Ученица придворного алхимика

Я крепко зажмурилась и вытянула шею: — Души! И тут же мне прилетел смачный щелбан в лоб. — Ай! — не удержалась я от вскрика, хотя решила честно принять наказание. — А что мне еще делать? — Талаэр взмахнул хвостом. — То ты пытаешься убиться об древня, то об Ису, то устраиваешь акты самосожжения! Теперь собралась утонуть! Прикончу тебя сам и избавлюсь от мучений! — он схватил меня за плечи, заглянул в глаза и мощно потряс. — Вот зачем, зачем тебе понадобился единорог, объясни мне? Скажи спасибо, что я услышал всплеск и решил проверить, в чем дело! А если бы не успел? Ты-то бы даже не почувствовала, что утонула, а что было бы со мной?! — под конец тирады он уже кричал и рычал одновременно, и я осознала, насколько на самом деле мой названный брат перепугался. — Я думала, что он вернет мне память… — промямлила я. — И поэтому полезла в озеро! Единороги дурманят разум! Я думал, ты хорошо это выучила! — рявкнул напоследок Талаэр и начал ходить туда-сюда. — Это я виноват. Я был слишком мягок. Ничего, больше такое не повторится. До тех пор, пока не найдем твою семью, ты у меня будешь по струнке ходить! Пошли! — он схватил меня за руку и потянул к трактиру. — Подожди, а разве нам не надо высохнуть? — спросила я, путаясь в мокрой юбке. Талаэр мгновенно остановился и протяжно вздохнул: — Суши. И на этот раз ничего не подожги. А дальше все превратилось чуть ли не в сцену поимки опасной преступницы Алоизы Граден. Меня под локоток проводили в мою камеру. Затем оборотень заметил, что царапины на моих ладонях — видимо, повредила, когда спускалась по стене — и не нашел ничего лучше, чем лизнуть их языком — длинным, шершавым, кошачьим. Так делают животные, а не люди, и уже тем более не эльфы, обладающие магией. После родственник недовольно выглянул из окна, будто выискивая там неведомую опасность, и плотно зарастил это самое окно плющом, так что даже слабой надежды на свет не осталось. Я из упрямства не стала зажигать огня и просто ждала, что разъяренный эльф будет делать дальше. Он, видно, сообразил, что из нас двоих в полной темноте вижу точно не я, и аккуратно подвел меня к кровати, усадив на нее. — Спи, — буркнул эльф. Через секунду дверь громко закрылась, отрезая меня от всего остального мира. Я поежилась, поерзала и поморгала. Не помогло. Темнота давила со всех сторон. Тогда я развесила в воздухе несколько огненных сфер и заставила их вращаться в медленном танце, разгоняя мрак. Может быть, я и заслужила такую взбучку. Может быть, я действительно была слишком беспечна и даже не подумала, как волнуется за меня Талаэр, только что потерявший сестру. Ведь я так походила на Индиль. И даже понимая все это, я почувствовала себя несчастной, одинокой и несправедливо обиженной. Как будто вернулась в те времена, когда Хексия указывала мне, что делать, а я должна была беспрекословно ее слушаться. Только вот Талаэр не растил меня с детства. И я была не его родной сестрой, пусть мы и родственники. Он что же, пытается найти во мне замену Индиль? Но я не она. А может быть, он впервые не был ласков со мной, и поэтому я так обиделась? Повела себя, как капризный ребенок? Ведь правильно на меня накричали. С этими мыслями я и заснула, наблюдая за огоньками. Мне было очень тревожно. Утро не порадовало. Талаэр встал раньше всех, поел без нас, и такое ощущение, что к вчерашнему мясу он не притронулся. Под глазами у него были круги размером с добротный каменный замок. Джек то и дело зевал, манерно прикрывая рот рукой. А Хексия спустилась с лестницы так, что я засомневалась, что это так скрипело: лестница или ее кости. Впрочем, взгляд наставницы был все такой же гордый и вызывающий, и я не стала спорить с ней и просить Талаэра задержаться еще на день. Единственным новшеством оказалось то, что дальше от трактира мы пошли по широкой мостовой, на которой могли бы разминуться две телеги. Да, брусчатка выглядела потрепанной, и местами сквозь нее пробивалась трава, но идти было несравнимо легче. Умели же эльфы строить! Не зря про их мастерство ходят поговорки. Когда мы ровно зашагали в едином темпе, кажется, выдохнули все. Солнышко припекало сверху, птички пели, и казалось, что вроде бы все хорошо. — Сегодня, — Талаэр громко заговорил, не сбавляя шага, — никаких занятий эльфийского не будет. Вместо этого я расскажу вам, как вести себя в эльфийском лесу, и какие опасные существа могут вам встретиться. А начнем мы… с единорогов, — оборотень на мгновение обернулся, чтобы посмотреть прямо на меня. — Итак, единорогов называют хранителями той местности, где они живут, и их жизни сильно связаны с плодородием почвы, погодой и магией этого места. Но единороги так же прекрасны, как и опасны. Хотя среди эльфов издавна под страхом смерти запрещено вредить единорогам, ловить их и тем более убивать, ни один эльф в здравом уме не сунется к этому созданию. Потому что чаще всего возвращаются от единорогов уже без ума, или не возвращаются вовсе. — Твой отец общался с единорогами, и они подарили ему два своих рога, — прервала я эльфа. — Король Сайларон был особенным, — пояснил тот. — Единороги помогают только достойным — тем, чья воля сильна, а совесть чиста, и кто пройдет их испытания. Испытания чаще всего смертельны, но мой отец сумел пройти их и смог без опаски общаться с единорогами. Кто не так силен, может к ним даже не соваться. — оборотень снова оставил мне предостерегающий взгляд, намекая на то, что мне не стоит и пытаться. — История знает случаи, когда единороги использовали людей и эльфов для своих целей, и это чаще всего приводило к печальному финалу. К тому же, за свою помощь единороги, как и многие волшебные создания, требуют плату. Это закон природы, ведь все должно быть в равновесии: хочешь получить — отдай, хочешь силы — прими ответственность. Так что вы почти наверняка погибнете после встречи с единорогом, и, увидев его, подходить к нему нельзя ни в коем случае. Теперь перейдем к древням… — Слушай, Алоиза, — прошептал мне на ухо Джек, шагающий рядом со мной. — Какая муха укусила Талаэра? Он ведет себя с нами, как с маленькими детьми. — Потому, что вы и есть маленькие дети! — сказал оборотень. — Я прекрасно вас слышу. Вот когда доживете до моих лет — тогда и поговорим. — Мы не доживем, — усмехнулся Джек. — Мы же люди, забыл? — Алоиза доживет, — эльф повел хвостом. — Если примет силу из эльфийского источника, конечно. Тогда она станет, как мы, как все эльфы. — Силу кто-то еще должен передать, — возразила Хексия. — Ваш источник завязан на королевскую кровь. Ты уверен, что он послушается тебя? — Других путей я пока не вижу. — И тогда ты будешь раздаривать свою жизнь эльфам и рано умрешь, как твой отец? — испугалась я. — Это обязанность наследника короля, — серьезно ответил Талаэр, но вдруг напрягся и навострил уши. — Назад! — приказал он. — Быстро отошли! Мы сгрудились в кучку за его спиной, а потом я что-то услышала — какое-то шуршание в кустах, и вдруг на дорогу перед нами выскочил… здоровенный кабан. Бок его был залит кровью, клыки блестели, и он страшно пыхтел. Талаэр зарычал, заставив кабана остановиться. Эльф было потянулся к перевязи на поясе, но меча там не было — оружие было утеряно в схватке с Исой. Тогда оборотень мгновенно прыгнул вперед, в воздухе обернувшись пантерой, и чиркнул зверюгу когтями. Кабан взвыл и развернулся в сторону противника, беря разгон и превращаясь в опасный таран. Но Талаэр легко ушел с пути кабана, напрыгнул ему сзади на спину и принялся рвать шкуру. Кровь, хрипы и рычание — один сплошной клубок. Каким-то образом пантера поднырнула под кабана и вцепилась ему в глотку, плотно сжав челюсти. Хряк захрипел, не в силах напасть из этого положения. Звери покатились по земле. Кабан трепыхался и визжал, истекая кровью, но ничего не мог поделать. Постепенно он затих. Тогда Талаэр отпустил его, облизнувшись, и склонил голову над добычей, будто раздумывая, какой кусок лучше оторвать. — Талаэр, что ты делаешь? — спросила я. Кошка резко подняла голову в мою сторону и зарычала. — Алоиза, назад! — немедленно велела наставница, загородив меня собой, и вдруг на ее ладони появилось черное пламя. — Хексия, зачем это? — удивилась я. — Лизи, отойди, — Джек тоже насторожился и достал из-за пояса длинный охотничий нож, который взял с собой. — Что-то тут не так. Пантера смотрела на нас, прислушиваясь. Будто видела в нас врагов, но не нападала. — Талаэр? Хватит, ты спас нас, возвращайся обратно! — выкрикнула я. — Он не может, — возразила Хексия. — Алоиза, если хочешь спасти себя, меня и Джека, будь внимательна. Как только он прыгнет — ты должна испепелить его на месте. — Это что, шутка? — я не могла поверить, что слышу это собственными ушами. — То, что мы с эльфом скрывали от тебя. Когда я была молода, то мы вместе с Исой учились объединять животных и людей, чтобы создавать послушных оборотней. Страшные опыты, которые чаще всего приводили к смерти, — напряженно заговорила наставница, не сводя внимательных глаз с пантеры. Талаэр принял угрожающую позу. — Единственная удачная попытка Исы стоит перед тобой. Но правда в том, что теперь колдун мертв, чары послушания развеялись, и проклятие больше нечем сдерживать. Звериная сторона Талаэра одерживает над ним верх. Он понял это и перестал есть мясо, чтобы ослабить пантеру внутри себя. И сейчас, когда ему пришлось прибегнуть к ее силе, она выбралась на свободу. — Но он не нападает на нас! — закричала я. Пантера, услышав это, обнажила клыки. — Это вопрос времени. Он станет очень опасным и умным зверем. Но лишь зверем, озлобленным хищником, который триста лет был заточен в клетке эльфийского тела. Назад, Алоиза. Он не знал, как надолго его хватит, хотя надеялся на лучшее. Но, видимо, время пришло. Дальше мы пойдем без Талаэра. — Нет! — я заплакала. — Талаэр, как же так! Еще вчера ты спас мне жизнь! Что, если единорог придет снова? Ты оставишь меня на произвол судьбы? Чтобы я умерла, как Индиль? Ты обещал, что будешь защищать меня! Ты обещал! И я без тебя не справлюсь! Я пристально посмотрела в глаза оборотня в безумной надежде достучаться до него. При имени сестры зрачок пантеры начал обретать человеческую форму, и вот я уже увидела осмысленные глаза на кошачьей морде. Потом пантера зажмурилась, потрясла головой и со стоном начала кататься по земле. Спустя минуту Талаэр поднялся на две ноги, пошатываясь и держась за голову. Я кинулась к нему, крепко обняла, заглянула в лицо и своим рукавом стерла кровь с его подбородка. — Знаешь что, не смотри вниз. Пойдем подальше от этой зверюги, — велела я и отвела родственника вперед. Выглядел он ошарашенно. — Теперь ты все знаешь, — наконец, хрипло проговорил эльф. — Я предупреждал, что проклят. — И я очень зла, что ты ничего мне не сказал! Знаешь, как я сержусь? — возмутилась я. — Я могла просто спалить этого зверя самостоятельно. Я же сильная волшебница, зачем ты полез защищать нас, если знал, к чему это приведет? — Я надеялся, у меня еще есть время… — Больше никогда не оборачивайся, понял? Пока мы не найдем способ снять проклятие. — Способа нет… — эльф отвернулся от меня и вдруг подошел к кромке деревьев, словно что-то там привлекло его внимание. — Что случилось? — поинтересовалась Хексия. — Насколько я понимаю, древни должны были защищать нас от диких животных. Почему этот кабан встретился на нашем пути? — Он был уже разъярен кем-то другим, — объяснил Талаэр. — И этот кто-то попался в руки стражам леса, отвлекая их внимание. Мы в этом лесу не одни.