Одиночество мое начинается в двух шагах от тебя

Прошло девять лет Иван сидел на кровати и листал книгу. Альфред обустроил ему в комнате целый читальный уголок и, что удивительно, книги были на русском и русских писателей. Классика, в основном, но Брагинский был рад и этому. Хоть какая-то связь с родными людьми. Но сейчас он не мог уловить смысла текста, потому что его голова была забита мыслями о побеге. Россия пытался убежать раз пятнадцать, не меньше. И каждый раз ему не удавалось уйти далеко, Америка всегда возвращал его. То, какое наказание Ваня получал за побеги, лучше не вспоминать. Убрав книгу на столик, Брагинский лег на кровать, уставившись в потолок. За все года, проведенные здесь, его душа словно высохла, лишь изредка напоминая о себе сухим потрескиванием. Долгое время Иван не проявлял практически никаких эмоций, чем очень раздражал Джонса. Не было с его стороны ни улыбок, ни криков… Ни-че-го. Ваня только удивлялся, как Америке еще не надоело ждать от него ответных чувств? Альфред дарил ему подарки, таскал сладости, пытаясь вызвать хоть какую-то положительную реакцию с его стороны, даже этот книжный уголок ему сделал в надежде получить благодарность, но нет, Иван даже не улыбался. Иногда Америка бил его, не часто, но очень сильно. Россия уже понял, что Альфред просто напросто сошел с ума. Последний раз он вышел из себя два года назад, когда Брагинский отказался от еды. Ему было жутко плохо из-за экономического кризиса в своей стране, но объяснить этого Россия не успел. Америка избил его так, что Иван несколько дней не мог встать с кровати и не различал окружающую обстановку. Тогда Ваня и понял, что Джонс самый настоящий псих, и нужно, по возможности, не перечить ему, иначе можно не дожить до момента своего освобождения. Если он, конечно, будет. Часто Россия вспоминал Гилберта. Особенно по ночам, когда Альфред переставал терзать его тело, а только обнимал, засыпая. Иван представлял, что это его обнимает Пруссия. Но это было слишком больно. Вот и сейчас Россия прикрыл глаза, мысленно рисуя образ любимого человека. Красные глаза, дерзкий взгляд и соблазнительная ухмылка, бледная кожа и волосы, словно свежий первый снег. Сердце Ивана забилось сильнее. Хотелось как можно скорее вырваться из этого кошмара. До дрожи в руках хотелось попасть домой. Хотелось выйти на улицу, глотнуть свежего воздуха, почувствовать легкое касание порыва ветра. Все это время Брагинский видел окружающий мир только из небольшого окна, которое было закрыто стальной решеткой. Даже из комнаты он выходил только когда Америка был дома. А самое лучшее время было, когда Альфред надолго уезжал по делам, оставляя его в одиночестве порой на несколько недель. Тогда он неспешно готовил на маленькой кухне, которая была оборудована здесь же, спокойно читал или вязал, не содрогаясь от каждого звука, ожидая, что сейчас зайдет Альфред и ему снова придется лишь покорно терпеть все, что тот с ним будет делать. Россия пытался рационально обдумать сложившуюся ситуацию. Он очень хотел попасть домой к выборам президента. Он знал, что Ельцин оставил свой пост и назначил приемника. Ваня узнал об этом случайно, прежде чем Джонс успел выключить телевизор в гостиной. Выборы были назначены на март. Сейчас был февраль. Значит, есть всего месяц, чтобы сбежать. Но как перехитрить Америку?.. На самом деле Иван уже кое-что делал. Пару месяцев назад ему в голову пришла мысль сыграть влюбленного. Сделать вид, что он смирился со своим положением. Эта идея показалась достаточно хорошей, хотя бы для начала. Не переставая об этом думать, Брагинский прикрыл глаза и вскоре заснул.

***

Проснулся Россия от ощущения, что его кто-то целует в шею. Он резко дернулся и скинул с себя американца. - Детка, что такое? Я же соскучился. – Америка обиженно нахмурился, - Мы все-таки две недели не виделись! Ваня едва сдержался, чтобы не показать своего отвращения. - Извини, Альфред, просто ты меня напугал, - Иван едва заметно улыбнулся, - Я рад, что ты вернулся. - Правда? - Искренне удивился Америка. - Думаешь, мне нравится сидеть здесь в одиночестве? - Россия вздохнул, - Без тебя очень грустно. Конечно, это была ложь. Брагинский решил все же попробовать отыграть роль возлюбленного, вдруг, получится? - Мне тоже без тебя плохо, - Альфред обнял его и поцеловал, - Только о тебе и думаю на этих дурацких заседаниях. Кстати!… Он порылся в кармане пиджака и достал оттуда сиреневую бархатную коробочку. - Под цвет моих глаза? - Россия улыбнулся, - Очень романтично. - Я старался. - Альфред открыл коробочку, в которой было явно безумно дорогое кольцо, - Это для тебя, сделано на заказ. Нравится? - Ого, - Притворно удивился Ваня и принял подарок, - На заказ? Ты так старался ради меня? Оно просто великолепное! Я даже не знаю, как тебя благодарить… Американец ловко надел кольцо Ване на палец и теперь, довольный, рассматривал его. - На такой изящной руке, что угодно будет выглядеть красиво. - Джонс нежно поцеловал его пальцы, - Ты в последнее время так радуешь меня своим поведением, что я просто не мог оставить тебя без подарка! - Я тоже хочу что-нибудь для тебя сделать. - Иван чуть смущено улыбнулся, - Только скажи, что. Америка улыбнулся в ответ и провел рукой по щеке Брагинского. Тот прикрыл глаза и подался вперед, принимая ласку. Альфред видел, что Ваня все чаще идет на контакт. Значит, все это время не прошло впустую. - Ничего не нужно, просто продолжай меня так же радовать и я буду самым счастливым. - Хорошо. - Брагинский кивнул и прижался к нему, - Я сделаю, как ты скажешь. Америка поцеловал его в светлую макушку и прикрыл глаза. Наконец-то, Россия понял, как нужно себя вести. - Ванечка, ты голоден? Я приготовлю ужин. - Альфред поднялся с кровати, - Чего ты хочешь? - Постой, - Россия изобразил смущение и схватил Альфреда за руку, - Можно я что-нибудь приготовлю для тебя? Америка задумчиво на него глянул. С одной стороны, это опасно, он может попытаться сбежать, но с другой, нужно дать ему шанс, он ведь действительно стал вести себя иначе. - Хорошо, но даже не думай сбежать от меня, я от тебя ни на шаг не отойду. - Отлично! Спасибо, Америка! Иван приподнялся и повис у него на шее. Альфред поцеловал его в щеку и подхватил на руки. Улыбаясь, он пошел в сторону кухни. Иван отстранено подумал, что тоже будет улыбаться, когда воткнет нож в голову Джонса. Только бы выбраться отсюда…