Another Case

      Когда Хлоя проснулась, близилось к часу дня. Сразу же почувствовала ноющую боль в горле, потерла кожу. Макс не было, похоже, она заперлась в кабинете. Хлоя оделась, постояла, раздумывая, а потом спустилась вниз и вышла на улицу. В местном кафе заказала блины. С Макс творилось что-то неладное, со всем творилось что-то неладное, жизнь вокруг нее крошилась на глазах. Хлоя поковыряла в тарелке, аппетита особо не было, мысли снова за эти два дня вернулись к Рейчел. Какой бы была их жизнь, если б не было всего этого дерьма? Сидела бы Хлоя спустя три года в кафе, а на шее — синяки? Сомнительно. Но Рейчел предала ее. Рейчел, которая утром целовала ее, а вечером бежала трахаться с Фрэнком, и хранила свое предательство до конца. Если бы Хлоя поставила ее перед выбором, каким было бы решение? Что бы сказала? Что Фрэнк был лишь интрижкой, нужной для получения наркоты? Как бы мерзко это ни было, Хлоя могла поверить в это, здесь была логика. И поэтому нет, Рейчел бы не променяла ее на Фрэнка, не променяла бы Лос Анджелес на эту дыру под названием Аркадия Бэй.       Хлоя запихнула последний кусок и полезла в задний карман джинсов за наличкой, и вытащила вместе с купюрами клочок бумаги. «Да ладно…». После всех этих мыслей перед ней лежал номер телефона Фрэнка. «Как будто мне есть какое дело до него». Постучала ногтем по столу, посмотрела на часы. «Похуй». Взяла мобильный и набрала.       Долгие гудки.       Никто не брал трубку.       Хлоя успела понять, что это была дурацкая идея.       На том конце ответили. Недовольный сонный голос рявкнул в трубку. Хлоя помедлила, теперь она еще больше засомневалась. Но все же представилась. Теперь уже на том конце молчали, похоже, Фрэнк также раздумывал, насколько хорошей была идея.       — Езжай ко мне. У меня пиво, прочая байда.       И назвал адрес.       Хлоя повесила трубку. Теперь она сидела и молча смотрела на пустую тарелку перед собой, и лишь подошедшая официантка вывела из оцепенения. Нужно ехать. Она не знала, зачем, и Фрэнк, пожалуй, был в числе последних, кого она бы хотела видеть, но надо было ехать. В конце концов, отвлечется от своей чертовой рутины.       Жилье Фрэнка по сути представляло собой тот же трейлер только в железобетонной оболочке. Промышленная окраина города с вкраплениями трех- четырехэтажных жилых домов. Ей пришлось попетлять, прежде чем выйти к нужному. Постучала кулаком в железную дверь, но пока не набрала его по мобильному, никто не открыл. Фрэнк сощурился, словно не узнал, кто перед ним, отступил в сторону.       — Хорошо прижми, — бросил, удаляясь.       Хлоя фыркнула.       Маленькая прихожая вела в захламленную комнатку, а та в свою очередь в кухню, служившую также ванной. Фрэнк достал из холодильника четыре жестянки пива, порылся в шкафчиках и бросил на стол пару пачек чипсов и соленых орешков. Хлоя придвинула к себе пепельницу из банки из-под кофе и закурила. Она странным образом не чувствовала себя неуютно в этом бараке, напротив, было чувство, что не впервой здесь.       — Ну что, Хлоя, — Фрэнк сел и закинул ногу на ногу, — пожалуешься на свою жизнь?       — С чего бы? У меня все отлично, Фрэнк.       — Ага, конечно.       — В смысле, если я согласилась прийти в эту дыру, значит, дело — дрянь?       Он усмехнулся, мол, подловила.       Хлоя открыла банку и сделала пару жадных глотков.       Разговор не клеился. Она не хотела и не собиралась рассказывать о себе, а общих тем и не было. Пила пиво и горстями забрасывала в рот орешки, курила, глядя в окно за спиной Фрэнка. Удивительным образом молчание в его компании не утомляло, ей даже было в некоторой степени комфортно находиться в этой берлоге. Напоминало о той части прошлом, которая не была такой уж плохой: все эти поседелки на стоянке, возвращение домой под утро — ее панковское прошлое. Иногда она скучала по нему. Когда все было одновременно и устрашающе сложно и до боли легко.       Разговор лениво перетекал. На столе множились пустые пачки и банки, забивалась пепельница. Хлоя чувствовала себя спокойно, когда ее словно по голове огрели:       — Я тоже хотел уехать с ней, — молвил Фрэнк. Никакой привязке к прошлой теме. — Увезти. Подальше от всего этого дерьма.       — Лучше не стоит, Фрэнк, — Хлоя постаралась сказать это ровным тоном. — Я не собираюсь выслушивать эти изливания.       — Ты просто не знаешь, она тебе ничего не говорила…       — Заткнись, Фрэнк.       Размеренная атмосфера исчезла. А ведь она так старалась выбросить из головы и не думать, что еще связывало их троих, а он всего одной фразой свел все попытки на нет. На нее резко нахлынуло омерзение.       — Эй, эй! Да чего ты кипятишься!       Хлоя быстрым шагом оказалась у входной двери, сняла с крючка куртку и начала поспешно надевать. Фрэнк вышел к ней.       — Ты это из-за Рейчел, да? Стой ты! ..       — Мне пора, — бросила Хлоя и выбежала.       Шла по улице, почти что бежала, не замечая дороги. Внутри все вскипало, а осознание собственного бессилия только подливало масло в огонь. Фрэнк мог говорить все что угодно, мог врать или клясться в честности — все было одинаково, потому что от истины их отделяло три года. Рейчел была мертва и не могла занять чью-либо сторону. ***       Хлоя припарковала машину возле одного из домов и посмотрела на Макс.       — Вот и оно, да?       Макс успокаивающе улыбнулась и сжала ее плечо:       — Не делай из этого большое дело.       Хлоя присвистнула.       — Конечно, нет проблем. Как скажешь, Макс. Видишь, я уже спокойна.       — От твоего спокойствия вся машина ходуном ходит.       Макс взяла девушку за руку.       — Можем просто пообедать, а на ночь поехать в отель.       Хлоя посмотрела на нее с надеждой, но тут же отрицательно качнула головой.       — Нет, по-идиотски выйдет. Если они ждали нас на выходные и все такое.       — Тогда подними свое достоинство, Хлоя Прайс, и идем к моим родителям.       Хлоя напоследок сжала двумя руками руль и отпустила, подняла голову и гордо вышла из машины.       Ванесса встретила их с распростертыми объятьями, да так радостно, что Хлоя на полном серьезе собралась обернуться, не стоит ли за ее спиной кто-то другой. Все это выглядело как иллюстрация к возвращению блудного сына, на что она не знала, как реагировать. Макс, конечно, уверяла, что для семьи Колфилд никакой катастрофой их отношения не стали, но Хлоя все равно не могла отделаться от мысли, что такая семья вряд ли бы хотела такую как она в качестве пары для единственной дочери. Да, она конечно оделась как могла консервативно, и Макс вряд ли делилась с матерью, в каком состоянии снова встретила свою некогда лучшую подругу, но все же, Хлоя была подозрительна.       К концу дня, когда обед был позади, и они разбрелись по дому, Хлоя окончательно поняла, что счастье Ванессы все же было наиграно. В этом и было отличие их мам — Джойс бы сразу вылила все на чистоту, Ванесса же скрывалась за хорошими манерами и следила за каждым своим словом. Хлоя не знала, как именно Макс говорила с мамой, но, похоже, Ванесса просто смирилась и приняла единственное верное решение — не ставить палки в колеса. И это можно было считать победой. Райян во всем поддерживал жену.       Хлоя стала перед полочками с разными статуэтками и шкатулками в гостиной. Макс помогала отцу в саду, и она была предоставлена самой себе. Хлоя смотрела вокруг и думала о том периоде жизни Макс, когда они были не вместе. Целый отрезок вырезан из канвы жизни, со всеми увлечениями, событиями, эмоциями и переживаниями. Макс жила в этом милом мире и ни в чем не нуждалась, все было идеально, но она все же собрала вещи и переехала. В такие минуты Хлое очень хотелось верить в неизбежность, ведь что-то же подтолкнуло Макс, и привело их обеих снова в этот дом, но уже в другом статусе. Хлоя невольно улыбнулась, этот день был не так плох, и она начинала с нетерпением ждать, когда они пожелают всем спокойной ночи и уйдут в комнату Макс, где все можно будет обсудить.       Взгляд упал на коллаж из детских рисунков: причудливые звери, замки и торнадо. Хлоя взяла в руки рамку и внимательно присмотрелась — у Макс действительно был талант, все было детализировано, цвета отлично подобраны.       — Макс обожала это, — вдруг услышала она за спиной.       Рядом стала Ванесса.       — Временами казалось, все что ей нужно, просто дать чистый лист и карандаши. Потом, конечно, подросла, появились и другие интересы. Друзья.       — Макс очень талантлива.       — У нее все впереди. Я собрала здесь ее любимые сюжеты. О, как она обожала все, связанное с замками, но не с принцессами, как можно было подумать, а именно замками. Башни, ворота, темницы, часами могла вырисовывать свою неприступную крепость.       — А торнадо?       — Необычно, да? Райян говорит, все из-за того, что она однажды пробралась в комнату, когда он смотрел выпуск новостей. Мы старались отгородить нашу девочку от насилия из телевизора, но здесь папа не досмотрел. Уже не помню, где это случилось, но торнадо был настолько сильный, что снес большую часть города. Максин так впечатлилась, что еще долго потом рисовала его. Истории какие-то придумывала… Я даже начала переживать и думать, возможно, стоит поговорить с психологом, насколько это нормально для девочки ее возраста, но потом все прекратилось. Просто переросла, вот и все. Хотя, конечно, с замками так быстро не было.       Хлоя поставила рамку обратно, Ванесса взяла ее за запястье, заставляя смотреть в глаза.       — Послушай, Хлоя, ни словом, ни взглядом я не покажу, что мне что-то не нравится или что я разочарована выбором моей дочери, но только если буду знать, что это не недельное увлечение. Максин нужна поддержка, я знаю о чем говорю, она особенная, и когда мы отпустили ее в Аркадию, мы рисковали. Сейчас я смотрю на девочку, которую когда-то играла с моей дочерью, и которая выросла, и я не знаю, кого вижу перед собой.       — Я люблю Макс, — жестко ответила Хлоя, выдерживая взгляд. — И я сделаю все, чтоб защитить ее.       Вечность Ванесса смотрела на нее, прежде чем отпустить запястье и отступить на шаг.       — У вас есть еще два часа, — на ее губах снова появилась доброжелательная улыбка. — Потом буду звать к ужину. Пройдитесь к ратуше, она очень красива.       Ванесса вышла из комнаты, оставляя Хлою гадать, что сейчас произошло. Она ничего не рассказала Макс об этом разговоре.       Вечером, после ужина и мелких дел по хозяйству Хлоя позволила себе облегченно вздохнуть и растянуться на кровати. Макс переодевалась ко сну.       — Ну что, все было не так плохо, правда? — спросила она.       Хлоя положила руки под голову.       — Да уж, я ожидала никак не меньше «Сжечь ведьму!».       — О-ой! Как будто бы в первый раз увидела моих родителей.       — В новом амплуа – да. Иди сюда.       Хлоя потянулась и, схватив Макс за руку, повалила на кровать, оказываясь сверху. Макс сузила глаза:       — И ты осознаешь, что мы в моей детской комнате, родители дома, а защелка на дверях поломана?       Хлоя бегло посмотрела на дверь и снова на Макс.       — Правда поломана?       Макс кивнула.       Хлоя прикусила губу, подумала и в итоге повалилась на бок.       — И это все?! — Макс посмотрела на нее в недоумении. — Это все, на что способна знаменитая оторва Хлоя Прайс? То есть, как вломиться в частную собственность и стащить что-то — без проблем, а как…       — Твоя мама все еще пугает меня, — сдавленно сказала Хлоя.       Колфилд закатила глаза. Села Хлое на ноги и взялась за ремень на ее джинсах, Хлоя попыталась что-то сказать, но Макс легонько прикрыла ладонью рот.       — Меньше шума — меньше поводов, ясно?       Хлоя кивнула, Макс посмотрела на нее и сама едва сдержалась, чтоб не засмеяться.       Расстегнула ширинку и стянула джинсы, отбросила на пол. Хлоя чуть дернулась, когда теплые пальцы коснулись кожи. Макс провела рукой до коленки, затем выше и убрала руку, задумалась, а затем взялась за края майки и сняла ее, представ перед Хлоей с обнаженной грудью. То ли так упал тусклый свет светильника, но у Прайс в глазах загорелся огонек, она привстала, пытаясь дотянуться, но Макс толкнула обратно, наклонилась и, взяв за подбородок, впилась губами. Хлоя ответила со всей страстью, но Макс не дала распалиться и прервала поцелуй, синеволосая разочарованно вздохнула, но Колфилд и не собиралась останавливаться, только переместила свое внимание ниже, к шее. Хлоя вздрогнула, почувствовав теплое прикосновение к внутренней стороне бедра, губы Макс были заняты ее шеей, но руки бродили, очерчивая края нижнего белья. Совсем легко, словно пером. Прайс положила руки на бока Макс, но тут же почувствовала неодобрение.       — Ты же помнишь правило: лежать смирно, иначе я прекращу.       Сжала руки в кулаки и положила на кровать.       — И кто сказал, что у тебя были проблемы с поведением, — прошептала Макс. — Они явно не нашли правильный подход.       Сжала зубы, чтоб смолчать.       Пальцы отодвинули тонкую ткань, и от этого прикосновения Хлоя выдохнула, силясь не проронить ни звука. На ней все еще была футболка, что было преградой, голые ноги же натыкались на плотную ткань джинсов Макс. Она чувствовала жар другого тела, но не могла насладиться этим сполна, что только больше раззадоривало. Макс отступила, к неудовлетворению Хлои, она теперь просто водила по бедрам, играя с ней.       — Прайс, посмотри на меня. — Хлоя открыла глаза. — Ни звука, помнишь? — Макс тихо засмеялась. — Ты же не хочешь, чтоб мои застали нас в таком неловком положении.       — Что? ..       Хлоя не успела досказать, Макс резко опустилась и ловким движением стянула с нее белье. А дальше захлебнулась от нахлынувшей волны, что обрушилась на нее. Макс хорошо знала, что делает, и чего хочет добиться. Хлоя не выдержала и запустила руку в волосы Макс, неосознанно прижимая. Весь мир сузился до размеров полуторной кровати, и ей уже было все равно, что они не одни в доме, и что мать Макс не особо рада ее приезду, было важно лишь то, что она сейчас лежала ниже пояса раздетая, и Макс там внизу вытворяла что-то невероятное. Сердце бешено колотилось. Хлоя закрыла глаза, второй рукой нащупала игрушку мягкого медведя. Еще несколько секунд — и она схватила его и прижала к лицу, заглушая стон, что вырвался из горла. Какое-то время она лежала не двигаясь, волны отступали, уступая приятной слабости.       — Хло?       Без ответа.       — Хлоя, — серьезным голосом. — Твоя голова между лап мистера Пафлса. Ты развращаешь моего медведя?       Рука нащупала игрушку и подняла, Хлоя посмотрела на него взглядом «какого черта ты здесь делаешь?» и отбросила в сторону, чем вызвала недовольный возглас со стороны.       — А его хозяйка развращает меня.       — Ой, давай вспомним, кто первый вообще это начал!       — Ты?!       Макс ничего не ответила, притянула Хлою за майку и чмокнула.       — Я люблю тебя.       Хлоя внимательно посмотрела на нее, заставляя Макс отчего-то смешаться.       — Ты больше не оставишь меня?       Макс поцеловала ее над бровью, потом над другой и в кончик носа.       — Никогда.       Потом Макс выключила свет, накрыла их обеих одеялом, и через какое-то время Хлоя уже слышала ее размеренное дыхание. Сама она еще полежала, глядя на стены, под потолком которых горели на обоях звездочки, думая о тех самых пяти годах, что Макс провела в этой комнате. Она не представляла, что они еще когда-нибудь встретятся, что все так завернется, и все еще было сложно поверить, что по-настоящему. В прошлом осталась бунтарка Хлоя, обозленная, страдающая от мира, который ее совсем не жаловал, изводящая себя мыслями о настоящих чувствах Рейчел и не находящая подтверждения тому, что в этом самом мире для нее есть место. А Макс… Макс была искренней, именно она показала, чего стоит ее жизнь, и Хлоя не знала, сможет ли когда-нибудь отблагодарить ее за эту жертву.       — Максимус…       Обняла ее, закрыла глаза.       Перед тем, как провалиться в сон, вспомнила про разговор Ванессы, что она имела в виду, почему они рисковали? Но сон был сильнее, и очень скоро Хлоя уже спала.