Малыш // Jag-eun

1. https://pp.vk.me/c636419/v636419337/f9d9/Ni9B0IKrTdo.jpg Прежде чем быть брошенным в стену, будильник всё же разбудил Чанёля, а вслед ему прилетел хмурый взгляд, когда механизм пискнул и, упав на пол, затих. Парень застонал и, отбросив одеяло, провёл рукой по беспорядку на голове. Несмотря на то что он чувствовал себя разбито, из-за того что вчера поздно вернулся и мало поспал, всё же он был… рад встрече с Бэкхёном. Стоп, нет-нет-нет, рад? С чего бы? Он же только начал работать, а Бэкхён был просто пациентом, о котором ему нужно было заботиться. Чанёлю случалось следить за огромным количеством пациентов прежде, и ни к кому из них у него не было личной симпатии — все они были скучными до смерти, если честно. Возможно, всё потому, что сейчас его внимание было сосредоточено только на одном пациенте? Но даже это не оправдывало бабочек, порхающих у него в животе, всякий раз, когда он думал, что сегодня ему снова работать с Бэкхёном. А может, он просто проголодался. Ха-ха! Ну конечно, просто проголодался. . . . Да… Чанёль осторожно улыбнулся сам себе и, потягиваясь, встал. Он быстро переоделся в рабочую одежду и уже поправлял рубашку, стоя перед зеркалом. — Чёрт… — вздрогнул Чанёль, приглядевшись к своему отражению: взгляд упал на расцарапанную щёку. Рана на губе уже покрылась корочкой, а остальные царапины уже темнели. За ночь они уже немного подзажили, но всё равно кожа была довольно чувствительной и начала ныть, когда он умылся холодной водой, стараясь особенно аккуратно вытираться полотенцем. Быстро пройдясь по волосам расчёской, он схватил кошелёк и вышел на свежий воздух. Была только середина весны, и по утрам всё ещё было немного прохладно. Выдыхая пар, Чанёль шёл свои восемьсот метров до здания SM Institute, минуя различные магазинчики. Он остановился у книжного магазина, наткнувшись взглядом на набор цветных мелков за стеклом. — Бэкхёну бы такие точно понравились, — сказал он себе, не обращая внимания на бабочек в животе. Он вошёл в помещение и прошёл сквозь стеллажи, уставленные книгами и художественными принадлежностями, которые изредка разбавлялись конфетками и прочими сладостями. После разглядывания огромного количества всяких прибамбасов Чанёль остановился на коробке масляной пастели и скетчбуке без разлиновки и направился к кассе. Он вышел из книжного с пакетом в руке и едва ли не врезался в кого-то, вовремя остановившись. — О господи… Чунмён! — воскликнул Чанёль, задержав дыхание. Перед ним стоял тёмноволосый мужчина в знакомой мятно-зелёной форме их учреждения с чашкой кофе в руках. Недовольство на его лице быстро исчезло, и он рассмеялся. — Здорово, Ёль, — поприветствовал его Чунмён, выдохнув с облегчением. — Если бы это был кто-нибудь из старичков, я бы точно ему врезал. Хорошо, что я увидел твоё лицо раньше. Чунмён рассмеялся и хлопнул Чанёля по спине, предложив дойти до работы вместе. Чунмён, как подметил Чанёль, выглядел весьма беззаботно и даже как-то неряшливо: руки были спрятаны в карманах, волосы растрепались, а форма была вся в складках, и даже верхние пуговицы на рубашке были расстёгнуты, открывая ключицы. — У меня хорошее тело, да? — хихикнул Чунмён, заметив на себе взгляд Чанёля, на что тот помотал головой. — Я просто… ну, рассматривал тебя, — пожал плечами Чанёль. И это было чистой правдой: его совсем не привлекал Чунмён, он просто смотрел на него. — Шучу, шучу. Я всё равно не по этой части, — рассмеялся Чунмён. — А ты по этой, Чанёль? Не волнуйся, я ничего не имею против. Чанёль снова просто пожал плечами. — Не знаю. Я, скорее, просто буду встречаться с тем, кто мне нравится, и всё. Чунмён улыбнулся и, кивнув, сменил тему. У дверей больницы их поприветствовал Лухан, и они направились в столовую, чтобы быстро позавтракать. Чанёль опять обошёлся бутербродами с маслом и шоколадной крошкой, на что Чунмён хмуро спросил: «Да что у тебя с вкусовыми предпочтениями?!» — Лухан гордо достал пончики с розовым кремом со словами: «Сам сделал!» — Чунмён же обошёлся чашкой кофе с горстью маршмэллоу и прорычал: «Отстань, Лухан, это идеальный здоровый завтрак! Я беру от молодости всё!» Дождавшись начала смены, они собрали подносы для своих пациентов и разошлись по разным коридорам. Чанёль прошёл через обычную процедуру досмотра, перед тем как войти в комнату Бэкхёна. Он нашёл его всё в той же позе, что и в их первую встречу. Подушка была абсолютно гладкой, как будто бы он и не спал на ней, а одеяла лежали аккуратно свёрнутыми. Как будто бы Бэкхён ждал Чанёля уже очень и очень долго. Когда он вошёл в комнату, Бэкхён моментально сел, его глаза замерцали и с волнением посмотрели на Чанёля. Но едва его взгляд упал на щёку Чанёля, и его лицо поникло, он опустил руки. От взгляда Чанёля это не ускользнуло. — Всё ещё чувствуешь себя виноватым? — сочувственно сказал Чанёль, ставя поднос с завтраком рядом с ним и усаживаясь на кровать. — Слушай, если кто-то здесь и должен чувствовать себя виноватым, так это я. Это же я напугал тебя вчера, потому что тебе не нравится мыться, а я всё равно это сделал. Я знаю, что ты не хотел меня поцарапать, поэтому просто забудь, хорошо? Бэкхён как-то грустно посмотрел на него и стал нервно двигать пальцами. Было очевидно, что он всё ещё чувствует вину. — Слушай, взбодрись, ну! — улыбнулся Чанёль. — Я принёс тебе завтрак, смотри! Французские тосты! Бэкхён всё ещё виновато на него смотрел. — Ну Бэкхён… — вздохнул Чанёль, а затем вспомнил кое-что. — Слушай, Бэкхён, я же принёс тебе кое-что! Он достал пакет, который принёс с собой, и показал Бэкхёну его содержимое, вытягивая новенький набор мелков и новый скетчбук. — Смотри, что я купил тебе, Бэкхён! Бэкхён поднял взгляд, и Чанёль сразу же заметил, как тот весь загорелся, словно новогодняя ёлка. Он протянул дрожащую руку и замер над набором мелков, кончиками пальцев аккуратно провёл по обложке скетчбука, как если бы он был самой дорогой вещью, которую он только видел. Он посмотрел на Чанёля, заглядывая тому прямо в глаза словно спрашивая: «Это всё правда мне?» — Я купил их специально для тебя, Бэкхён, — счастливо улыбнулся Чанёль, увидев реакцию Бэкхёна, который буквально трясся над своими подарками, словно те были золотыми слитками. — Они из дешёвых, правда, так что извини, но я подумал, что тебе понравится… Ай! Бэкхён прыгнул и крепко обнял Чанёля, сцепив руки у него за спиной и зарывшись лицом в шею. Чанёль не был готов к такому и слегка взвизгнул, опрокинувшись на кровати так, что Бэкхён оказался сверху, прижимаясь к нему, а поднос с завтраком подпрыгнул и снова приземлился на кровать. — Эй, Бэкхён… — неловко засмеялся Чанёль, но тот обнял его ещё сильнее. Бэкхён, казалось, пролежал на нём много-много времени, уткнувшись носом в изгиб шеи, прежде чем снова поднял голову. Чанёль вынужден был подавить свою усмешку, когда он увидел нежную, но всё равно робкую улыбку Бэкхёна, его приподнятые уголки губ и глаза, что сверкали ярче, чем свет над ними. Он почесал затылок и слез с Чанёля, рассеянно улыбаясь самому себе из-за понимания того, что он только что набросился на Чанёля и обнял его. И очень сильно и крепко обнял. «Он… Он медленно открывается мне?» — спросил Чанёль сам себя, но Бэкхёну он улыбнулся в ответ и, смеясь, сел на кровать. — Я рад, что тебе понравились подарки, Бэкхён. А теперь пора завтракать! Давай! Бэкхён расправился с тостами довольно быстро, ему не терпелось поскорее опробовать новые мелки, и Чанёлю приходилось его одёргивать. Однако последний ломтик тоста Бэкхён уже съел достаточно спокойно и запил всё стаканом тёплого молока. Он в нетерпении хлопал в ладоши, пока Чанёль открывал коробку с мелками, но едва это случилось, как он смущённо замер. — Что случилось? — нахмурился Чанёль, пока Бэкхён водил рукой над мелками и инстинктивно потянулся к чёрному цвету. Но затем он посмотрел на остальные цвета и, почесав голову, посмотрел на Чанёля. — У тебя таких никогда не было, да? — спросил Чанёль, стараясь не показывать удивления. Бэкхён помотал головой в ответ. — Всё зависит от того, что ты хочешь нарисовать, — пояснил Чанёль и вытащил мелки оранжевого и коричневого цветов. — Ну, скажем… Давай нарисуем кошечку! Сейчас я нарисую рыжую кошку… Потом вот тут несколько деталей. Иногда можно даже добавить всякие мелочи, типа теней… Давай я тебе покажу. Чанёль стал рисовать в скетчбуке оранжевые круги и прямоугольники, а Бэкхён смотрел разинув рот, как Чанёль управляется с рисунком. — Видишь? Вот так! — Чанёль поднял рисунок так, чтобы Бэкхён его увидел. 2. https://pp.vk.me/c636419/v636419337/f9f7/LuMNqHiNf9k.jpg — Я не очень хорошо рисую, но зато так тебе хорошо видно, для чего разные цвета, — улыбнулся Чанёль. Бэкхён с восхищением взял два мелка из рук Чанёля и стал срисовывать кошку, высунув от усердия язык. Закончив, он широко улыбнулся и поднял альбом. 3. https://pp.vk.me/c636419/v636419337/f9e8/TQ4uq4wj8tM.jpg — Очень здорово, Бэкхён! — Чанёль тактично улыбнулся, но лицо Бэкхёна всё равно засветилось от гордости, и он улыбнулся, а щёки покраснели от счастья, чего он никак не мог скрыть. Ещё несколько раз срисовав то, что ему рисовал Чанёль, он решил попытаться сам, а Чанёль наблюдал за ним. Хотя цвета он выбирал совершенно разные и они не складывались в осмысленную картину, Чанёль чувствовал какое-то блаженство от осознания того, что Бэкхён медленно, но верно открывается ему. Когда Бэкхён наконец опустил на постель пальцы, измазанные мелками, он с облегчением вздохнул. Чанёль никак не мог сдержать улыбку, которая становилась всё шире, радуясь, что мальчик мало-помалу начинает ему доверять. Бэкхён на секунду задержал взгляд на потолке, а затем взял в руки скетчбук и сунул его Чанёлю, словно прося посмотреть. — Точно? Что ж, давай посмотрим… — обрадовался Чанёль, открывая случайную страницу. Альбом упал, открывшись на яркой картинке на развороте. Чанёлю стоило неимоверных усилий заставить себя продолжать улыбаться при виде радостного Бэкхёна и хриплым голосом выдавить: — Это… Это… просто… просто чудесно, Бэкхён. 4. https://pp.vk.me/c636419/v636419337/f9e1/Pyn-uzK4deQ.jpg После этого Чанёль поспешно извинился и встал. Он слишком бодро вышел из комнаты и, резко повернув в коридоре, пошёл к туалетам. Там он включил холодную воду и стал умываться. Щёка горела, но иначе было никак. Ему нужно было смыть эту картину с глаз. Набрав в ладони воды, он плеснул себе в лицо и стал тереть глаза, а затем выключил воду. Он тяжело дышал и не мог расслабить плечи. Смотря на себя в зеркало, он наблюдал за тем, как по его бледной, словно кукольно-фарфоровое тело Бэкхёна, коже катились крупные капли пота. И тут он подумал, что да, Бэкхён доверял ему, но Лухан был прав. Бэкхён был помешанным. Какой бы мягкой ни казалась его улыбка, Бэкхён мог просто приманивать его. И тогда, когда Чанёль бы оказался в его руках, он бы укусил его. Бэкхён мог быть манипулятором, а Чанёль бы оказался в его ловушке. Нет, это неправильно. Бэкхён никогда не смог бы спланировать убийство: судя по тому, что видел Чанёль, он был слишком инфантилен для того, чтобы просто думать о таком. То происшествие с машиной на картинке могло быть непреднамеренным, Бэкхён не знал, что делает. Чанёль знал из его записей, что Бэкхён сильно отставал в плане неврологического развития. Бэкхён сам не понимал, что делает. Чанёль, наверное, был просто слишком чувствительным и упустил всё это из виду. Бэкхён просто не может быть виновным. В глубине души Чанёль знал, что он совершенно безвреден. Если бы Бэкхён хотел сымитировать свои чувства, то он бы легко натягивал притворную улыбку. Но между притворной и настоящей улыбкой была существенная разница: нельзя подделать блеск в глазах. А Чанёль мог точно сказать, что чувствует Бэкхён, просто глядя ему в глаза. Всё ещё не чувствуя определённости, Чанёль вздохнул и опустил глаза в раковину, где капли стекали в слив. Стиснув зубы, он вышел из туалета и направился к Бэкхёну. Когда он вернулся, его встретила пара широко распахнутых, хмурых от беспокойства и замешательства глаз. — Я… Я в порядке, просто… Просто с животом что-то, вот и всё, — устало оправдался Чанёль. Бэкхён, казалось, вздохнул с облечением и снова посмотрел на Чанёля. — Бэк… Эй, ты чего? — обеспокоенно спросил Чанёль, когда Бэкхён положил обе ладони ему на лицо. Он коснулся большими пальцами уголков его рта и поднял их в подобие кривоватой улыбки. Затем он улыбнулся сам, указывая на своё лицо. Его глаза ярко сверкали, и хотя он понятия не имел, о чём думает Чанёль, но словно говорил: «Всё будет хорошо!» Чанёль просто немного угрюмо улыбнулся ему, изгибая губы в притворной улыбке. Бэкхён, вроде бы довольный, вернулся на кровать и взялся за скетчбук, в котором стал пробовать свои новые мелки. Чанёль сел с ним рядом, и счастье его испарилось так же быстро, как и пришло. В следующий раз, когда Чанёль открыл глаза, он уже лежал на дороге. Он не мог пошевелиться или сказать что-нибудь. Всё выглядело каким-то схематичным, как если бы он оказался в детском рисунке, полном каракулей. Или просто у него был замутнён рассудок. С другого конца дороги на него довольно быстро ехала машина. Чанёль попытался пошевелиться или переползти, но его конечности не сдвинулись с места ни на миллиметр. Автомобиль становился всё ближе и ближе, всё вокруг — более размытым. Машина увеличивалась и увеличивалась. Чанёль посмотрел на водителя и попытался закричать. Но ни звука не вырвалось из его рта. Чанёль знал, что всё выглядит нарисованным, но, как только он увидел лицо водителя, он понял, кто это: Бён Бэкхён. 5. https://pp.vk.me/c636419/v636419337/fa19/X5lLuJGSteQ.jpg