Персональный ангел

      Воскресенье началось с привычных страданий под душем. Как ни старался Валерка сдерживать низменные порывы организма, а всё равно проснулся в полной боевой. Конечно, можно было бы оправдаться особенностями мужской физиологии, но… Лера прекрасно помнил сон, в котором Малик обнимал его, прикусывал мочку, спускался горячими поцелуями по шее, дразнил, искушал и подводил к самому краю удовольствия. Парень попытался вновь отвлечься на таблицу умножения, сбился на тройке и поплёлся в ванную. Пары минут и нескольких резких движений хватило, чтобы довести начатое во сне до логического завершения. Ещё минут пять — чтобы прийти в себя и окончательно проснуться.       Страдания продолжились и на кухне, но уже по другому поводу. Лерка вдруг испугался, что его чувства станут явными и это плохо скажется на совместной работе с Маликом. Конечно, Алиев — взрослый человек и умеет разделять бизнес и личную жизнь, но всё же… Он ведь назвал Леру ангелом…        — И что? — тут же одёрнул себя парень. — А вот как заметит совершенно неангельский стояк, так и пошлёт! — Лось принялся мерить кухню нервными шагами. — Или не заметит? Можно же что-то сделать, бром попить или ещё чего. — На этом моменте он истерично хохотнул. — А можно вообще не мелочиться и сразу оттяпать всё ненужное, чтобы наверняка! У-у-у, какой же я идиот! Чё ж делать?       Сеанс самоедства был прерван телефонным звонком. Жека оказался свободен и одинок в редкий выходной, жаждал общения и выбрал Лерку, как такого же одинокого и свободного. Юноша сначала заупрямился, но быстро сообразил, что прогулка с другом — лучшее средство отвлечься от мыслей о членовредительстве. Довольный Жека пообещал заехать через час, а Лось позавтракал и потопал собираться.       Пунктуальный Евгений прибыл минута в минуту и огласил планы на день: парк аттракционов, кафе и «дальше как пойдёт». На том и порешили. На американских горках и злополучном «Биг Бене» Лерка бледнел, зеленел, поджимал булки и радовался, что скудный завтрак успел перевариться. Женька ржал и отпаивал его минералочкой, а потом тащил на адские карусели по второму кругу. На предложение третьего захода Валерий ответил решительным отказом и настоял на более спокойных развлечениях вроде тира, катамаранов и аквазорба. В перерывах парни закидывались запрещённой колой с хот-догами, а под вечер добрались до какого-то молодёжного кафе в том же парке. Вскоре к юным красавцам присоединились юные красавицы. Звонкий смех, весёлые разговоры и ночная прогулка по набережной заглушили тревогу, потому домой Лера вернулся спокойным и с ощущением приятной усталости. Разделся, помылся, завалился на кровать и моментально уснул.       Наутро воскресные метания показались глупостью. Душ Валера принял быстро, не отвлекаясь на всякие непристойности, за завтраком позвонил Малику, уточнил время, собрался и поехал в студию.       Выдержка начала подводить Лерку на исходе второй съёмочной недели и снова в воскресенье. Переделав домашние дела, парень решил немного себя порадовать и отправился в любимое кафе, которое — по стечению обстоятельств, не иначе — находилось недалеко от студии Малика. Валера занял столик у окна, заказал какао с каким-то твороженным тортом и уже собрался предаться греху чревоугодия, когда заметил чёрный внедорожник, остановившийся на противоположной стороне улицы.       Вместе с Алиевым из автомобиля выбрался незнакомый Лерке мужчина. Они, смеясь и толкаясь, зашли в студию, а Лера продолжал пялиться на закрытую дверь. Со своего места парень не мог рассмотреть лица незнакомца, но оценил рост, осанку и… дружеский характер отношений. Вряд ли бы Мук доверил кому-то левому рулить свою машину и открывать свою студию.       В душе Валеры поднялась волна ревности и тут же опала. А, собственно, на что он рассчитывал и какое право на ревность имел? Усилием воли парень отвёл взгляд, без аппетита доел десерт и поспешил домой. Ночью ему снился Малик в объятиях незнакомца, а на следующий день Малик приехал на съёмки не один.       Рядом с ним шёл вчерашний мужчина. Красивый. Взрослый. Валеркина самооценка жалко пискнула, а сам парень поспешил переключить внимание на... да хоть на стену за спиной гостя.       — Привет, герой! Знакомься, это Егор — мой хороший друг и замечательный фотограф, — представил своего спутника Малик. — Ты не против, если он будет присутствовать?       — Очень приятно, Валерий. — Парень натянул улыбку и пожал протянутую руку. — Конечно, не против.       — Вот и славно. Тогда через десять минут начнём.       Малик с Егором отошли в сторону, негромко переговариваясь, а Лерка попытался восстановить внутреннее равновесие. Получалось откровенно паршиво. Валера не хотел, но ловил улыбки и взгляды, которыми обменивались мужчины, случайные прикосновения, разговоры без слов. Было неприятно. От глупой обиды на глазах навернулись слезы, и юноша по старой традиции сбежал в уборную.       — Рассказывай, — потребовал Егор, как только парень вышел из помещения.       — Что? — Малик попытался сделать вид, что не понимает.       — Это я тебя спрашиваю — что у тебя с этим парнем? И не надо мне вешать на уши лапшу об исключительно профессиональном отношении! — Егор нахмурился и впился требовательным взглядом в лицо друга.       — Это не лапша, Гор. Я… стараюсь сохранять профессиональные отношения, изо всех сил стараюсь. — Малик опустился в рабочее кресло и устало потёр глаза. — Но, видимо, хреново получается, раз ты заметил.       — Типа того, — согласился мужчина. — И что тебя смущает? Он, как я вижу, и сам в тебя по уши влюблён.       — В том-то и дело, Егор, что он влюблён. Ему двадцать лет, и таких влюблённостей у него ещё будет вагон и маленькая тележка. — Алиев оглянулся и продолжил тише. — Гор, ты можешь считать меня трусом, но я не готов рисковать семьёй ради неясных перспектив и незрелых эмоций.       — Нет, джан, ты не трус, ты — идиот! Кто дал тебе право обесценивать чьи-либо чувства? — Егор подскочил и зашипел Малику на ухо. — Кто дал тебе право решать, зрелые у него эмоции или нет? Достоин ли он взаимности? Я рад, что у тебя в семье начало всё налаживаться, но твой дед - маразматик-ретроград, который и так капитально испортил жизнь тебе и родителям, не заслуживает подобных жертв! — Он отошёл к окну и вновь посмотрел на растерянного друга. — Прости за резкость, но ты не хуже меня понимаешь, что это так.       — Да, понимаю, — Малик тоже встал, — я подумаю об этом. И… Спасибо за встряску.       — Обращайся. — Гор хохотнул и кивнул на оборудование. — Вернёмся к работе?       В уборной Лерка умылся холодной водой и постарался успокоиться. Покривлялся перед зеркалом, пока улыбка не получилась более или менее искренней. Со своими эмоциями и реакцией на Малика парень решил разбираться в кратчайшие сроки — сразу после съёмки, если этого Егора не будет рядом. О других вариантах думать не хотелось.       Когда Валера вернулся в студию, Малик с Егором выставляли освещение.       — Лера, — обратился к нему Алиев, — мы сегодня поснимаем здесь, попробуем несколько новых образов. Если всё получится так, как задумано, перенесём их в живые декорации. Идёт?       — Конечно! Как вам удобнее, — согласился Лось.       — Повезло тебе, джаник, — хохотнул Егор, — такая модель — на вес золота! Валерий, если надоест сниматься у Малика, приходите ко мне в проект.       От такого предложения Лерка напрягся, но быстро сообразил, что друг Алиева просто шутит, и расслабился.       — Спасибо, но я пока не планирую, — вежливо улыбнулся парень и повернулся к Малику, — с чего начнём?       Работа шла своим чередом, затвор щелкал, время бежало. Через пару часов Егор откланялся, сославшись на какие-то важные дела, а Лерка приободрился. Он украдкой бросал на Малика задумчивые взгляды и, казалось, несколько раз ловил в ответ такие же от самого Алиева. К концу съёмки парень был на взводе и сам себе напоминал хищника, приготовившегося к прыжку. Хотя, какой там хищник? Так, кот приблудный. Пьеро доморощенный.       Малик уже собирал оборудование, а Валера переминался с ноги на ногу, не зная, как начать разговор. Наконец мужчина закрыл последнюю сумку и повернулся к Лерке.       — Лера, — начал Алиев.       — Малик, — одновременно с ним решился парень.       — Я бы хотел с тобой поговорить.       — Мне тоже нужно поговорить с Вами. — Лерка залился румянцем и потупился. Дёрнулся, устремил взгляд на Алиева и выпалил на одном дыхании: — Я люблю Вас.