Ученица придворного алхимика

      Эльвина проводила меня из своих покоев лично, перед этим долго просидев перед зеркалом. И дело было не в любви к собственной внешности: она скрывала следы слез, поправляла прическу, и делала это довольно обыденно, словно всю жизнь этим занималась. Она не могла показать хоть кому-нибудь свою слабость.       Я задумалась о том, что многого не знаю о быте высокородных. Лишь фантазии простого народа. Может быть, дворянки и наслаждаются богатством и прислуживанием, когда счастливы. Но когда слезы катятся из глаз, и жизнь кажется беспросветной, они сами, чтобы никто не видел, надевают маску-макияж и лживую улыбку. Как же они разговаривают друг с другом? Как живут в обществе аристократов, где не принято просить поддержки и сочувствия, и где никто никому не доверяет?       Эльвина сделала вид, что захотела пройтись, и с гордой головой прошествовала мимо стражников. Я невидимкой шла рядом. Когда мы оказались в безлюдном закутке, она произнесла:       — Иди к себе, Алоиза, и жди вестей. Я поговорю с Элдмаром и подумаю, как организовать побег. Прошу, не провоцируй лорда Легхоа. Сейчас мы не должны привлекать к себе внимание, иначе наша затея пойдет прахом. А времени мало. От нас зависят две жизни.       — Я все поняла и буду ждать, — уверила я принцессу.       Но пообещать оказалось легче, чем сделать. Все следующие несколько дней я занималась работой, варила настойки для Фейтона, косметику для придворных дам и практически никуда не выходила — только поесть или проведать Джека. Впрочем, он либо спал, либо разговор у нас не клеился. Я поблагодарила его за помощь, но в душе была не рада из-за того, что с ним случилось, и чувствовала себя неловко.       Да и поцелуй для меня был не поводом прыгнуть юноше на шею, а скорее наоборот. Воспоминания об этом не давали в присутствии Рыжика связать и двух слов. Кроме того, я прекрасно понимала, что если такой, как Джек, тебя поцеловал, это еще ни о чем не говорит. С тем же успехом он будет целовать и тебя, и еще с десяток девушек в придачу. С другой стороны, я все чаще ловила себя на мыслях о карих глазах и рыжей шевелюре. Не знала, как себя вести, и в конечном итоге решила оставить все, как есть. Прямо скажем, момент выяснять отношения был не самым подходящим, когда над замком нависла опасность, а из каждого угла доносился запашок черного колдовства.       И все же, притихнув, как просила принцесса, и не пытаясь никуда сунуть свой нос, я не чувствовала облегчения. Все время казалось, что Иса стоит за моей спиной. Он попадался мне в коридорах, когда я шла в Белую Башню, мелькал под окнами. Непроницаемые черные глаза колдуна буравили меня насквозь. Все время возникало ощущение, что за мной кто-то следит. Нет, за мной и правда следил приставленный лордом Ноаром страж, но это был свой человек, как сказала Эльвина. А вот постороннее присутствие чего-то магического, непривычного, изматывало.       Я понимала, зачем маг делал это. Он пытался ослабить меня, надавить и подтолкнуть к принятию нужного ему решения. Хоть убей, я не могла понять такой заинтересованности со стороны колдуна. Меня мучили сомнения, и все время вспоминались сказанные им слова, которым я предпочитала не верить. Эльвина ошиблась в одном: не привлекать к себе внимание мага, когда ты сама маг, практически невозможно. Более того, если бы враждебный мне человек резко притих и постарался уйти в тень, это бы лишь вызвало дополнительные подозрения. Думаю, Иса рассуждал так же, и поэтому чаще крутился рядом.       Но еще больше меня беспокоило, что уже на следующий день после нашего разговора с подругой замок наводнили стражи, которые искали «украденный артефакт». Смог ли кто-то на самом деле стянуть у верховного мага что-то ценное? Замешан ли в этом деле карстский шпион? Меня терзали большие сомнения. А может, под видом расследования Иса устроил поиски рога, и моя догадка была верной?       Пусть я обещала не привлекать внимания, но в одну ночь не выдержала, надела волшебное кольцо и отправилась гулять по замку. Хотела найти какую-то зацепку, подслушать разговоры охраны. Вдруг бы выяснилось, какой предмет им поручили найти?       Но солдаты удивили. Если раньше многие были не прочь переброситься на службе парой слов, то теперь они ходили мрачные, настороженные, зыркали исподлобья. Будто даже в замке выискивали врага. Следили ли они за шпионом? Или просто чувствовали напряжение, повисшее в воздухе? Я не знала. Но такая атмосфера мне точно спокойствия не добавляла. Я будто попала в место, где все против всех.       Уже возвращаясь из отдаленной части дворца, уставшая и сонная, я наткнулась на пантеру. Точнее, это пантера наткнулась на меня. Одинокая кошка рыскала по коридорам, и глаза ее светились в темноте. Естественно, она сразу услышала мои шаги и ткнулась носом в платье, а затем заворчала, боднув головой бок, будто спрашивая: «Ну что ты здесь забыла? Что опять мешаешься? Иди отсюда по-хорошему».       — А вот что здесь делаешь ты? — поинтересовалась я шепотом, опасаясь, что хозяин зверя где-то поблизости. — Иса где-то рядом? — кошка помотала головой. — Тогда он тебя зачем-то послал? Я так хочу узнать, в чем дело! — забывшись, потянулась почесать пантеру за ухом, и чуть не получила когтями по руке.       Внутри кошачьей груди зарокотало, обнажились белые клыки. Зверь теснил меня, не желая, чтобы я тут разгуливала. Удивительно, но теперь у меня получалось сдерживать страх.       — Я очень хочу спасти Эльвину, — поделилась я с ним, — и вернуть свою наставницу. Она хотя бы жива?       В ответ Талаэр слегка прикусил мне ладонь и забил хвостом по полу. «Убирайся, нет времени на разговоры», — говорил его взгляд.       Почему-то я расстроилась. Чужой зверь не был мне другом, и не понятно было, зачем он помогал, когда при этом выказывал враждебность. Развернувшись, я ушла, не оборачиваясь.       А на следующее утро приставленный страж передал мне чистый лист бумаги. Подержав его над пузырьком с нюхательной солью, я смогла прочесть буквы, написанные невидимыми чернилами:        «Алоиза!       Завтра за три часа до полуночи служанка леди Оливии понесет охранникам ужин. Ты наденешь кольцо и встретишься с ней на кухне. В еду и питье нужно будет незаметно подлить снотворное, приготовленное господином Фейтоном — возьми его у врача. Вся охрана заснет.       Один из солдат верен генералу Ноару. Он проведет тебя и поможет. Однако ключи от темниц Оливии и Тобиаса Иса носит у себя. Замки придется вскрыть, и тут надежда только на тебя и твои умения. Ты маг и алхимик, найди способ. После человек Элдмара выведет вас тайным ходом. Оливию и Тобиаса будет ждать повозка.       Ответь, сможешь ли ты открыть двери. Если нет, мы отложим побег и придумаем другой способ. Письмо передай через стражника.       Эльвина».       Я была удивлена тому, что принцесса не сообщила все лично. Ведь с тех пор, как у нас появилось кольцо, встретиться оказалось легким делом, не смотря на запреты. И пусть артефакт сейчас был у меня, но через человека лорда Элдмара можно было назначить место.       За прошедшее время я соскучилась по подруге. По тому, как она шумно врывалась в любой момент, щебетала, заставляла двигаться, решалась на безумные и опасные вещи. Что же с ней стало? Успокоилась ли она после разговора с магом? Все ли у нее хорошо?       Но думать надо было не об этом. Эльвине нужна была моя помощь. Как открыть железный замок? В качестве мага я не многое могла сделать. Железо плавится при больших температурах, и огонь на ладони его не возьмет. Чарами тюрьма не защищена, поэтому медальон использовать бессмысленно. Ну и конечно, воровскими навыками взлома я тоже не обладала. Перенести побег и позволить Тобиасу с Оливией томиться в тюрьме неопределенное время?       Тут мне вспомнилась лаборатория господина Тарма и его попытки борьбы со ржавчиной. То, как растворялись гвозди в горючей воде. Если сделать концентрацию посильнее и подогреть… замок можно просто испортить! Осталось только найти нужные химические вещества. Такие серьезные жидкости нам с Хексией, естественно, не поставляли, хотя госпожа и доставала где-то по чуть-чуть, чтобы научить меня с ними работать. Но боюсь, я с ее друзьями не знакома, и мне придется добывать необходимое в другом месте. И кто, как не Джек, сможет мне помочь?       Решившись, я написала принцессе ответное письмо, передала солдату на выходе и направилась во владения придворного лекаря. Дверь мне открыл молчаливый помощник — сам врач отсутствовал, возможно, осматривал кого-то из придворных.       Джеку к этому времени разрешили уже перебраться из приемной в одну из комнат для тяжелобольных, которые находились тут же, в лекарском крыле. Но что я увидела, войдя туда? Рыжик, все еще не пышущий здоровьем, сидел на постели и пытался застегнуть рубашку. Мы вздрогнули одновременно: он — от моего появления, а я — от вида голой мужской груди.       — Лизи, ты извини, но сейчас я не готов к столь решительным действиям, — съехидничал юноша и отвернулся, как стыдливая барышня.       Кровь прилила к моим щекам и ушам. От возмущения я потеряла дар речи и застыла, как вкопанная, разглядывая чужую спину, пока Джек возился с пуговицами. Наконец, он посмотрел на меня и невозмутимо продолжил:       — Если бы я тебя не знал, то решил бы, что ты специально не постучалась, чтобы застать меня в неглиже.       В карих глазах мелькнула искра веселья. Но лишь искра, а не прежний костер неудержимого шутовства. И вот тут я отмерла и перешла в наступление:       — Не заговаривай мне зубы! Где твоя повязка? Только доктор за порог, и ты уже решил сбежать?!       — А можно кричать потише? — поморщился алхимик.       — Быстро в кровать!       — Вот это страсть! — восхитился наглец. — Даже жаль, что я не могу исполнить твои требования.       В гневе я подбежала и чуть не отвесила рыжему звонкий подзатыльник. Лахельм втянул голову в плечи, опасаясь расправы. Свежий шрам в волосах остановил мою руку. Я вздохнула.       — Так ты обращаешься с раненым? Лизи, мне здесь скучно, — заканючил Джек. — Ко мне никто не ходит!       — Никто, значит?       — Девушки не в счет, — выдал шутник, а потом стал серьезен: — Лизи, я должен встать! Я сижу в четырех стенах и ничего не делаю! Я хочу в купальню! Я не мальчик! И ты меня не остановишь!       — Принцесса заплатила за твое лечение, а ты собрался спустить ее деньги на ветер?       Услышав это, Рыжик вдруг вскочил, покачнулся от резкого движения и прижал руки к вискам.       — Я сейчас же покину это место, — решительно произнес он. — Мне не нужна милостыня.       — Эльвина — наша будущая королева, — мягко сказала я. — Принять милость от королевы — это честь, — но Джек все равно скис.       — Это правда, что мой меч сломан? — спросил он уже не в первый раз.       — Да, — кивнула я. — Но ты потерял его в бою.       — Чудовище убил не я.       — Ты защитил меня. И я… благодарна, — я попыталась взять его за руку, но Рыжик поднялся и без слов направился к двери. — А все мужчины сбегают, когда девушкам нужна их помощь? — бросила ему вдогонку.       — Какая такая помощь?       — Вернешься — узнаешь, — заманила я «рыцаря» назад. Естественно, я ничего ему не сказала про побег, а то с юноши сталось бы погеройствовать. Ограничилась только важным алхимическим экспериментом.       — То есть, тебе нужен ключ от главной лаборатории? — уточнил Джек, когда выслушал суть дела. — Чтобы ты могла залезть на склад и взять все, что тебе необходимо, пока я буду здесь помирать и глотать отвары?       — Пока ты будешь здесь идти на поправку и пить полезные лекарства.       — Как хорошо, что ключ я потерял!       — Где, пустая твоя голова?!       — В лесу, в битве с чудовищем, — с видом оскорбленной невинности ответил Лахельм.       — И что же теперь делать? — поникла я.       — У меня есть запасной. В одном тайном месте, которое ты без меня в жизни не найдешь.       — Откуда?       — Я всего лишь отнес ключ в кузницу, — Рыжик выглядел довольным.       — То есть, тебе доверили ключи от главной королевской лаборатории, а ты в обход господина Тарма сделал себе дубликат?!       — Но пригодилось же, — возразил этот пройдоха. — Так что, если тебе нужна горючая вода, придется взять меня с собой.       — Только потом ты вернешься сюда и будешь лечиться.       — Конечно-конечно.       И мы пошли в комнату Джека, где он пропал на долгое время, а вышел уже свеженьким и сменившим одежду. Ключ блеснул в руке. Лабораторию он открывал и закрывал сам, лично туда ходил и принес мне два стеклянных бутылька. Я проверила, хорошо ли закрыты флаконы, и спрятала их в складках одежды, а когда подняла голову… Рыжика уже и след простыл. Сбежал!       У себя я не стала разбавлять горючую воду — мне нужен был самый сильный раствор. Вместо этого целый день готовилась к завтрашнему побегу: забрала снотворное, выбрала самую незаметную одежду, самые мягкие, легкие туфельки, которые не будут производить шума. Мне было не спокойно, вся грудь горела от предвкушения опасности. В итоге, пытаясь отвлечься работой, я перевернула котелок с мазью!       На следующий день уже с утра я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме предстоящего дела. А вдруг что-то пойдет не так? А вдруг появится Иса? А вдруг моих сил не хватит, чтобы открыть дверь? В итоге, не выдержав, я вышла из замка за крепостную стену. Там, почти на самой границе леса, куда Хексия как-то водила меня собирать травы, стояло кольцо из каменных обломков выше человеческого роста. Они были черные, будто оплавленные в гигантской алхимической печи. Похоже, когда-то давно здесь стояла башня.       Люди избегали этого места. Говорили, что тут жил то ли колдун, то ли алхимик, а то и вовсе сосланный королевский родственник. Но все слухи сходились в одном: кто бы здесь ни обитал, погиб он в страшном пожаре, и с тех пор каменный круг считался проклятым. Хексия же утверждала, что все это — бабушкины сказки, и была абсолютно права. Любой маг, даже такой неумелый, как я, мог увидеть, что ни темных чар, ни проклятий на останках башни не было. Зато здесь росли редкие растения, и всегда можно было побыть в одиночестве даже вблизи от людного города.       Руины скрыли меня от посторонних глаз, и я зажгла огонь на ладони. Но не маленький язычок пламени, а большой жаркий факел, который охватывал всю руку, не причиняя никакого вреда. Я смотрела, как переливается красно-желтый свет. Это была магия, которой я никогда не пыталась учиться, но которая сейчас могла оказаться полезной и даже спасти кому-то жизнь. Вытянув руку, я пустила волну огня, напрягая волю и с усилием выталкивая пламя наружу.       Отчего-то мне вдруг стало хорошо и свободно. Вокруг бушевал костер, жар обдавал тело, а я будто купалась в огненной феерии, летела, словно птица. Магия выстрелила, как пробка из бочки с вином, выпуская все, что копилось в глубинах моей души. Ощущая невиданную легкость и могущество, я засмеялась.       Внезапно в пределы моего огненного круга ворвалась черная тень. Пантера напрыгнула на меня, с рычанием вытолкнула прочь, повалила на землю. Разумные зеленые глаза уставились с осуждением. Закашлявшись от дыма, я взглянула туда, где стояла мгновение назад. Там развернулось настоящее пекло. Я только что чуть не спалила себя заживо.