Перемена сезонов

Топаз через плечо украдкой посмотрела на Джереми, проверяющего её домашнее задание. После истории с арестом он как с цепи сорвался, с каждым разом всё больше и больше продлевая их тренировки, а теперь ещё и… Нет, это было милым жестом с его стороны, вот только девушке вовсе не требовалась его помощь. Она вполне справлялась с учебной программой, и у неё были хорошие оценки. Единственной причиной, по которой она не стала одёргивать Джереми, было то, что она скучала. В последние дни он постоянно был или со своей девушкой, или с сестрой. По сути, их тренировки были единственным временем, когда они могли пообщаться. С другой стороны, она не могла не заметить, что Джереми вёл себя странно. Предыдущим вечером он настолько потерял счёт времени, что пропустил комендантский час и в итоге был вынужден остаться у неё на ночь — а ведь задерживаться допоздна было совсем не в его стиле. Нет, между ними ничего не было. Топаз заклинанием создала для него отдельную кровать. Но спать вдвоём в одной комнате всё равно было неуютно. Возможно, Топаз не чувствовала бы себя так неловко, если бы с ними была Юфория, но та вернулась, как обычно, лишь под утро. В общем, оказаться в подобном положении снова не хотелось. — Уже довольно поздно. Если задержишься, то опять пропустишь комендантский час. — Ничего страшного, твоё задание выглядит сложным и… — Я-я уже всё закончила, просто решила проверить на всякий случай. Тебе и правда пора… Джереми вдруг понял, что Топаз просто пытается быть вежливой. Он действительно мог гордиться своей ученицей — та безукоризненно контролировала свои эмоции, до последнего ни словом, ни жестом не дав ему понять, что чувствует на самом деле. Впрочем, парень и без этого понимал, что злоупотребляет её гостеприимством. — Хорошо, тогда увидимся завтра, — скомкано попрощался он. Обняв подругу на прощание, Джереми прыгнул на подоконник, а оттуда — на улицу. У самой земли он резко уменьшил свой вес и, мягко опустившись на траву, устало вздохнул. Ему действительно пора было выдвигаться в направлении Красного Фонтана, но вместо этого он обернулся и нашёл глазами окно комнаты Топаз. Из глубокой задумчивости его вырвал чей-то тихий смешок. Оглядевшись вокруг, он, к своему удивлению, заметил совсем рядом Исмену. На губах ведьмы гуляла кривая ухмылочка. — Если тебе одиноко, можешь провести эту ночь со мной. Девушка явно пребывала в игривом расположении духа. Судя по её виду, она собиралась в город: на ней были туфли на высокой шпильке, короткая юбка и не менее короткий топ, на этот раз — с надписью «Худшая сучка в игре». Да, Исмена была бесспорно хороша собой. Но Джереми слишком хорошо знал ведьму ночных кошмаров, чтобы повестись на её внешность. — Сомневаюсь, что Карина или Орион бы это одобрили. — Ангелок? — скептически выгнула бровь Исмена. — Не смеши. Я жду не его. — Знаешь, он с тебя глаз не сводит. Может, тебе стоит дать ему шанс? — А может, тебе стоит разобраться с собственными проблемами, прежде чем лезть давать советы другим? — вкрадчиво спросила Исмена, склоняя голову набок и делая навстречу Джереми несколько плавных, кошачьих шагов. Ухмылка на её чёрных губах сделалась шире. — Это ведь так нехорошо с твоей стороны — навещать малышку Топаз, одну, ночью… И всё для того, чтобы оттянуть момент возвращения твою в холодную, пустую комнату… В непроглядной темноте её глаз клубился туман сгущающихся вечерних сумерек. Тихий голос ведьмы упал до оглушительного шёпота; каждое слово стекало по коже каплями морозного пота. — Или дело не в комнате? Дело в страхе, что Джон прокрадётся в твои сны и… — Проваливай из моей головы! — Да, вот он, гнев! Твоя глупая сестричка знала, что делала. Даже странно, что я, будучи похотью, не повелась на твою ярость — сейчас она просто очаровательна. Исмена приблизилась Джереми почти вплотную и положила ладонь на его грудь. Юноша собирался оттолкнуть её, но вдруг понял, что с лица ведьмы исчезла всякая насмешливость. — Я понимаю. Тебе сейчас плохо, как никогда. Твой брат, твой близнец, за секунду превратился в совершенно чужого человека… твоя мать… то, как они оставили тебя… Это больно. Невыносимо. Но ты не можешь просто продолжать притворяться, что ничего не происходит. Эмоции будут прорываться наружу, и ни к чему хорошему это не приведёт. В общем, если надумаешь выговориться — ты знаешь, куда идти. Джереми сглотнул подкативший к горлу комок. Все эти дни он натягивал на лицо улыбку и с головой уходил в дела в надежде, что на тяжёлые мысли просто не останется сил, но они всё равно возвращались — не наяву, так во сне. Ему казалось, что никто не замечает. Но Исмена своими словами попала в самую точку. Парень почувствовал острый укол стыда. Прежде он считал ведьму ночных кошмаров поверхностной, но, похоже, на самом деле это он сам не видел дальше собственного носа. — Спасибо. Ты хороший друг. Девушка фыркнула. — Надеюсь, ты не подумал, что я предлагаю тебе услуги психологической консультации? Я вообще-то имела в виду Топаз! Джереми запрокинул голову и рассмеялся. В этот момент к воротам школы вырулил хорошо одетый молодой человек на летающем мотоцикле и, заметив Исмену, приглашающе махнул ей рукой. Та усмехнулась. На её лицо вернулось обычное ехидное выражение. Послав Джереми на прощание игривый воздушный поцелуй, она запрыгнула на сидение позади своего очередного ухажёра, и оба под довольное урчание двигателя скрылись в ночи. До активации защитных щитов оставалась всего пара минут. Оставшийся в гордом одиночестве специалист тоже поспешил покинуть территорию Алфеи. На душе у него впервые за последние дни было легко.

***

Не отрывая взгляда от экрана ноутбука, Юфория наугад воткнула вилку в свой салат. Она только-только скачала новую книгу, побившую в прошлом месяце на Солярии все рекорды продаж, и теперь не хотела пропустить ни одного слова. Краем уха девушка слышала голоса подруг, но она слишком увлеклась чтением, чтобы достаточно убедительно изображать заинтересованность в их разговоре. В её новостной ленте настойчиво мигало какое-то оповещение, но Юфория упорно игнорировала его. Только закончив главу, она без особой охоты кликнула на назойливую иконку. Это оказалась короткая новостная заметка. Миллионы выступают против церемонии легитимации Раскрытие информации о происхождении Семирамис, наследной принцессы Айсиса, уже вызвало широкую реакцию общественности. Напомним, что принцесса Семирамис является дочерью Ская, короля Эраклиона, и Диаспро, королевы Айсиса. В будущем она должна была занять трон Айсиса, однако церемония легитимации также сделает её наследницей Эраклиона, второй на очереди после её единокровного брата Эллиотта, наследного принца Эраклиона и первого принца Домино. Когда король Скай объявил об этом решении, многие увидели в принцессе Семирамис символ мира. Она была зачата во время прекращения огня, а её рождение совпало с моментом окончания всех военных действий между Айсиом и Эраклионом. Многие посчитали, что её легитимация станет кровным гарантом плодотворного сотрудничества двух измерений. Однако сегодня народ Эраклиона показал, что далеко не все жители поддерживают политику королевской семьи. В знак протеста несколько десятков человек одновременно оборвали свои жизни, шагнув в Стену Огня. Очевидно, что мирные граждане Эраклиона даже сейчас продолжают переживать последствия закончившейся девятнадцать лет назад войны. Большая часть континента до сих пор разрушена, несмотря на поддержку крупнейших организаций Магикса и активную деятельность независимых волонтёрских объединений. Восстановленные площади ограничены Стеной Огня, которая в последние годы планомерно расширяется. На данный момент за ней находятся два крупнейших города королевства и прилегающие к ним территории. После проведённой жителями королевства демонстрации миллионы человек выразили своё недоверие монархам Эраклиона и недовольство их решением о легитимации принцессы Семирамис. Во всех уголках Магического Измерения проходят масштабные акции протеста. Королевский дом Зенита, а также некоторые представители правительства Земли объявили о решении бойкотировать церемонию. В свою очередь, королева Кристал подтвердила, что будет присутствовать. Наибольшее внимание сейчас приковано к легендарным Винкс. Достоверно известно, что они собирались поддержать церемонию, однако в свете последних событий ситуация может резко измениться. Пока они, как и правительство Эраклиона, воздержались от официальных комментариев. Юфория сглотнула. Есть резко расхотелось. Она отправила ссылку остальным Винкс и через три минуты получила от Исмены сообщение с приглашением встретиться в их Реджиной комнате. Бросив в сумку ноутбук, девушка рассеянно махнула друзьям на прощание и быстрым шагом направилась в сторону общежития. До места встречи она дошла первая, нервно опустилась на самый край кровати. Вскоре подтянулись и остальные. — Похоже, теперь мы знаем, чем занимался Набу всё это время, — начала Исмена, усаживаясь рядом с Юфорией. — Для организации таких масштабных акций по всему Магическому Измерению потребовались бы огромные ресурсы, как финансовые, так и временные. А эти люди… — Эти люди не имеют к Набу никакого отношения, — прервала её Топаз, в глазах которой блестели слёзы, но говорила она непривычно твёрдо. — Вы не представляете, до чего доводит отчаяние жителей Эраклиона. Я слышала разговоры… Что счастливчикам, живущим внутри Стены, всегда будет плевать на смерти простых людей, пока трупы не станут сваливать у них на пороге. И что быстрая кончина лучше, чем мучительное существование. Я надеялась, что маме удастся это предотвратить… В воздухе повисло гнетущее молчание. — Это ничего не меняет, — наконец сказала Исмена. — Мы должны там присутствовать. Что-то надвигается, что-то большое. А Семирамис сейчас абсолютно беспомощна. Мы не можем оставить её там одну. — Но что мы предпримем? Это слишком масштабное политическое событие, чтобы наше мнение что-то изменило. В подобной ситуации даже королевской воли будет недостаточно, нужно одобрение Совета, — пробормотала Реджина, что-то прикидывая в уме. — Точно, — кивнула Юфория. — Дедушка в таких случаях всегда учитывает мнение министров, чтобы в будущем избежать их недовольства. — Вы прекрасно понимаете, какое решение они вынесут в итоге. Знать имеет обыкновение сквозь пальцы смотреть на мёртвых простолюдинов. Топаз метнула в сторону Исмены тяжёлый взгляд. Резкий порыв ветра закрутился вокруг феи, на секунду взметнул вверх её косички, распахнул чуть приоткрытое окно во двор и наконец затих. — Знаешь, на твоём месте я бы уволила Джереми, — абсолютно невозмутимо заметила ведьма. — Как ты можешь говорить такие вещи? Эти люди не просто строчка в газете, это жители Эраклиона, такие же, как я и ты! — Топаз изо всех сил сжала кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони. — Неужели все в Городе Огня действительно настолько слепы? — Я прекрасно осведомлена, что происходит за Стеной. Я умею читать. Фея ветра в совершенно нехарактерном для неё жесте закатила глаза. Черты Исмены опасно заострились. — Меньше всего я хочу выслушивать обвинения в слепоте от человека, который позволил своему так называемому лучшему другу дойти до грани нервного срыва. Возможно, если бы ты замечала бревно в своём глазу, я бы с большим вниманием относилась к твоим комментариям о соломинке в моём. — Исмена, хватит! — Вот уж точно, хватит. Мы идём на церемонию.

***

Джереми вымещал дурное настроение на боксёрской груше. Он не мог перестать возвращаться мыслями к своему столкновению со Сторми. Она была слишком сильна, на совершенно другом уровне. Ему не хватало скорости, чтобы уклониться от её молний, и не хватало силы, чтобы вырваться из её ураганов. Ещё он думал о Джоне. Плевать, что брат перешёл на сторону Набу. Джон подставил его — это было в тысячу раз больнее. Откуда-то донёсся тихий стук. Джереми огляделся и увидел в окне улыбающуюся Топаз. Немного удивлённый, он впустил девушку, и та, легко впорхнув внутрь, протянула ему чистое полотенце. — Послушай, — неуверенно начала она, — я не привыкла быть чьим-то другом. Я-я никогда не оставалась на одном месте достаточно долго, чтобы настолько с кем-то сблизиться. Поэтому я многого не замечаю. Со мной нужно быть очень прямолинейным, понимаешь? Иногда меня нужно хорошенько потрясти и громко сказать: «Топаз, обрати внимание!» — О чём это ты? — рассмеялся Джереми. Девушка поиграла со своими волосами. — Прости. Я должна была догадаться, но не догадалась. И у тебя есть полное право на меня обижаться. Юноша засмеялся снова. — Обижаться? С чего мне на тебя обижаться? — Моя мама — предательница линфейского народа, а отец… Наверное, я должна понимать твои чувства лучше, чем кто бы то ни было ещё. Топаз потупилась и нервно переступила на месте. — Да. Да, наверное, — наконец ответил Джереми, а потом притянул её к себе и обнял. — Ты ведь знаешь, что если задержишься ещё немного, то пропустишь комендантский час? Топаз обвила руками его плечи и стиснула изо всех сил. — Знаю. Остаток ночи они провели в бесконечных разговорах о «злых» членах своих семей, о доверии и предубеждениях. Хотя они снова оказались наедине в спальне, девушка больше не чувствовала такого дискомфорта, как это было в первый раз. Она не могла с уверенностью ответить, готова ли окончательно отпустить чувства к Джереми, но сейчас их только-только зародившаяся дружба, взаимная поддержка и понимание делали её невероятно счастливой. Парень оценил её доверие и тоже открылся, делясь всеми своими сомнениями и страхами. — Ты не должен винить себя. Лёгкие деньги, адреналин и всё такое — к этому легко привыкнуть. — Пожалуй. Я просто жалею, что не заметил этого раньше. Он пытался убить Реджину, Семирамис, Исмену, Юфорию… Даже странно, что он ни разу не нападал на тебя. Может, ты и правда ему нравилась. Топаз нахмурилась и спрятала взгляд. — Нет. — Да ладно, я думаю, вы были бы милой парой. Фея нахмурилась ещё сильнее, и Джереми понял, что его немного занесло. — Прости. Мне нравится шутить на эту тему. Начинает казаться, что всё осталось по-прежнему. — Я понимаю. — Несмотря ни на что, он всё ещё мой брат, и я переживаю о нём. Интересно, чем он сейчас занят?

***

Джеклин подскочила на кровати, тяжело дыша. Снаружи о стекло закрытого окна яростно хлестали тугие струи дождя. Чёрную, как угли, ночь разрывали ослепительные изломы молний. Их свет на секунду обнажал беснующееся море, а потом всё вновь тонуло во тьме. Стараясь не потревожить спокойно спящего рядом мужчину, Джеклин поднялась и босиком вышла на крыльцо. Она прекрасно понимала, что это небезопасно, но разгулявшаяся не на шутку буря манила её; в этом буйстве стихии было что-то знакомое, даже родное. Пропустив сквозь пальцы свои короткие серебристые волосы, женщина подставив лицо каплям колючего ледяного дождя. Что-то надвигалось. — Айси! Не успела Джеклин опомниться, как оказалась заключённой в объятия незнакомой женщины. Сбитая с толку непонятным выкриком, она замерла, в итоге решив, что до поры до времени потенциально опасную незнакомку лучше не провоцировать. Наконец её выпустили. Джеклин сразу же на всякий случай отступила на пару шагов и посмотрела на странную женщину более внимательно. Теперь, глядя на эти тёмные кудри, она начинала вспоминать: дым, пыль, разгромленная комната — картина, до сих пор являвшаяся ей в кошмарах. Кажется, незнакомка тоже была там — валялась сломанной куклой в груде обломков. Джеклин сглотнула. — Я пришла, чтобы забрать тебя назад. — Забрать меня?.. Кто ты? — Кто я? — у Сторми нервно дёрнулась верхняя губа. — Айси, алло? Джеклин ещё немного попятилась и мотнула головой. — Тебя зовут Айси? — Тебя зовут Айси! Голос незнакомки сорвался на крик, и, словно вторя ему, небо оглушительно разверзлось очередной молнией. Казалось, чем сильнее заводилась женщина, тем сильнее бушевала и без того неуправляемая стихия. — Дракон побери, Дарси знатно перелопатила твои мозги. Но ты не волнуйся. Она ещё за всё ответит, как и эти Винкс вместе с их проклятыми выродками. — Но я не хочу никуда идти. Мой жених… — Очередной мужчина, Айси? Он тоже тебя бросит, как и все предыдущие. Пойдём. — Меня зовут Джеклин! Сторми разъярённо топнула ногой, и поднявшийся вдруг ветер яростно разметал её непослушные кудри. — Джон, Джереми, Джеклин? Да что, мать твою, с этими Джи-именами?! Тебя зовут Айси! Веди себя как Айси! Схватив Джеклин за руку, ведьма потянула её к морю. Та закричала, вырываясь из крепко стиснутых пальцев. А потом произошло что-то невероятное: стоило её босым ступням коснуться прибоя, как вода застыла, в одно мгновение превратившись в лёд. Джеклин забыла, как дышать, но её похитительница, на удивление, вместо того, чтобы разозлиться, расплылась в широкой улыбке. — Вот видишь, ты Айси. — Да отпусти ты меня! Отцепись, психичка! Их спор прервал звук выстрела. Джеклин не сдержала облегчённого вздоха, увидев на балконе дома Джейсона, сжимающего в руках пистолет. Однако это облегчение быстро сменилось леденящим душу ужасом, когда за спиной её возлюбленного показалась закутанная в тёмный плащ фигура. — Джейсон, сзади! Человек со скрытым капюшоном лицом схватил Джейсона за плечо, и на его пальцах блеснули голубые искры. Джеклин окаменела. Она не могла сдвинуться с места, не могла закричать, а лишь смотрела немигающим взглядом, как неестественно выгибается в жутких конвульсиях тело её жениха. Потом всё затихло. Человек в плаще небрежно оттолкнул неподвижного Джейсона, и тот мешком полетел вниз с балкона. Сторми выглядела бледной. Она всегда с лёгкостью говорила об убийстве своих врагов, но на деле ей никогда не приходилось отнимать чью-то жизнь. И сейчас ведьма неотрывно следила за летящим вниз с балкона телом. Она не знала, насколько сильным был разряд. Она не знала, мёртв этот человек или просто оглушён. Она не знала, хочет ли она это знать. Откуда-то потянуло холодом. Сторми замешкалась, не сразу сообразив, что это значит, а потом было уже поздно. Её руку, всё ещё сжимавшую запястье Айси, обхватил лёд, и он продолжал стремительно расползаться по всему телу, превращая его в сплошную неподвижную глыбу. Прибой застыл, и вместо дождя с неба повалил густой снегопад. Джеклин кинулась вперёд. Возле тела возлюбленного она упала на колени и дрожащими руками попыталась нащупать его пульс. Она даже не успела ничего понять — коротка вспышка, и рядом с Джейсоном падает его невеста. Джон спокойно стряхнул с пальцев затухающие искры. На пляже воцарилась тишина. Возле ледяной статуи Сторми парень замешкался. Соблазн оставить её здесь был велик. Не позволила неожиданно проснувшаяся совесть. Юноша и сам не знал, что на него нашло: подобные порывы были свойственны для Джереми, а за собой он такого прежде не замечал. Продолжая размышлять над этим, Джон приложил ладони к глыбе и аккуратно растопил лёд. — Неужели я была единственной, кто тогда отнёсся к нашей клятве на крови серьёзно? — тихо шипела сквозь стиснутые зубы Сторми, растирая холодные запястья. — Сначала Дарси, и вот теперь Айси! Я едва её узнала. — Забудь. — Но я не могу просто забыть её! — А она тебя забыла, — пожал плечами Джон. С тихим рыком Сторми схватила юношу за ворот рубашки. Они замерли. В его ладонях тихо трещали голубые искры, её волосы извивались и хлестали по лицу от сильных порывов ветра. Совсем рядом ударила молния, и ведьма не могла сказать с уверенностью, чья именно магия вызвала её. Джон ничего не предпринимал, но в его глазах явственно читался вызов. Она дала этому мальчишке жизнь. И она не позволит ему вытирать об неё ноги. — Ты не посмеешь напасть на собственную мать… — Ты напала на Джереми. — Как же заебали эти долбанные джи-джи! Его зовут Космо! Тебя зовут Кевин! А теперь, Кевин, возьми себя в руки и пошли! — Выходит, ты теперь главная, — с едва уловимой насмешкой произнёс Джон. Сторми на секунду задумалась. Без Айси и Дарси чисто технически лидером Трикс становилась она. Конечно, не очень трудно быть главной в команде из одного человека, но ей с каждой секундой всё больше и больше нравилось, как это звучало. — Выходит, что так. Прежде, чем Джон успел отреагировать, его затянуло в ревущий вихрь торнадо. Он попытался вырваться, но порывы ветра держали крепко, блокируя все движения. Парень окончательно выбился из сил, и только тогда его наконец освободили, небрежно швырнув на мокрый песок у ног неподвижной Сторми. — А ты, Кевин, мой мальчик на побегушках. По крайней мере, пока не научишься манерам. Джон поднял на ведьму полный ненависти взгляд. Её магическая аура клубилась вокруг чёрными грозовыми тучами, настолько густыми и плотными, что становилось трудно дышать. На её лице было написано злое удовлетворение. — Хорошо… — наконец сипло выдохнул волшебник. Сторми победоносно усмехнулась и резко отвернулась, направляясь обратно в убежище Набу. Джон посмотрел ей вслед. — …пока что.