Хрупкий, но не сломленный

Лестрейд не скрывал своего удивления, когда Шерлок вышел из такси. - Я надеялся просто на ответное сообщение. Не думал, что ты приедешь сюда. Где твое пальто? Сегодня чертовски ветрено. – Он махнул Шерлоку, который опередил его, спускаясь вниз по узкой аллее, заполненной мусорными мешками. Окна домов были заколочены досками. - Я тоже рад тебя видеть. Так ты все еще не нашел тело? – Шерлок повернулся кругом, осматривая переулок. - Нет, только кровь. Разве ты в это время не должен быть у Джона? - Его выписывают в пятницу. – Шерлок снова повернулся кругом, вглядываясь в кровавые брызги. Конечно, было бы легче отвлечь Лестрейда, будь он в пальто. Обычно взметающиеся полы пальто отвлекают людей. Лестрейд покосился на него и закурил. Шерлок сглотнул, но просить сигарету было бы слишком подозрительно: Лестрейд знал, как давно он бросил курить. - Мы заключили, что их убили здесь, а потом увезли, - полицейский махнул рукой в сторону улицы, где Шерлок вышел из такси; здесь остался кровавый след, достаточно четкий, чтобы даже Лестрейд с командой сообразили, что к чему. - Ммм. Не они. Она, - сказал Шерлок. - Она? - Очевидно, женщина с плохим чувством вкуса. – Детектив указал на обломок накладного ногтя у себя под ногами. Лестрейд заворчал и подозвал Андерсона сфотографировать находку. Шерлок отступил назад, позволяя ему сделать это. Стоявшая неподалеку Донован – телефон прижат к уху – бросила на детектива косой взгляд, но Шерлок проигнорировал его. Салли, несомненно, интересно, с чего вдруг он так спокойно отступил. Он знал, что следует отпустить какой-нибудь грубый комментарий – просто чтобы показать, что все в порядке, что сердце не рвется из груди, - но казалось, это требует слишком много усилий. - Тут много крови, - сказал Андерсон, опуская камеру и осматривая переулок. У перекрестка след обрывался. - Да, спасибо. Не информативно, - отозвался Шерлок и сделал пару шагов вдоль кровавой полосы. Если ее зарезали, когда она была в этом переулке (он представил женщину стоящей там, где пятна были гуще), тогда здесь должно быть намного больше крови (Шерлок вообразил ее падение), но вместо этого кровь была там и там, как если бы… Он сделал несколько шагов назад, к ближайшему дому, и поднялся на цыпочки, пытаясь разглядеть пятна сверху. Вот оно. Гениально. На краткий миг у детектива возникло рефлекторное желание обратиться к Джону, чтобы объяснить, но он подавил его. Посмотрел вокруг, поймал взгляд Лестрейда и указал вверх. - Ее убили не в переулке. Убийство произошло где-то наверху, и они выбросили ее из окна; наверное, из… - он поискал глазами, уверенный, что сможет вычислить, в какой квартире было совершено убийство, опираясь на траекторию падения тела. Но там не было, не было, не было ни одного подходящего окна, из которого ее могли бы выбросить. Зато был пожарный выход. Пожарная лестница. У Шерлока подогнулись колени, и ему пришлось протянуть руку, чтобы не упасть. Опереться на лестницу пожарного выхода; это было первое, чего коснулась его рука, и он отдернул ее так быстро, что локоть пронзила боль. - Шерлок? – Голос Лестрейда звучал словно издалека. Он не стал отвечать. Нет, не так. Он не мог ответить – ни на слова Лестрейда, ни на громкий возглас Донован. Он внезапно почувствовал, что руки его начинают неметь. Кажется, Андерсон сделал тупое замечание, что он не очень хорошо выглядит… Шерлок отвернулся от них. Нужно уйти прочь - от полицейских, от лестницы, пожарного выхода… Чертового пожарного выхода. Лестница была ржавой. Ну конечно же, она была ржавой – они всегда были ржавыми. Но зачем бы ему вообще думать о ржавчине, если это обычное дело? Почему он?.. Похоже на сердечный приступ. Я знаю, что это. Левая рука, моя левая рука онемела. Нет, онемели обе руки. Это не было сердечным приступом; у Шерлока никогда не бывало сердечных приступов. Но это… такого не случалось с ним очень давно. Паника, которая пригибала к земле, которая убивала. Шерлок побрел вниз по аллее, следуя вдоль кровавой дорожки, подальше от пожарной лестницы, прочь от Лестрейда и других, от их бесполезной заботы. Переулок был слишком узким и полным ржавого металлолома; улица, на которую он выходил – пустынна. Ни одного такси, только машина Лестрейда и патрульный автомобиль. Но он и не смог бы сейчас сесть в такси – его бы задавили стены. Что-то уже сейчас стискивало грудь тяжелой хваткой, и Шерлок готовился умереть. Смерть в этом переулке не была удивительной, но было странно, что это случится сейчас. Он умер бы так же, как почти умер Джон, и… О Боже, пожалуйста, дай мне умереть. Просто останови это. Шерлок между домами вышел на улицу, но и там ему было тесно. Здания вверх и вниз по улице, магазины и множество квартир, и захудалые конторы – почти все они выглядели заброшенными. Но ведь могли заброшенными и не быть! Там внутри могли находиться люди, а Шерлок не мог, не в состоянии был приближаться к кому бы то ни было. Только не в окружении стен – ни в переулке, ни в машине, нигде. Ему просто нужно было прекратить все это. Остановись. Вспомни, как это сделать. Но он не помнил, как это сделать – панические атаки случались всегда, ему становилось нехорошо, но он никогда не умел контролировать их. И да, паника давно уже вот так не накатывала. У Шерлока давно уже не случалось чего-то подобного. Я контролирую себя. Я себя контролирую. Контролирую… Он заставил свое сознание хотя бы частично выбраться из кричащего оранжевого тумана и огляделся. Там. Через дорогу. Маленькая, пустая парковка, асфальт зарос сорняками и завален мусором. Отправляйся туда. И он пошел, признательный Мирозданию, что на улице не было машин. Знал, что пошел бы прямо в поток, чтобы быстрее прекратить, оборвать все мучения. Шерлок пересек тротуар и опустился на ступеньку бордюра, который тянулся вдоль парковки. Бетон успокаивающе холодил позвоночник. Пожалуй, здесь было достаточно пространства, чтобы успокоить клаустрофобию. Давай – голову между колен. Теперь он знал, что нужно делать. Все это было ужасно знакомым, и вместе с тем, никогда прежде Шерлок не чувствовал ничего похожего. Грудь была словно в огне, рубашка и пиджак казались тесными, его бросало то в жар, то в холод – и казалось, что это конец. Ты не умираешь. Не сейчас. Вспоминай. Да, он должен помнить, как это остановить. Как, как, как – остановить. Он ведь делал это прежде, много раз – но приступы никогда не были такими длительными. Этого вообще не должно было случиться. Вспоминай, как это остановить. Да. Он не умирает, он даже не болен. Но чувствует себя похоже. Чертова пожарная лестница была ржавой под его руками. Дыши. Просто дыши. Шерлок сложил руки и закрыл ими лицо, опустил голову между колен. Он старался дышать глубоко; чувствовал, что накатывает гипервентиляция. Никогда Шерлок не был готов самостоятельно оказать себе помощь при панической атаке – он представлял себе свою жизнь совсем иначе, - но глубокое дыхание и очистка разума вроде должны были помочь. Сосредоточься на дыхании: сосредоточься, сосредоточься, сосредоточься. В этот раз по-другому? Это действительно сердечный приступ? Я ведь намного старше… Что, если… Стоп. Никаких мыслей. Никаких размышлений. Дышать. Вдох через нос, выдох через рот. Рукам тепло, они пахнут потом – это хорошо. Все в порядке. Просто чувствовать дыхание, никаких мыслей. Он закрыл глаза и ощутил тяжесть век, ранний вечерний свет пытался пробраться сквозь них. Шерлок никогда не мог остановить свои мысли. Представь, что ты с Джоном. Он всегда может вытащить тебя из потока мыслей. О Боже, нет. Это не работает. Не выходит. У него даже панических атак не было потому лишь, что он был с Джоном. А сейчас не было Джона. И Джон не мог помочь. Ну нет. Он мог. Джон не здесь, но если бы был, он был бы прямо передо мной, руки на моих плечах, удерживают меня на месте, помогая. Чувствуй это… чувствуй его. Да, это помогает. Шерлок продолжал дышать, уже более уверенно; его грудь еще горела, руки немели, но мозг, казалось, уже способен воспринимать больше: просто паническая атака – ты приходишь в себя. Она почти закончилась. Ты будешь в порядке. Кто-то присел рядом с ним. Донован – он узнал ее по звуку каблуков на асфальте. - Не трогай меня, - сказал Шерлок, не поднимая головы. - И не думала. Его дыхание наконец выровнялось, он держал себя под контролем. Шерлок убрал от лица руки. Нужно просто немного подождать, пока они перестанут дрожать. Понятно, учитывая дозу адреналина, которую получило его тело. Если он попытается встать сейчас, он, вероятно, рухнет, и ему не нужно было, чтобы Донован видела это. - Уходи. Оставь меня в покое. - Черта с два, - сказала она и полезла в огромную сумку. Должно быть, она ходила за ней к машине – Шерлок не видел у нее этот ужасный аксессуар на месте преступления. Он вообще никогда не видел ее с сумкой. Сумка была огромной, но Донован быстро нашла, что хотела; она извлекла оттуда пузырек с таблетками и потрясла его в руке. - Подожди, дам тебе воды. Еще порылась и достала маленькую закупоренную бутылку воды. Мысль о том, что еще может быть у нее в сумке, показалась Шерлоку достаточно интригующей. - Давай, прими их, - сказала Донован, протягивая таблетки. Шерлок сделал еще один глубокий вдох. Он мог казаться нормальным, если постараться; знал, что может. - Лестрейд знает, что ты носишь Ксанакс в сумочке? - Да, и он знает, что я незаконно предлагаю его наркоману, поэтому давай опустим все наши обычные препирательства, и ты просто выпьешь это. - Не нужно. Я в порядке. Она посмотрела на него. Склонившаяся над Шерлоком, она все равно была выше. Это тревожило. - Со мной уже все в порядке, - поправился он. Донован поставила бутылку на землю и схватила его руку, чтобы вложить в нее таблетку силой. Шерлок дернулся в попытке отшатнуться. - Я сказал, не прикасайся ко мне! – рявкнул он и развернул руку ладонью вверх. Она уронила в нее таблетку. - Две, - сказал он. - Уверен? - Я знаю свою дозу. - Да, я не сомневаюсь. – И она без возражений дала ему еще одну таблетку. Он выпил их. Паническая атака отступила, но это не значило, что он в порядке, Шерлок знал это. Амитриптилин, который он принимал эти недели, не смог предотвратить приступа, но может быть, Ксанакс поможет разогнать затяжные последствия? Шерлок хотел убедиться, что достаточно успокоился, и приступ не повторится снова. У него было полчаса, может быть, минут двадцать, прежде чем препарат подействует – но даже просто знание, что он принял лекарство, успокаивало и действовало само по себе. Так что теперь это было вопросом времени. Шерлок устроил руки на коленях и сжал кулаки. До сих пор трясет. Салли рассмеялась. - Тебе не следует быть здесь. - Да, спасибо за замечание. – Сердце все еще бьется слишком быстро. - Тогда почему ты здесь? - Потому что не проходил курса психоанализа у неквалифицированных зевак и думал, что справился с этим. - Звучит похоже на тебя, но это не ты. Ты уже можешь делать что-то лучше, но ты еще не готов быть здесь. - Не будь смешной. Это ведь не я пострадал, - пробормотал он и уставился на землю между своих ступней, зная, какой будет ее реакция, и не желая этого видеть. - Я вообще думаю, что все мужики – идиоты, но ты, похоже, бьешь в этом рекорды. Шерлок невольно улыбнулся. - Да, я идиот. – Он не сказал бы, что разговор с Донован помогал, но, по крайней мере, это немного отвлекало. Шерлок не думал, что когда-нибудь найдется кто-то, кто захочет поговорить с ним после панической атаки, и уж тем более не мог предположить, что это будет Салли Донован. Она бросила на него еще один, последний, косой взгляд и заявила: - Я посажу тебя на такси. Она не пыталась схватить его за руку, просто встала и подняла на плечо сумку. Сказала: - Вставай, - и взмахнула рукой, и он на самом деле встал. Салли засмеялась: - Не ожидала, что это сработает. - Нет, это начали действовать таблетки, никаких сомнений. – Шерлок отряхнул брюки и пиджак там, где они прикасались к бетону. Он чувствовал себя достаточно устойчиво, чтобы идти. Донован повела его через стоянку по направлению к главной дороге, где движение было более оживленным. - Лестрейд сказал, Джон возвращается домой в пятницу? - Да. – Легкий комок напряжения прошел через грудь, и он споткнулся о выбоину в тротуаре. Донован посмотрела на него и нахмурилась. - Ему может потребоваться время, чтобы освоиться дома, но однажды все вернется к нормальной жизни. Ты ведь знаешь это, да? - Да. Спасибо еще раз за не прошенный совет. - Обращайся. – Она усмехнулась. – Если ты можешь учить меня, как делать мою работу, готовься, что я буду учить тебя жить. - Жена Андерсона опять простила его? - Андерсон идиот, который не знает, чего хочет. Шерлок поднял бровь. - Но иногда он удобен, - добавила она. – И ты счастливчик, потому что у тебя есть Джон. Так что, что бы там между вами ни происходило, вернись к нему прямо сейчас, и чтобы я больше не видела тебя на месте преступления, пока ты не сможешь привести Джона вместе с собой. - Но он… Она оборвала его. - Даже не думай об этом, Шерлок. Я знаю Джона Ватсона, и я знаю, что он снова последует за тобой по пятам, как только сможет. Не понимаю, как ты мог подумать иначе. Вытащи уже свою голову из задницы. Она протянула руку, и такси подъехало к краю тротуара. Шерлок поднялся и кивнул ей, прежде чем открыть дверцу машины и назвать водителю адрес реабилитационного центра.