Ученица придворного алхимика

Я ожидала, что дом Советника должен находиться в центре города, но куда там! Как мне объяснила бабушка, у моего отца был особняк в городе, но родовое поместье вместе с конюшнями находилось за его пределами — там, где зелёные луга переходили в леса, и где кони могли пастись. Чаще всего семья жила всё же в городе из-за работы Тибольда Хастона, но Дараэль например бывала у отца с матерью гораздо реже, предпочитая бегать по лесам и учиться у стражи поместья стрельбе из лука и обращению с мечом. — А почему тогда Тибольд так хочет забрать меня к себе, раз Дараэль позволено жить, где она хочет? — спросила я у Тинтур. — Ты его наследница, и уже взрослая. Ты вошла в брачный возраст. Думаю, он хочет начать готовить тебя к правлению. — У меня нет желания править. И погоди, разве Советников не выбирают жители? Разве это наследный титул? — Советницей ты, может, и не станешь, но ты будешь главой Дома Хастон в любом случае, — мягко пояснила бабушка. — А Дараэль? Они не учили её править, пока не было меня? Какие у неё отношения с родителями? — я всё ещё находилась под впечатлением от встречи с сестрой. Мне хотелось понять, за что она так обижена на меня. — Я надеюсь, что когда вы поговорите с ней, то подружитесь, и она сама тебе всё расскажет, — улыбнулась Тинтур. Мы с ней решили пройти пешком и поговорить, тогда как Хексия, у которой всё ещё ныли кости, отправилась к дому Тибальда на лошади в сопровождении дружинника Арданеля. Я смотрела на зелёные круглые поляны, усыпанные цветами, вокруг которых возвышались белокаменные дома с колоннами, смотрела на звонкую речку, которая свободно текла через город, и над которой были построены арочные каменные мосты. Смотрела на особняки знати с садами, огороженными заборами, увитыми плющом. На каменные дорожки. На парки, в которых жили хитрые пикси и воздушные сильфы. На фонтаны с красивыми скульптурами, которые выглядели, как живые. На старые мощные деревья с золотыми листьями, в которых жили вечные эльфы. — Это ратуша, — пояснила Тинтур, указывая на величественное трёхэтажное здание, украшенное барельефами и витражными окнами. Полуколонны на фасаде походили на белые деревья и разветвлялись кверху, образуя крышу, похожую на крону. — Здесь под руководством твоего отца происходит управление городом. Принимаются законы, вершится суд. Здесь же проводится Большой Совет, когда приезжают остальные Советники. По традиции, каждый год Большой Совет принимает у себя один из Советников. Иногда бывает и чаще, если это необходимо. В остальное время используется почта и магические зеркала. — Магические зеркала? — заинтересовалась я. — Дойдём до лаборатории — я тебе покажу, — бабушка погладила меня по руке и продолжила: — А там около леса растут дубы, видишь? Это дубовая роща, а за ней — праздничный луг. Там мы собираемся и веселимся, воздаем хвалу духам природы и богам, складываем костры, пируем. Пойдём по мосту, за этой рекой начинается квартал, где живёт твой отец. Мы ступили на мощёный белыми ровными плитами мост, за которым раскинулись большие дома с садами, клумбами и фонтанами. Мы остановились у голубого с белым дома, над которым реял синий флаг с пятью серебряными звёздами — видимо, это был знак Совета. Второй флаг изображал белоснежного коня на зелёном поле — герб Хастонов, как я догадалась. Фонтан перед домом тоже был украшен скульптурой тройки белоснежных коней, которые будто неслись вскачь, выпрыгивая из воды. Там из главных ворот выходило несколько человек, которым от конюшни подавали лошадей. Конюх поклонился Тинтур, мы спокойно прошли с бабушкой в ворота, которые открылись перед нами привратником. — Бренель Тинтур, добро пожаловать, — сказал привратник, седой мужчина. — Вас приказано проводить в малую столовую и подать прохладительные напитки и закуски. Ваша гостья Вас там уже ожидает. Мы прошли в зал с высокими потолками, где были прекрасные мозаичные полы, стены, обитые переливающейся сине-зелёной тканью, картины и горшки с живыми цветами. Освещалось это магическими кристаллами в кованных металлических подставках, изображающих ветки деревьев с цветами и плодами. Хотя я видала в королевском замке великолепные залы и пышно убранные комнаты, всё же великолепие Эльмара безумно поражало — тонкой работой, искусно вылепленными и вырезанными, словно живыми, формами. Статуи, картины, цветы, ткани, камни, растения и вода — всё было сделано настолько гармонично, что будто бы каждое место рассказывало какую-то свою историю или легенду. В малой столовой с жёлтыми стенами висели прекрасные лесные и морские пейзажи. Я видела море только на картинах, но здесь оно было такое яркое, с лазоревыми волнами и белыми птицами над ним, а ещё изящным кораблём — что аж захотелось взглянуть подольше. — Это Побережье? — спросила я. Именно туда ведь собирался отправиться Талаэр. — Так художник представляет корабли, которые привезли нас сюда, — объяснила Тинтур. — Тир ведь рассказывал тебе, что эльфы не всегда жили в Эльмаре? — Иса… Мне рассказывал об этом Иса… — поёжилась я, вспоминая, что где-то там на острове заключён и запечатан его кровью древний альвиец, который поддерживает жизнь за счёт остатков природного Источника. Альвиец, который мечтает выбраться, найти уплывших после катастрофы соотечественников и отомстить им. — Что ж, это действительно трагичный момент вашей истории, — подала голос Хексия, сидевшая за столом. — Вы потеряли старую родину, потому что слишком жадно использовали её богатства и не смогли разделить их между собой. — И теперь мы обрели новую родину, которую превратили в цветущий сад, и которую будем оберегать, что бы ни случилось, — ответила Тинтур. — Девочка моя, ты что-то ещё хочешь спросить? Я расскажу тебе всё, что ты хочешь узнать. — А где Джек и Тир? Они не с нами? — всё же задала я мучивший меня вопрос. — Сегодня мы собрались в семейном кругу. А им, в соответствии с их желанием, пока выделили место в казарме городского гарнизона. Твои друзья подбирают себе доспехи, коней и оружие. Твой отец не поскупится на них. Не поскупится, не поскупится! Это, конечно, хорошо, но всё же не настолько хорошо, чтобы унять моё беспокойство. Этого вслух я произносить не стала и присела за стол рядом с Хексией, попытавшись следить за осанкой и в целом не ошибиться с правилами этикета, которым она меня учила. С другой стороны от меня села Тинтур и мягко погладила мою ладонь. Я натянула расходящиеся колокольчиком рукава на запястья, чтобы браслет, который мне выделила Хексия из закромов Исы, не привлекал ничьё внимание. Шутка ли, запрещённая магия! Хотя с тех пор, как я его надела, проблем с силой по ночам я больше не испытывала. Да и наставница не могла мне посоветовать дурного, правда ведь? Значит, беспокойство по поводу браслета стоило давно унять. Пока я предавалась подобным мыслям, дверь распахнулась. И в неё об руку вошли мои отец и мать — Майлин и Тибольд. Были они одеты лишь чуть менее пышно, чем в прошлый раз, но не менее дорого. За ними, обряженная в платье, нехотя плелась Дараэль. При солнечном свете я смогла получше разглядеть её, и она показалась мне непоседливым подростком. Капризно скривленные полные губы и красноречивый взгляд «Не хочу находиться здесь, и вообще, я тебя убью, сестричка» говорили о многом. Пышные каштановые с рыжими искорками волосы были демонстративно растрепаны и волнами валялись на плечах. Платье, не зашнурованное должным образом, смотрелось на ней чужеродно и не уместно. — Добро пожаловать в наш дом, — торжественно произнёс Тибольд Хастон, когда все расселись за круглым столом, и попытался улыбнуться. Улыбка, впрочем, не вызвала у меня никакого доверия. Вроде бы на лице было тёплое выражение, но глаза смотрели зорко и задумчиво, будто пронзали тебя насквозь. — Сегодня у нас будет небольшой семейный совет. И, конечно, вы можете угощаться, — он показал на маленькие закусочки, тарелки с порезанными фруктами и графины с лимонадом. — Мы с Майлин отпустили слуг, чтобы побыть чисто среди своих, — улыбнулся он снова. «Чтобы не грели своих ушей», — сказали его глаза. — Поэтому будьте свободны наливать и накладывать себе сами. — Благодарю, — сдержанно произнесла Хексия и взглянула на меня. Что ж, в этом была вся она — ручной труд, если это не алхимия, выполняют либо слуги, либо я, либо, на худой конец, магия. Я встала, как ни в чём не бывало, и налила лимонада сначала ей, потом бабушке, потом отцу, матери, и даже подошла к сестре, но она оттолкнула рукой кувшин. — Ну что, вы рады? — спросила она родителей. — Вот, приехала ваша первая дочь, примерная и послушная, как и заказывали! Не зря вздыхали по ней столько лет! — Дараэль, как ты смеешь! — вскинулась мать. — Веди себя прилично! Ты только посмотри, как ты одета! Позоришь нас перед гостями! Перед сестрой! — Могу уйти, чтоб не позорить, — едко ответила Дараэль. — Зато Нархинель у нас смотрите, как прилично одета! А что туповата, что сунулась ночью к жилищу пикси — это ничего, их укусы можно залечить! — Дараэль, возвращайся к себе! И не выходи, пока я не разрешу! — Тибольд весомо, с глухим стуком поставил на стол стакан. — Не очень-то и хотелось! — вспыхнула девушка и бросилась вон. — Не стоит огорчаться, доченька, Дараэль привыкнет к тебе. У неё всегда был не простой характер, ты же помнишь, она капризничала с самого детства? — уставилась на меня леди Хастон и протянула руки, чтобы меня ободрить. — Я ничего не помню, — спокойно ответила я. И вроде бы вчера проговорили про мою потерю памяти, но видимо, Майлин никак не могла с этим смириться. — Что ж, раз семейные посиделки не удались, предлагаю перейти сразу к делу, — серьёзно сказал Тибольд. — Нархинель, мы с мамой очень обрадованы, что ты вернулась в лоно семьи и теперь будем заботиться о тебе. Ты будешь жить в нашем доме, у тебя будут лучшие учителя и всё, что ты захочешь иметь. Однако, фамилия Хастон накладывает и обязательства. Семья Советника не может позволить себе потерять лицо, и придётся соблюдать некоторые правила. Думаю, они будут не очень обременительны для тебя. — И какие же? — полюбопытствовала Хексия, бросив на меня красноречивый взгляд, который сказал мне, что она будет отстаивать меня у моей же семьи. — Первое, о чём мы уже поговорили с Майлин, наша семья не может быть запятнана связями с тёмной магией. Это значит, что подлинную историю возвращения Нархинель будем знать только мы и Совет. Волосы нужно будет регулярно красить, чтобы скрыть обращение к запретному искусству. И общение с проклятым эльфом следует свести к минимуму. Он будет отослан на Побережье, как и просил, поступит в армию Эльмара, получит хорошую должность, максимально возможную для проклятого, а расходы на вооружение я доплачу лично, также буду доплачивать повышенное жалование. Он доставил мою дочь домой, и Дом Хастон этого не забудет. Но общение лучше прекратить. — Отлично. А меня вообще кто-то из вас спросил, чего я хочу? — я не сразу поняла, что я вскочила с места и громко сказала это вслух. — Хороший вопрос, — одобрила Хексия. — А главное, своевременный.