Плюмбум

Заносчивый гитарист никак не хотел выходить у меня из головы. То и дело в памяти воскресал его образ: грациозный силуэт в чёрном кителе, демонические глаза, тонкие пальцы... Было в нём что-то поистине завораживающее. — Маша! — вырвал меня из водоворота мыслей голос Нины Викторовны. — Ты меня слышишь вообще? — А? — я растерянно посмотрела ей в глаза. И когда урок успел начаться? — Что-то случилось? — она обеспокоенно смотрела на меня. — Выглядишь растерянной. — Да… Я не хотела бы об этом говорить, если можно, — смущенно улыбнулась я. — Простите, личные проблемы. — И всё-таки не стоит отвлекаться, — нахмурилась учительница, но на её лице отразилась понимающая улыбка. Сегодня у меня заслуженный выходной. И плевать, что понедельник. Не всегда же быть для всех примером в конце-то концов! А ведь я даже имени его не знаю… Высокомерный придурок! Не хватало ещё двоек из-за него нахватать под самый выпуск. Сам-то небось даже не вспоминает обо мне. На перемене я обнаружила в телефоне семь пропущенных от Жанны. Если эта бестия хотела кого-то достать, она не останавливалась ни перед чем. Восьмой вызов высветился на экране, и я подняла трубку, усаживаясь на подоконник в школьном коридоре. — Я же просила не звонить мне, когда я на учёбе! — Угадай, с кем "Плюмбум" подписал сегодня договор о съёмках клипа? — воодушевлённо закричала Жанна в трубку, игнорируя моё замечание. — Судя по твоему энтузиазму, — усмехнулась я, — "Металлика"? "Роб Зомби"? "Умф"? "Рамштайн"? Из более реальных… "Сплин"? "Люмен"? "Слот"? Неужели "Хелависа"? — Лучше! "Джихад Андеграунда"! — Кто? — на мгновение я задумалась, припоминая все знакомые группы. — Ну, вчерашние солдаты! Которые "Плюмбум" просто порвали! — А… Ну и названьице. — Оказалось, что эти парни у нас в городе записывают свой первый альбом. Их спонсирует мой блудный папаша, углядевший в ребятах недюжинный потенциал. Не суть. В общем… Вчера они пробовали нашу сцену, и атмосфера клуба им настолько понравилась, что они загорелись снимать клип именно у нас. Но есть одно маленькое условие... — Мне уже не нравится твой тон. — Им нужна бэк-вокалистка для клипа с хорошим чистым голосом. Я не могла не порекомендовать тебя для прослушивания. В общем… Откладывай все свои дела и пулей несись в "Плюмбум". Стас уже ждёт тебя там. — Притормози! — я попыталась возразить, но в этот самый момент по ту сторону телефона зазвучали короткие гудки. Перезвонить мне не дал входящий звонок. Урок истории позволил мне спокойно обдумать слова Жанны. Конечно, музыка этой необычной группы мне безумно нравилась, но ледяной взгляд гитариста упорно не давал покоя. В конце концов, что это за звёзды такие, чтобы я ради них школу прогуливала?! — Мария? — едва начался урок, как в класс зашла наша директриса. — Сейчас звонила ваша сестра Жанна. Она сказала, что ваш крёстный Станислав попал в больницу, и вам нужно срочно приехать к нему. — Я знаю, — спокойно ответила я. — Крёстный подождёт. Я не хочу прогуливать. Не беспокойтесь, Ангелина Сергеевна, с ним всё будет в порядке. С Жанной я сама поговорю на перемене. — Вы уверены, что ничего серьёзного? Ваша сестра была очень взволнованной… — Жанночка всегда переживает по пустякам. Извините за беспокойство. — Ну, Жанка… Манипулировать мной через начальство — это уже слишком! — Ну, смотрите… — директриса удовлетворилась моим ответом и вышла из кабинета. Однако, не прошло и десяти минут, как наш классный руководитель, войдя в класс и опять прерывая урок, с болью в голосе сообщила, что на сей раз уже мама просит меня срочно приехать к крёстному Станиславу: ведь это мой последним шанс увидеться с ним! Поняв, что подруга моя просто так не успокоится, я собрала вещи, извинилась перед учителем и вышла из кабинета, чувствуя на себе завистливые взгляды одноклассников. В самом деле, ну кого из них с урока настойчиво выдворяет сам директор в тандеме с классным руководителем? Жаннет умеет убеждать людей. Оказавшись на улице, я набрала номер матери. — И что же такое стряслось с моим крёстным Стасом? Насколько я помню, мой единственный крёстный Виктор разбился на машине ещё когда я пешком под стол ходила? — сурово произнесла я, услышав мамино бодрое «Алло?» в динамике. — Марусь, ну неужели ты сама не хочешь попробовать? Тебе же так нравится петь! Да и группа эта очень интересная. Я проанализировала их творчество… Через экстравагантную и мрачную атмосферу парни доносят до молодёжи очень правильные вещи. Я была бы рада, если бы ты попробовала поработать с ними. Это отличный шанс, тебе не кажется? — Быть подпевалой у посредственной группы? Вот уж увольте. Даже не стоило меня отпрашивать с уроков. Я не пойду. — Так, Масик, в чём дело? — обеспокоенно поинтересовалась мама. Она всегда чувствует, когда я пытаюсь лукавить или что-то недоговариваю. — Да не нравятся они мне. Внешне вроде бы привлекательные, но смотрят так, словно люди вокруг — назойливая мошкара. Думают о себе невесть что. — Если бы это было так, то их лидер сейчас не сидел бы целый час в "Плюмбуме", ожидая встречи с лучшей вокалисткой андеграундного мира нашего Мухосранска. Ты просто боишься, что не дотянешь до их уровня. — Что?! — возмущению моему не было предела. Отчасти потому, что мама была абсолютно права. Эти ребята были слишком круты, чтобы я могла вот так просто влиться в их коллектив. Ещё и взгляд этот… Бррр! — И совершенно напрасно! Иди и порви их. Даже если не получится, ты ведь ничего не потеряешь! Марусь… Подумай сама, разве это не здорово — петь в настоящей рок-группе? Мама умела подвигнуть меня на правильные решения: я нырнула в маршрутку и спустя несколько минут и смачных водительских матюков была доставлена к клубу прямо в строгом школьном платье. В это время суток "Плюмбум" обычно спал. Кроме ожидающих моего появления и неусыпной охраны в зале из живых обитал лишь бармен Коля, флегматично протирающий рабочие поверхности от невидимой пыли, готовя клуб к открытию. За столиками не было ни души. Охранник Валерка поначалу не сразу узнал меня в амплуа строгой училки и даже хотел было преградить дорогу, но потом его квадратная челюсть отвисла - так он был поражен. Он уставился на меня ошалевшим взглядом, после чего заржал в голос. — Ра-а-адуга, ты серьёзно? — хихикал он, хватаясь за живот. — Расскажешь кому — тебе не жить! — хмуро буркнула я, погружаясь в полумрак родного клуба, где за одним из столиков рядом с Жанной и тётей Светой сидел строгий гитарист, не покидавший моих мыслей последние сутки. Я подошла к столику и официально поздоровалась с ожидающими, вызвав истеричный смех Жанны. В последний раз она видела меня в образе примерной школьницы лет пять назад, когда мы только познакомились. Глаза гитариста округлились от удивления. То ли он не ожидал, что обещанной вокалисткой окажусь именно я, то ли был ошарашен таким внезапным перевоплощением. Впрочем, он и сам без грима и в повседневной одежде выглядел не так эффектно. Симпатичный, но довольно заурядный тип. Таких по вечерам в "Плюмбуме" полным-полно. Он галантно протянул мне руку в знак приветствия. Кого я обманываю?! Да будь он хоть трижды надменным индюком — шикарен, гад! А глаза у него необыкновенные. Зелёные-зелёные! Я даже не знала, что такие бывают у людей. — Марусь, ты просто обязана спеть ему, — начала Жанна. — Вот увидите, она офигенно поёт! — Жанна! — показушно пригрозила тётя Света, кокетливо улыбаясь гостю. — Вы ведь не против спеть небольшую композицию на ваш выбор? — поинтересовался Стас, доброжелательно улыбнувшись. Но какой холодный взгляд, чёрт возьми! Как много официоза! Мы вообще в "Плюмбуме" или в пафосном ресторане на деловых переговорах? — Да запросто! — фыркнула я, хватая микрофон. Выбор песни был для меня очевиден. Не дожидаясь музыки, я выдохнула первые строки, глядя прямо в глаза гитаристу: You can't bring me down Already had my life turned upside down I ride a downward spiral round and round But I keep flying, I keep fighting You won't ever bring me down! Беспристрастное лицо слушателя не выражало никаких эмоций. Досада охватила меня. Поначалу ровный и мягкий голос начал вдруг истерично срываться. Я поняла, что начинаю заваливать прослушивание. I'm good, I'm fine, this life's divine No hate, no shame, no one to blame You might disguise your life with lies I won't chastise! Я буквально выплюнула последнюю строчку ему в лицо, сорвавшись на последней ноте. Жанна ошарашено смотрела на меня, а тётя Света сидела, закрыв лоб ладонью. Сердце стучало в висках от волнения, а к горлу подступил противный ком. Это провал. — Попробуй спеть что-нибудь из нашего репертуара. Если ты запомнила хоть что-то из наших текстов, значит наше творчество засело в тебе, и мы охотно будем сотрудничать с тобой. — Это шутка? — воскликнула Жанна. — Она же только что… — Только на этот раз пой всерьёз. Или лучший голос такого шикарного места, как "Плюмбум" — откровенная бездарность? Я помнила наизусть каждую их песню, исполненную вчера вечером. Своим вызовом он задел меня за живое. Однако спеть так, как я могла, у меня не получилось. Ну не могу я петь кому-то в угоду! Для этого нужно вдохновение, чтобы ноты проникали в сердце, а звуки сами вырывались из гортани - именно такие, какими и должны быть. Мне нужно вдохновение, но я слишком волнуюсь, чтобы найти его сейчас. Был бы здесь кто-нибудь другой… — Парни меня четвертуют за это решение… — задумчиво потянул Стас. — Но я решил устроить тебе публичную казнь. Сегодня ты споёшь вместе с нами на сцене. После выступления будет принято решение — брать тебя или не брать. — Не согласна! — возразила я. — Я не смогу петь на одной сцене с таким высокомерным ублюдком, как Вы, Станислав, как-вас-там-по-отчеству? Парень пристально посмотрел на меня, впервые за сегодня улыбнувшись… Страшно улыбнувшись. — Прекрасно. В таком случае… разговор окончен. Света, у вас найдётся ещё милый женский голосок для нашей группы? — Мы сейчас… Пожалуйста, посидите ещё пять минут! Будет вам милый голос прямо сейчас! — растерянно подскочила Жанна. Она схватила меня за локоть и утащила в гримёрку. — Ты что творишь, идиотка! — зашипела она. — Ты себя со стороны слышала?! Я ему пол дня наперебой расхваливала твой ангельский голос, а ты взяла и всё испортила! Почему ты ведёшь себя, как последняя стерва?! В чём дело? — Просто они мне не нравятся. Вот и всё. — Серьёзно? — Жанна ехидно усмехнулась. — Так… Колись давай, кто из их квартета тебя отшил? — Что?! Да никто не отшил! — Тогда почему вы оба собачитесь, как бывшие любовни… Стой! Так ты на Стаса запала? — Ничего я не запала! — злобно прошипела я, ощущая, как щёки и уши предательски вспыхнули. — Ого! Да наша льдинка-радуга влюбилась! — Жанна ехидно улыбалась, глядя мне в глаза. Признаться, я и сама не знала, почему веду себя словно последняя психопатка, но поделать с собой ничего не могла. Когда я находилась рядом с этим парнем, мозг отказывался функционировать, и я была способна сморозить любую глупость. — Так, где-то у меня были мелки… Сейчас найду… Переодевайся! — Жанна начала рыскать по шкафчикам. Я послушно переоделась в её большую не по размеру футболку, натянула леггинсы, а подруга тем временем принялась разукрашивать мне волосы. — Перестань уже строить из себя обиженную стерву и будь собой. Ты ведь хочешь петь с ними? — Честно — очень! — вздохнула я, морщась от резкого движения Жанны, которым она чуть не вырвала мне прядь волос. — Иди и порази этого высокомерного ублюдка! — дружески хлопнула меня по заднице напоследок Жанна. — Ты же можешь быть милой! — Спасибо, Жанночка… — усмехнулась я, выходя с микрофоном на сцену. Сердце колотилось, словно сумасшедшее. Стас уже проходил мимо охраны, игнорируя попытки тёти Светы задержать его, когда я набрала в лёгкие побольше воздуха и в гортани наконец-то родился чистый звук нежного лирического сопрано. Я нашла своё вдохновение.