Густой дым

Комната Элизы не была какой-нибудь вычурной и большой, хотя Римус предлагал ей использовать заклинание увеличения (он действительно пытался исполнить любой ее каприз). Темноволосая ведьмочка была довольна совершенно всем, что получала от человека, которому доверяла — таковым пока являлся, по сути, только Римус. В любом случае, ее комната была хоть и немного переполненной, но все-таки комфортной. Стены было едва видно за повсюду висящими полками с книгами. Но возле кровати и двери все-таки можно было заметить розовый узор; большую часть комнаты занимала кровать, которая была расположена в правом углу напротив единственного окна в комнате. И рядом с ней стояла очень маленькая деревянная тумбочка черного цвета с некоторыми безделушками на ней. Возле двери находился туалетный столик, который был заколдован, когда стало слишком много вещей; не могла же девочка хранить их около комнаты. Он, конечно, был мал для взрослеющей девочки, вступающей в подростковый возраст, но Элиза искренне радовалась и этому. Начались сборы. Когда Элиза брала пару носков, что-то выпало из одного, сверкая на солнце. Элиза с тоской посмотрела на медальон, висящий на колье, и подняла его с пола. Это был подарок от матери на время, когда Элиза отправится в Хогвартс, Римус отдал его ей пару лет назад. Медальон доставил хлопот, ведь он не открывался до одиннадцатилетия Элизы. А когда пришло время, девочка обнаружила, что он пуст. Это ее расстроило, разумеется. — Элиза? Она сразу повернула голову к двери. И увидела Римуса, опирающегося о дверной косяк. Лицо его было спокойным. — Как продвигаются сборы? — спросил мужчина, подходя к девочке. — Прекрасно, — быстро ответила она и спрятала медальон среди одежды. — Гарри Поттер, сын Лили и Джеймса Поттеров, уже учится в Хогвартсе. Элиза кивнула, ее черные волосы закрыли лицо, и девочка отвернулась к своему багажу. — Ты говорил мне. Ты, Петтигрю, Поттер и папа были лучшими друзьями. Они помогали тебе во время полнолуний. Римус хихикнул и кивнул. — Джеймс должен был быть твоим крестным отцом, но его и Лили убил… — Волан-де-Морт. Я знаю эту историю. Поттеры погибли, защищая своего сына Гарри. Волан-де-Морт пытался убить и его, но у него не получилось. Так Гарри и стал Мальчиком-Который-Выжил, — Элиза помнила каждое слово, что сказал ей Римус, когда она была маленькой. — И как это должно на меня повлиять? — Сириус — крестный отец Гарри, — быстро ответил Люпин. — Если прошлое повторится, вы с Гарри должны стать хорошими друзьями. Элиза не совсем поняла, с чего он это взял. — А что, если мы не станем друзьями вообще? Это было лишь предположением, но Римус не стал его обсуждать.

***

Этой ночью кошмар повторился в очередной раз, заставив Элизу проснуться даже еще раньше вчерашнего. Так как она не могла уехать без Римуса, Элиза взяла метлу, чтобы просто полетать. Она вышла наружу, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Ветер дул несколько сурово, по-осеннему, но Элизу это успокаивало. Она забралась на метлу и взмыла в воздух. Хотя она не летала далеко — лишь нарезала круги над домом — этого было вполне достаточно, чтобы заставить девочку улыбаться. А Римус сидел дома, на кухне, и не мог найти себе места, думая о будущем Элизы. Она имела право встретиться с Гарри, но Римус волновался, что она может узнать о своей семье больше, чем нужно. Кроме того, эта проблема с полнолуниями будет мешать ему преподавать, хотя Дамблдор закрывал на это глаза. Элиза полетала еще часа два и вернулась домой. Она приняла душ и пошла еще раз проверить свой багаж. И заметила, что одной маленькой вещи недостает: ее палочки. Она была уверена, что убрала ее в свой столик, но там ее не было. — Ищешь это? — смущенно спросил Римус, держа палочку в своих руках. Элиза посмотрела на него из-за плеча и игриво прищурилась. Вдруг Римус обнаружил, что поднялся в воздух. В принципе, не было ничего нового в том, что девочка могла применять некоторые заклинания и без палочки, но все-таки, Римус удивился. Он бросил ей палочку. Она не была какой-то особенной: двенадцать с половиной дюймов, английский дуб и перо феникса в сердцевине. Но для девочки она была идеальной. Чего у нее не было, так это совы и учебников для новой школы. Что удалось решить, когда Римус снова встал на ноги. — Это все ждет тебя внизу. Я позволил себе пойти в Косой переулок рано утром и купить все, — его лицо просветлело. И он перевел взгляд на туалетный столик. — Там есть кое-что еще. Что-то новое. Элиза подняла бровь и осторожно подошла к столику. Она положила на него свою палочку и медленно открыла дверь. Но, заглянув туда, ничего не нашла. Вдруг что-то маленькое и пушистое прыгнуло ей на голову. Элиза встряхнула головой, и на ее руках оказалось маленькое животное. — Черная кошка! — произнесла она с трепетом. Более того, у кошки были очень яркие зеленые глаза, таких Элиза еще не видела. Она обернулась к своему крестному и крепко обняла его, настолько сильно сжимая руки вокруг худого мужчины, будто пыталась раздавить его. — Спасибо, Римус, — выдохнула она ему в грудь. — Я знаю, что у нас нет возможности использовать мою сову, так что я принес тебе кое-что, — едва смог выговорить он, с трудом дыша. Сюрпризов становилось все больше и больше, будто это был ее день рождения. Римус предложил ей спуститься, чтобы она увидела все своими глазами, что она и сделала. Элиза осторожно спускалась с лестницы, ожидая, что на нее снова кто-нибудь прыгнет. Но этого не случилось. На диване стояла клетка, где сидела сова с огромнейшими глазами. Элиза, с трудом дыша и испытывая изумление, подошла ближе. — Это Уилли, филин, принадлежавший твоей матери. Он немного стар, но зато очень верен и быстр, — объяснил Римус. — Где же он был все эти годы? — у Элизы перехватило дыхание, когда филин посмотрел на нее своими большими черными глазами, глядя с недоумением и даже наклонив свою голову в сторону. — Хагрид заботился о нем. Уилли никогда не любил меня или еще кого-то постороннего, — сказал человек и прищурился, глядя на невинно выглядящую сову. Люпин все еще помнил, как старый филин царапал его каждый раз, когда приносил письма от Офелии. Но это было так давно… — И почему он должен полюбить меня? — спросила девочка, подходя ближе к клетке. Старая сова была совсем не страшной. Вообще, казалось, что она смотрит на нее с тоской. — Красивый, — пробормотала Элиза, протягивая руку через клетку. Как Римус и ожидал, Уилли на нее не напал; по крайней мере, сначала. Но потом ему надоело это вмешательство в его пространство. Он свирепо посмотрел на Элизу и начал метаться по клетке. — Наверное, мы подружимся не сразу, — тихо сказала девочка, убрав руку. — У тебя еще есть время, — заверил ее Римус и взял клетку. — Пора. Пошли, а не то опоздаешь на поезд, — добавил он и, посмотрев на часы, обнаружил, что до отправления поезда осталось полчаса.

***

Римус пошел первым и не стал ждать Элизу. Девочка никогда не ездила раньше на поезде, а на вокзал Кингс-Кросс люди шли и шли. Ей потребовалось около десяти минут, чтобы найти девятую платформу. Когда она дошла, то увидела какую-то девочку, которая прошла сквозь стену между платформами №9 и №10. Элиза, хоть и знала о скрытой магии в маггловском мире, очень удивилась. Она еще раз осмотрелась, а потом все же навела свою тележку на стену, закрыла глаза и побежала на стену. Элиза почувствовала порыв ветра и оказалась на платформе номер девять и три четверти, где людей было еще больше. — Простите! Извините! У нее осталось совсем немного времени и каждая секунда была на счету. В этот раз это была вина Люпина в том, что она всегда жила среди магглов. А когда наступало полнолуние, ей приходилось запираться в комнате или долгое время летать по округе. Она совсем не ориентировалась в мире магов. Было очень тяжело все затащить в поезд, но она кое-как справилась. Элиза волновалась, ей казалось, что она вот-вот встретит детей ее возраста и заведет друзей. Одно это ожидание заставляло ее улыбаться. Но ожидания особо не оправдались. Группы друзей уже образовались и едва можно было найти пустое место. Она слонялась по поезду довольно долго, прежде чем наконец найти свободное купе. Элиза едва успела присесть, как тут же двое мальчиков открыли дверь и начали друг друга толкать вперед, вовсе не замечая присутствия девочки. — Клянусь, этот год будет таким проблематичным! Почему это всегда происходит со мной?! — простонал один из них, недовольно плюхнувшись на сидение. Он скрестил руки перед грудью, и тут же явил себя его друг более низкого роста. Тот наконец заметил Элизу. Его глаза немного расширились, заставив друга посмотреть туда же. — О, привет, — низкий парень нервно улыбнулся и тихо сел рядом с другом. — Ты первокурсница? Тут же он получил небольшой толчок от друга, пожалуй, слишком сильный. — Зачем ты это сделал? — приглушенно сказал он, немного толкнув друга в ответ. — Она не выглядит как первокурсница, Симус. Элиза невинно заморгала, когда обнаружила, что Симус и второй мальчик с любопытством разглядывают ее. — Элиза, — пробормотала она, чувствуя себя несколько неловко. — Что? — спросил тот, что Симус. Девочка заерзала и нервно сглотнула. — Меня зовут Элиза. Я думаю, что попаду на третий курс. Глаза Симуса расширились еще больше, и он начал говорить: — Надо же. Я Симус, а это Невилл, — мальчик с песочного цвета волосами представил себя и своего друга, который улыбнулся Элизе. — мы с Гриффиндора! А с какого факультета ты? — спросил он, став более раскрепощенным и разговорчивым. Элизе не успела ничего ответить, потому что дверь купе открылась и вошел третий мальчик. Он сразу же заметил Элизу. — О, я тебя раньше не видел, — сказал он, заняв пустое место рядом с ней. — Я Дин. Дин Томас. Гриффиндор, — он мягко улыбнулся, и Элизе стало несколько легче в их окружении. Когда поезд тронулся, трое мальчиков начали заваливать Элизу веселой болтовней и разными историями (от рассказов Симуса о своем кузене, о посещении Фергусом своей тёти и о каком-то приключении там, до интересных историй Невилла о своей бабушке), также говорили о более важных вещах. — Вы слышали о Сириусе Блэке? Говорят, он сбежал из Азкабана, — Симус понизил голос до шепота. — Я слышал, дементоры его все еще ищут, — сказал Невилл. — Но как же он сбежал? Ведь оттуда уйти просто так невозможно! — добавил Симус, его глаза опять округлились, когда он представил величие сей тюрьмы. — Да. Невозможно, — ответил Дин с сарказмом в голосе. Мальчики продолжили обсуждать это событие, а Элиза не хотела вмешиваться. Все-таки, Сириус Блэк был ее отцом, не важно, преступник он или нет. Ей хотелось с ним поговорить хотя бы раз. Девочка прислонилась головой к окну и вдруг заметила несколько странное движение. — Эй, ребята. Мне кажется, или поезд замедлился? — Симус встал со своего места и открыл дверь. Он оказался прав. Многие ученики тоже покинули свои купе и спрашивали друг друга, что происходит. Элиза почувствовала, что поезд остановился, и по ее позвоночнику пробежал холодок. Стало ясно, что все серьезно, когда в купе стало холодно и свет погас. Элиза повернулась к Невиллу и Дину, и ей стало по-настоящему страшно. Симус вдруг вернулся в купе. На нем не было лица. Парень забыл закрыть дверь за собой. Стало очень холодно, когда в поезд вошли дементоры. Руки Элизы начали дрожать. Это заметил Дин. — Ты в порядке? — волнуясь, спросил он. Она хотела ответить, но тут мимо купе прошел дементор. Все было бы хорошо, если бы следующий не остановился и не проник внутрь. Элиза забыла, что она не одна. Дементор не издал не звука; он искал Блэка. Что ж, он нашел Блэка и не пошел дальше. Ужасное существо повернулось к Элизе и уставилось на нее без единого движения. Девочку переполнял страх и она начала резко содрогаться. Мальчики нахмурились, когда увидели, как Элиза начала извиваться, пытаясь сделать хоть что-нибудь. Она в ужасе завопила, когда услышала звук крика ее матери перед смертью, и потеряла сознание.