Хрупкий, но не сломленный

- Вы только посмотрите на них. Два спящих красавца! Шерлок нахмурился, не открывая глаз. - Не спящих, - сказал он Лестрейду. - Вы оба спали, - заметил полицейский. - Я спал, - нехотя согласился Шерлок, - но давно проснулся. Он сел и попытался пригладить ладонью волосы, но пальцы только запутались в них. Лестрейд поднял отвратительный пластиковый стул и подвинул его ближе к Шерлоку. - Как у него дела? – он кивнул на Джона, понизив голос, чтобы не разбудить спящего. - Не шепчи. Ты не разбудишь его, а если разбудишь – отлично. Он без конца спит, - пожаловался детектив. Лестрейд нахмурился. - Но он же очнулся, да? Твое сообщение сегодня утром… Шерлок кивнул. - Очнулся, да. На какое-то время. Ему провели несколько тестов, он съел ланч и с тех пор снова спит. Долго. Инспектор покачал головой. - Дай человеку отдохнуть, - сказал он. – Джон восстанавливается, и к тому же, я уверен, его напичкали кучей наркотиков. - И что? Я тоже принимал наркотики, но я не сплю, не так ли? - Ты… что? – Лестрейд поперхнулся. Из заботливого друга он тут же превратился в офицера полиции, неуклонно следующего закону. – Шерлок, что ты принимал? Детектив только отмахнулся. - Ничего такого! Не будь идиотом. Я принял пару таблеток от аллергии и проспал несколько часов, только и всего. - Вот оно что… Хорошо. – Лестрейд снова расслабился. Шерлоку нравилось, когда другие выглядели сконфуженными перед ним, но в чем-то он понимал Лестрейда. Его беспокойство было небезосновательным. - Ну, а кроме бесконечного сна, как он? – поинтересовался инспектор, уводя разговор с опасной дорожки. - Он не может двигать ногами и ему очень больно. Он мочится через катетер, и он на морфине, и даже от мысли об этом меня начинает тошнить. И я завидую ему, - неожиданно резко ответил Шерлок. – Ты пришел просто поболтать? Конечно, нет. Он принес спортивные сумки, поставил их у двери. Вещи Джона. Лестрейд был на Бейкер-стрит. - Не думал, что ему больно, - растеряно проговорил полицейский. – Думал, он не может чувствовать боль от повреждений… - Он упал со второго этажа и сломал спину, Лестрейд, - довольно прохладно объявил Шерлок. – Конечно, ему больно. Это тебе не точечный удар. Лестрейд откинулся на спинку кресла и посмотрел на Джона. - И каков прогноз? – спросил он чуть погодя. - Неважный. – Шерлок подался вперед - локти на коленях, и положил голову на ладони. Спутанные волосы падали ему на лицо и выглядели просто ужасно. Он не хотел делиться с Лейстредом подробностями, но разговор неизбежен, и будет лучше поговорить с инспектором сейчас, чем когда Джон проснется. Шерлок вспомнил все, что сказали ему после операции врачи, и все, что он пытался игнорировать, когда Джону проводили исследования. Задумался на мгновение, подбирая слова, чтобы, произнося их вслух, окончательно не сломаться. - Его спинной мозг был сдавлен, но не разорван, - сказал он тихо. – Это звучит обнадеживающе, но на деле все совсем не так. Джон не может контролировать мышцы ниже живота. Девятый грудной позвонок, который расположен как раз в этой области… - Детектив сел прямо и положил два пальца на свой собственный торс немного выше пупка. – У него сохранились остатки чувствительности ниже поврежденного места – он может чувствовать температуру в нескольких местах. Но не давление. Там возможно улучшение, когда отек позвоночника спадет, но на это нужны недели, и улучшение, скорее всего, будет незначительным. Однажды его выпишут из больницы – не будут же они держать его здесь вечно? – и переведут в реабилитационный центр. На месяц, может быть, два. - О боже, Шерлок… - У Лестрейда перехватило дыхание. – Мне так жаль. Шерлок пожал плечами и махнул рукой. - Как там считается? Извинения помогают сделать любого из нас хорошим? Детектив снова опустил голову и сплел пальцы в замок, локтями упираясь в колени. Его руки дрожали. Никакого толку. Он никогда еще не выглядел таким измученным. Я спал всего два раза за это время. Шерлок сильнее сжал руки, пытаясь унять дрожь. - Эй. Шерлок. Лестрейд больше не сидел в кресле – он был на кровати рядом с детективом. Когда это случилось? Как? Инспектор был слишком близко; Шерлок сталкивался с ним коленями. - Ты в порядке? – спросил Лестрейд. – Ты смотришь на свои руки уже пять минут. - Я… - Он моргнул, и ему показалось, что из памяти выпало еще несколько мгновений. Рука Лестрейда уже лежала у него на плече, хотя Шерлок не помнил, как это произошло. - Может, тебе следует больше спать, а? – в голосе полицейского звучало беспокойство. - Нет, - упрямо качнул головой Шерлок. – Я не устал. Просто… мысли. - Хочешь поговорить? Детектив сглотнул и посмотрел на Джона, который все еще спал. Дыхание было равномерным, левая рука спрятана под подушку, правая, опутанная проводами аппаратов, сжалась в кулак. Нет, Шерлок совсем не хотел говорить об этом. Ему казалось, если об этом еще и говорить – он точно взорвется. И еще меньше ему хотелось обсуждать все это в присутствии Джона. Шерлок закрыл глаза и негромко сказал: - Это была моя вина. Он вышел за мной на пожарную лестницу. - Нет, Шерлок, не думай так. – Лестрейд замолчал, а затем задал давно мучивший его вопрос: - Что вы вообще там делали? - Я хотел поговорить с мальчишкой из квартиры напротив, - признался детектив. – Но парень убежал, когда увидел нас. Я думал, мы сможем опередить его, если вылезем через окно. Лестрейд выглядел удивленным. - Ты думаешь, он имеет отношение к преступлению? – спросил он. – Потому что его подруга призналась, что они были там… Но она может быть сообщницей. – По голосу было понятно, что полицейский сомневается в своих выводах. - Не спорь со мной, Лестрейд, - отмахнулся от него Шерлок. – Я совершил ошибку, а платит за нее Джон. Я был разочарован, что у нас не было большого дела, и хотел совершить что-то гениальное и смелое, чтобы произвести на него впечатление. Он любит бегать за мной в темноте. Ты бы видел, как он дает мне после этого! Давал мне. Дни, когда он бегал за мной, закончились. Теперь дрожь сотрясала Шерлока целиком. Он попытался встать, чтобы уйти, но Лестрейд крепче сдал его плечо. - Это не твоя вина, ясно? Это был просто несчастный случай. Ты ничего не мог сделать, чтобы предвидеть или предотвратить его. - Я… - Даже ты, Шерлок, - с нажимом повторил Лестрейд и, повернувшись, заключил детектива в объятия. Шерлок не стал останавливать его. Он не отстранился - только весь сжался и уткнулся в грудь инспектора, пытаясь не издать ни звука. Когда же, наконец, Шерлок взял себя в руки, Лестрейд отстранился, стараясь не встречаться с детективом взглядом, и сказал: - Это было просто невезение. Такое могло случиться и с тобой. Ох, я хотел бы, чтобы это случилось со мной, а не с ним, мог бы ответить Шерлок. Вместо этого он только отвернулся и оправил манжеты. - Мы пытаемся разыскать собственника дома и привлечь его за нарушение Кодекса домовладения, - сообщил детектив. – Арендодатель говорит, он в течение двух лет просил его заняться этой лестницей. - Нарушение Кодекса… - У Шерлока снова задрожали руки, но теперь он хотя бы мог выдать эту дрожь за проявление гнева. Нарушение Кодекса. Может быть, они смогут арестовать домовладельца за нарушение Кодекса. Они с Джоном знали, что их стиль жизни всегда подразумевал опасность, но когда кто-то угрожал им, они реагировали по-своему. Гнались за преступником, швыряли его о стену, били до крови, причиняли ему боль. Стреляли из пистолета Джона, если преступник все еще представлял угрозу. Оштрафовать кого-то за нарушение Кодекса? Нет, это чересчур мягкое наказание. - Шерлок. – Лестрейд внимательно смотрел на детектива. – Хочешь… ну, может, я могу поговорить с кем-то из врачей. Посмотрим, смогут ли они дать что-нибудь, чтобы помочь тебе успокоиться? - Нет. – Шерлок упрямо качнул головой. - Просто… Я знаю, это нелегко. Я не хочу, чтобы ты сделал что-то такое, о чем потом пожалеешь. – Инспектор замялся в нерешительности, обнять ли его снова или оставить в покое. - Я не собираюсь заниматься самолечением, если ты об этом. - Вот и хорошо, - кивнул Лестрейд. – Дай знать, если станет совсем плохо, ладно? Может, хочешь съездить домой, принять душ? Переодеться? Я останусь с Джоном. - Нет, я не поеду домой. - Ну, я так и подумал. – Лестрейд встал с маленькой кровати и пересек комнату. Очутившись возле двери, он поднял одну из пухлых вещевых сумок. – Вот почему я упаковал сумку и для тебя тоже. По крайней мере, я думаю, здесь все твои вещи. Миссис Хадсон помогала. И… было немного волнительно: мы не смогли разобрать, где чьи трусы. - У нас один размер, - пояснил Шерлок. – Экономим время на сортировку. - Не хочу этого знать, - он бросил сумку Шерлоку и указал на дверь в ванную. – Иди. Душ. Я буду сидеть здесь на случай, если он проснется. Искушение было велико, но иррациональный страх, что случится что-нибудь ужасное, стоит только отойти от кровати Джона, было очень сложно изгнать прочь. Шерлок поднял сумку. - Я не уверен… Его перебил голос Джона: - Пожалуйста, прими душ. – Доктор не двигался, но глаза его были открыты. - Эй, посмотрите, кто проснулся! - воскликнул Лестрейд. Шерлок мог бы высмеять его за то, как глупо прозвучали эти слова, но при звуках голоса Джона по его собственному лицу расползалась столь же глупая улыбка. Детектив наклонился и почти невесомо поцеловал доктора в лоб. Тот наигранно сморщил нос и сказал: - Ммм. Душ. - Я не один воняю в этой комнате, - заметил Шерлок. - Да, но меня, похоже, скоро будут обтирать губкой, а тебя нет. – Джон послал ему сонную улыбку, которая превратилась в зевок. Он вытянул руки в стороны и осторожно повертел туда-сюда головой по подушке. – Боже, как мне надоело лежать плашмя на спине! Мне нужно хоть немного посидеть. Шерлок потянулся к кнопке, чтобы поднять кровать, но Джон опередил его. - Не слишком высоко, - предупредил детектив, и Джон смерил его взглядом – не то веселым, не то раздраженным. - Да, спасибо, доктор Холмс. – Он немного поднял кровать – настолько, как позволяли ему предписания, и пошевелил плечами, пытаясь устроиться выше на подушке. - Прекрати, Джон, - встрепенулся Шерлок, - ты же знаешь, что тебе нельзя много вертеться. - Я с трудом передвигаюсь, Шерлок, - оборвал его доктор. – Я просто пытаюсь освоиться. Шерлоку ничего не осталось, как только смотреть, борясь с желанием вмешаться и помочь. Он знал, что Джон далеко не беспомощен, прежде у него было время укрепить верхнюю часть тела, но посмотрите на него сейчас! Боже! Через несколько секунд Шерлок не выдержал, встал и склонился над кроватью, толкая и дергая за подушку, пока Джон не велел ему прекратить. - Спасибо, но, похоже, нет разницы. – Глаза доктора были закрыты, но он дотянулся до рук Шерлока не глядя. – Это просто неудобно. Детектив смотрел, как челюсти Джона сжимаются и разжимаются вновь. Ладони были потными. - Неудобно или больно? – уточнил он. - Терпимо. Шерлок кивнул на аппарат за кроватью: - Они установили тебе устройство для контроля обезболивающих. - Я знаю, - ответил Джон. – Я использую его, если будет нужно. Шерлок поднял маленькую, оплетенную проводом кнопку, которая позволяла пациенту регулировать дозу морфина, и положил на подушку рядом с Джоном. Мысль о возможности использовать морфий отзывалась в теле детектива едва ощутимым желанием. Он провел ладонями по лицу, смахивая наваждение, и запустил пальцы в спутанные волосы. Пожалуй, все-таки стоило принять душ. - Ты должен хотя бы позвать сестру, чтобы она знала, что ты проснулся, - заметил Шерлок. - Я не должен сообщать им всякий раз, что я проснулся, Шерлок. Они будут проверять меня тогда, когда нужно им. - Медсестра, та, что постарше, была здесь, пока ты спал, - зачем-то сообщил другу детектив. - Потом приходила молодая девушка в ужасных туфлях и принесла тебе чай. Я его выпил. - Спасибо. - Ты бы не захотел идти его выбрасывать, - улыбнулся Шерлок. Он испытывал облегчение от того, что может вновь нормально разговаривать с Джоном, а не вести не-эмоционально-подавленные беседы. – Лестрейд тут принес нам все содержимое квартиры. - Заткнись, ты захочешь эти вещи. – Инспектор поднял голубой рюкзак, и глядя на него, Шерлок не мог вспомнить, их это сумка или нет. – Здесь полно электроники. Ноутбуки, чей-то айпад, айпад девяносто девятого – полагаю, это Джона. - Айпад представили в две тысячи первом, - вставил детектив. - Ты знаешь это, но все время забываешь, как меня зовут, Шерлок? – не удержался Лестрейд. – О, еще я принес все зарядные устройства для телефонов, какие смог найти, и чьи-то очки для чтения. Шерлок закатил глаза, Джон фыркнул. - Ты действительно думаешь, он признается, что ему необходимы очки? – Доктор посмотрел на полицейского. - Прошу тебя! – нервно воскликнул Шерлок. – Я слишком молод, чтобы нуждаться в очках для чтения! Джон не сдавался. - У него седые волосы, Грег, но он коротко стрижет их, поэтому они незаметны под кудрями. - Я стригу их не для этого. – Звучало, как оправдание. – Просто они прямее и толще, чем темные, и нелепо торчат, если их не стричь. И еще. Они серебристые, а не седые. Лестрейд и Джон уже не скрывали смеха, Джон смеялся осторожно, прижимая руку к ушибленным ребрам. Фыркнув, Шерлок поднял сумку со своей одеждой и туалетными принадлежностями и прошествовал в ванную. Оказавшись внутри, он закрыл дверь и прислонился к ней спиной, чувствуя себя сейчас в тысячу раз лучше, чем в последние дни. Пусть даже он пах сейчас, как мальчишка со скотного двора. Детектив стоял и слушал, как Джон смеется, слегка задыхаясь. Слушал до тех пор, пока Лестрейд не начал говорить о футболе, а потом повернул краны. Он вымылся и оделся так быстро, как только смог, и распахнул дверь, с порога негодующе воскликнув: - Лестрейд! Лестрейд и Джон одновременно посмотрели на часы, и Джон снова начал хихикать. - Пожалуйста, хватит, - взмолился он. – Мне тяжело смеяться. Правда тяжело! - Прости, - сказал Шерлок и уставился на Лестрейда. - Что? – не выдержал тот. - Ты не только не позаботился о том, чтобы захватить мой кондиционер для волос, но даже не положил расческу. Что, скажи мне, я должен делать с этим? – он указал на свою шевелюру, с которой капала вода. Шерлок не стал использовать даже полотенце, боясь запутать волосы еще больше. - Обрезать их, вероятно? – предложил полицейский. - Посмотри в шкафчике над раковиной, - посоветовал Джон. – Там может быть расческа. У них обычно есть базовый набор туалетных принадлежностей для пациентов. В шкафчике действительно нашлась расческа, но она была маленькая, хлипкая и не очень подходила для волос Шерлока. Он сделал все, что смог, и вернулся в комнату. - А джинсы? – детектив жестом указал вниз, на свои ноги, одетые в незнакомую ему ткань. Почему он вообще купил их? – Ты серьезно? - Я не против, - сказал Джон. Ах да, вот почему я их купил. - Я подумал, ты расстроишься, если я засуну в эту сумку костюмы, - пояснил Лестрейд. – Ты должен быть мне благодарен – я также принес пару спортивных штанов, которые нашел в твоем нижнем ящике. Шерлок обреченно застонал. - Я ношу их, только когда под прикрытием! Инспектор испытующе посмотрел на него. Он видел Шерлока в тех брюках, и вовсе не под прикрытием. Годы назад, еще до Джона. Тут до Лестрейда дошло, и он ничего не сказал. Шерлок пропустил пальцы через влажные, наполовину расчесанные волосы последний, совершенно бесполезный раз и произнес: - Я собираюсь найти что-нибудь поесть. Лестрейд? - Я пас. Я не вижу здесь никого в столь отчаянном положении, чтобы есть столовую больничную еду. - Например, меня. – Шерлок не мог вспомнить, когда последний раз ел. Но это был первый раз за минувшие дни, когда он чувствовал голод, а не привычную боль в желудке. – Джон, я возьму тебе чая. Раз уж я выпил твой. - Спасибо, милый. Шерлок почувствовал, что глупый оскал, по какому-то недоразумению именуемый улыбкой, снова грозит появиться у него на лице, поспешно извинился и вышел из комнаты. Он подавил внезапно возникшее желание поцеловать Джона на прощание. Детектив хотел бы, да, но побоялся, что поцелуй станет чувственным и горячим и не закончится до тех пор, пока он не заберется к Джону в кровать, причиняя ему боль и, конечно же, смущая Лестрейда. На это у них будет время позже. Прямо сейчас же он был согласен на сендвич и самый большой кофе, какой только сможет найти.