Frail.Helpless.Weak.

Вторая половина первого месяца последнего учебного года Дерека проходила для него еще хуже, чем первая: оценки оставляли желать даже худшего, знания, как не влетали ни в одно из ушей, так и не собирались влетать, только спортивные показатели росли, но они росли у всей команды поголовно, так что этому не стоило удивляться. Стоило удивляться тому, что Финсток все чаще ставил Стилински в основу на контрольных тренировках — скоро начинался турнир, и это было важно для команды, чтобы выявить и устранить проблемы в игре. Да, Стайлз иногда попадал мимо ворот и частенько отхватывал в борьбе за мяч, потому что был не слишком натренирован, но он перестал быть кем-то вроде талисмана на скамеечке. Зато Дерек начал все чаще залипать на действия парнишки. Тот часто отдыхал, бегал по полю гораздо меньше остальной команды, а еще отучился от привычки снимать шлем на поле во время игры. Хейл не знал, благодарить его за это или нет, потому что еще раз провести бы Стайлза в медпункт не отказался, но и смотреть за его растерянным взглядом и написанной на лице болью не хотелось слегка больше. С каждой секундой их с Кейт наигранная ложь под названием "отношения" становилась бременем на какую-то долю процента больше, и Хейлу казалось, что Уилсон тоже прекрасно понимала фальшь и вряд ли любила его так сильно, как говорила. Таким образом простые посиделки с ней и их общими друзьями, коих Дерек приобрел, как дополнение к своей девушке, становились похожими на испытание: нигде не пролететь, нигде не спалиться, нигде не раскрыть всю гниль в их с Кейт "любви", которой завидовала добрая половина школы. — Дерек, а что там с этим Стилински? — когда Уилсон завела разговор о Стайлзе, Хейл сначала удивился, а потом хотел разорвать свою "девушку" на части за то презрение, которое она вложила в имя парня. — Как вижу его, так сразу кажется, что зомби-апокалипсис наступил. — Зачем тебе? — стараясь не делать собственнический тон, ответил вопросом на вопрос Дерек, для вида перебирая в пальцах прядки волос Кейт и силясь перебороть желание оторвать их ей. Все равно крашеные. — Это важно. Не хочу смотреть на его больное лицо, может, его накрасить или там выпереть, пока вид не поправит? У меня такое ощущение, что при его виде у меня тоже мешки под глазами появляются, — усмехнулась девушка, а Хейл как бы невзначай чуть сильнее сжал ее пальцы, хотя ему бы хотелось просто сломать их к чертям собачьим этой стерве. Почему-то парню казалось, что Кейт слишком сильно интересуется этим вопросом и спросила не просто так. Но это было глупо, ибо ей точно на хрен не сдался Стайлз. — Он просто тренируется много и, кажется, до утра сидит за учебой. Мне бы тоже стоило, — пожал плечами Дерек, удивляясь тому, что у него вышло ответить спокойно, а не накричать на девушку за ее слова. Кажется, это медленно переходило в манию. — Что ты говоришь? — внезапно встрепенулась Уилсон, оборачиваясь и глядя на Хейла. — То есть он сейчас очень эмоционально слаб? — Да... — непонимающе протянул Дерек, глядя, как Кейт вскочила и, поцеловав парня на прощание, вышла из комнаты. — Прости, мне нужно кое с кем повидаться! — сказала она в свое оправдание и оставила Хейла в компании трех своих друзей, которых тот недолюбливал. Немного растерянный и даже слегка заинтересованный в ситуации Дерек решил, что не только он съехал с катушек. Хотя, в последнее время все катилось к чертям собачьим. *** Почти полностью обессиленный бесконечными домашними заданиями и собственным желанием добиться чего-то большего в этой жизни, которую он безоговорочно просрал, Стайлз почти потерял веру в то, что этот этап, где у него просто ужасное самочувствие и слабость во всем теле, когда-нибудь пройдет. А смириться он пока не смог, потому что жить в постоянном полусне — не для него было. Перед Стилински лежали раскрытые книги по психологии, потому что в интернете он не нашел ничего ему нужного, а в библиотеке всегда нужное находилось. Эта долбанная психология уже сидела в печенках у Стайлза, а за все эти тесты и заданные рефераты парень был готов убивать миссис Мартин, даже не вспомнив, что она приходится Лидии матерью. — Здорово, Стайлз... тебя же Стайлз зовут, да? — в тот момент, когда Стилински надоело уже все на свете, проговорил новенький, плюхаясь на стул рядом. — Угу, — промычал в ответ Стайлз, даже не поднимая взгляда на этого парня. Все же, он его не до конца простил. — Что-то от меня надо? — Нет, я просто подумал, что немного неправильно вел себя с тобой, — произнес Тео таким будничным тоном, словно они со Стилински были знакомы уже несколько лет, а не меньше недели. — Если хочешь попросить прощения — пожалуйста, ты официально полностью прощен, — усмехнулся Стайлз, сам тому удивляясь. Когда он поднял взгляд, то понял, что новенький не так уж и плох на вид, как он изначально думал. Темные волосы и зеленые глаза — стандартный набор, но почему-то такой внезапно сочетающийся, а ухмылочка одним уголком губ нежданно перестала обозначать насмешку или хитрость. Ладно, возможно, Стилински превратился в любителя парней, который не просто влюбился в одного, но еще и может обозначить свои вкусы среди представителей своего пола. Ладно. — Хм, спасибо, — улыбнулся в ответ Тео. — Но давай немного по-другому, чтобы уж совсем отлично было. Как будто мы друг друга не знаем еще. После этих слов новичок встал со стула сделал пару шагов назад и под удивленный взгляд Стайлза вновь подошел к столу, за которым тот изначально сидел. — Тут занято? — с многозначительной улыбочкой спросил Рейкен, а Стилински начал понимать, к чему тот клонит. — Нет, присаживайся, — не в силах сдержать смешка, ответил Стайлз и указал рукой на стул, на спине которого болтался рюкзак новичка. — Я вот только недавно пришел в ваш класс, ты мне понравился, и я решил с тобой поближе познакомиться, — облизнув нижнюю губу, продолжил гнуть свою палку парень, а Стайлз залился краской от смущения. — Тео, это странно, — пробормотал он, слегка опустив взгляд. — Не-не-не, не по правилам, мы еще не представились, — рассмеялся Рейкен, присаживаясь на стул. — Я Тео, Тео Рейкен. Он протянул Стилински, который уже, не скрывая этого, смеялся, закрыв рукой лицо, ладонь, заставляя парня слегка покраснеть от милости этой необычной ситуации. — А я Стайлз, Стайлз Стилински, — передразнив манеру речи Тео, ответил тот, отвечая на рукопожатие. — Рад знакомству. — Хей, да ты влился в игру! — наигранно восхитился новенький, хлопая Стайлза по плечу. — Нет, я просто правда рад хоть с кем-то познакомиться, — с легкой грустью в голосе объяснил Стилински. Тео по-доброму взглянул на Стайлза и, кажется, даже попытался проникнутся его болью. Наверное, первое впечатление было слишком обманчивым. Слегка улыбаясь, Стилински смотрел на Рейкена и с каждой секундой, кажется, проникался все большей симпатией к этому новичку, почему-то казавшемуся дерзкий придурком первые дни их совместного обучения. Они могли бы стать отличными друзьями. — Так разреши этому "кому-то" пригласить тебя в кафе, съедим по мороженому, — вставая вновь и уже протягивая Стайлзу руку, сказал Тео к просто величайшему удивлению Стилински. — Ч-что? — заикнувшись, переспросил парень, еще никогда ранее не попадавший в подобную ситуацию. — Меня? — А тут есть еще кто-то? — не убирая протянутую руку, усмехнулся Рейкен. — Ну... ладно, — смущенно улыбнулся Стайлз, хватаясь за ладонь Тео и вставая, использовав ее как рычаг. В тот же миг Стилински настигло осознание, что новичок не отпустил его руку, наоборот, сжал чуть сильнее. Не то, чтобы это было неприятно, просто... Просто почему-то пальцы Тео казались какими-то не такими, он словно держал как-то не так, чего-то особого, что было в том мимолетном рукопожатии с Дереком, просто не было. И это не вина Рейкена — он не был и не будет Хейлом. Это проблемы самого Стайлза. К слову, он все-таки вытащил руку из пальцев Тео и засунул ее в карман, мотивируя тем, что "так удобнее". Личный бзик на то, чего никогда не будет. Но если в какой-нибудь параллельной вселенной когда-нибудь они с Дереком просто поговорят, Стилински начнет верить в то, что это возможно, на толику процента больше. — Ты не обижаешься на это? — на всякий случай спросил Стайлз, мало ли что. — Нет, конечно! Мало ли у кого какие личные принципы, — усмехнулся в ответ Тео, так, словно совсем ничего не случилось. А Стилински хотелось провалиться под землю за свои долбанные "принципы". Путь к кафе прошел довольно спокойно за разными разговорами на темы учебы, бывшей школы Рейкена, различных марках печенья и прочей лабуде, с переходами от одной чепухи к другой через странные ассоциативные ряды. Это был первый человек из окружения Стайлза, за исключением Скотта, с которым тот заговорил по собственной воле, при котором не краснел от смущения и не пытался скрыться самыми тупыми для того способами вроде "приспичило по зову природы" или "ой, мне звонят". И после такого опыта общения с, по сути, незнакомым ранее человеком Стилински ни за что не хотел возвращаться к своему состоянию в предыдущие шестнадцать лет; не хотел вновь становиться замкнутым мальчиком с комплексами; не хотел мечтать о спорте и друзьях, а хотел заслужить все это своим трудом, перестать смотреть в потолок в надеждах на улучшение своего положения и пойти работать, чтобы все это стало реальностью, а не глупыми мыслями. Ведь это так прекрасно — просто идти и болтать, просто обращать внимание на красоту улочек, а не на асфальт под ногами, просто жить. Внезапно город перестал казаться опасным и одиноким — наоборот, нашлись люди, подавшие упавшую из кармана мелочь и улыбнувшиеся на прощание, дома стали краше и милее на вид, прохожие не были такими угрюмыми, потому что Стайлз стал видеть тех, кто улыбался, в лужах уже перестала быть видна лишь грязь, но и отражение яркого солнечного неба и перистых облаков. Мир словно преобразился для парня просто потому, что другой парень с простым именем Тео нашел в Стилински что-то. Да, Стайлз все еще отказывался верить, что понравился Рейкену, наотрез и полностью, потому что такой болезненно-худой, одинокий, страшный и трусливый друг и тем более объект симпатии не был нужен никому. И вот это было уверенностью Стилински на все сто процентов, той самой аксиомой, которой он руководствовался всегда и собирался дальше — Стайлз Стилински не был нужен никому и никогда, ни отцу, ни одноклассникам, ни этой жизни. Может быть, Скотту, но Стайлзу казалось, что он своего лучшего друга уже вконец задолбал. Но несмотря на то, что Рейкен умудрился помочь Стилински, наконец, понять весь ужас его прошлого образа жизни, что-то в этом новичке парня отталкивало. Возможно, хитрый взгляд. Возможно, наличие на этой планете парня с инициалами "Д.Х", которые Стайлз так любил рассматривать в библиотеке на "полке выпускников", где, как сам Стилински надеялся, скоро появятся и его инициалы. Написанные таким же ровным и четким почерком, как Дерека, у которого даже почерк был красив и почти сексуален. — Проходи, — вырвал парня из раздумий голос Тео, который открыл дверь кафе-мороженого, как заправский швейцар, и ждал, когда же Стилински выйдет из ступора и соизволит зайти внутрь. — Спасибо, — улыбнулся Стайлз и прошел в кафе, поражаясь уюту и "ламповости" этого заведения, в котором Стилински раньше ни разу не был. — Уау... В центре зала стояло пять круглых столиков с ажурными скатертями, а по периметру примостились прямоугольные столы на четыре персоны и белые мягкие на вид диванчики. На портьерах были нарисованы необычные узоры, чем-то напоминавшие языки пламени, в дальнем углу зала горел настоящий камин, чертов камин с абсолютно реальными дровами и абсолютно реальным теплом. Над окнами, обвивая гардины, хозяева кафе-мороженого развесили светло-желтые гирлянды, светильники в виде свечей вкупе с резными люстрами создавали неповторимый вид помещения вековой давности. Создавалось ощущение, что за дверью не ранняя осень, что почти лето, а самое настоящее Рождество, вместо велосипедистов и автомобилей за стеклами витражных окон маячат силуэты кэбов и пешеходов в цилиндрах. А улыбчивые официанты с золотистыми подносами в черно-белой униформе только поддерживали стиль заведения, в котором, не верилось, подавали исключительно десерты, хотя по размаху можно было дать целый ресторан. В тот же миг, как только это осознал, Стайлз заметил, что камин находится в середине сцены, где стоят музыкальные инструменты и микрофоны. Если здесь играли еще и живую музыку, Стилински был готов жить в этом кафе с простым названием "Gelato con frutta"*, что прямым текстом говорило о принадлежности хозяев к любителям или носителям итальянского языка. А Стайлзу нравились итальянцы и их язык. — Вот там свободно, пойдем, — Тео указал на один из пяти центральных столиков, окружавших колонну, вершину которой венчал небольшой фонтанчик, разливающий воду в чаши по четырем сторонам постамента. Не самый надежный, но до чего оригинальный и красивый аналог умывальнику. — Пойдем, — согласился Стайлз и направился вслед за Рейкеном, любуясь красотами зала. — Ты что будешь? — поинтересовался Тео, когда они уже уселись за свободный столик. К чести хозяев кафе, стулья были донельзя мягкими, за что им был отдельный поклон. — Я, ну, ни разу тут раньше не был и понятия не имею, что тут подают, — ответил Стилински, вздыхая и внезапно ощущая себя неимоверно уставшим. Так резко захотелось лечь в мягкую уютную постель и спать несколько лет кряду. Но, правду говоря, это местечко с лихвой заменяло любую самую мягкую кровать — так мило и по-домашнему оно выглядело. — Тогда держи, — Рейкен протянул Стайлзу меню, оформленное все в той же светлой цветовой гамме, что и интерьер кафе-мороженого. Парень открыл меню и понял, что в этом заведении действительно подают исключительно напитки, мороженое и разные десерты типа тортиков или пирожных. Как только взгляд Стилински упал на цены, он понял, с какой легкостью владельцы при таком количестве клиентов отбивают цену всей этой красоты, и удивленно присвистнул, вспоминая, что у него в кармане лишь пара монет. — О мой Бог, я за год столько не заработаю, сколько тут торт целый стоит, — усмехнулся Стайлз, пытаясь отыскать что-то подешевле в этом меню. — О, тут есть что-то дешевле пяти долларов! Надеюсь, этот пломбир с карамелью оправдает свою цену, — Стилински улыбнулся Тео и указал на то самое дешевое в меню, что было не простой водой и сливочным мороженым без добавок. — И все? — приподнял бровь Рейкен, забирая из рук Стайлза меню и подзывая официанта. — Я не располагаю богатствами Атлантиды, только если ценой самого убалбешенного ее жителя, — рассмеялся в ответ парень, показывая Тео три монетки в один и два доллара достоинством на ладони. — Все с тобой понятно, — усмехнулся в ответ Тео, оборачиваясь и следя взглядом за молодой девушкой-официанткой, которая обещала подойти к ним в течение минуты. Значит, у Стайлза была еще минута, чтобы здраво оценить сложившуюся ситуацию и понять, почему его воображение так упорно представляло на месте Рейкена абсолютно другого парня с фамилией Хейл. Тео не был плохим парнем, абсолютно нет, но почему-то Дерек, которого Стилински не знал, как человека, от слова "совсем", казался чем-то запредельно идеальным. Это действительно до ужаса походило на манию. Манию по сильным рукам, которые достались какой-то стерве Кейт, манию по взгляду этих великолепных глаз, который доставался всем подряд, кроме него, кроме Стайлза, манию по душевным разговором и простой болтовне ни о чем, которая досталась команде по лакроссу и друзьям Хейла, почему-то казалось, что Дерек целиком и полностью принадлежит окружающему миру, людям, тем, кто его любит и кто ему нужен, он словно тонет в овациях и восхищении, рассыпается на пепел, оседая на чужих губах и проникая внутрь, заставляя восхищаться собой еще больше, но ни единой частичкой своей души не касается Стилински, тихого парнишку в клетчатой рубашке и с синдромом дефицита внимания, который, наоборот, влюблен в него словно сильнее всего этого мира. Что-то изначально пошло совсем не так, как должно было. — Так, мне этот "Ягодный бум", только без черники, терпеть ее не могу, — начал заказывать Тео, но Стайлз все равно слушал его, как сквозь пелену, за своими мыслями. — А моему другу "Фруктовый коктейль", и карамели побольше, он любит карамель. Рейкен подмигнул удивленному Стилински и заказал еще два стакана холодного чая, чтобы совсем добить спутника. Стайлз прекрасно помнил, что этот десерт, который ему изначально пришелся по вкусу — Стилински просто обожал яблоки, карамель и апельсины, входящие в рецепт этого мороженого, — стоил около восьми долларов, что по его мнению было просто неподъемно дорого. — Прости, чувак, но я не смогу заплатить за это, — как только официантка ушла, мило улыбнувшись флиртовавшему с ней Тео, сказал Стайлз, думая, как бы отменить заказ. — Хей, не волнуйся, я за свой счет. Не мог же я позвать парня, который пришелся мне по вкусу, в кафе, а потом еще и заставить его платить, верно? — подбодрил Стилински Рейкен, похлопывая его по плечу. — Стой, так это свидание? — смутившись и слегка покрывшись румянцем, спросил Стайлз, откидываясь на спинку стула. Ладно, если Тео действительно он умудрился понравится, ладно, если тот позвал его прогуляться, но еще и платить за него? Перебор, для первого дня знакомства-то. А может, Рейкен просто предпочитал выжимать все сто с первой попытки. — Угу, — многозначительно глянув на Стайлза из-под бровей, Тео кивнул, и Стилински совсем потерял дар речи. — Великолепно, — усмехнулся парень, взъерошивая волосы пальцами. — А что, какие-то проблемы? Мм, спасибо, — забирая с подноса подошедшей официантки два стакана с чаем и с мороженым, отвлекся Рейкен. — Занят уже кем-то? Стайлз лишь мотнул головой, подвигая десерт чуть ближе и обмакивая в нем серебряную ложку для пробы консистенции. Тео смотрел на него каким-то пожирающим взглядом, и становилось не по себе, потому что до этого на Стилински никто так долго не смотрел, только если тот не проливал на себя что-то и не становился объектом насмешек. — Да нет, вроде, — пожал плечами Стайлз, почему-то мечтая о том, чтобы не говорить последних двух слов. — А влюблен? — продолжил гнуть свое Рейкен, начиная поедать мороженое. Стилински лишь промолчал, не ответив, потому что не знал, как Тео отреагирует. Разозлится? Огорчится? Останется равнодушным? Вздохнув, Стайлз на пробу съел немного мороженого и сразу же поразился его вкусом. Оказывается, яблоко, карамель и апельсин — до ужаса вкусное сочетание, а мороженое, мягкое, как перина, только добавляло изюминки в этот и без того яркий вкус. — Это "да"? — поинтересовался Тео, улыбаясь такой реакции Стилински на обычное мороженое — восторг был явно на лице написан. — Нет, Тео. Не то, чтобы, — ушел от ответа Стайлз, хотя на самом деле знал, что еще как влюблен, по самые уши, по самое "не могу". — Ладно, последний вопрос. А в тебя кто-нибудь? — уже смеясь со своего поведение и провокационных вопросов, спросил Рейкен. — Только если в параллельной вселенной такой дурачок найдется, — вздохнул Стилински, понимая, что хоть в этом не соврал. — Я слишком уродлив для этого. — Ты серьезно? Я знаю как минимум одного человека, который от тебя без ума, — парировал Тео, взмахивая ложкой и отвечая улыбкой на удивленный взгляд Стайлза. Рейкен был слишком наблюдателен, чтобы не заметить, как Дерек смотрел в сторону Стилински, как постоянно искал Стайлза взглядом и как опускались его плечи, когда они оказывались в одном коридоре. Рейкен был слишком наблюдателен, чтобы не увидеть, как Стилински вздыхал по Хейлу, как бросал в его сторону редкие смущенные взгляды, полные надежды поймать ответный. Рейкен был слишком наблюдателен, чтобы не понять, что эти двое своей слепотой стоили друг друга сполна. — Ой, да ну тебя, — рассмеялся Стайлз, продолжая помаленьку поедать вкуснейшее мороженое. — Врунишка. — А если нет? — Тео подвигал бровями. — Если тебе еще подкачаться — вообще парень мечты будешь. — Ври больше, — закатил глаза Стилински, чувствуя, как сердце трепещет от такого количества комплиментов. — Я пытался, вообще. Вышло, что вышло — все такой же задохлик, коим был. Стайлз опустил взгляд в вазочку с мороженым, но был готов поклясться, что чувствовал, как Рейкен в тот момент скользил по нему взглядом. — Я могу предложить тебе кое-что. Потренироваться со мной, я покажу, как лучше развивать навыки в лакроссе и спорте вообще, глядишь, человека из тебя сделаем, — предложил парень, слегка улыбаясь одним уголком губ. — Что, серьезно? — встрепенулся Стилински, а его брови разом взметнулись вверх. — Вполне. Завтра, в семь часов вечера. Договорились? — Тео слегка наклонил голову в сторону, завлекающе ухмыляясь. Недолго подумав, Стайлз согласился. Никогда он еще не тренировался с кем-то настолько хорошим в спорте, а возможность избавиться от худого тельца и одышки со слабостью только радовала. — Договорились.