Под запретом

Погода была солнечная. Лучики огненного круга пропекали землю, обжигали кожу неготовых людей. Вокруг выла тишина и лишь шум прибоя, крики чаек разряжали обстановку. Периодически носом шмыгала Ума, прижимаясь к вновь живому парню. Своему парню. Бизон поглаживал девушку по плечу, успокаивая. Батя с Физиком стояли в стороне, смотрели вниз. Они все молчали. Кто-то смотрел на русоволосую девушку, которая бесшумно роняла слезы на песок, на холодеющее тело. Он лежал головой на ее коленях и… И уже даже не дышал. От воздуха кожа становилась не то синей. Не то тускло-черной. Женя уже не надеялась, что Вася вдруг схватит легкими воздух. Но постоянно держала руку на его пульсе, ждала хоть слабый, но удар. Но нет, все было тщетно. Булатов посмотрел вдаль, в сторону дороги, как только услышал голоса. Через бинокль увидел приближающуюся армию полицейских. — Надо уходить. Быстро, — строго сказал ребятам. Все беспрекословно подчинились его приказу и побежали к яхте, которая стояла на берегу. Все, кроме Муры. — Жень, идем. — Я не оставлю его здесь, — вытерла нос тыльной стороной ладошки и посмотрела на командира, зажмурилась от слез и яркого солнца. — Мура, послушай, — он присел рядом. — Если мы сейчас не уйдем, то ляжем вместе с ним рядом. А нам надо домой. Как только разберемся, восстановим наши имена и вернем чистое и честное имя Ионова, тело переправим сюда. Я обещаю. — Хорошо, — девушка кивнула и вновь посмотрела на тело. — Прости меня. Пожалуйста, — она последний раз коснулась своими теплыми губами его уже холодных губ, уронила слезу и ушла. Яхта с ребятами успела уехать раньше, чем полиция настигла группу. Бизон поставил режим автопилота, введя нужные координаты. Они плыли под флагом американцев, значит особых проблем у них не должно было быть. На судне их ждали поддельные документы, которые необходимо было изучить. Легенду все знали с самого начала. Сейчас каждый пересел на свободное место вместе с паспортом. — Вопросы по документам есть? — Батя уже переоделся, натянул солнечные очки и посмотрел на каждого. Ребята кивнули. — Отдыхайте. По всем расчетам завтра будем в порту Анапы. Там досмотр проще, машину найдем и отправимся в Питер. Яхта плыла по волнам, покачиваясь. Скорость была маленькая, ведь автопилот. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку и мрачную тишину, решено было сесть и поговорить. Взгляды падали на Муру, которая сидела и прижимала к себе коленки. Она слушала все происходящее, но мысли были в другом месте. С другим человеком. — Боря, расскажи, где ты был? И почему спросил про шрам? — Это очень интересная история. Помните Женька ушла к морю и сидела там всю ночь? Мне это показалось странным, ну я и пошел. Увидел там ее. Подошел, поговорил. Из разговора понял, что она совсем не наша Мура. Только вот она подумала, что я из их коллектива. Я повернулся и увидел себя. Он шел как раз к нашему лагерю. Вот тогда то и решил провернуть всю игру. Пробрался в лагерь к двойникам. Оказывается, есть пластический хирург, который сделал точную копию нас. Чтобы подставить и убить или упечь за решетку. Из разговоров догадался, что они периодически меняются с нами настоящими и ссорят всех. Их главная задача, чтобы мы разругались, потеряли друг друга и попались в лапы правосудию. — Кот тоже двойник? — Мурашова подняла голову с колен и посмотрела на Тарасова. — Как я понял есть все двойники. Но не все шли за нами по пятам. Есть часть, которая была в Питере. Видимо Кот и был в Питере, чтобы подставлять еще и там и поддерживать легенду. — Понятно, — она встала и ушла на нос яхты. Зажмурилась, сняла со своей шеи цепочку с кольцом, которое Вася подарил в ту ночь. Кинула ее в море и бескрайние просторы синевы. — Жень, постой, — Олеся поднялась следом. Ее остановил Батя, положив руку. Отрицательно покачал головой. Уманова вздохнула и села обратно, тихо Проговорив — Сегодня утром я была не в себе. Накричала на Женю и сказала очень плохие вещи. Я должна попросить прощения. — Леськ, поверь, ей сейчас не до твоих слов. Ионов хотел жениться на ней, как только они окажутся в Питере и все разрулят. — Физик поддерживал, как мог. — Родная, что ты ей такого сказала? — Боря протянут руку и усадил ее рядом с собой. — Я ей сказала «вот бы ты почувствовала хоть раз тоже самое, что чувствую я». В контексте потери близких и любимых людей. — Ума, — вздохнул Булатов и покачал головой. — Малышка. Ты… — Бизон покачал головой и прошептал уже на ухо своей девушке. — Не говори ей сейчас ничего про свои слова. Только хуже сделаешь. Мысленно попроси прощения у Васи и все, отпусти эти слова и мысли. Потом, когда придет время, извинишься. Ума послушно кивнула головой и опустила глаза в пол. Тарасов отрицательно покачал головой товарищам с просьбой не разговаривать с девушкой. Физик кивнул и посмотрел в сторону кормы. Подошел к Муре со шприцем в руке — Женьк, надо укол поставить. — он говорил осторожно — Да, конечно, — девушка кивнула головой, вытерла слезы и кивнула на свое плечо. — Сделаешь? — Не уйду же, — улыбнулся друг и ловко поставил укол. Положил шприц на палубу и прижал к себе Женю. — Все будет хорошо у тебя. Он ушел, любя. Любил тебя, ждал, оберегал. Теперь тоже будет тебя оберегать, как ангел. Прости его. — Серег, — вновь голубые глаза наполнились слезами. — Он оставил меня. Ушел, просто ушел. Оставил одну в этом чертовом мире, — психанула. Тут же ее прижал к себе друг и погладил по волосам. — Он всегда с тобой. В сердце своем. Всегда, Жень. Помни это. — посмотрел на небо и улыбнулся.