Madness in him

Пита выписали на следующий день. Точнее, просто вытолкали из больницы, хотя утром он жаловался на плохое самочувствие. Просто донесли до апартаментов и оставили. -Зачем вообще больничное крыло во дворце? Если они не в состоянии помочь, - ворчала я, открывая окно. -Богатые тоже болеют. Здесь собраны лучшие из лучших врачей. Всегда под рукой и к тому же есть возможность скрыть болезнь. Почему бы и нет? А в подвале - тюрьма, где тебя держали. Выгодно, правда? Первая помощь под рукой и враги под присмотром. И тут же советники. И такие мелкие "секретари" вроде меня. А ведь он прав. Одно здание и столько функций. Контролировать легче легкого. -Мне надо немного поработать, - Пит накидывает халат и отправляется в сторону кабинета. -У тебя же постельный режим еще на два дня. -Сноу это не интересует, - добавляет он и все равно идет снова писать. И закрывает дверь на ключ. Что мне абсолютно не по душе. Через час слышу скрежет замка, но он не выходит. Сама тяну ручку двери и вхожу. Пит при виде меня быстро накрывает халатом то, что осталось от правой ноги. Но я успеваю заметить покрасневшую кожу и небольшую ссадину. -Давай помогу, - тянусь к тюбику с мазью, но парень прячет его в тумбочку. -Разберусь сам, не маленький, - и придерживает край халата. -Перестань. Ты же знаешь, бывало и похуже. Достаю тюбик обратно и отбрасываю ткань. Аккуратно покрываю тонким слоем мази воспаленную кожу и ссадину. -Такое иногда бывает, когда долго пользуешься протезом. А тут еще и падение. -Ты вспомнил? - кладу мазь на место. -Не все. -Когда мы ехали в машине, ты ненадолго приходил в себя. Просил у меня прощения. За что? -Этого я пока не вспомнил, - отнекивается он. Снова ложь. Все он уже вспомнил, это заметно. Просто говорить не хочет. Что ж, я найду способ выяснить все. Утром Пит уходит на очередное совещание и сообщает, что придет ближе к вечеру. Вид у него довольно потрепанный. И он был прав, Сноу действительно плевать на постельный режим. Вызвал и все. Что ж, у меня куча времени. Вызываю безгласую и прошу принести ужин в определенное время. Привожу себя в порядок, подготавливаю все в аппартаментах. Когда остается совсем мало времени, переодеваюсь. Пока Пита еще нет, решаю лишний раз проверить, как там мои близкие. Включаю аппарат и щелкаю по камерам разных дистриктов. Нахожу ее в Седьмом и ужасаюсь. От Дистрикта не осталось почти ничего. Он теперь так же стерт с лица земли, как и Двенадцатый. Ямы от бомб еще дымят, многие дома охвачены огнем. А на окраине то тут, то там мелькают светлые волосы моих матери и сестры. В попытке спасти как можно больше людей. А я сижу здесь. У меня нет сил на это смотреть. Как можно аккуратнее убираю слезы и выключаю аппарат. Слышно поворот ключа в замке. Пит хлопает дверью и удаляется в кабинет, даже не глядя на меня. Тихонько пробираюсь следом. Пит сбрасывает пиджак и со злостью швыряет в угол. Наливает себе из графина стакан воды и дрожащими руками подносит к губам. Смотрит в окно, о чем-то размышляя. Присаживаюсь на подоконник рядом с ним. Вскоре его начинает трясти от собственных мыслей. -Что случилось? - поглаживаю парня по плечу. -Он совершил атаку на Седьмой и Шестой Дистрикты. Тридцать тысяч, Китнисс. Тридцать тысяч жертв! От этой цифры мне резко стало не по себе. Кутаюсь в халат поплотнее. -Я видела Седьмой. -Я всего лишь пишу эти чертовы бумажки. Сколько, чего и куда отправлено. Но я не отправляю их! По моему приказу ни один самолет не отправили, ни одной бомбы не сбросили! А у меня ощущение, будто я их всех убил! Будто я скоро утону в их крови! Он присаживается на стул и прячет лицо в ладонях. А вот это уже интересно. Я чувствовала нечто подобное, когда видела разрушенный Двенадцатый. Прекрасно его понимаю. За последнее время он изменился. Переродки не умеют сочувствовать, жалеть, переживать. А настоящий Пит умеет. Пользуясь моментом, беру быка за рога. -Ты в этом не виноват, - присаживаюсь рядом с Питом на корточки. -Виноват только Сноу. Что он с тобой сделал? Пит ненадолго замирает. Кажется, ответ вот-вот прозвучит из его уст, но... -Выйди отсюда. -Пит, я... -Выйди сейчас же! Подскакиваю от резкости его голоса и спешу покинуть помещение, прикрыв за собой дверь. Чего он взъелся? Понимаю, что от моего внешнего вида больше пользы никакой. Пожалуй, можно со спокойной совестью готовиться ко сну. Когда я выхожу из ванны, еда все так же не тронута. Значит, не выходил. Смотреть, что он делает нет никакого желания. Укладываюсь на своей половине в надежде заснуть. Вскоре Пит выходит из кабинета и берет с собой что-то из еды. Вроде успокоился. *** Сквозь сон чувствую, как кто-то бьет меня по руке. Обернувшись, вижу Пита, который бьется в конвульсиях. -Китнисс...Помоги... Во второй руке зажата связка ключей. -Что мне сделать? - весь сон как рукой сняло. -Вот ключ...Верхний ящик...Быстрее! - его спина выгибается дугой в очередном приступе боли. Бегу в кабинет и как можно быстрее открываю ящик. Около десятка шприцов. Перед глазами молниеносно проносятся воспоминания о странностях Пита за все эти месяцы. Вот и объяснение. Пит - морфлингист. -Быстрее! - очередной крик парня возвращает меня в реальность. На всякий случай беру два шприца, включаю в комнате свет и пытаюсь получше разглядеть вены на руках за максимально короткое время. Вот только нахожу лишь множественные следы от уколов. -Китнисс, я не могу больше! Нахожу темно-синий контур, мало-мальски похожий на вену и ввожу морфлинг. С остальным позже разберемся и выясним. Сейчас надо привести Пита в нормальное состояние. С замиранием сердца прикладываю кончики пальцев к запястью и считаю пульс. Судороги понемногу стихают и Питу становится легче. На лбу проступает холодный пот, дыхание все ровнее. Он берет меня за руку и ненадолго подносит к губам. -Ты не дала мне умереть. Даже после того, что я сделал. -Ты не по своей воле это сделал. Он хочет еще что-то сказать, но я останавливаю. -Не надо. Лучше поспи. Я подежурю. -Тебе тоже надо отдохнуть. Ложись рядом. Ты только что уколола, больше приступов сегодня не будет. Обещаю. Я все равно еще несколько минут наблюдаю за ним, чтобы окончательно убедиться в том, что он действительно в порядке. Гашу свет и залезаю обратно под одеяло. -Иди ко мне, - Пит до горла закутался в одеяло, хотя в комнате довольно жарко. Прижавшись, чувствую от тела парня легкую дрожь. Наверное, еще одно из действий морфлинга. Пит проснулся раньше меня, но так и остался лежать. Я решила не откладывать разговор в долгий ящик. -Ничего не хочешь мне рассказать? Парень всматривается в мое лицо и произносит: -Нечего рассказывать. Ответ поставил меня в тупик. Если это вообще можно ответом назвать. Я ему ночью помогла, а он не может даже при таком условии рассказать все. Со злостью отбрасываю от себя край одеяла, набрасываю халат и ухожу на балкон. Давно я так не злилась. Просто стою и смотрю на Капитолий, пока прохладный воздух не охладит мой пыл. Снег тает, едва коснувшись силового поля надо мной. А жаль. Я бы хотела сейчас чувствовать каждую из этих снежинок. Как дома. -Китнисс, - слышу шорох его шагов в паре метров от меня. -А теперь ты - выйди отсюда, - рявкаю в ответ. -Здесь не твоя частная собственность. -Не твоя тоже. Он еще что-то говорит, но я не слышу. Мой разум заполоняют воспоминания прошедших месяцев. -Может, хватит меня игнорировать?! - парень хватает меня за руку и разворачивает к себе. Как я могла не замечать всего этого? Желтушность кожи, потеря веса, те же перепады настроения. Как он закрывался иногда в кабинете. Судороги. Если бы я вчера не сделала укол, он бы скорее всего умер. -А может, хватит тебе игнорировать меня? Он молчит и я решаю продолжить. -Знаешь ли, это раздражает. Я сегодня ночью спасла тебе жизнь. А ты не можешь дать мне чертово объяснение, что с тобой происходило. Я устала от этого. Пит стоит все так же молча. И я ухожу второй раз за сегодня. На этот раз в ванну. Здесь хотя бы защелка есть. Какой-то шанс на уединение. Закалываю волосы и устраиваюсь в воде, прикрыв глаза. Правильно, пусть стоит и думает на балконе. За эти пару лет мы столько прошли вместе, что сейчас его скрытность меня задевает за живое. Мой покой прерывает стук в дверь. Что-то он быстро. Прикрываюсь полотенцем и открываю. Пит уже в костюме, готов к выходу. -Что еще? Вместо ответа притянул меня к себе и жадно примкнул к моим губам. Сдаюсь и зарываюсь кончиками пальцев в его волосы. Полотенце спадает на пол, чувствую как пальцы Пита ласкают мои соски и спускаются ниже, между бедер, чтобы спустя мгновение оказаться внутри меня. Не удержусь. Тяну его за собой к тумбочке и забираюсь на нее, раздвинув ноги. Пит снова вставляет в меня пальцы и дразнит, то сбавляя, то наращивая темп. Но мне мало этого. Я хочу чувствовать его член в себе. Беру инициативу в свои руки и расстегиваю ремень и молнию на брюках. Парень придерживает меня за ягодицы и резко входит в моё мокрое от желания тело. Я обхватываю его ногами и с каждым толчком кричу все громче. Умоляю не останавливаться и войти в меня ещё глубже, ещё резче, пока не кончаю и моё тело расслабляется в его руках. Вскоре Пит изливается в меня и остаётся внутри, пока мы оба приходим в норму. -Кажется, я куда-то собирался, - парень с улыбкой отходит к умывальнику, чтобы привести себя в порядок. Оглядываюсь в поисках полотенца, нахожу его на полу. С мыслями о том, что не помешало бы уже прикрыться, поднимаю полотенце и...вешаю на крючок. Все равно полезу назад в ванну. Оставив несколько поцелуев на подбородке и шее, Пит произносит: -Больше ты не будешь мучаться. И исчезает до того, как я успеваю что-либо сказать. Я брожу по аппартаментам и вновь захожу в кабинет. С удивлением обнаруживаю открытую тумбочку. Ни одного шприца. В корзине для мусора - тоже. Зачем ему забирать их с собой? Неужели он просто решил меня бросить? Пит не пришел ни на второй, ни на третий день. Мне уже кусок в горло не лез от волнения, но пару ложек пюре я все-таки проглотила, чтобы утихомирить боли в животе. Набравшись смелости, стучусь в дверь со своей стороны. Один из моих охранников открывает мне. -Где Пит? Мужчины переглядываются. -Нам не велено говорить о делах Капитолия. -Мне плевать на дела Капитолия. Я хочу знать, где Пит. -Ждите. Передо мной закрывают дверь. Слышно удаляющиеся шаги. Ладно, подожду еще немного. Другого варианта у меня нет. Наверное, прошла целая вечность, прежде чем эта дверь снова открылась. -Следуйте за нами. И вновь я иду куда-то под дулом автомата. Это когда-нибудь кончится? Можно подумать, мне больше нечем заняться, кроме как бегать по дворцу, напичканному миротворцами. Путь приводит меня к одной из палат медблока. Белые стены и койка. За время своего отсутствия Пит как будто...высох. Слишком острые скулы, выступающие ключицы. Он просто лежит и смотрит в потолок. Прямо как я в свое время. Я захожу в палату и охрана тут же занимает наблюдательный пост за дверью . Присаживаюсь на край койки и поглаживаю прохладную руку парня. -Китнисс, зачем ты пришла? Ты не должна этого видеть, - хрипит он. -Ты ушел, ничего не обьяснив. -Я сказал, что ты больше не будешь мучаться. Этого достаточно. -Нет. Ты должен рассказать все. -Больше не будет никаких уколов. Ни одной дозы. Внутри меня все сжимается. Если он сейчас перестанет колоть морфлинг - это конец. Умрет при ближайшем приступе. -Должен быть выход, - шепчу я, понимая, что выхода нет. Никто здесь не станет его лечить. -Я не могу так больше. -Нужно только дождаться победы повстанцев. В Тринадцатом тебя вылечат. -Ты не представляешь, о чем просишь. Я на время оставила попытки уговорить его. Пусть немного отлежится...Рано или поздно начнется приступ, возможно получится тогда. Хотя...это кощунство. Я собралась просить человека сидеть дальше на игле и зависеть еще сильнее. Страдать еще больше. И ради чего? Мнимой надежды на возможное лечение в Тринадцатом. При условии, что я даже не знаю, лечат ли морфлингистов. Ни разу не слышала о таком. Может, Пит уже давно получил билет в один конец, а я лишь растягиваю его страдания. Приступ случился ночью. Я бегала по коридору в поисках медсестер и врачей, но когда нашла, морфлинг мне не дали. Не положено, видите ли. И почему я не удивлена? Пита полночи тошнило. Я просидела рядом с тазиком в руках, то и дело разминая его конечности во время судороги. Пару раз он терял сознание, а я мчалась к умывальнику, смачивала руки холодной водой и хлестала по щекам. -Оставь меня, - бормочет он после очередного приступа, откинувшись на подушку. -Нет. Я же обещала, что не брошу тебя. -Мы не на Играх. Ты мне ничего не должна. -Угомонись, - ворчу я и устраиваюсь ненадолго передохнуть. На рассвете Пит снова отключился. На этот раз не реагируя ни на что. Я уж думала снова бежать по врачам с надеждой на морфлинг, но на пороге встретила его. Человека, которого меньше всего ожидала здесь увидеть. -Моя дорогая мисс Эвердин. Ему уже ничем не помочь...Парень отойдет в мир иной меньше, чем за полчаса. Внутри все холодеет, но я стараюсь не подавать виду. Сноу опускает руку в карман плаща и достаёт шприц. -Только новые дозы могут поддерживать в нем жизнь. Жизнь, наполненную страданиями. Интересно, будете ли вы столь великодушны, чтобы отпустить его, или вы настолько эгоистичны, что введете дозу? На этом Сноу кладет шприц на тумбочку и присаживается на диванчик в коридоре. Дверь в палату открыта, моя растерянность для него вся как на ладони. А у меня совсем нет времени для раздумий. Прикладываю кончики пальцев к запястью. Пульс совсем слабый. Перед глазами проносятся воспоминания: улыбающийся парень месит тесто для моих любимых булочек, пока я готовлю подстреленную утку. В ногах трется Лютик в ожидании подачки. Я все время его отталкиваю, но он все равно получит свой кусочек мяса от Прим, которая скоро придёт из школы. Пит что-то рассказывает, но я не слышу. Взгляд мой застыл на его светящихся в свете солнца ресницах. А теперь передо мной бледное, исхудавшее, безжизненное лицо. И таким оно и будет. Если не сделать очередную инъекцию, его глаза больше не откроются никогда. Мне не с кем будет возвращаться в Двенадцатый или коротать время в Капитолии. Не будет больше объятий и поцелуев среди ночи. И меня прежней не будет.Ни-че-го. Однако имею ли я право продолжать его страдания? Нет. Но и без него я не могу. Прибор продолжает сигналить об утихающем пульсе и дыхании. Нахожу вену на руке, вкалываю иглу и нажимаю на поршень. - Я другого и не ожидал, - Сноу удаляется по своим делам с довольной улыбочкой. -Его послезавтра выпишут, лучше идите отдыхать. Да и пробуждению он не обрадуется, - медсестра ставит капельницу и уходит. Следую её совету и иду домой, предварительно выпросив таблетку снотворного. Ночка выдалась та ещё, а силы мне ещё пригодятся.