Страх

Дерек просто бездумно вертит телефон в руке и сам себе поражается. С каких пор он ведет себя, как неуверенный мальчишка? Нет, понятно. Он волнуется, потому что собирается прыгнуть в пропасть. В такую, у которой совершенно не видно дна. То есть, разогнаться, вдохнуть поглубже и провалиться, разбиться, уничтожить себя. В свете последних событий подобный мазохизм вполне может порадовать одного худощавого пиздливого парня, который просто, блядь, бесит своим безграничным спокойствием. Пора признаться в собственной неадекватности, отложить гребаный телефон и просто подняться на этаж выше. И сказать что-то такое, что превратит дальнейшую жизнь в полный пиздец из неожиданных событий. Это реально вообще? То есть, внутренне Дерек уже принял решение. Он хочет попробовать. Может, это просто интерес ко всему новому, а может способ стать ближе к Стайлзу, который успел его завлечь - Хейл не знает ответов, не может полностью собрать картинку по кусочкам, но старается просто абстрагироваться, не вдаваясь в мелочи. Однако решимости не хватает. Поэтому он трусливо набирает СМС, отправляет и убирает телефон на журнальный столик. Дело сделано. Можно и отдохнуть. Дальнейшие действия будут зависеть только от Стилински. *** Стайлз уже минуты две смотрит на экран своего мобильника и не может поверить, что видит там именно то сообщение, которое пришло от Дерека. Во-первых, этот идиот молчал почти два дня. То есть, это было не просто молчание в стиле "я подумаю", а такое - "да пошел ты нахер, мне ничего от тебя не надо". Потому что они даже сталкиваясь в фойе не здоровались. Кстати, странность - если раньше, живя в одном доме, они виделись только в приемной психотерапевта, то теперь даже в булочной на углу исхитрились встать рядом. Во-вторых, Дерек не приходит сам, вместо себя отправляя какую-то, блядь, ебанутую СМС. Нет, от этого мужика можно было ожидать, что угодно. В принципе, Стайлз и ждал. Не особо сильно надеясь на взаимность, парень рассчитывал на хук правой, а вместо этого шесть слов, которые бесили до белых звезде перед глазами. Ну, и в-третьих, сам текст. Это же, сука, надо было додуматься до такого! - Пиздец, блядь, подкрался незаметно, - выдыхает Стилински и выбегает из своей квартиры, чтобы спуститься вниз и выяснить, что за каша в голове Дерека Хейла. *** - Ты не мог бы оставить звонок в покое? - интересуется Дерек, распахивая входную дверь и смотря в глаза Стайлза так пристально, словно ищет там признаки нарастающего безумия. Хотя, они, что называется, на лицо - раздувающиеся ноздри слегка вздернутого носа, сжатые в тонкую линию губы и сомкнутые до скрежетания челюсти. А еще были руки сложенные в кулаки. - Может, войдешь? - И не только в квартиру, - мрачно обещает Стайлз, коротко кивая и проходя мимо Хейла. Вопреки намерениям, его тут же почти сшибает с ног, потому что обдает ароматом ментоловых сигарет, которые курит мужчина, и бьет электрическим разрядом от легкого прикосновения пальцев к тыльной стороне ладони. Парень резко разворачивается, захлопывает дверь и прислоняет к ней ошалевшего Дерека, жмется пахом к его бедру, ведет носом вдоль кадыка и улыбается. - Ты ебанутый или да? - Стайлз рычит и скалится, вминает пальцы в бока дрожащего Хейла и довольно льнет к податливому телу. - Что за идиотское сообщение? "Я готов. Отшлепай меня, мой господин"? Блядь, все два дня придумывал? - Два с половиной, - выдает Дерек. Стилински отступает, упирается раскрытыми ладонями по обе стороны от головы Хейла и улыбается. Все шире и шире с каждой секундой. А потом заходится громким смехом, запрокинув голову и зажмурившись. Мужчина смотрит на него какое-то время, но не может сдержаться, а потому присоединяется. - Ты себе не представляешь, как я охуел, когда прочел это, - бормочет Стайлз, успокоившись спустя какое-то время. - Я не знал, как написать это не банально. Или просто у меня замкнуло. Не каждый день я соглашаюсь быть подопытным кроликом. Дерек все еще стоит возле закрытой двери, щурится и трет щеки, возвращая себя ощущение реальности, но он и так нутром чует, как недоволен Стайлз. Приходится промотать в голове свои слова, но ничего предосудительного мужчина в них не видит, не слышит, не чувствует. Стилински сей мыслительный процесс, отражающийся в оливковых глазах мелькающими по радужке тенями, ничуть не радует. - Думаю, сначала мы научим тебя правильно разговаривать, - выдыхает Стайлз, отстраняясь достаточно далеко, чтобы взять себя в руки. - Ты не подопытный кролик. Поверь, я и так знаю, что могу научить тебя контролю. И не надо мне тут этого твоего, - парень обводит пальцем лицо Хейла и качает головой, - бровевыражения эмоций. Это раздражает. Мне необходимо тебя слышать, знать, что все в порядке. Кроме тех случаев, когда я захочу тебя заткнуть. Последнюю фразу Стайлз произносит так благоговейно, что у Дерека против воли начинают дрожать колени, а пах обжигает желанием. - Так ты разве не будешь меня шлепать? - интересуется Дерек, пытаясь скрыть свое смущение, но мгновенно понимая, что снова ляпнул глупость - у Стайлза глаза загораются чернотой, когда он в бешенстве, оказывается. - Окей, молчу. - Для начала мы с тобой просто займемся сексом, как думаешь? - Стилински облизывается, рассматривая Хейла так жадно, что у того даже сердце с ритма сбивается, грозя совсем выскочить из грудной клетки, и протягивает руку, приглашающе маня мужчину длинным пальцем. Дерек идет, как завороженный, смотрит на алые губы, по которым то и дело скользит юркий язычок, и понимает, что вот сейчас собирается погибнуть окончательно и бесповоротно. Он спокоен, как никогда, и даже руки не дрожат, хотя внутренне Хейла слегка потряхивает. Останавливается только рядом со Стайлзом. Так близко, что, кажется, дышит лишь им. - Что ты хочешь от меня? - Дерек не делает попыток обнять, приласкать, даже поцеловать или хоть как-то притянуть парня ближе к себе. Понимает, что с этого момента он отдает себя во власть другого человека. По крайней мере в том, что касается секса. Стилински почти не смеется. Точнее, он растягивает губы в самодовольной усмешке и не отводит шального бесовского взгляда от Дерека. Мужчина выглядит потрясающе - капля страха, разбавляющая мутную зелень глаз, от неизвестности и ожидания туда попавшая; немного нетерпения и неприкрытого желания в подрагивающих руках, которое от предвкушения появилась; невероятное количество нерастраченной нежности, с которой придется как-то бороться, потому что Стайлзу это не нужно, а оставить ее в воздухе висеть между ними непозволительная роскошь. - Для начала - ты себя подготовишь, - Стайлз вскидывает ладонь, когда Хейл уже собирается что-то спросить - наверняка, очередную глупость, и прижимает пальцы к его губам. - Не в этом плане. Это я сделаю сам. Растяну так, что ты еще скулить будешь и умолять. Держи, - в другой руке парня пакетик с медицинской эмблемой. Когда он его приоткрывает, у Дерека практически отвисает челюсть и округляются глаза. - Мы же не хотим, чтобы было...грязно? Хейл в считанные секунды становится пунцовым, хватает шуршащую упаковку и прижимает к себе. Проведя кончиком пальца по контуру того, что спрятано внутри, мужчина перетряхивает плечами и убегает в ванную комнату плотно прикрывая за собой дверь, чтобы ни одного лишнего звука наружу не вырвалось. Он не испуган. Ошарашен, смущен - да. Что ж, скоро привыкнет. Шум воды не смолкает слишком долго, поэтому Стайлз встает с насиженного места под дверью (он просто на всякий случай там был, мало ли что могло случиться) и стучится. Невнятный ответ парня не удовлетворяет. Он толкается дверь плечом и проходит внутрь. И просто едва не падает в обморок, как впечатлительная девица, когда видит стоящего под душем Хейла. Мужчина чуть оборачивается, но картины этим не портит, наоборот - будто добавляет недостающий мазок. Теплые струи оглаживают напряженные мышцы плеч и спины, вырисовывают контуры так четко, что тянет податься вперед и слизнуть их, собрать все, чтобы не мешались наслаждаться жаром гладкой кожи. Взгляд гладит, ласкает упругие ягодицы, и Стилински едва удерживает себя на месте. Он кусает губы, будто дорвавшийся до сладостей мальчишка, тянется всем телом, не замечает, что уже стоит рядом, вжимая в себя крепкое тело и пропитывая одежду насквозь, противно липнущую к телу. - Ты красивый, - мажет языком по извивающейся между лопаток татуировке и помечает галочкой пункт - выяснить, что означает замысловатый узор. - Безумно красивый. Дерек накрывает его ладони своими, обхватывает тонкие пальцы и приподнимает, целуя подушечки. В нем ласки через край, он хочет отдать ее, пока разрешают. А Стайлз берет, трется носом о лопатку мужчины и дышит им, пропитываясь насквозь. Так нельзя - это сломает границы. Это уже их разрушает, но отказать себе в удовольствии поддаться нежности парень не может. - Я никогда не был в такой роли, - звучит с нотками страха, но это нормально. В свой первый раз Стайлза трясло от ужаса, хоть он и был с тем, кого, на тот момент еще подросток, Стилински просто обожал до колик в животе. - Тебе понравится. Обещаю. Тебе очень понравится все, что мы будем делать, - в голосе парня столько уверенности, что она невольно передается расслабленному Дереку. Он верит этому голосу, вверяет свое тело обладателю этих хрипловатых интонаций. Ныряет в омут, где не видно дна, и даже не задерживает дыхание, надеясь, что его вытащат. Пока они идут к кровати, Хейл успокаивается. На самом деле он осознает, что самостоятельно, как все большие мальчики, принял решение впустить в свою постель Стайлза. Может даже и в жизнь, но это под большим сомнением и с жирным знаком вопроса. - Откуда в тебе столько самоуверенности? - Дерек усаживается на постель и гладит подтянутый живот Стилински через ткань футболки, которую тот, кажется, натянул впопыхах - растянутая и застиранная она выглядела совершенно неуместной на гибком стройном теле парня. - Это еще с армейских времен, - Стайлз ухмыляется совершенно пошло и развратно, так растягивает губы, скользя по ним языком, что хочется, блядь, заткнуть этот рот чем-нибудь, кроме поцелуя. - Но если я начну рассказывать сейчас, боюсь, ты рухнешь в обморок, принцесса, - смеется, тихо и непринужденно, заглядывая в оливковую зелень глаз мужчины. - Напомнить, кто из нас двоих вырубился после пары шотов и хорошей драки? - Дерек не остается в долгу, тянет надоевшую ткань вверх и удовлетворенно вздыхает, когда футболка отброшена в сторону. - Туше, - мягко выдыхает Стилински, наклоняясь и накрывая чужие слегка сухие губы своими - мокрыми и нереально мягкими. Целуется Стайлз властно - прихватывает губы зубами, тянет на себя, засасывает язык и трахает рот Дерека, что у того из головы вылетает, что до этого тоже были поцелуи, не остается в памяти первых и предыдущих. Стилински, если честно, все делает в определенной манере, захватывая инициативу в свои руки быстро и без объявления войны. А мужчина ловит от этого приход, впрыскивая наркоту под язык танцем губ и напрямую в вену клеймящими прикосновениями. - Блядь, - отстраняется, протягивая между их губами тонкую ниточку слюны, быстро втягивая ее в рот и глотая под пристальным взглядом стремительно темнеющих глаз Дерека. Стайлз не издевается и не провоцирует. Он, сука, каждым своим действием возбуждает так, что у Хейла разум улетает с тихим ВЖИК! Даже не прощаясь. - Интересно... - Что? - Дереку хочется побиться головой о ближайшую стену от этого тихого вопроса. Словно, блядь, девочка-целочка на выданье. - Ты везде такой сладкий? Хейл захлебывается этими словами. Буквально. Он открывает рот и понимает, что, кажется, вдохнул слишком много кислорода. У него горят легкие, хочется закашляться, но вместо этого мужчина часто-часто моргает и приоткрывает губы, словно немощная рыбка, которую выбросили на берег. - Надеюсь, ты не ждешь от меня ответа, - все же выдавливает он. - Это был риторический вопрос. К тому же, все всегда можно проверить опытным путем, - Стайлз легонько толкает Дерека в грудь, опрокидывая большого и сильного мужчину на спину, не прилагая каких-то особых усилий, и наклоняется к нему. И Хейл признает полное и окончательно поражение. Потому что губы Стайлза совершенно точно прихватывают натянувшуюся на шее жилку, ведут сверху вниз, оставляя влажный след. Потому что язык парня обводит контуром ключицы и скользит в ямочку между ними, вынуждая вздрагивать от дыхания, которое касается мокрых следов. Потому что руки Стилински укладываются по-хозяйски, мнут расслабляющиеся мышцы и отпечатками проходятся по груди и животу. Это настолько запредельно хорошо, что Дерек стонет чужое имя, запоздало понимая, какие именно звуки осели на кончике языка. Дерек едва ли замечает, что уже остался без одежды, лишь ощущает легкий холодок, который пробегается по коже, открывает мутные глаза и смотрит на Стайлза так, что у парня вышибает дух. Это просто богично - почти неразличимая за огромными зрачками зелень радужки манит, будто драгоценный камень, скрытый грязевой оболочкой, и хочется касаться так, чтобы только стоны удовольствия летали по комнате. И Стайлз не отказывает себе в этом. С чего бы? Дерек сам дал ему разрешение. Он гладит смуглую кожу, выводит линии и узоры везде, куда может дотянуться, запоминает, где прикосновения вызывают сильнейшую дрожь. Поэтому пальцы сжимаются на лодыжках мужчины, что помогает вернуть Хейла в эту реальность. Это необходимость сейчас - объяснить, успокоить, дать понять, что все не настолько страшно, как кажется. - Хэй, - Стайлз улыбается, когда лицо Дерека принимает более или менее осмысленное выражение. - Это будет просто секс, слышишь? И ты можешь остановить меня прямо сейчас, если хочешь, но потом будет поздно, - он шепчет, боится разрушить момент и, кажется, совершенно не дышит. - Я хочу, - Хейл кивает, облизывает сухие губы и пытается подобрать слова. Но придумать что-то не тривиальное сейчас выше его сил. - Я хочу тебя. Стилински осознает, что такого умиротворения не чувствовал уже очень давно. В нем будто расплавленным металлом растекается некая благодарность напополам с нежностью намешанная. Он сползает вниз, смотрит из-под пушистых ресниц и прислушивается к тихому пораженному вздоху. Кажется, до Дерека начинает доходить, что будет происходить дальше. - Не дергайся. Думаю, тебе не понравится, если я пущу в ход зубы, - Стайлз не шутит. Он, блядь, совершенно серьезен, и Хейл убеждается в этом, когда парень легонько прикусывает внутреннюю сторону его бедра и чуть тянет кожу, оставляя на ней заметный собственнический след. - Сейчас было хорошо, - честно бормочет Дерек. - Ему это по вкусу не придется, - заливисто смеется Стилински, проводя пальцем по напряженному члену, с которого медленно стекает в пупок капля смазки. И без предупреждения склоняется, вдыхает глубоко и сладко и мажет губами по всей длине. - Сссука, - выдает обалдевший Дерек, поджимая пальцы на ногах и жмурясь до белых пятен перед глазами. Кажется, у него только что истек срок годности терпения. Просто испарился в односекундном моменте. Он вышел чуть больше полугода назад. И не стремился заводить отношений. Даже ради секса на одну ночь. Платить за девочку тоже не хотелось, да особо и нечем было. Поэтому использовались остатки фантазии и правая рука, которая не жаловалась и не просила чего-то взамен. Вот и получается - сейчас его из собственного тела словно вышибает разум, который наблюдает со стороны, а сам Хейл полностью остается во власти ощущений. Которые нахрен разрывают его нервную систему в долбанные ошметки. - Нам с тобой еще столько предстоит сделать, - голос у Стайлза такой многообещающий, что мурашки проходятся ровным строем вдоль позвоночника Дерека, останавливаясь где-то в районе поясницы, которую уже медленно оглаживают длинные пальцы. - Столько узнать... Хейл не успевает спросить, о чем он. Хейл вообще вряд ли будет задавать какие-то вопросы ближайшие пару вечностей. Потому что Стайлз обводит кончиком языка открытую чувствительную головку, слизывает солоноватую смазку и берет горячий изнывающий от желания член сразу до середины, выдирая из Дерека умопомрачительные скулящие стоны. Стилински двигается нарочито медленно, плотно смыкая губы, втягивая щеки и попеременно касаясь уздечки то всей слегка шершавой поверхностью, то лишь юрким кончиком мокрого языка. Мужчина под ним дрожит, цепляется сильными пальцами за простынь, натягивая ткань с такой силой, что она может затрещать и порваться в любой момент. - Блядь, Стайлз... остановись. Я же сейчас кончу, - Дерек почти кричит, поднимая одну свою ладонь ко рту и прикусывая пальцы едва не до крови. В ответ парень усиливает хватку на ягодицах Хейла и приподнимается, выпуская мокрый и невероятно твердый от возбуждения член изо рта. Он качает головой и облизывается, будто только что съел целую порцию чего-то невероятно вкусного. - Если ты кончишь раньше меня, я буду недоволен, - он жмет плечами, словно высказал самую простую мысль во вселенной, и снова склоняется к Дереку, мажет языком по подтянувшимся яичкам, обводит вздувшиеся вены и понимает, что готов кончить от просящего стона, который срывается с губ мужчины, когда Стайлз пропускает его ствол целиком, чувствуя, как головка касается расслабленной глотки. Удержаться от оргазма почти невозможно, но Хейл достойно выдерживает эту пытку, жмурясь и кусая губы почти до крови, терзая сам себя с таким остервенением, чтобы не думать о прошибающем тело удовольствии, пока Стайлз вылизывает его член и сосет круче, чем кто-либо вообще сможет. - Черт, ты невероятный, - Стилински выдыхает это с благоговением, и пусть. Дерек все равно сейчас плохо соображает, а парень реально восхищается этим извивающимся сильным телом. Стайлз тянется через него к тумбочке, на которой уже стоит какой-то крем, который он нашел в квартире мужчины, и чуть не падает, когда сильные ладони по-свойски укладываются на поясницу и медленно ползут вверх. Парень не знает, что ему делать, как повести себя в этой ситуации и стискивает зубы, чтобы не заорать, не испортить все. - Дерек, не надо. Убери руки. Пожалуйста. Хейл послушно опускает руки по швам, смотрит обеспокоенно, но не спрашивает - из чувства такта или легкого страха, не важно. Он делает, как просят/приказывают. И за это Стайлз ему безмерно благодарен. Парень коротко целует Дерека в висок, садится на пятки и закидывает ноги мужчины на свои бедра, отчего тому приходится приподнять свою задницу над кроватью. Хмыкнув, Стайлз выдавливает немного крема на свои пальцы и кидает тюбик на простынь неподалеку - еще пригодится. - Расслабься. И не дергайся. Все будет хорошо, - он произнес те самые три фразы, после которых очень хочется напряженно сжаться, понервничать и заодно решить, что скоро все пойдет по пизде. Указательный и средний пальцы аккуратно гладят тугое отверстие, и Дерека, кажется, больше не существует. Он судорожно облизывает губы, смотрит на парня из-под дрожащих ресниц и даже дышит, блядь, так пошло-сладко, что у Стилински все внутри сжимается от предвкушения. Это невозможно в реальности, это воплотившаяся мечта - парень точно знает, что этот подарок должен был достаться кому-то другому. Стайлз осторожно надавливает, проталкивает указательный палец на одну фалангу и почти скулит, когда Хейл сжимает его изнутри. Когда внутри уже свободно двигается два пальца, которые Стайлз разводит немного в стороны, гладит ими стеночки и ритмично надавливает на набухающую простату, у Дерека мелькает в голове мысль, что это может быть довольно неплохо. Он не испытывает больше дискомфорта или стыдливости, ощущая только полыхающее желание, растекающееся внутри горячей лавой. Когда пальцы исчезают, он скулит и совершенно бесстыдно просит еще, почти невидящим взглядом наблюдая за тем, как Стилински раскатывает презерватив по аккуратному розовому члену, к которому так и тянет прикоснуться. Блядь, Дерек залип на чужом стояке так, будто никогда не видел ничего идеальнее. Кто-нибудь, вызовите службу спасения! Когда Стайлз перехватывает руки Хейла и закидывает их наверх, прижимая к подушке и одним только взглядом прося оставить на месте, мужчина только кивает и запрокидывает голову, будучи не в состоянии смотреть на дальнейшие действия парня. Стилински медленно проталкивает в узкий, хоть и разработанный вход головку и начинает плавно и по возможности осторожно толкаться. - Блядь, Дерек... Я и представить не мог, что внутри тебя так хорошо, - шепчет, как в бреду, совершенно теряясь в собственных ощущениях, едва сдерживаясь, чтобы не скользнуть на всю длину. - Так тесно и горячо. Боги... Невероятно просто, идеально. Он трется носом о шею Дерека, чуть прикусывает кожу в изгибе, оставляя очередной засос и замирает, привыкая сам и не решаясь торопить мужчину. Но Хейл, кажется, уже не может терпеть эту чертову пытку - двигается навстречу, изгибается, чтобы Стайлз ощутил, как налитой член изнывает без ласки. - Черт, Стайлз, пожалуйста, - мужчина облизывает губы так часто, словно хочет их начисто стереть, дышит, будто загнанный зверь и смотрит расфокусировано, но от этого только больше заставляет желать себя. - Ты не знаешь, о чем просишь, - насмехается, издевается - так кажется Дереку. Но Стилински просто... Господи, да он просто боится сделать больно, оставив настолько жуткие впечатления, что... Мысль закончить не получается. Потому что от следующего толчка Дерека гнет красивой дугой, и у парня просто слюни текут на это зрелище. Он захлебывается ими, проворно сглатывает и подхватывает ногу мужчины под коленом, немного меняя угол проникновения. И от следующего толчка у Хейла звезды взрываются перед зажмуренными веками. Слишком правильно и хорошо. Даже не смотря на легкую боль от непривычной наполненности. Стайлз облизывает ладонь и обхватывает ею стояк Хейла, всем телом вздрагивая, когда мужчина почти кричит от накатывающего удовольствия, которое вот-вот готово окончательно накрыть его оргазмом. Толчки становятся несколько хаотичными, смазанными, но парень умело проезжается по бугорку простаты головкой, наклоняется и ловит губами тихие вскрики, скользит языком по шее, которая покрылась солоноватой испариной. И дуреет. Нет, правда. Он выпадает из реальности, уплывает куда-то далеко-далеко без надежды вернуться. А Дерека ломает изнутри. Хочется прикоснуться, ощутить под пальцами шероховатости старых шрамов, запомнить точки родинок и провести ладонями по изящно изогнутой спине, наслаждаясь гладкостью бледной кожи. Запрещено. Может, когда-нибудь он спросит - почему. И остается только тонуть в эмоциональности моментов - страстно прикушенная метка, которая уже полыхает в основании шеи; нежное скольжение языка под торчащим соском; опасное прикусывание кожи над пупком, которое едва не скатывается до алых бусинок крови. И это ломает. Почти так же, как невозможность прикоснуться. - Дерек, - Стайлз горбит спину и утыкается лбом в плечо Хейла, надрачивает ему с таким наслаждением, будто себе, тает и растворяется от происходящего. Такого не было. Никогда. Произносит слово мысленно по буквам и понимает - оно точно отражает. Он едет большим пальцем по уздечке, гладит пурпурную головку и выдыхает с тихим "ох", когда Дерек изливается между ними, мелко дрожа и постанывая на ухо парня, сжимая руки, закинутые над головой в кулаки. Стайлза хватает немногим дольше - всего пара секунд, и он замирает, кончая с громким хриплым стоном. Стилински отстраняется медленно и нехотя, придерживает норовящий слететь кондом, который завязывает и скидывает на пол - потом найдет и выкинет. Он тянет ошалелого Дерека к себе, трется носом о его плечо и приподнимается на локте, чтобы посмотреть в глаза мужчины, которые тот никак не возьмется открыть. - Прием, земля вызывает Дерека. Хьюстон, у нас проблемы, кажется, чувак никак не отойдет от оргазма, - Стайлз улыбается и ведет ладонью по груди мужчины. - Оу, - Хейл вздрагивает, моргает, скидывая с себя легкий морок. - Оу? - Оу, - кивает и растягивает губы в улыбке. - Это было... оу. Мне понравилось, правда. В душ? - В душ. Только поясню - не трогай шрамы. Не люблю этого. Слишком много воспоминаний, - парень усмехается и сползает с постели, оборачивается и пожимает плечами. -Как-то так. - Постараюсь запомнить, - Дерек ерошит свои волосы, садится и чуть морщится, но стойко выдерживает путь до ванной комнаты. Возможно... Они поговорят об этом. Возможно... Они не будут говорить вообще. Возможно, не стоило соглашаться на суицидный прыжок в пропасть?