Альфа, который не продается

Брайан думал, что поступает правильно, отказываясь от этого задания. В действительности, это был всего лишь один из многих приемов в его жизни. Давно, когда он еще принадлежал своему омеге, ему часто приходилось выходить то на одно торжество, то на другое, и это если не считать других, менее значимых событий. Может муж хотел, чтобы у него была возможность развеяться и поговорить хоть с кем-то кроме него, а может просто хотел похвастаться удачной покупкой молодого альфы. В любом случае, с того времени Брайан в любое время дня и ночи мог спокойно присутствовать на любом мероприятии и чувствовал себя там, как будто рос посреди всей этой роскоши и светского этикета. Все высшее общество казалось ему обычным и ничем не примечательным. Может поэтому он и был желанным гостем на любом приеме, ведь видел он там в первую очередь живых людей, а не счета в банках и общую стоимость недвижимости. Его расчет был прост и незамысловат. Если Николас «Номер два» после него, значит, именно его и отправят ему на замену. Никого другого Брайана просто не мог представить. Кроме того, все остальные журналисты кто мог бы его заменить в данный момент были заняты, так что Николас был не просто хорошей кандидатурой, но даже лучше – единственной. Говорили они в понедельник, вернуться тот должен был в среду, а сегодня наступил четверг. Значит, ему наверняка передали и билет на прием, и указания, что именно надо делать. Бегает сейчас, наверное, по магазинам и покупает обновки. Брайан улыбнулся сам себе. Николаса давно было пора переодевать во что-то стоящее. А то он постоянно ходил в какой-то старой, либо уж слишком нелепой одежде. Не то, чтобы Брайану это совсем не нравилось, но в омегу определенно стоило бы добавить немного лоска. А еще сделать так, чтобы тот хоть раз оказался чем-то доволен. Или кем-то. А лучше сразу им. Иногда, Брайану начинало казаться, что дело было в сексе. После той их ночи на севере Николас больше суток не язвил и не придирался к нему. Правда, был какой-то задумчивый, если не сказать подавленный. Может, боялся, что таблетки «после» не подействуют? Или там было что-то другое. Брайан тяжело выдохнул, вновь возвращаясь в те дни. Хотелось иногда просто выйти и пойти туда, куда захочешь, а не сидеть на одном месте, не имея права на свободное передвижение. Но все альфы юга жили так, другой жизни не было. И он в очередной раз корил себя за то, что никак не может определиться что ему надо. Постепенно, подошло время обеда и Брайан не спеша вышел из своего укрытия, и пошел на обед. Подобной роскошью он себя не баловал. Не в том смысле, что не обедал, а в том, что выходить в столовую и общаться с коллективом не рисковал. Омеги не имели никакой защиты перед обычным запахом альфы. Они отвыкли и за многие годы существования общества исключительно из бет и омег - любой альфа был чем-то сродни наркотику, на который подсесть ничего не стоило. Потому выходить «в общество» стоило лишь когда ты полностью уверен, что никто не уловит даже намека на запах альфы. А достигнуть такого эффекта было нелегко. И все же Брайан старался. Он специально выбирал время, чтобы в столовой успело собраться побольше людей. Так называемый час пик, когда к раздаче было не протолкнуться. Самое время, ведь можно смело подсесть к чьему-нибудь столику, или же приютить кого-то на свободном месте рядом с собой. Брайан прошел мимо припозднившихся к обеду коллег, дошел до лифта, и больше ничем, кроме мистики, не мог объяснить появление Николаса рядом с собой. Омега мрачно смотрел исподлобья, держа на плече объемную и явно тяжелую сумку. Это было заметно, по тому, как сильно она тянула вниз, вытягивая края, и как ее дно провисало дугой. И совсем странно смотрелись на омеге истертые джинсы с полинялой футболкой. - Николас? – Брайан посмотрел на него сверху вниз. Ничего не изменилось, та же старая заношенная одежда и все тот же злой взгляд. - Заметил? Здравствуй, Брайан. Рад тебя видеть. – Вокруг было достаточно много людей, иначе он, вероятно, наговорил намного больше. Но даже толпа уже не сдерживала его, чтобы пытаться хоть как-то срыть свою неприязнь. Он нажал кнопку вызова лифта вниз и уставившись на двери, как на спасение, стал ждать. А Брайан все гадал, что же произошло. Не так должен был выглядеть омега, который получил задание века. - Куда тебя на этот раз отправили? - На панель. Чаевые от клиентов могу забрать себе. Остальное велено отдать начальству. Кто-то сзади хихикнул, посчитав шутку забавной, но Брайан так совсем не считал. Где-то его план дал сбой и необходимо было выяснить, почему это произошло. Через секунду, протискиваясь сквозь толпу, к ним подошел Шерон. Еще один омега. Кажется, его отправляли на север, делать статью про фильм о похищении альф. - Привет, Брайан, - он улыбнулся выбеленными до синевы зубами и принялся накручивать неестественно завитую кудряшку, высветленных до серого оттенка волос. – Как дела? - Здравствуй, Шерон, замечательно. Как твоя статья? – Брайан улыбнулся. Вопрос про статью был стандартным. Так можно было спросить у кого угодно – в редакции постоянно кто-то о чем-то писал и сложно было прогадать. А даже если на момент вопроса человек ничего не писал, то всегда можно было сказать что-то вроде «Ты так много пишешь, странно, что сейчас ты не чем не занят» и журналист расслаблялся, радуясь, что за его успехами следят. - Замечательно. Жди на редактуре. Думаю, ты сможешь подправить, если я ошибусь? – вопрос прозвучал будто с подтекстом. Шерон явно пытался флиртовать и даже шагнул к нему на более близкую дистанцию, хотя в таком скоплении народа это легко можно было не заметить. Брайан, краем глаза заметил, как нервничает Николас, украдкой поглядывая на них. В злом взгляде зажегся нехороший огонек. - Конечно. Если что, можешь смело спрашивать. Я помогу, чем смогу. – Брайан любезно улыбнулся стандартной светской улыбкой. Он постоянно так делал на всех приемах, но это не мешало омегам «таять» глядя на него. - О, это замечательно! – Шерон улыбнулся еще шире, и придвинувшись на излишне близкую дистанцию, спросил слегка понизив голос. - Скажи, а на этих выходных ты случайно не занят? - Нет, - ответил Брайан до того как понял, что это никак не соответствует той легенде, что он недавно наговорил начальнику в попытках отказаться от приема. - Отлично! Ты не мог составить мне компанию? Главный попросил меня написать статью про одно событие. А тут приглашение плюс один. А мне, как на зло, не с кем пойти. Брайан почему-то внутренне напрягся, чувствуя, как Николас занервничал еще сильнее. Тем более, что лифт, в который он попытался войти, тут же начал сигналить о перегрузе и пришлось срочно выходить назад. Кто-то в толпе опять хихикнул, заставляя Николаса мрачнеть на глазах. - А что за прием? - Да беты все эти. Организовали целое движение, с требованием им тоже альф продавать, представляешь? Им-то зачем? Ну, так что, пойдешь? Брайан почувствовал противный холодок. Мало того, что Николас прожигал его взглядом, так еще и осознание того, что его задание перешло не тому наступило слишком быстро. Но почему не Николасу? Чем Шерон лучше? Его чуть ли не вся редакция называла посредственностью и отправляла на «стандартные» дела. - Приглашение плюс один? – переспросил он, понимая еще одну вещь – письма надо вскрывать. Он же мог пригласить с собой Николаса, пусть и не как на работу, но как на простой вечер. А там могли оба написать статьи и кто знает, Николас мог написать лучше. Николас снова толкнул его сумкой, заходя в лифт. На этот раз сигнала о перегрузе не было, и он благополучно скрылся за дверями, еще раз злобно глянув на Брайана. Ну почему всегда так? - Прости, Шерон, я не смогу, - радуясь тому, что его лифт наконец-то приехал, Брайан зашел туда. Но Шерон, к несчастью, зашел следом за ним. - Но почему? - Я, - ну вот как сказать, что ты не пойдешь, хотя сказал, что дел на этот вечер у тебя нет? – Просто один мой знакомый сказал, что ему может понадобиться помощь в выходные. Так что я не уверен, что смогу составить тебе достойную компанию. - А, - протянул Шерон, явно недовольный ответом. – Ну ладно. Спасибо. - И тебе спасибо за приглашение. Надеюсь, ты отлично повеселишься. - Угу… Весь обед Брайан старался не теряться. Постоянно с кем-то общался, хотя мысли то и дело уносились куда-то к Николасу. Кажется, теперь у омеги появились все основания его недолюбливать. Впервые он так ошибся. Надо было посмотреть на это несчастное приглашение. Хотя, Николас мог и отказаться идти с ним. Тогда можно было бы спокойно взять с собой Шерона, хотя он, в отличие от Николаса ему не нравился. Что-то в нем было искусственное, наигранное и отталкивающее. Пусть Николас постоянно подчеркивал, что Брайан ему не нравится, но эти чувства были честными, а конкретно Шерон постоянно казался наигранным и пустым. Брайан знал, что в глазах многих омег он всего лишь дорогая игрушка или дорогое приобретение, заполучить которое было бы очень заманчиво. Вот только купить его никто не мог – Брайан не продавался. Хотя его знакомый, который заботился о нем после того, как его родители умерли, неоднократно предлагал продать его снова. Но Брайан опасался повторения все той же истории. В прошлый раз у его мужа не было никаких родственников и он не мог остаться по наследству, а завещания, согласно которому он бы перешел кому-то в собственность не было. Так он и остался принадлежащий сам себе. Скорее исключение из правил. Обычно, после смерти мужа, альфы переходили ближайшим родственникам и те решали, что с ними делать: оставлять ли себе и пользоваться ими или же продать другим омегам. Еще ему повезло, что на момент смерти своего омеги он уже был совершеннолетним. Когда умерли родители, ему было всего шестнадцать, и его мнения о продаже никто не спрашивал. Он задержался на работе даже больше обычного. Весь день в голове не давала покоя одна мысль – почему Шерон? Вроде логика была проста – если на эту работу отправляли номера один, то и заменить его должны были номером два? Или у Николаса уже была работа на эти выходные? Надо было уточнить… Но ведь если прием такой важный, то Николаса бы перекинули на его задание, а на задание Николаса пошел бы кто-то другой. Брайан, в очередной раз прошел мимо опустевших мест других сотрудников, и на лифте спустился в опустевший вестибюль. Как же узнать, что произошло? Звонить начальнику и признаваться в собственной лжи было страшно, и он начал перебирать, к кому бы он мог обратиться. Первым отмел весь обслуживающий персонал и других журналистов. Первые вряд ли что-то знали, а вторые хоть и могли подсказать, но потом, скорее всего, разболтали бы всем остальным. Дальше шло начальство, которому не при каких обстоятельствах нельзя было дать понять, что Николас для него что-то значит. В своих целях это вряд ли стали использовать, но наверняка стали бы держать на заметке. Так, на всякий случай. Оставались те, кто не был замешан непосредственно в жизни журнала, но вел незримый фронт работ. Бухгалтерию Брайан отмел, как только понял, что и там слишком уж ушлые ребята и, пройдясь мысленно по отделам, дошел до отдела статистики. Там, что оказалось невероятно удобным, работал его хороший знакомый, Дени. Не то, чтобы они были друзья, но вполне хорошими приятелями их можно было назвать с уверенностью. Брайан даже пожалел, что не вспомнил о нем сразу. Он уже дошел до парка, когда наконец нашел в телефоне нужный номер. Он присел на специально отведенный газон и кинул пиджак. В теории, отдел статистики работал допоздна, подводил итоги работы за день или неделю, так что Дени вполне мог еще быть на работе. И, насколько Брайан помнил, специально подбирал себе такой режим, чтобы вставать попозже. - Алло? – послышался в трубке веселый бодрый голос. – Брайан? Неужели ты? - Привет, Дени. Извини, что не звонил так долго. - Ой, да ладно, у меня все равно дел было по горло. У тебя случилось что-то? - Не совсем у меня. Ты можешь говорить? Я просто не хотел бы, чтобы кто-то знал, что у меня тут. - А, погоди. Сейчас, - послышалась какая-то возня и хлопанье дверями. Вероятно, Дени уходил подальше из отдела, чтобы любопытных ушей поблизости не было. – Рассказывай. - Это на счет Николаса. - Я так и знал. Совсем тебя достал, да? – голос Дени звучал уверенно, словно он озвучивал всем давно известную истину. Интересно, о том, как Николас на самом деле к нему относится, всем уже давно известно? - Нет, я не про это, - быстро остановил его Брайан, прикидывая в уме, как бы обойти острые углы. - А про что? - Просто, я как-то наводил справки и многие говорят, что он в редакции после меня «Номер два». Это так? - Да, но ты не переживай. Тебя никто не заменит. Ты настолько ценный кадр, что начальство готово с тебя сдувать пылинки днем и ночью, если это потребуется. Кстати, если хочешь прибавку к зарплате, то сейчас самое время. Проси не стесняйся. - Нет. Прости, Дени, я не об этом. - Ой. Что-то тон у тебя серьезным стал, - Дени явно был озадачен, а Брайан напрягся еще больше. – Ты сейчас столько тайны понагнал, что я уже и не знаю, что думать. Рассказывай. - Так вот. Вопрос в том, почему Николаса не отправили на прием вместо меня? - Ты шутишь? – теперь тон стал серьезным у Дени. – Этому-то там что делать? - Этому? Но, он же после меня вроде номер два? - Да. Но причем здесь этот прием? - Ну, а кого туда отправлять вместо «номера один», если не «номера два»? - Ты что, боишься он тебя подсидит? - Нет. Меня интересует, почему его не отправили вместо меня. Он вроде значимый журналист в журнале и вроде действительно очень хороший. А отправили Шерона. Почему? - Потому что, Шерон - это милая куколка с черепной коробкой без содержания. Он умеет флиртовать, обольщать и льстить. Он в курсе всех модных трендов-брендов и поэтому вполне может вписаться в тусовку богатых, ничем не выделяясь. А Николаса… С чего ты вообще взял, что его должны туда отправить вместо тебя? Брайан в очередной раз замялся. С тусовкой богатеев он был знаком не понаслышке. Оттуда были его родители и его муж, и их никак нельзя было назвать тупыми. Да и остальных, с кем он общался, тоже назвать тупыми было никак нельзя. Наоборот, большинство было умными, образованными людьми. - Просто, он же номер два. - У тебя нумерация неправильная. Если уже про замещение говорить. Ты не о той статистике справки наводил. Если говорить о Николасе, то он вообще-то номер один, но только в своей рубрике. То есть те события, что освещаешь ты, стоят у журнала на первом месте. На втором, те события, которыми занимается Николас. Фактически, он номер два, потому что его рубрика стоит второй по значению. Если тебе интересно, то после тебя номер два это Эдди. Но он сейчас в декрете. Потом Арнольд, но он в больнице с переломами, попал позавчера в аварию. Дальше идет Эдгар, но он сейчас в другой стране и к приему ему никак не успеть, так что остается Шерон, номер четыре после тебя. Поэтому он и пойдет на прием. А Николаса никому в здравом уме не придет в голову его туда пускать. Это же катастрофа будет. - Почему? - Ты его видел? - Да. Так почему? Я не понимаю, прости. Вроде же его работа высоко ценится. Но при том, его отправляют на какие-то странные задания. И, честно говоря, они какие-то ниже плинтуса. - Не извиняйся. Объясняю. Этот парень не из высшего общества. Он, что называется, близок к народу. Легко находит общий язык с людьми из низов. У нас никто не мог втереться в доверие ни к бомжам, ни к путанам, а он на раз-два. Как у него выходит, я не знаю. Видимо, это компенсация. На нормальное общение он не способен, зато с теми, кого общество не принимает, он на короткой ноге. Мы его как-то к авторитету одному отправили, так он чуть ли всю его черную бухгалтерию с собой не упер. И до сих пор в его доме желанный гость. А если ты думаешь, что задания ниже плинтуса, то ты ошибаешься. - Но, он говорил, что два дня в лесу и какие-то студенты с допотопной аппаратурой… - Это он так сказал? – в трубке послышался смех. – Ну, что я говорю? Не может Николас нормально общаться. Эти студенты с допотопной аппаратурой - лучший курс нашей киноакадемии. Ребята гордость преподавателей. Кроме того, они, что называется, делают ретро-кино на ретро аппаратуру. Так что это не хлам, а очень важная, с точки зрения истории кино техника. Сейчас очень популярны стали направления, в которых возрождают старые методы изготовления чего угодно. Ребята вон из кожи лезут, чтобы сделать спецэффекты не хуже 3-D, но по старинке. Николас уже статью сдал. Говорят, что режиссер фильма не хило так тратится, чтобы всю эту кампанию по возрождению кино распиарить. И Николасу не хило так отвалят, и за укусы комаров, и за прочие неудобства. - Но он же в высшем свете работы хочет. - Перехочет, - жестко отрезал Дени. - Там он никому не нужен. И лучше его на пушечный выстрел к элите не подпускать. Одно неверное слово, и наш великий журнал будет выпускать туалетную бумагу. В общем не переживай. Он тебе не соперник. Тебе никто не соперник, ни Эдди, ни Арнольд ни, тем более, Шерон. - Спасибо. Можно тебя еще кое о чем попросить? - Конечно. - Ты не мог бы дать мне телефон Николаса? - Зачем? - В любви ему признаться хочу. - Насмешил. Сейчас, - вновь послышались шаги и хлопки дверей. – Ага. Сейчас я тебе по смс перешлю. И еще заодно фотку - поржать, а то у тебя настроение ниже плинтуса. - Спасибо тебе большое. Я даже не знаю, как тебя отблагодарить. - Тортик нам в отдел занесешь, ладно? - Спасибо. И сам испеку. - А то, - Дени отключился, и уже через минуту телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Брайан открыл и не поверил своим глазам. Внизу под номером была фотография Николаса. Кто и как ее сделал было непонятно, но омегу на ней было не узнать. Николас «голосовал» на краю тротуара, в блестящих туфлях на шпильке, обтягивающих до неприличия розовых брюках, с демонстративно расстегнутой пуговицей на поясе, обтягивающем топике о стразами. На лице был макияж-вырвиглаз, волосы залиты лаком, и по всей вероятности, тонированы какой-то красной краской. Николас смотрел горящими развратными глазами, и кокетливо выставив бедро, призывно тянулся рукой, останавливая какую-то машину. Под фото была подпись «Год назад, заказ от полиции нравов». Если бы Брайан не сидел, он бы точно плюхнулся там, где стоял. Это Николас? Вот значит, как он работает. Но отвращение фото не вызвало. Как раз наоборот, такого, развартно-распущенного Николаса он и запомнил. Помнил этот огонь в глазах и это тело, которому все время было мало. Сбивчивое дыхание, шепот, Николас судорожно стаскивает с него одежду и садится сверху. Брайан помнил, как тогда сорвался и брал его раз за разом. Омегу хотелось подавить, подчинить себе, а после сдаться самому, забывая обо всем рядом с ним. Первая волна животной страсти прошла и тогда захотелось стать тем, кого Николас не забудет никогда. Последний секс был излишне правильным, но это оказалось именно тем, чего хотели они оба. Словно в подтверждение, что их связала не течка, а что-то иное, намного более глубокое и обдуманное. А после был поцелуй, всего один, но в нем было столько недосказанности, что казалось за его смыслом стоит целая вселенная. Брайан глубоко вздохнул. С каждым мгновением, переживаемых раз за разом воспоминаний, становилось все труднее собраться с мыслями. А надо было срочно делать то, что он задумал. Пролистав список контактов, он нашел то, что искал. Оставалось лишь надеяться, что не все приглашения еще разосланы. И что с него не спишут состояние за звонок в чужую страну. Он набрал номер и ему повезло. В трубке раздался заспанный, но вполне дружелюбный голос. - Брайан. Ты поздно. Что случилось? – Джен, сын самого известного на юге торговца альфами, всегда относился к нему хорошо. Чего нельзя было сказать о его альфе, недовольно ворчащему на заднем плане. - Джен. Ты ведь знаешь, что на выходных будет прием? Беты хотят покупать альф. - Да. Если папа попросил тебя… - Нет. – Брайан перебил его на полуслове. С его отцом он не общался достаточно давно, и никогда не участвовал в попытках того руководить сыном. Если не считать тех подставных торгов, когда папа Джена попытался их сосватать. - Мне нужно приглашение. Приглашение плюс один. Джен, пожалуйста. - Не знаю. Смогу ли я достать. Уже поздно наверное. Слушай, а второй-то кто? - Николас.