Перемена сезонов

— Можно я поеду на Эраклион вместе с Набу? Мне нужно встретиться с Итаном. Я выучил новое заклинание для полёта. Думаю, бейсбол будет гораздо веселее, если играть в него в воздухе, — обратился к отцу Ксавьер. — Не знаю, сынок, — скептически ответил мужчина. — Эраклион — не самое безопасное место для детских игр. — Что ты имеешь в виду, Тимми? — нахмурился волшебник. Ведьма усмехнулась. — Он имеет в виду, что Эраклион — раздираемый войной кусок… — Дарси, — прервал её супруг. — Что? Он всё равно узнает рано или поздно. Коротко фыркнув, женщина повернулась к Набу и пояснила: — С тех пор, как твои драгоценные друзья, Блум и Скай, отпраздновали свадьбу, на Эраклионе не прекращается война. Понимаешь ли, королевству Айсис не слишком понравилось то, как обошлись с их наследной принцессой. Мало того, что Скай изменил ей и разорвал помолвку, так король Эрендор вообще обращался с ней, как с прислугой. Стоило Блум и Скаю обменяться кольцами, как их границы были атакованы. Скажешь, что остальные Винкс не оставили бы подругу сражаться в одиночестве? Ну так Кристалл тоже не собиралась бросать Диаспро. Единственная проблема заключалась в том, что Кристалл к тому моменту была полноправной королевой, в то время как Стелла и Лейла оставались лишь принцессами. Так началась война Эраклиона и Домино против Айсиса и Линфеи. Конечно, соглашение о прекращении военных действий в итоге было подписано, однако отношения между измерениями до сих пор остаются очень натянутыми. — Это на той войне Лейла сошлась с Ривеном? — Наверное, — пожала плечами ведьма. — Эта война действительно спровоцировала гражданские волнения на Андросе. Дорогой, ты не помнишь, на какой войне Лейла и Ривен влюбились друг в друга? — Дорогая, я не думаю, что это имеет значение, — быстро ответил Тимми, желая поскорее сменить явно болезненную для друга тему. — Эраклион тоже пережил несколько гражданских войн, поэтому для того, чтобы попасть в королевский дворец, тебе придётся пересечь Стену Огня. Ты её не пропустишь. Просто проходи насквозь — как житель Андроса, ты можешь сделать это без проблем. — Большая часть коренного населения Эраклиона не может пересечь Стену, однако жители Земли, Домино, Андроса и Солярии имеют право гулять туда и обратно столько, сколько пожелают. Пример одного из тех блестящих политических решений, что спровоцировали первую гражданскую войну. — Дарси, это грубо, — неодобрительно покачал головой Тимми. — Однако это правда. Затем женщина взглянула на мага и вздохнула. — Не обращай внимания на мой сарказм. С тех пор много воды утекло, но меня всё ещё трудно назвать преданной поклонницей Блум. Когда будешь готов отправляться, просто встань в мою тень. Набу удивлённо вскинул брови. — Я могу телепортировать тебя туда через тени, — пояснила ведьма. — Внутрь огненного барьера переместиться нельзя, но я высажу тебя где-нибудь поблизости. — Может, мне тебя проводить? — предложил Тимми. В ответ он получил сердитый взгляд жены и восторженный — сына. И дело тут было вовсе не в Итане. Тренироваться вместе с принцем Эраклиона было весело, но по правде говоря, однако их нельзя было назвать друзьями. На самом деле Ксавьеру просто хотелось провести побольше времени с крутым могущественным волшебником, который, ни много ни мало, спас мир. Воспитанный на рассказах папиных друзей, мальчик смотрел на гостя с плохо скрываемым восхищением и мечтал однажды стать таким же сильным и смелым, как он. От вида этого семейства, такого любящего и счастливого, что-то в груди Набу болезненно сжалось. У них было то, чего ему уже не дано было заполучить — никогда. Он всегда видел своё будущее лишь с одной женщиной — но для неё он давно превратился в далёкое туманное воспоминание. Хотелось увидеть Блум и Ская. Хотелось увидеть хоть что-то нормальное. — Нет, спасибо. Я справлюсь, — ответил он, вызвав у Ксавьера долгий печальный вздох. Дарси облегчённо улыбнулась и положила руку на затылок своего сына. Мальчик поднял глаза и посмотрел ей в лицо. — Мам, ты что, держишь мою тень? — Да, потому что ты остаёшься здесь, — ответила Дарси, проигнорировав его протесты. — Удачи, — обратилась она к Набу. И его не стало. Тело казалось лёгким, почти невесомым. Он чувствовал, что движется, хотя ничего не мог разглядеть в этом мраке, самом глубоком и непроглядном в его жизни. Однако прежде, чем паника успела накрыть его с головой, всё уже было кончено. Маг вынырнул из тени высокой статуи. Он понятия не имел, где находился, но это совершенно точно была уже не уютная гостиная в домике Тимми. Вокруг, сколько хватало глаз, царили упадок и разруха. В воспоминаниях Набу Эраклион был прекрасным местом, полным жизни и возможностей — здесь же даже сам воздух, казалось, был наполнен отчаянием. Юноша поначалу даже не был уверен, что попал в нужное измерение, но полыхающее впереди огненное кольцо, окружавшее центральную часть города, развеяло его сомнения. Брендон, Блум и Скай находились за этим пламенеющим барьером, и потому он собирался идти вперёд, несмотря ни на что. Местные жители прожигали чужака подозрительными взглядами, на что тот отвечал с осторожным любопытством. Все они, как один, выглядели болезненными и измождёнными, многие заходились в глухом, отрывистом кашле. На площади, возле старой водокачки, толпились люди, однако, сколько они ни старались, из проржавевшего крана не появлялось ни капли живительной влаги. Не в силах наблюдать за их мучениями, волшебник использовал свой посох, и из скважины забил фонтан чистой воды. Стоявшие ближе всех к источнику возликовали и подались вперёд, чтобы напиться, но их отталкивали те, что стояли позади. Завязалась драка. Осознав свою ошибку, Набу сотворил несколько кувшинов, доверху наполненных водой. Смотреть на то, с каким отчаянным желанием потянулись к ним люди, было даже немного страшно. — Это неправильно. Блум и Скай никогда бы не отвернулись от тех, кто нуждается в помощи. Они никогда бы не позволили этим людям так жить! — отчаянно пробормотал юноша, словно пытаясь убедить в этом самого себя. Прямо перед над ним нависла Стена Огня. Колдовское пламя не дымило, а тепло можно было почувствовать, лишь подойдя к нему вплотную. Маг медленно глубоко вздохнул, шагнул вперёд — и не смог поверить своим глазам. Мир снаружи барьера и мир внутри него отличались не меньше, чем день отличается от ночи. Набу почувствовал, как закипает в груди глухая ярость. Там, в нескольких шагах за его спиной люди сейчас дрались из-за глотка чистой воды, а здесь стеклянные высотки подпирали своими крышами небеса, здесь раскинулись цветущие зелёные сады, здесь стены домов блестели вычурной золотой и серебряной отделкой. Как только у этих сытых, довольных жизнью горожан хватало духу так нагло сорить деньгами? В центре города возвышался королевский дворец, точно такой, каким его помнил юный маг. Он вновь подумал о прошлом, в котором все они были так счастливы. Блум со Скаем, Стелла с Брендоном, Флора с Гелией, Текна с Тимми, Муза с Ривеном… И Лейла с ним. Хотелось верить, что визит к монархам Эраклиона позволит ему почувствовать вкус этого прошлого. Если бы он смог увидеть, как Блум держит Ская за руку, как они вместе смеются, как они счастливы — он бы тоже почувствовал себя счастливым. И, возможно, смог бы выбросить из головы навязчивые образы того, как любовь всей его жизни сейчас делает всё то же самое с его лучшим другом. — Набу! Это и впрямь ты! Не считая причёски, ни капли не изменился! Обернувшись на голос, юноша обнаружил перед собой крепко сложенного шатена. Незнакомец производил крайне внушительное впечатление — настоящая громадина! У него было множество ожогов и шрамов по всему телу, повязка на глазу, а ещё он весь, казалось, был покрыт волосами. Озорная искорка в единственном зрачке отчего-то напомнила Набу истории о Санта Клаусе, которых он достаточно наслушался за время пребывания на Земле. — Извините, но я не уверен, что мы знакомы. Мужчина беззлобно рассмеялся. — В этом нет ничего удивительного. В конце концов, с нашей последней встречи я успел немного накачаться, потерять глаз и сильно постареть. И не догадаешься, что я тот самый Брендон, а? — Брендон? — ошарашенно переспросил волшебник. В ответ старый друг приветливо стиснул его в широких объятиях. — Я очень рад тебя видеть, — выдохнул юноша, не без труда выпутываясь из поистине медвежьей хватки. — А уж я-то как рад, — ответил Брендон, выразительно указывая приятелю на свой единственный глаз. — Война… — вслух подумал Набу. Наверное, это объясняло то, почему Стелла и Брендон больше не были вместе. — Да, война, — коротко подтвердил мужчина. — Ну, рассказывай. С кем из наших ты уже виделся, что знаешь насчёт текущего положения дел? — Сюда меня телепортировала Дарси. — Вот как? Странно, что мини-Тимми не увязался за тобой. — Только благодаря тому, что Дарси мне не доверяет. Ещё я знаю про Текну и Палладиума. Единственный глаз Брендона расширился от удивления. — Постой. Что?! — Тимми мне рассказал, что Текна сейчас с Палладиумом. — Ничего себе! Похоже, в Алфее накаляются страсти. Впрочем, неудивительно, что эта новость прошла мимо меня. У Ская и Блум только мальчишки, а моя дочь учится в Облачной Башне. — Твоя дочь тоже ведьма?! — ошарашенно переспросил маг. Мужчина нахмурился. — Выходит, ты уже знаешь… — Да, я знаю о короле и королеве Андроса. Я знаю об их трёх идеальных детях. Я знаю, что Андрос процветает под их мудрым началом. И что они безумно влюблены друг в друга. Лейла и Ривен, влюблены… — Мне жаль. Но ты же знаешь, что Лейла действительно любила тебя? Когда ты — ну, ты понимаешь — она оставила Винкс и добивалась твоего отмщения с дьявольским упорством. — Всё в порядке. По крайней мере, Блум и Скай всё ещё вместе. А что на счёт Флоры? Думаешь, нам удастся пересечься? В этот момент впереди показались ворота дворца, в которые они вошли, не встретив особого сопротивления. — Сомневаюсь, — покачал головой Брендон. — Ты сам видел, что творится с Эраклионом. Флора сейчас там, пытается исцелить всё измерение, поэтому она редко где задерживается. Впрочем, оно и к лучшему. Линфейские наёмники постоянно выслеживают её с Топаз. — Топаз? — Дочка Флоры. Юноша взглянул на своего собеседника и подозрительно прищурился. — А Топаз случайно не твоя… — Нет-нет! Моя бывшая жена не была одной из Винкс. А насчёт отца Топаз я и сам ничего не знаю. Флора предпочитает избегать этой темы. — Мои извинения. Мне довольно трудно уследить за всеми этими изменениями, — сказал Набу, мыслями вновь возвращаясь к Лейле. — Не волнуйся, я уверен, что королева с удовольствием восполнит пробелы в твоих знаниях. Набу кивнул. Настежь распахнув тяжёлые двери, Брендон первым шагнул внутрь покоев Блум. Одинокая женская фигура печальной тенью выделялась на фоне окна. Обернувшись на звук, она громко ахнула и прикрыла рот рукой, не скрывая выступивших на глазах слёз. Сделав несколько неуклюжих шагов навстречу вошедшим, она неловко споткнулась, но, к счастью, Брендон успел подхватить её за локоть. — Вы в порядке, Ваше Величество? — Да, благодарю за твою помощь. Их взгляды встретились, и мужчина задержал её руку в своих пальцах чуть дольше, чем это было необходимо. — Это мой долг. — Чепуха, ты мой лучший друг, — ответила королева и продолжила, на этот раз обращаясь к волшебнику: — Я так рада снова с тобой встретиться, Набу. С этими словами Блум заключила его в объятия, на которые юноша с удовольствием ответил. Его старая подруга пахла корицей. За эти годы она набрала с десяток лишних килограммов — впрочем, ей это, пожалуй, даже шло. Стоило женщине снять тяжёлую корону, как тугие рыжие кудри свободно рассыпались по её плечам, доставая почти до самой талии. Её кожа была по-прежнему светлой и нежной, а глаза оставались всё такими же пронзительно голубыми, хоть в их глубине и застыла ноющая тоска. Должно быть, виной тому было всё, через что пришлось пройти Эраклиону, подумал Набу. — Я тоже рад. Ты очаровательна, как всегда. — Ты слишком добр, — улыбнулась она. — Не каждый день я получаю комплименты от молодого красивого мужчины. Брендон вскинул руки в наигранной обиде. — Эй! А как же я? Я каждый день говорю вам, что вы прекрасны! — Я сказала «молодого», — рассмеялась королева, игриво хлопнув мужчину ладошкой по его широкой груди. Этот жест удостоился хмурого прищура мага. Эти двое, кажется, были очень близки. — Ты должен увидеться со Скаем, — сказала Блум, взяв Набу за руку. — Уверена, он будет счастлив снова повидаться с тобой. А ещё я хочу познакомить тебя с моими мальчишками. То, как она произнесла имя мужа, заставило юношу разом забыть все глупые подозрения о секретном романе королевы с оруженосцем. Блум любила Ская, всегда любила и всегда будет.

***

Король Эраклиона сидел во главе обеденного стола. По правую руку расположился его преисполненный гордости отец, по левую руку устроилась как всегда молчаливая мать. Блум сидела в противоположном конце стола в окружении обоих сыновей и счастливо улыбалась. Соседом Набу стал старший из них, Эллиотт. Наделённый гладкими блестящими волосами, правильными чертами лица и пронзительными синими сапфирами глаз, этот парень во многом напоминал волшебнику Ская, однако, в отличие от отца, он казался раздражённым и не слишком-то дружелюбным. Пламенеющие рыжие волосы явно достались принцу от матери. Одет он был с форму специалиста, а на поясе висела рукоять меча, готовая быть использованной в любую секунду. Напротив, рядом с Брендоном, сидел младший сын, Итан. Маленькому ангелочку с широко распахнутыми голубыми глазами и длинными золотыми волосами было тринадцать, и он был редкостным паршивцем. В тот момент, когда мальчика представили Набу, юный принц первым делом спросил, может ли маг быть полезным и собирается ли он служить Эраклиону. Наконец ужин, настолько роскошный, что Набу почти забыл о царящей в королевстве разрухе, подошёл к концу, и расторопная прислуга сразу же приступила к уборке. Юноша перевёл взгляд на Ская. Тот не слишком изменился. Несмотря на то, что с возрастом черты его лица заострились, он всё ещё оставался на редкость хорош собой. По-видимому, последнее заметил не только волшебник. Миловидная служанка подарила королю долгий похотливый взгляд из-под ресниц и, собрав его посуду, удалилась. Скай не менее пристальным взглядом прошёлся по её фигуре и, не удосужившись даже попрощаться с семьёй, спешно покинул обеденный зал. Наблюдавший всю эту немую сцену принц Эллиотт глухо рыкнул и ураганом вылетел в противоположную от отца дверь. Бывшие монархи не выглядели ни встревоженными, ни заинтересованными, а погружённый в свою видео-игру Итан вообще не замечал ничего вокруг себя. Блум пыталась удержать на губах улыбку, но её усилия были тщетны, и женщина, стараясь не поднимать лица, быстро скрылась на кухне. Сжавший до мертвенной белизны кулаки Брендон, казалось, был единственным, кто вообще вспомнил о присутствии гостя. Мужчина попытался непринуждённо рассмеяться и завести разговор об их общем прошлом. — Хорошие были времена, — с горечью в голосе произнёс он. — Да, хорошие, — меланхолично отозвался Набу.