повозку коня. — М? А зачем Итачи ещё супруг, какой от этого смысл? Это ведь ты здесь главный и всем запрягаешь. — У меня супругов больше быть не может, после нашей свадьбы я официально заявил, что на этом мой лимит, больше браков не будет и быть не может. — Благородно. Но тебе от этого всё равно проку никакого, как бы ты не старался, я всё также отказываюсь называться твоим возлюбленным, мы просто супруги по обязательствам, — парировал омега, не заботясь о чувствах альфы. Саске, к удивлению, не разозлился, а только улыбнулся. — Обязательство, говоришь? Тогда почему же ты так орал сегодня подо мной и просил большего? А ещё вилял задом, прося засадить тебе, и кусал губы, умоляя целовать и не прекращать. — Замолчи! — покраснел Узумаки, буркнув в ответ обзывательство, и отвернулся, пыхтя. — Темэ..! — Только не говори, что этого не было, — улыбнулся Учиха, подымаясь с ребёнком на руках на ноги. — Я отнесу Тору прислуге, а мы вскоре отбываем уже. Иди позавтракай, в следующий раз поедим уже в лагере. Слабо качнув головой, Наруто поднялся со ступеньки, направившись за альфой. Покушать и правда стоило, иначе желудок будет петь долго, пока не получит требуемого.