Madness in him

Мы прождали еще два месяца. Первый Дистрикт не пропускал повстанцев к столице, все ресурсы уходили на бойню. Капитолий был истощен. По вечерам бывало отключали коммуникации, мы сидели в темноте и без воды. Еду практически перестали приносить, на мои расспросы безгласая лишь пожимала плечами. Мой живот уже стал заметен невооруженным глазом, Пит все больше нервничал. - Когда же он уже сдастся? У него почти ничего не осталось! - Ключевое слово "почти", - вздыхаю я. - Тебе нужны нормальные условия! Нормальная еда! Он должен развиваться! - Пит поглядывает на мою изменившуюся фигуру. - Он растет, ты же видишь. Ты и так отказываешься от еды! - я с укором смотрю на него, такого истощенного месяцами на морфлинге. - Потому что ее практически нет. Дозы морфлинга приносят стабильно. Значит, Сноу все еще надеется получить с нас какую-то только ему известную выгоду. Может, хочет обменять свою жизнь и жизнь внучки на наши жизни. К врачу меня больше не пускают. Больничное крыло оставили для чиновников и пострадавших военнослужащих. Так что я понятия не имею, что там с моим сыном и какое состояние моего организма. Меня радует только одно: он дает нам знать, что жив. Каждый день, чаще вечером, я улавливаю движения в животе и зову Пита, чтобы он тоже почувствовал. Пока еще это возможно. *** Вечером я выхожу из ванны, Пит уже ждет меня. - Пойдем на балкон, - он берет меня за руку и мы выходим на свежий воздух. Пит вынес матрас с одеялом и подушками, накрыл небольшой столик с нашим скудным ужином. Я быстро уплетаю свою часть яичницы и уговариваю Пита поесть. - Иди ко мне, - он укладывается на матрасе и я присоединяюсь к нему. -Тебе нужны витамины. Он улыбается и протягивает мне маленькую веточку винограда. Я тянусь за ней, но Пит отдаляет. -Откуси, - улыбается. Я по очереди съедаю несколько ягодок и оставляю Питу парочку. Он тянется ко мне, целует в висок, щеку, шею. Не выдерживаю, отвечаю долгим и требовательным поцелуем, снимаю с него футболку, ведь у нас больше месяца не было близости. Сплошной стресс и мысли о выживании. Да и здоровье Пита подкачало. -Пожалуй, я сейчас не в лучшем виде, - парень с грустной улыбкой оглядывает собственную фигуру. Морфлинг его не пощадил. Штаны, которые раньше были по фигуре, теперь висят. Шея худая, словно спичка, на фоне выступающих ключиц. Я могу пересчитать все его ребра. -Пит, для меня это не важно. Ты поправишься когда мы освободимся. Я лежу на груди у Пита, слегка прикрыв обнаженное тело одеялом. Слышу, как его сердечный ритм сбивается, но он продолжает лежать спокойно. -Пора сделать укол, - я набрасываю халат и иду к тумбочке со шприцами. Вкалываю очередную дозу и снова укладываюсь рядом с ним. Его сердце теперь бьется ровно и размеренно. Переплетаю его пальцы со своими. Когда-то эти крепкие мужские руки каждый день месили тесто для хлеба...и моих любимых сырных булочек. Теперь я могу нащупать каждую косточку. -Китнисс, я хотел сказать тебе кое-что. Приподнимаюсь на локте и смотрю в его глаза в ожидании, что же он скажет. -Я вчера всю ночь не спал...Подумал, как хорошо было бы... Обычно столь красноречивый парень не может подобрать слов. Лоб покрывается холодным потом, руки начинают слегка дрожать. -Ты в порядке? - я приготовилась бежать за второй дозой. -Да...Я хотел сказать...Я люблю тебя и хотел бы, чтобы ты стала моей женой. От неожиданности я даже не знаю, что ему ответить. Все последние месяцы я думала только о том, как бы нам вместе освободиться и уехать на родину. Дальше мы бы разобрались. Я и не задумывалась о том, чтобы регистрировать брак так быстро. -Прости, у меня даже нет кольца и... -Мне не нужно кольцо, - ко мне вернулся дар речи и я продолжила. -Эти слова дорогого стоят и...я тоже тебя люблю. Я тянусь его поцеловать и шепчу: -Знай, если бы мы были сейчас далеко отсюда я бы согласилась и ты бы не отвертелся... -Я в любом случае не собираюсь отказываться от своих слов. -А я бы в любом случае приняла бы предложение, - ухмыляюсь я. -Так...ты согласна? -Разве это имеет значение? Мы все равно сейчас пленники. -Мне нужно это слышать. -Да. Пит расцветает на глазах. Взрыв. Мы подскакиваем и бежим к перилам балкона. Вдали видно, как рухнула часть крепостной стены, охваченная огнем. Следом полетели планолеты Тринадцатого. Еще через мгновение им навстречу полетели планолеты Капитолия, прямо над нами. -Нам пора, - Пит тащит меня за руку внутрь здания. Мы запираемся в комнате, подальше от окон. -Если они решат взорвать дворец...-начинаю я. -Не решат. Сноу нужен им живым, чтобы его казнить прилюдно. Перестрелки и взрывы длятся несколько часов. Я пару раз порываюсь выйти и выглянуть, но Пит меня отговаривает. Наконец-то шум и выстрелы в коридоре. Неужели наша свобода так близка? Кто-то начинает выбивать дверь, но она не поддается. Тогда они крепят взрывное устройство и спустя мгновение солдаты уже внутри. Пит закрывает меня собой. -Мелларк здесь! Взять его!-голос солдата словно возвращает меня обратно в мое прошлое. Пита бьют в лицо и в живот, он падает. А я рискую. -Гейл, не надо! - я преграждаю ему путь. Солдат снимает шлем и я вижу перед собой шокированное лицо напарника. -Китнисс?Ты...жива? - он все еще не верит. -Да. Он обнимает меня и теперь еще более шокировано смотрит на мой живот. -Я тебе потом все объясню. -Не стоит. Мы не знали, что ты осталась жива, но знаем достаточно. Уведите его! Двое других солдат рывком поднимают Пита на ноги, надевают наручники и тащат к выходу. -Нет! Стойте! - я иду за ними, но Гейл хватает меня за локоть. -Не стоит. Он должен ответить за все. Пита ведут в одну сторону, меня в другую. Дворец изменился до неузнаваемости. Гобелены прожжены, на стенах следы крови и пуль, кусочки стен на полу. Вдалеке еще слышны звуки борьбы. Я всматриваюсь в потолок. -На верхних этажах еще сражаются, - отвечает Гейл на мой вопрос. -Сноу с внучкой забаррикадировался в своем кабинете. Там упрочненные стены. Он ведет меня в помещение где оказывают медицинскую помощь. Я оглядываюсь в поисках знакомых лиц, но не вижу ни мамы, ни Прим. Среди толпы бегающих туда-сюда людей замечаю светлые патлы Хеймитча. Отлично. Именно он расскажет что к чему и именно с ним я могу обсудить все. -Хеймитч! - я уворачиваюсь от руки Гейла и иду к ментору. Он оборачивается и замирает в удивлении. Подхожу и обнимаю его. Только сейчас осознаю, насколько я соскучилась по этому человеку. -Солнышко, я рад, что ты жива и...оу, - он отстраняется и бросает взгляд на мой живот. -Я так думаю нам есть, что обсудить? -Да, и очень многое, - я смотрю на Гейла, который стоит в паре метров и ждет, пока мы закончим. -Где можно уединиться? -Тебе не нужна медицинская помощь? -Нет, я в порядке. -Хорошо. Она пойдет со мной, - говорит он Гейлу и уводит меня. Мы идем по длинным коридорам в молчании. Я даже и не хочу ничего спрашивать, пока мы не покинем дворец. Все еще боюсь, что подслушают и у меня не останется шансов сделать все так, как я хочу. Пит должен остаться в живых. Нужно убедить их, что это все морфлинг, что его можно вылечить и он сможет вернуться в общество. -Я могу связаться с твоей семьей, - из моих мыслей меня вырывает голос Хеймитча. -Сообщи что я жива. Остальное потом. Он говорит с кем-то по рации и отключает ее. -Ну что ж, рассказывай. И я рассказала все. От начала и до сегодняшнего дня, даже то, что хотела забыть. Ментор ни разу меня не перебил, только ходил по комнате и размышлял. Несколько раз к нам входили какие-то солдаты, но Хеймитч лишь отправлял их восвояси взмахом руки, а я продолжала прерванный рассказ. Когда я закончила, он с грустью посмотрел на меня и сказал: -Должны быть очень весомые аргументы, чтобы выбраться из такого количества обвинений. Если мы их не найдем в течении двух суток - Пита казнят.