Женский квартет и я

День Учителя святой праздник всех педагогов. Аудитории освещают их улыбки и протянутые руки, готовые принимать подарки. Глаза блестят, потому что праздник начался с самого утра, хмель разносится по корпусам. Студенты в этот день чувствуют общее расслабления, ходят с коробками конфет в руках и подарочными наборами шампуней, каждый от себя задаривает особо опасного педагога, в подарке всегда любовно написанная открытка с полной расшифровкой имени и фамилии, курса и названия группы. Быть может, во время сессии учитель вспомнит о ней и сжалится, вынося вердикт в зачетку. - Жень, ты дергаешься, как первоклашка. - Зюнь, я не хочу туда идти. Не хочу играть на сцене. Я курил с подругой за полчаса перед концертом в честь праздника, при полном параде. Облаченный в белую рубашку, подвязанную поясом, и в черных джинсах, ноги мои были все в тех же кедах. Все девушки в группе были одеты в юбки, все, кроме меня и Екатерины, которая на мою радость выступила категорически против этого предмета гардероба. Наш руководитель не сильно возражал, потому что наш квинтет разделился. Три девочки, будут выступать на поздравительных речах. Пианино и скрипка будут подыгрывать шагающим за грамотами педагогам, а Лида петь в нужном месте, для разряжения обстановки. Мы же втроем – я, Катя и Себа, должны будем завершить торжественную часть песней «Осень» ДДТ, немного переделанную, чтобы она была к месту. Мой страх был вызван не боязнью сцены, а боязнью Себы. - Не дергайся, красавица. Никто еще от этого не умирал, - моя подруга старалась поддержать меня. - Мы очень сдружились с Себастьяном. Даже чересчур сильно. - Я в курсе ваших ежедневных прогулок. Не боишься в себя парня влюбить, разбивательница мужских сердец? - Зюзя… - Внимательно. - Вчера мы… *** - Женя, прогуляемся? Милый Себа, наши «прогуляемся» всегда заканчиваются поздно вечером около моего дома. - Не вопрос. Каждую нашу прогулку я ловил себя на том, что не могу оторвать от него глаз. В первую нашу встречу он мне показался обычным парнем, но с каждым днем нашего общения он преображался. Его обаяние струилось рекой, поработив весь наш коллектив. В душе я ликовал, что именно со мной он проводит свое время, что Лида может свои губки не выпячивать, потому что на него они не действуют. На них только я, дурак, повелся, да орангутанг ее. Очередная наша прогулка не была исключением, мы говорили о предстоящем концерте, о том, что ему, Себе, совсем нет времени заниматься дипломом, но при этом он не хочет перестать общаться со мной за стенами института. Чем больше он говорил обо мне, тем хуже я себя чувствовал. Ложь могла причинить ему боль, да и не только ему. - Женя, в кино пойдем? – около развлекательного комплекса, спросил он. - Только, если за билеты рассчитаюсь я, - постоянное, халявное посещение кафе и кинотеатров напрягало меня. - Но ты ведь девушка. Ага, она самая. - Себастьян, если бы ты работал, тогда бы не вопрос. А пока мы оба студенты… То есть ты студент, а я студентка, - никак не могу привыкнуть говорить о себе от женского лица. – Будем делить эту непосильную ношу. - Ты хочешь сказать, что в следующем году, когда я буду уже работать, мы не будем спорить из-за этого? Себа, когда это я хотел это сказать? Какой следующий год? - Не совсем, но смысл ты уловил. На самом деле, мне просто очень нравится разговаривать с тобой. Оказалось, что у нас много общего - мы любим примерно одинаковую музыку, фильмы, книги. Только Себа большое внимание уделяет истории создания фильма, кто его режиссер, какое кино – Европейское или Голливудское. Благодаря ему, я на многое посмотрел по-другому. За две недели нашего близкого общения я просмотрел все рекомендованные им фильмы, прослушал группы, название которых даже и не слышал. Его разносторонний интеллект меня притягивал, мой мозг тянулся за новыми знаниями. - Женя, я хотел тебе сказать… - начал Себа, стоя недалеко от моего дома. Себастьян, вот этими словами обычно все всегда все портят. - Женя, знаешь, - он аккуратно взял мою руку и, не отрываясь, смотрел мне в глаза. Себа, вот этого только не надо! - Я ни к одной девушке за всю жизнь ничего подобного не чувствовал… Ты чего это решил мне предложение сделать? Ну, как бы рановато… Я еще не готов... - Женя… Я почувствовал его губы на своих. Нежное прикосновение руки к моей щеке, вторая его рука все так же держала мою. На удивление, мне не было это противно, но при этом в голове был такой бардак, что я не мог понять, что должен делать. Когда Себа попытался углубить поцелуй, не видя сопротивления с мой стороны, мое тело за меня решило, что нужно делать. Я ответил ему, позволяя его языку ласкать мой. Мне нравился поцелуй вкуса кофе со сливками, который он пил только что в кафе. Пока мои губы явно наслаждались происходящим, моя рука тоже действовала самостоятельно. Она была явно против геев, поэтому осторожно взяла пальцы Себиной руки и вывернула их в обратную сторону. Небольшой вскрик ничего не ожидающего парня прервал наш затянувшийся поцелуй. - Знаешь, Себастьян, я тоже ничего подобного ни к одному парню не чувствовала. Ты извини за это, - я легонько провел по травмированным пальцам. – Но мне, правда, пора. Комендантский час и все такое. Стирка, уборка, вышивание и тому подобное, чем там обычно девочки занимаются вечерами. - Жень, извини меня… - Все в порядке – спасибо зарядке, - я улыбнулся и побежал к дому. Твою ж, мать, Себа. Язык-то свой в руках держать надо, а не совать куда придется, то есть в мой рот. ** - Так, ты хочешь сказать, что вчера лизался с бедным парнем у всех на виду, при этом не удосужился сообщить, что ты трансвестит? О, Зюзя, после твоих слов мне стало еще хуже. - Поэтому я и не хочу идти туда. Как мне ему в глаза смотреть? Я хотел все рассказать сегодня. - Ты сдурел? Да у него травма психологическая будет, представь, ты бы с парнем целовался? Он же с ума сойдет - Дорогая, вообще-то, я как раз вчера с парнем и целовался. Тебе меня не жалко? - А, да, конечно. Ну и как тебе? - Самое ужасное, что не ужасно. И поэтому у меня к тебе просьба… - Внимательно. - Зюзь, поцелуй меня. - У тебя бак потек? Еще как. - Зюзенька, милая, мне это очень надо. Я хочу проверить, все ли со мной в порядке. - Иди, выступай, гармонистка. Я посмотрю из зала на тебя. Ха, поцеловать тебя. Ты себя видел? Я не лесбиянка. А я, получается, гей? Сунув нам в рот по жвачке, по привычке обрызгав парфюмом, чтобы отбить табачный запах, подруга шагнула за дверь. Корпус заметно опустел, студенты не горели особым желанием присутствовать на мероприятии, а возможность уйти пораньше, заставила всех придумать неотложные дела. - Женя… Передо мной стоял мой бывший друг Сережа. Бывший, потому что на друзей так не смотрят, как он на меня. Хотя мое превращение в девушку он видел впервые. - Женя, я тебя… Мне нужно тебе сказать. Я все понял… Ты… Мой внешний вид не давал ему возможность четко формулировать свои фразы. - Ну, ладно, Женечка, до встречи после концерта, - проговорила Зюзя. Слегка наклонилась, потому что на каблуках была выше, подруга поцеловала меня в губы. Жестко так, властно, совсем не как Себа. Я чуть жвачкой не подавился, а потом она и вовсе забрала ее себе. Далее у нас была борьба на языках за возвращение жвачки обратно в мой рот. Это было делом чести, ведь она была еще сладкая. Когда жевательная резинка, наконец-то, вернулась на место, хочется думать, что моя, а не Зюзькина, мы разорвали наши губы. Глаза Сережи выползали из орбит. И не только его. Вид двух страстно целующихся девушек по средине холла не оставил равнодушными тех немногих свидетелей, которые там находились. - Сереж, он мой. Так что… иди в туалет, разряди обстановку, и челюсть не забудь поднять. На, - протягивая мне блеск для губ, обратилась подруга ко мне. – Подправь личико, красавица. На ватных ногах я медленно побрел в актовый зал, где меня ждал еще один герой разыгравшейся со мной драмы.