Стать сильнейшим - 2.

Акира Кицунэ хмыкнул, вкладывая занпакто в ножны. За его спиной валялись шесть едва дышащих тел, покрытые глубокими ожогами. Сам он выглядел потрепанным, но вполне бодрым. С десяток ссадин, два сломанных ребра и глубокая кровоточащая рана на левом боку никак не сказались на хорошем настроении Кицунэ. – Что-то я не чувствую реацу Карасу-доно,– пробормотал парень, щуря зеленые глаза под неопрятной рыжей челкой.– Проиграл? Нет, он не мог проиграть, не таким противникам. – Да, действительно,– услышал Акира чей-то голос за спиной и тут же исчез, возникая в нескольких метрах слева с обнаженным занпакто и лицом к незнакому. – Тоусен?– удивился Кицунэ. – Януш Тоусен, девятый офицер пятого отряда,– представился синигами, окидывая местность пронзительным взглядом темно-фиолетовых глаз.– Впрочем, я добился того, чего хотел. Ты выдохся, Акира Кицунэ… – Он– да,– голос за спиной Тоусена заставил его замолчать и прыгнуть в сторону.– А вот мы– нет. – Кадо? Фудо?– удивился Кицунэ.– Чего вы здесь забыли? – Задницу твою спасаем, вот чего,– буркнула Амайя и ударом в печень заставила парня согнуться и хватать воздух широко открытым ртом, выпучив глаза. Харука черной молнией метнулась к Янушу и отвесила ему пинок в живот, отбрасывая в сторону, а вдогонку ему полетели несколько режущих волн, посланные катаной Кадо и парниками Фудо. Януш загремел где-то в сторонке, пробивая спиной стену какого-то барака, а режущие волны окончательно превратили строение в руины, погребая Тоусена под каменным завалом. – У него слишком опасные способности,– напряженно произнесла Амайя. – Мы не можем рисковать, уходим,– бросил Кадо. Кицунэ, чей азарт боя был сбит прицельным ударом по печени, кивнул, и вся пятерка скрылась в сюмпо. Примерно через две секунды груда камня слегка вздрогнула и внезапно разлетелась во все стороны, разбросанная невидимым ударом. Темнокожий парень отряхнулся от пыли и вытер кровь со лба– поранился острым осколком. Взгляд фиолетовых глаз скользнул по окрестностям. – Они сбежали,– без заметного сожаления произнес Тоусен. Недалеко от него, в глубокой выжженной воронке, пошевелился лейтенант девятого отряда, покрытый глубокими рублеными ранами и жуткими ожогами. Бросив на него равнодушный взгляд, Януш Тоусен сорвался в сюмпо. Раз уж он упустил людей Карасу, то хотя бы разузнает, что они здесь делают. И разузнать их цели необходимо прежде, чем это сделает двенадцатый отряд. *Расположение четвертого отряда, покои капитана* Высокий черноволосый мужчина застонал и открыл пронзительные синие глаза. Слегка мутноватый взгляд прошелся по стенам, после чего мужчина предпринял попытку встать и поморщился от боли в ребрах. Но дышалось относительно легко, значит, его подлечили с помощью кайдо. Лечебные кидо восстанавливают повреждения, но не убирают боль полностью… или обезболивают, но не лечат все раны. Одно из двух, и применение сразу двух типов кайдо исключено. – Кеншин?– черноволосая женщина в кресле встрепенулась и тут же оказалась рядом с кроватью, мягко укладывая мужчину обратно.– Пожалуйста, лежи спокойно… – Твои руки дрожат, Ячиру,– хрипло произнес Кеншин.– Ты передала мне почти всю свою реацу. Зачем? В этом нет необходимости… – Выпей,– Ячиру подала стакан холодной воды. Кеншин жадно припал к нему и осушил в три глотка, чувствуя, как прояснились его мысли, а взгляд стал четче. – Спасибо… прости, мне пора… Ячиру? Ладошки женщины напряглись на его плечах, а в голубых глазах проскользнула мольба. – Пожалуйста, останься,– прошептала Унохана.– Но ты ведь уйдешь, так? Тогда… побудь со мной хоть немного… пожалуйста… Кеншин поднял руку и нежно коснулся ладонью щеки женщины. Ячиру тут же подалась навстречу, медленно гладя ладошкой грудь мужчины и приближаясь губами к его губам. – Эй, что это вы тут делаете?– полный возмущения голос у дверей. Унохана дернулась и оглянулась. – Юки!– Ячиру хотела было встать, но рука Кеншина легла на ее талию и притянула женщину к себе. Унохана тут же скользнула на кровать к мужчине, продолжая недовольно зыркать на его сестру. – Я тоже хочу!– заявила капитан девятого отряда и опустила взгляд.– Братик… я хотела побыть с тобой… – Иди ко мне,– вздохнул Кеншин.– Девочки мои, как же я соскучился… Юки доверчиво шагнула к братику и оказалась в его объятиях вместе с Ячиру. Похоже, что его девочки хотят любви… Кеншин улыбнулся, жадно целуя сначала сестренку, а после– Ячиру, чувствуя, как четыре руки стаскивают с него одежду. Они долго не дадут ему уснуть, а он в свою очередь покажет своим девочкам, как же сильно соскучился по ним. *На следующий день, расположение второго отряда* Шаолинь нежилась в объятиях наставницы, наслаждаясь мягкостью ее груди, которую девушка без зазрения совести использует в качестве подушки. Как же ей нравится то, как ладошка Йоруичи перебирает ее волосы, просто хочется мурлыкать на манер кошки и извиваться в ее руках… – Проснулась, милая?– красивый голос принцессы клана Шихоин, по которому она так истосковалась… – Йоруичи,– Шаолинь подняла грустные-печальные глазки. Йоруичи рассмеялась и нежно поцеловала глаза своей девочки, гладя ладонями ее ягодицы. Малышка Шао смутилась, продолжая нежиться в ее руках. Такая милая и невинная, глядя на нее трудно поверить, что она всего пару часов назад кричала и извивалась, сгорая в пожаре страсти и желания. – М-м-м?– Шихоин коснулась губами лба этой невыносимо сладкой девочки. – Не жалеешь, что выбрала меня? – Ни капельки,– теперь чувственные губки целовали ее висок, приближаясь к ушку. Шаолинь покраснела сильнее, невольно расслабляясь в умелых руках.– Ты и Кеншин… вы оба мне очень дороги… но тебя я встретила раньше… вот и решила заняться тобой, а Кеншина уступить для Ячи и Юки! Ой, как мягко! – Моя попа!– взвизгнула Шаолинь, отчаянно краснея, но не отстраняясь– некуда. Наставница хихикнула: – Любишь в попу? Маленькая извращенка, а я ведь помню, как ты ходила на задания с разными игрушками в своей маленькой и сладкой попке… особенно забавно было наблюдать за тем, как ты гонялась за Пустыми с вибратором… – Молчите!– Шаолинь запунцовела.– Вы меня смущаете… госп… м-м-м-м? Глаза Шао вспыхнули удивлением, после чего затуманились, а губки принялись отвечать на глубокий поцелуй, а весь ее мир сузился до золотых глаз напротив, до язычка, орудующего в ее ротике, до ладошек, удерживающих ее щечки… Малышка Фонг нежилась в руках наставницы, наслаждаясь каждым мгновением и зная, что нескоро сумеет насладиться ее руками. – Так хорошо и так больно…– внезапно всхлипнула Шаолинь. Мягкие губки тут же коснулись ее щек, сцеловывая слезинки, а ладошки успокаивающе гладили нежную кожу лица. – Мне тоже больно, милая,– с горечью шепнула Йоруичи.– Но… прости, мне так больно говорить… я должна быть здесь. Прости… Шаолинь медленно подняла голову, почувствовав слишком хорошо знакомый сдвоенный взрыв реацу. Кеншин сцепился с Кенпачи Зараки, а это значит, что им пора уходить, пока все отвлечены на это весьма громкое и буйное зрелище. – Мне пора,– по лицу Шаолинь скатилась слезинка, девушка поднялась и принялась собирать одежду. Йоруичи не остановила ее, провожая взглядом все движения своей малышки. – До встречи, милая,– прошептала принцесса клана Шихоин, когда Шаолинь открыла дверь. Малышка Фонг на секунду замерла, повернулась, и на ее щеках Йоруичи увидела две серебристые дорожки, после чего были два тихих-тихих слова: – До встречи. И дверь закрылась, комната вдруг расплылась, а глаза подозрительно защипало. Капитан второго отряда Готей-13 с изумлением осознала, что впервые за последние сто лет она плачет… *Расположение одиннадцатого отряда* Зараки бешено хохотал, обрушивая на противника всю свою немалую мощь. Никто не смел подойти ближе: слишком велико давление реацу, слишком велика ярость бойцов, того и гляди, сунешься– и они вдвоем тебя зарубят, после чего продолжат безжалостную рубку. Никто даже не помышлял помочь, ведь для этого нужно подобраться поближе… и рисковать свалиться зарубленным не тем, так другим. – Как же я рад тебя видеть!– хохотал Зараки.– Юки, Ячиру– они хороши, но до тебя им далеко, друг мой! Э?... Зараки вдруг провалился в ударе вперед и получил сильнейший пинок в поясницу, заметно ускоривший его продвижение. – Ты стал медленнее, Кенпачи,– ухмыльнулся экс-капитан десятого отряда. Два тати полыхнули реацу и столкнулись. Зазубренный клинок отлетел в сторону, чертя сияющую дугу уже без контроля воли Кенпачи. Капитан одиннадцатого отряда стремительно разорвал дистанцию и выругался. Снова клинок, окутанный синим свечением, достал его, и снова его противник отделался без малейшей царапины. – Да-а-а, что-то я захирел…– признал капитан Зараки, пропуская через клинок реацу и нанося удар. Серп желтой реацу сорвался в стремительный полет, грозя рассечь все на своем пути. Кеншин ухмыльнулся и исчез в сюмпо, появляясь над Зараки. Как он и ожидал, Кенпачи рванулся вслед за ударом. Карасу коршуном упал на своего противника, Зараки едва успел отпрыгнуть в сторону, и снова его достал клинок. – Ощутимо захирел,– услышал он голос Кеншина в облаке пыли, стирая со щеки кровь. Удар, выпад– рукоять вывернулась из пальцев и улетела в сторону, Карасу как по волшебству оказался за спиной Кенпачи и жестким ударом локтя заставил его распластаться на изгрызенной следами ударов мостовой. – Рад был встретиться и сразиться с тобой,– услышал Зараки голос Кеншина, после чего мужчина скрылся в сюмпо. – Ты стал заметно сильнее,– заметил Кенпачи, подбирая меч и вкладывая его в ножны.– Давненько меня никто не валял в пыли, хех! *Холм Сокёку* Кеншин появился там последним, когда Шаолинь со стороны Сообщества Душ и Юмия со стороны Мира Живых создали коридор телепортации. Акира с ребятами уже в Мире Живых, но малышка Фонг продолжала ждать его, хотя Кеншин мог добраться с помощью Гаррганты. – Ты плачешь,– удивился мужчина, стирая большим пальцем слезинку со щеки Шаолинь. – Кеншин… мы же вернемся?– полный надежды взгляд. Кеншин взвесил в руке внушительных размеров баул и кивнул, ласково гладя свободной рукой щеку девушки и накрывая ее губы своими. – Зачем ты меня ждала?– тихо спросил он, забрасывая баул в портал. Зрачки Шаолинь расширились: за спиной Кеншина возник капитан восьмого отряда с самыми серьезными намерениями. Толчок в грудь– и последнее, что увидела Шаолинь– как Кеншин стремительно разворачивается на левой ноге и обрушивает на противника встречный удар, а потом сомкнулась воронка телепорта. – Кенши-и-и-ин!– закричала Шаолинь и упала на маты, не заметив, как оказалась в Мире Живых. Акира бросил на нее короткий взгляд и помрачнел, остальные также поняли происходящее без слов. – Он скоро вернется?– тихо спросила Юмия. – Он… там капитан восьмого отряда…– Шаолинь все еще смотрела туда, где секунду назад видела любимого человека и где сейчас расположилась пирамида с тренировочным оружием. *Снова холм Сокёку* Сразу после появления капитана восьмого отряда и отбытия Шаолинь, на холме возникли капитаны пятого, тринадцатого и… первого отрядов. – Ого!– удивился экс-капитан десятого отряда.– Вы все пришли проводить меня? Как лестно… – Ты вторгся в Сообщество душ, оставил после себя хаос и разрушения, отправив в лазарет десятки синигами,– заговорил Генрюсай.– Кроме того, на твоей совести то, что из строя выбыли три капитана Готей-13. – Ненадолго, я не бил насмерть,– тонко улыбнулся Кеншин, обводя присутствующих взглядом. Девочки не захотели бередить раны, это хорошо. Он может не сдерживаться. – Не думай, что мы тебя отпустим просто так…–угрожающе начал Генрюсай и осекся, разглядев хищный оскал, внезапно исказивший лицо Кеншина Карасу. – Ну, попробуй, старик!– совсем другой голос, наполненный жадным предвкушением битвы.– Я так давно ждал этого, но, к сожалению, эти детишки не дадут нам сразиться в полную силу. – Бакудо девяносто девять, кин! Четыре полосы, пригвождаемые к земле стальными кольями, устремились к экс-капитану десятого отряда и налетели на полусферу, сотканную из десятков тысяч крохотных зеленых шестиугольников, беспомощно отлетая в сторону. – Хадо девяносто девять,– оскалился Кеншин, вскидывая окутавшуюся чернотой руку в направлении Джуширо Укитаке.– Куроями! Искажающий пространство черный луч ударил из ладони точно в грудь капитана тринадцатого отряда, порождая взрыв черноты и отбрасывая окутанное черной дымкой, покрытое ссадинами тело в изорванной одежде далеко назад. Впрочем, Кеншин прекрасно знает, что это кидо разрушает не внешние покровы тела, как большинство других, а скелет и внутренние органы. – УКИТАКЕ-Е-Е-Е!!!!– Кьераку бросился к другу, мгновенно забыв о Кеншине, Айзен стоял и хлопал чайником: он ничего не знает об этом кидо! Ничего! И лишь Генрюсай не отвел взгляда, и только благодаря ему капитан тринадцатого отряда Джуширо Укитаке не отправился на тот свет. Сразу же после применения кидо, Кеншин вытянул руку в сторону капитанов. Шар синего света размером с голову вспух на кончике указательного пальца в мгновение ока. – Рюджин Джакка!– скомандовал Генрюсай, высвобождая свою реацу, занпакто и мгновенно, со всей силы нанося удар навстречу. Он успел заметить, как Кеншин щелкнул пальцами, открывая за своей спиной Гаррганту, а потом навстречу лавине пламени, способной испепелить четверть Сейрейтея, устремилась ровная, ослепительно сияющая синяя волна чистого разрушения. Пламя и серо столкнулись, колонна из огня и волн синего света ударила в небеса и породила горизонтальную круглую вспышку огня в смеси с синими потоками, испарившую облака до горизонта. Когда пламя опало, Генрюсай и Айзен увидели лишь стремительно исчезающую черную трещинку в пространстве. Гаррганта закрылась, экс-капитан десятого отряда исчез. Джуширо Укитаке закашлялся и пришел в себя, сплевывая кровь. Грудная клетка западала внутрь при каждом вдохе, и это было хорошо. Легкие дышат, сердце бьется, ребра не раздроблены в пыль, хотя такое могло произойти. «Он даже не ударил,– неожиданно осознал капитан восьмого отряда.– Если бы Кеншин Карасу хотел, он разнес бы Джуширо в пыль, ведь с его здоровьем он не перенес бы даже пятой части мощи этого кидо, а Кеншин не ударил и в десятую часть всей силы. Восхитительная работа, капитан десятого отряда, вы практически мгновенно подобрали такое кидо, которое и выглядит страшно, и сделает много шума, но при малой дозировке энергии не нанесет существенного вреда, и с большим номером, чтобы совсем нас впечатлить. Одновременно с этим вы показали нам свои способности, и они, признаю, очень впечатляющие даже для такого таланта. И цель подобрали очень точно, меня таким ударом вы бы, наверное, вырубили, а Джуширо уже привык к проявлениям болезни». Кьераку бросил взгляд на тяжело дышащего командира. Его атака тоже только выглядела страшно, Генрюсай едва успел оформить встречный удар хоть как-то, чтобы не бить голой реацу, из-за чего потратил колоссальное количество сил. Сюнсуй уверен, что Карасу и это предугадал, когда применил серо такой мощи, что Укитаке точно погиб бы, а он с Айзеном вряд ли бы отделались легким испугом. «Ты всегда был очень опасным мальчиком, Кеншин-кун, и за эти тридцать лет сильно рванул вперед,– думал Кьераку.– Даже недоделанное запрещенное кидо довел до ума и поднял до такой степени, что вряд ли я пробью этот щит одним ударом». *Мир Живых, особняк Кеншина Карасу, второй подземный уровень, тренировочный зал* Шаолинь и Юмия схватились за катаны, увидев открывающуюся Гаррганту. Как-то раз они уже обожглись, когда прилетели встречать с распростертыми объятиями Кеншина, а оттуда вылез адьюкас. Но сейчас из Гаррганты вышел Кеншин. – Вот и все,– вздохнул мужчина.– Как вы? – Кеншин!– Шаолинь повисла на шее и всем телом прижалась к любимому.– Я так волновалась… как ты? Что там произошло? – Ну, сначала меня пытались пленить, потом я показал, что не хочу в плен, потом атаковал еще раз и быстренько смылся,– рассказал Кеншин и растрепал черную макушку.– Ну-ну, милая, все хорошо. Пойдемте, ребята, нам пора обустроить командный центр. А то кроме лаборатории только два компа, и то один из них у Урахары… ого! Да вы что, весь склад обчистили? – Сперли примерно десятую часть добра, после чего разнесли все к еб..ням!– похвастался Фудо.– Брали не только то, что ты сказал – все, что плохо лежало! Кеншин кивнул. Почти половина внушительного подземного тренировочного зала размером с футбольное поле занимали разные ящики, тюки, баулы– все. – Вот теперь и разбирайте все это,– паскудно ухмыльнулся экс-капитан десятого отряда.– И пока не разберете– о сне даже не мечтайте! Хомяки чертовы… и не забудьте каждую мелочь проверить на следящие устройства, а то я Маюри знаю. *Сейрейтей, руины расположение двенадцатого отряда* – К-кх-кхр-р-к-хр…– пытался выдавить Маюри, безумным взором таращась на то, что осталось от его лаборатории, склада и штаба.– Ка… кхр…к-х-хр-кх-хр… КАКОГО ХРЕНА ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО-О-О-О-О????? Вопль капитана двенадцатого отряда Куротсучи Маюри поднял с деревьев стайку птиц. «Сходили в Кусаджиси для анализа интересных образцов реацу, что называется…»– мысленно простонал ученый, падая на колени и полным тоски и отчаяния взором уставившись на разрушенное детище. – Я ТЕБЕ ЭТО ПРИПОМНЮ, КЕНШИН КАРАСУ!!!!– взревел гениальный ученый, вскидывая голову к небу. И тут еще целый барак взлетел на воздух. Маюри показалось, или дым и вправду сложился в лицо скалящегося Кеншина и в кулак, скрученный в фигу?