Шаблон справедливости

      «Ты непроходимый кретин» - сообщает Сэм зеркалу. Зеркало отражает его самого, одетого по всем правилам офисного дресс-кода, открывающийся рот, синяки под глазами и выражение усталой обреченности в глазах. Сэм честен – нужно быть идиотом, чтобы решить «немного поработать» перед сном, а в пять утра прийти к выводу, что легче совсем не ложиться спать. И ладно бы, от этого «поработать» был бы какой-то толк…       К семи начало саднить горло – Сэм понадеялся, что это просто побочная реакция на открытое окно и добитую пачку сигарет. К девяти надежда начала рассыпаться. К пятидесяти минутам десятого надежда умерла. Сэм ополаскивает лицо холодной водой, вытирает его бумажным полотенцем и выходит навстречу рабочему дню, в котором ему не хватило ума послушать начальство и ночью лечь спать.       В кабинете его встречает Меган. - Опять ты! – Винчестеру, уже было приготовившемуся к расправе с особой жесткостью приходится потратить несколько мгновений на то, чтобы сориентироваться. - Где Тенебрис? - Мистер Тенебрис, - поправляет его девушка, смерив недовольным взглядом, - приезжал в семь с Трикстером, сходил к программистам, вернулся, взял серый в черную полоску шелковый галстук, велел слушаться тебя, забрал Трикстера и уехал. - Это всё? - Нет, мистер Винчестер, еще он прочел мне сказку, посоветовал не покупать сумки из последней коллекции Шанель и пригрозил увольнением, если я сделаю еще одно селфи на рабочем месте, - саркастичной скороговоркой отзывается Мег, - еще ты что хочешь знать? - А ты что здесь тогда делаешь? - А ты не очень умный, да? - Я очень не выспавшийся, - вздыхает Сэм, и хорошо, что вздыхает, потому что выражение лица Меган смягчается. - Если ты посмотришь на стол, то увидишь там кофе. Он горячий и его можно выпить, чтобы почувствовать себя лучше. И я здесь, потому что в курсе, что ты пунктуален, как английская королева. - Так меня еще не называли… - Ага. Мистер Тенебрис просил тебе передать, что ты должен работать за его компьютером. Он приедет в течении рабочего дня, так что не расслабляйся. - Постой…, - Винчестера пронзает внезапная идея, - ты не знаешь, почему мистер Тенебрис решил, что мне стоит работать здесь? Я имею ввиду, в этом кабинете?       Секретарша буравит его взглядом секунд пять. Сэму кажется, что теперь она точно считает его, если не идиотом, то «не очень умным», уж точно. - Посмотри внимательно на углы. Внимательно.       Винчестер послушно обводит глазами помещение. Псевдо-фикус, столик, угол шкафа, угол шкафа, белый потолок. Переводит непонимающий взгляд на Меган – подтверждать свое непонимание происходящего словами совершенно не хочется. - О-мой-бог, - по слогам произносит она, - ты действительно не понимаешь. Сэм, ты смотришь на то, что есть в этих углах, а теперь подумай о том, чего там нет.       И чего там, черт во… - Камеры, - осененный догадкой Сэм едва ли не выкрикивает слово. - Аллилуйя, - на манер церковного хориста пропевает Мег и не дожидаясь, пока Винчестер спросит что-то еще более глупое, оповещает его, - мне надо работать. Если что – пиши. Если что-то срочное – всё равно пиши, я забыла, как менять мелодию на звонке, а та, которая стоит сейчас меня раздражает. ***       Ближе к концу рабочего дня глаза Сэма нещадно слипались, голова гудела, а горло по ощущениям, собиралось прорезать в шее выход и сбежать от бестолкового хозяина. С работой дела обстояли не на много лучше, и кроме того, что продолжил предыдущие поиски зацепок, Винчестер не сделал никаких принципиально новых открытий. Поэтому в пять пятнадцать Сэм, опершись головой на руку, раздумывал над вопросами вселенской важности.       Если Тенебрис посадил его сюда, потому что тут нет камер, значит ли это, что он подозревает, что записи куда-то попадают? Или, что Сэм может найти что-то потенциально полезное, но опасное, а потому старается обеспечить защиту? И если Тенебрис посадил его сюда не из-за каких-либо личных соображений (Сэм почему-то несколько недоволен этим фактом), то значит ли это, что он все-таки вербует Сэма для работы непосредственно на себя?       Если все мишки – пчёлки, все пчёлки – шишки, значит, все мишки – шишки. Да или нет?*       От звука открывающейся двери Сэм дергается, как от сонного паралича.       Впрочем, не то, чтобы это действительно было далеко от реальности. - День до-о… - на пороге оказывается не сэр Тенебрис, а незнакомый Винчестеру мужчина средних лет, который кажется удивленным, - …о-обрый. А где мистер Тенебрис? - Здравствуйте, - кивает Сэм, стараясь выглядеть невозмутимо, - мистер Тенебрис уехал, я Сэм Винчестер, в некотором роде его заменяю. Странно, что Меган вам не сказала. А вы… - Эдгар, просто Эдгар, - улыбается незнакомец, - Меган – это прекрасная мисс Даеделл? Ее нет на месте, так что я решил занести бумаги сюда. Это документы по подкасту, и передайте мистеру Тенебрису, что я заходил. Он поймет. До свидания. - До встре…, - бумаги остаются на краю стола, а дверь за посетителем захлопывается еще до того, как Сэм успевает договорить. Винчестер решает не сотрясать воздух зря и пишет Меган сообщение.       На самом деле, время близилось к шести, что означало закончить рабочий день и начать день учебный… Сэм практически отправляет сообщение Габриэлю, потом удаляет текст, решая, что он не при смерти и высидеть пару лекций будет на самом деле не настолько сложно, как кажется уставшему мозгу.       Неизвестно, откуда Меган добиралась до кабинета, но судя по чувству времени усталого Сэма, шла секретарша примерно от Канадской границы. А кофе готовила недалеко от Мексиканской. - Босс, ты не офигел? - Эдгар приходил, - Винчестер игнорирует возмущение девушки с такой легкостью, словно всегда это делал, - принес бумаги. - Дай ему медаль, - вздыхает та, ставя перед Сэмом кофе, - он эти бумаги неделю нес. Мистер Тенебрис не приезжал? - Не-а. Кстати, Эдгар назвал тебя «прекрасной мисс Даеделл»… - Столько раз ему напоминать про один единственный пакет документов, я у него не то, что прекрасной, я у него идеальной должна быть… - Я не к тому. Ты случайно не родственница мистера Даеделла, который преподает историю музыки в музыкальном институте?       Меган выглядит так, как будто медаль сейчас получит Сэм. За количество идиотских вопросов, заданных за день. - Ты, конечно, редкостный тугодум, - подытоживает она, - у нас только ленивый не знает, что Азазель мой отец. Но ты, естественно, не в курсе, потому что очень занят и совершенно не хочешь лезть в чужие жизни, да? А еще ты не слишком общительный, но во всем виновата Трикси, которая…       Уж лучше была бы медаль.       Тенебрис в офисе так и не появляется, поэтому Сэму приходится выслушивать нотации Меган по поводу собственной социальной активности еще час – он был бы и рад поехать на учебу на метро, но одно только его предложение о подобном вызвало у мисс Даеделл очередной приступ гнева. Чем обусловлено подобное поведение Винчестер не хотел знать. Где-то на краю сознания неявно мельтешила мысль о том, что девушка если не считает его новым лучшим другом, то испытывает странную симпатию. Странную не оттого, что Сэм считал себя неподходящим объектом (а он считал), а оттого, что Меган сама сказала, что практически находится в отношениях. К тому же, Гейб говорил про ее влюбленность в Тенебриса, и повода не верить Гейбу не было.       Если только дело было не в какой-то хитроумной шутке. Уточнить этот вопрос тоже не удается – Трикстер попросту не появился на парах.       По дороге домой Сэм практически засыпает в метро, практически забывает зайти в магазин, практически путает входную дверь со стеной и практически успевает отчаяться, что, впрочем, проходит в тот же миг, когда его голова касается подушки. *** - Просыпайся. - Да поше… - Сэм! - А? Да, доброе утро, - Сэм проводит рукой по лицу, открывая глаза. Телефон у уха продолжает издавать звуки. - Дверь открой, - звонок заканчивается, и Винчестеру приходится собраться с мыслями и осознать свое положение в пространстве. Мобильник высвечивает шесть тридцать утра. Мобильник едва ли не улетает в стену.       Отпраздновать то, что у него получилось проспать целых семь с половиной часов Сэму не хочется. Сэму хочется не вставать и закрыть окно шторами, и закрыть глаза, и…       И нет, приходится встать. К двери он продвигается на ощупь – кажется, что сон совершенно не собирается его отпускать. Однако сон меняет свои планы, или Сэм меняет планы сна, когда все-таки добирается до двери и открывает ее. - И тебе доброе утро.       «Ты больной?» - спрашивает его взглядом Сэм, жалея, что среди курсов Стенфорда не было ни одного с названием «Ненависть в быту». - Так я зайду? – ничего нового – в дверях оказывается утренний, невозмутимый, нахальный Тенебрис, расслабленно разглядывающий Винчестера и его последующую реакцию. Винчестеру жаль, что Тенебрис – не мобильный телефон, и кинуть его в сторону стены было бы не самым легким делом. - Кофе, - первое, что произносит Сэм, отходя от дверного проема, - ты варишь кофе. - Я привез завтрак? – полувопросительно отвечает начальник. Винчестер, в этот момент уже практически преодолевший маршрут до ванной комнаты, оборачивается, чтобы… - не китайская еда. Нормальный завтрак. - Иди ты со своим завтраком… на кухню, - вздыхает он.       Розовато-оранжевый рассвет бликует в глазах Люцифера, и только поэтому Сэм замечает, что тот до сих пор рассматривает его. Секунды тянутся медленно, воздух в комнате переливается согласно цветовой гамме поступающего из окна света, Сэм пытается понять, какого черта он стоит и не делает ничего.       Хотя бы не включает свет.       Когда взгляд Люцифера перестает рассеянно блуждать, находя свой ориентир в глазах Винчестера, у последнего перехватывает дыхание. Он разворачивается и уходит, и закрывает за собой дверь ванной слишком резко для того, чтобы показаться невозмутимым, или хотя бы сделать вид, что ничего особенного не произошло.       Перед глазами стоит лицо Тенебриса, его приоткрытый рот, его тяжелый взгляд, в котором Сэм отчетливо распознает если не желание, то определенно интерес. Он вздыхает как-то слишком судорожно, потому что проблема не столько в том, что он увидел, а в том, что, черт возьми, почувствовал – его утренняя незамеченная эрекция переросла во вполне осознаваемое возбуждение, и произошло это только потому что…       Потому что он увидел это. Потому что ему это понравилось.       Сэм роняет голову на собственные руки, стараясь выровнять дыхание и затолкнуть удушающее чувство стыда, Сэм стягивает боксеры и смело делает шаг под холодные струи душа, он знает – можно и нужно сделать вид, что ничего не произошло – всего лишь обыкновенная стыдливость и игра света, ничего не произошло – кроме того, что в этот раз перед ним не девушка, и ничего просто не произошло.       Ему всего лишь показалось. Если мало спать и забывать про еду, и быть одержимым работой – то жизнь станет сложнее. Если не общаться с друзьями, если не писать в фейсбук…       В реальности у Сэма появляется еще один повод дать себе самому пинка – горло, которое вроде бы не саднило, когда он проснулся, после холодного душа объявило войну. В аптечке валялось что-то на этот случай, но для того, чтобы выпить таблетку, надо было найти аптечку, и Сэм подозревал, что на это потребуется часа полтора, не меньше.       Итого, лучшим выходом было бы пить чай и держать себя в тепле.       Сэм выходит из комнаты в брюках и рубашке, босыми ногами доходит до дивана, на котором небрежно валяется пиджак, достает сигареты. С кухни тянет запахом кофе. Из приоткрытого окна тянет холодным воздухом. Сэм игнорирует собственное желание завернуться в плед. Щелкает зажигалка. - Проснулся? – в дверном проеме появляется Люцифер, чтобы увидеть его совершенно не нужно оборачиваться. Сэм закидывает голову и рассматривает линию горизонта и линию окна. Сэм рассматривает клубы дыма, которые сам же и выпускает, и от этого действительно становится легче. - Да, - просто отвечает он. - Тогда пей кофе, завтракай и поедем тренироваться. Как раз будет время рассказать тебе новости. В частности, про твоего брата и его команду.       Сэм ставит мысленную галку напротив пункта «ничего не произошло» и поворачивает голову. Совершенно спокойный Люцифер выглядел так, будто кухня принадлежала ему, гостиная принадлежала ему, да и вообще это Сэм появился на его пороге в половину седьмого утра. - Ты садист, - оповещает начальника он, - ты чертов садист, ты в курсе? - Скажем так: ты не первый, кто мне это говорит, - усмехается тот, - кофе? Апельсиновый сок? Бейгл с индейкой? Фруктовый салат? - Ладно, ты заботливый, но всё равно садист, - Сэм докуривает и кидает бычок в банку из-под энергетика (надо бы найти пепельницу получше), - кофе. - Всё на кухне. Кстати, ты не против, если я пока возьму твой ноутбук и установлю на него пару программ? Для защиты информации. - Устанавливай, - кивает Винчестер, - дай только пароль ввести. *** - Так что я делаю вывод… Опять стойку не держишь. Вот, молодец. О чем я там? Ах да, вывод. Я делаю вывод о том, что всё происходящее – не попытка подорвать мою репутацию, как легко подумать. Тот, кто с нами играет, прекрасно осведомлен о том, что я обеспечил себе защиту в случае любого катаклизма, а значит, конечная цель – кто-то другой. - Не лейбл? – Сэм уклоняется от демо-версии удара. Тренировочные увороты. Скука смертная, но после выматывающей ходьбы кажется вполне себе стоящим занятием. - Нет конечно. Лейбл никогда нельзя разрушить. Разве что имя потрепать… Для остального есть адвокаты, - Люцифер подмигивает, Сэм чуть ли не ловит по-черепашьи медленный удар, - аккуратнее. Так вот, из линейки вариантов я склоняюсь к Матинус. Она единственная, кто имеет большие полномочия, чем я, и единственная, кто в данной ситуации не имеет плана отхода. И только ввиду собственной недальновидности – с тремя заместителями она не имеет ни одного доверенного лица. - Так у тебя же генеральная… - Которую она видела единственный раз в жизни – когда подписывала. Нет, суть не в полномочиях, а в представительстве. Я не могу ее представлять. Я и не стану. - И какой смысл в том, чтобы подставить ее? Кому переходит лейбл, если ее отстраняют? - Это решает совет директоров мейджора. Когда отец Матинус погиб, она занимала должность исполнительного, поэтому мы решили, что… - Мы? – перебивает его Винчестер. Мозаика, которую он сложил в своей голове моментально начинает рушиться. Тенебрис поджимает губы – то ли разыгрывая смущение, то ли извиняясь. - Ты не спрашивал, - говорит он так, словно это всё объясняет. На самом деле, это не объясняет ровным счетом ничего, кроме того, что Сэм потратил уйму времени на проверку заведомо неверных предположений, - и это ничего не меняет. О том, что я держатель акций знает очень узкий круг людей. - Я должен почувствовать себя особенным, да? – Винчестер пытается дышать ровно и не превратить топтание тренировочного боя в бой реальный. - Нет, не особенным. Просто человеком, которому я доверяю настолько, что не стараюсь следить за своей речью в его присутствии… Сэм…       Тенебрис отходит на шаг, и Винчестер опускает ноющие руки, никакого удовольствия от этого, однако, не ощущая. - Что? – медленно спрашивает он. Начальник вздыхает так, словно это его проблема – удерживать себя от желания размазать себя же по стенке. - Встань на мое место. Ты работаешь на меня три недели, всего три недели. Да, я поручил тебе задание, которое совершенно не входит в твои полномочия, но я обещаю возместить твои усилия и потраченное время. Да, я не рассказываю тебе всего, но только потому, что не хочу втягивать тебя в заведомо опасное дело, которое может не только погубить твою карьеру, но и зацепить свободу. Есть вещи, в которых я не разобрался сам, и я не могу позволить тебе влезть в них на всех парах, с развивающимся флагом вселенской справедливости и шаблонными способами оценки ситуации. Ты – стажер, который будет зачислен в штат только через неделю, но даже когда ты будешь зачислен, по бумагам ты останешься младшим юристом, который не будет нести ответственность ни за одну из вещей, которые могут принести тебе вред. По крайней мере, до тех пор, пока я не буду уверен, что ты справишься с каждой из них.       «Место, Винчестер». - Понял. Ты прав. Спасибо. Я пойду пройдусь. - Тренировка не окончена! – летит Сэму вслед. - Будет следующая.       «Место, Винчестер». ***       После перекура Сэм получил колкий взгляд и очередной день работы наедине с собой. Тенебрис захватил папку с документами, которую принесли вчера и ушел. Меган тоже не появлялась, и Винчестер решил, что так даже лучше.       Настроение начало более-менее подниматься только после обеда, ради которого Сэм даже спустился в фуд-корт, хотя больше всего ему хотелось остаться в кабинете, заперев его изнутри и не вылезать оттуда до самого второго пришествия. Дело было, скорее всего, в недостатке кофе, но по возвращении обратно, Винчестер перестал пытаться злиться на себя. «Перестань психовать из-за того, что я наступаю твоей гордости на хвост» - звучал в голове голос Тенебриса. Весьма обоснованно звучал, потому что Сэм был готов признать правоту начальника.       Он же юрист, черт возьми. Он никогда, никогда не должен позволять себе такие выкрутасы. И хорошо бы обвинить в своем поведении Люцифера, хорошо и легко, но не Люцифер получил адвокатскую лицензию, и не Люцифер обязан держать себя в руках. Люцифер вообще, если подумать, нянчится с ним, как с ребенком, и это, в принципе, намного больше, чем Сэм мог надеяться получить.       Потому что навряд ли еще какой-либо начальник стал бы тратить свое личное время на стажера. Вряд ли бы успокаивал его и вселял уверенность в себе. И точно, уж точно предпочел бы подставить под удар, а не уберегать от него.       Сэм упаковывает свое недовольство в воображаемую коробочку, а коробочку выкидывает в окно.       И начинает пересматривать свои выводы в связи с открывшимися утром обстоятельствами.       И даже горло, тревожащее его весь день, перестает болеть. ***       Тенебрис появляется на пороге кабинета ровно в тот момент, когда Сэм берет направление в сторону выхода. - Пять пятьдесят восемь, Винчестер, куда спешишь? - Получать образование? - А, точно. Ты помнишь, когда будет слушание по моему делу? - В понедельник по домогательству, 28-го рассмотрение иска артиста, 29-го реализация, третьего октября цифровая подпись, подкаст идет сейчас, информационная уязвимость начнет рассматриваться пятого. - рапортует Сэм. Тенебрис выглядит довольным. - Восьмого ты вылетаешь в Нью-Йорк, до одиннадцатого, возможно, двенадцатого. - Не понял, - Сэм искренне хмурится. - Я улетаю завтра утром на неделю туда же, вернусь и буду здесь до третьего, потом обратно, и до одиннадцатого уже точно никуда не двинусь. В первый заход с подкастом, во второй… хотя это ты уже сам узнаешь. Билеты закажет Мег, смело ее пинай. К третьему числу ты уже должен числиться в сотрудниках Морнингстара, получить зарплату и командировочные, это тоже проконтролируй. Так, по поводу пропуска я сам… Вопросы? - Ты не подписывал договор о том, что я представляю твои интересы в суде и не выдал список заданий, значит ли это, что я могу просто сидеть здесь и заниматься предыдущей работой?       Тенебрис благостно хмыкает, обходит свой стол и достает из ящика бумаги, чтобы показать их Винчестеру. - Верхняя полка, - бумаги отправляются обратно, - договор готов уже давно. И я буду звонить, так что с заданиями разберемся. На учебу подбросить? - Было бы неплохо, - кивает Сэм. - Ну пойдем, - Люцифер церемониально открывает перед Винчестером дверь, ожидая пока тот выйдет из кабинета, - Как прошел день? - Лучше, чем я полагал. Начал систематизировать изменения в документах. Внесены они грамотно – если один документ цепляет другой, то изменены все. Если не знать, что и где искать, в жизни не найдешь. - Ну, мы уже поняли, что с нами играет кто-то очень умный, - усмехается начальник, закрывая дверь на ключ. - Я бы сказал, слишком. И это явно не один человек. Одному это физически не под силу. Я не могу понять логику – зачем так заморачиваться? Зачем делать изменения, которые можно исправить? Зачем взламывать базы и не использовать данные? Только чтобы показать, что они могут? - Тише, мсье Винчестер, договорим в машине. - У тебя паранойя, - вздыхает Сэм, заходя в лифт. - Согласен. Но моя паранойя меня бережет.       Винчестер уже начинал привыкать к поездкам на серебристом спорткаре начальника. Привык бы и совсем, если бы не нужно было ездить на метро. О собственном автомобиле Сэм особенно не задумывался – общественный транспорт, помимо того, что обходился дешевле, еще и не облагался обязательным налогом. Но мысль о покупке все-таки мелькала в голове. Покупке чего-то такого же серебристого, с хромированными вставками… - Возвращаясь к нашим мстителям, - и быстрого. Серьёзно, эта машина стартовала с сотни, - ты верно спросил про то, кому переходит лейбл в случае отстранения генерального. Самый очевидный вариант – мне – отпадает, потому что у меня уже было несколько возможностей встать во главе, и я этого не сделал. Формально… Вот черт… - Опять что-то, чего я не должен знать? – не особенно возмущаясь, спрашивает Сэм. - О нет, ты должен знать, я - кретин, - Тенебрис резко выворачивает руль, не особенно заботясь о снижении скорости, - у тебя появилось новое должностное обязательство: напоминай мне иногда не быть слишком самоуверенным. - Не то, чтобы я против. Я так понимаю, что на учебе я сегодня не появлюсь? - Да, не появишься. И поймай пока тишину. *** Если все пчёлки – шишки, а все шишки – миш… Тьфу ты. Сэм, едва ли не засыпающий над бумагами, откинулся на спинку дивана. Диван возмущенно скрипнул. Тенебрис в кресле дернулся, из чего Сэм сделал вывод – начальник тоже практически уснул. - Ты самолет не пропустишь? - Не должен, время только…, - начальник поднимает руку с часами и округляет глаза, - вставай, половина второго. - Бумаги забрать можно? – не то, чтобы Винчестер в самом деле полагал, что ему позволят развести такой же макулатурный рай у себя дома… - Да, - ответ удивляет, - только Габриэля к ним не подпускай. Что? - Не думал, что ты согласишься. - Вчера я бы не согласился, но сейчас думаю, что мы должны немного ускориться, - Тенебрис потягивается на кресле и Сэм отводит взгляд, - пока меня нет, будешь работать в моем офисе, я позвоню днем или ближе к вечеру. Они поднимаются почти синхронно – Люцифер снова исчезает в глубине своего дома, а Сэм собирает раскиданные по столу бумаги. Сначала по столу гостиной, потом по кухонному, цепляет пару листов с каминной полки. Стопка получается внушительная. Тенебрис выныривает из спальни – Сэм видит в незакрытой двери все признаки кровати – с небольшой сумкой, которая явно не предназначена для вещей, которые могут пригодиться в недельной командировке. - Собрал? - Ага. - Отлично, подержи, - Винчестер забирает сумку из рук начальника. Тот снова уходит, но на этот раз в сторону двери, к лестнице, ведущей (судя по всему) на цокольный этаж. Потом Сэм получает еще одну стопку бумаг, Тенебрис выключает свет и закрывает дверь. Доезжают до Винчестеровского дома они в молчании, несмотря на то, что Сэму хочется сказать что-нибудь подобающее случаю, вроде «будь аккуратен», или хотя бы «удачной поездки», но на прощание выходит сказать только «до встречи», и несколько секунд смотреть вслед уезжающей машине. Ветер доносит до ушей чей-то веселый пятничный гомон, шум машин с автострады Голливуд, играющую где-то вдалеке музыку, Сэм Винчестер проводит рукой по усталому лицу и решает, что этот день, наконец, окончен. *** - Сэм, презентабельный вид, быстро! – Меган залетает в кабинет как раз в тот момент, когда Винчестер уже собирался заблокировать компьютер и пойти обедать. - Не понял, - хмурится он, но на стуле выпрямляется. К счастью, рубашка была поглажена еще утром, поэтому делать иные движения было не нужно.       Мег оглядывает его каким-то абсолютно ошалевшим взглядом. Она явно собирается что-то сказать, но оказывается прервана стуком в дверь. - Меган, принеси, пожалуйста, кофе, - произносит незнакомая Сэму девушка, пересекая порог кабинета, - мистер Винчестер, добрый день.       Тут и Нострадамусом быть не надо. Мег, еще пару секунд простояв в непонятной Сэму вариации ступора, выходит. - Добрый день, мисс Матинус, - девушка в дань вежливости поднимает уголки губ, почти сразу же опуская и занимает одно из гостевых кресел за столом. - Не сочтите за любопытство, мистер Винчестер, но объясните мне, что стажер делает в кабинете коммерческого директора, когда коммерческого директора нет не то, что в городе, а в штате вообще? Чем вы тут занимаетесь? - Я понимаю природу ваших вопросов, - Сэм осторожно подбирает слова, - мистер Тенебрис поручил мне перепроверить материалы по делу о краже цифровой подписи у мистера Редфилда. В процессе появилась необходимость запрашивать документы из архива коммерческого отдела, и мистер Тенебрис предложил мне занять его кабинет на время проверки.       Не то, чтобы Сэм верил в бога, но сейчас было бы очень кстати помолиться неведомым силам – откровенный бред, который он произнес, мало того, что представлял собой малосочетаемую конструкцию частей, так еще и самим Сэмом ощущался как огромный транспарант «Этот парень что-то скрывает!» над головой.       Но всё оказывается не так. - Что ж… Я уточню у мистера Тенебриса сроки вашего пребывания в его кабинете. Он не сказал вам, кто остается вашим руководителем на время его отсутствия? - Мистер Тенебрис сказал, что сам проконтролирует мою работу, - Сэм решает, что мисс Матинус ему не нравится. Не потому, что она фактически его допрашивает, а потому, что что-то в ней неуловимо отталкивает. - Отлично-отлично, - кивает та, медленно произнося слова, - в таком случае, давайте потратим немного времени на знакомство. Насколько мне известно, вы закончили Стэнфорд. - Да, - из курса психологии этого самого Стэнфорда Сэм помнит то, что уверенность в себе проявляется в широких позах, поэтому откидывается на кресле, - юриспруденция. - М-м, - генеральный директор не выглядит удивленной, - и как закончили? - Одним из лучших, - пожимает плечами Сэм. В кабинет бочком протискивается Меган с подносом. Мисс Матинус терпеливо выжидает, пока девушка покинет кабинет, и только потом продолжает. - И сейчас вы продолжаете обучение в Музыкальном Институте Лос-Анджелеса. - Да. - Вам у нас нравится? - Вполне. Интересная работа. Требует развиваться быстрее, чем, полагаю, делал бы это в другом месте. - Смотрите с точки зрения личной выгоды, это хорошо. Квалификацию вашу проверять я не буду, - блондинка сощуривает взгляд, - не моя забота. Зайдите ко мне, когда ваша перепроверка будет закончена.       И вместе с чашкой кофе Матинус покидает кабинет. Сэм быстро решает, что легко отделался и радуется тому, что не ляпнул пришедшее в голову «какая перепроверка?», забыв про надуманную причину, едва ее произнеся. Он даже успевает набрать Тенебриса до того, как в кабинет залетает Мег. Хорошо, что секретарше хватает ума не начать что-либо говорить, игнорируя телефон у уха Винчестера.       Люцифер достаточно долго не берет трубку, и Сэм уже ожидает услышать записанный вариант его голоса в автоответчике, когда вызов оказывается принят. - Ну и что там случилось за... – не записанный вариант голоса оказывается хриплым со сна. Тенебрис выговаривает слова медленно, словно для каждого приходится задумываться, - полдня? Ты должен назвать весомую причину нарушения моего дневного сна, ты знаешь? - Мисс Матинус заходила, я сказал ей, что перепроверяю в вашем кабинете бумаги о краже подписи, мистер Тенебрис, - о наличии Мег в офисе забывать не стоило. Даже при всей ее лояльности Люциферу, - она собиралась звонить вам. - Лилит? Боже, девочке не сидится на одном месте… У нее несварение, пусть Меган подсыплет ей в кофе лекарство, она знает. Ты не один? - Да, с Мег, - и это чертовски неудобно, потому что Сэму хочется рассказать Люциферу и о допросе, и о том, что Матинус ему не понравилась, и о том, что та просила зайти позже, и Сэму надо придумать, что ей говорить, хочется просто поговорить, пока Люцифер такой – заспанный и не способный на сложные речевые конструкции, спросить о том, знает ли он проблемы всех своих сотрудников, или только верхушки… - Тогда я лучше… м… перезвоню позже. Да. А в целом всё в порядке? - Всё нормально. - Хорошо. До вечера, Сэм. - Да, - Винчестер откладывает телефон. Это оказывается достаточно для того, чтобы прорвать речевую плотину Меган – секретарша буквально взрывается словесным потоком. - Я пыталась ее отговорить, но у нее несварение, мистер Тенебрис это как-то сразу понимает, а я нет. Она же не сказала ничего плохого, да? Мистер Тенебрис говорил, что ее нельзя пускать к тебе, он меня убьет? - Мег, - останавливает ее удивленный Сэм, - всё в порядке, ты чего?       Девушка впервые на его памяти едва ли не заламывает руки. - Он сказал не пускать, а я его подвела, - Винчестер даже решает, что это какая-то актерская игра – Меган выглядела всерьёз напуганной. - Ничего плохого не случилось, - максимально успокаивающе произносит он, - это была двухминутная беседа о Стэнфорде. Мистер Тенебрис сказал, что тебе нужно подсыпать лекарство мисс Матинус в кофе, и он определенно не зол. - Подсыпала уже, - вздыхает Меган, замолкая на несколько мгновений. Потом она словно просыпается – на лицо возвращается привычное ей выражение – смесь легкой надменности и усталого пофигизма, - он правда не злится? - Определенно точно не злится, - Винчестер позволяет себе подбадривающую улыбку, - пойдем лучше обедать. ***       Вечером Сэм оказывается в квартире Габриэля.       Не то, чтобы он действительно собирался здесь оказаться. Но по итогам возмущенной переписки с Гейбом и Дином одновременно, в которой младший Винчестер пытался доказать полезность для организма вечерней учебы (о работе говорить не хотелось, да и Сэм знает, что в ответ Трикстер мог бы начать тысяча и одну лекцию про трудоголизм), а старший Винчестер со своим новым тур-менеджером приводили аргументы в пользу алкоголя, музыки и разговоров по душам, за Сэмом просто отправили такси. Естественно, что один конкретный автомобиль спор бы не прекратил, поэтому в автомобиль посадили еще и Чарли – девушке было, во-первых, по пути, а во-вторых, ей просто нравился город и поездки по нему с возможностью смотреть в окно.       Обижать девушку, к которой Сэм испытывал искреннюю симпатию, не хотелось. Расстраивать тоже, поэтому пришлось срочно распихивать бумаги, в которые он успел по уши закопаться за пару часов, по труднодоступным местам, и искать зарядку от телефона, попискивающего сниженным зарядом. Пропустить звонок начальника не хотелось. Винчестер, конечно, сомневался в том, что Тенебрис позвонит в настолько позднее время, но перестраховаться всё же счел нужным. В такси они с Чарли обсуждают вышедшие за последнее время фильмы (на самом деле, рассказывает только Чарли, а Сэм слушает), решают сходить на новый фентезийный боевик и на какой-то непонятный концерт, тут Сэм соглашается скорее из-за любопытства, чем из интереса. Где-то между этим Винчестер позволяет Чарли убедить себя в том, что ему хочется отдохнуть, и отдохнуть в кругу друзей, и именно поэтому можно возмущаться чуть менее активно. Когда машина подъезжает к дому Трикстера, Сэм и сам начинает в это верить.       В квартире приятеля опять оказывается слишком много людей. К тому же незнакомых абсолютно – кроме Дина и Гейба. Краем глаза Винчестер замечает выздоровевшего Гарта, но его в качестве знакомого не рассматривает – справедливо сомневается в том, что паренек его запомнил. Зато Габриэль быстро замечает его, и совсем не краем глаза. - А вот и наш главный тусовщик! – оповещает Трикстер общественность, - проходи, дорогой! Музыка, напитки, танцы на столах и тумбах – всё, что хочешь, за мой счет! - Виски с колой, последний альбом Klaxons, танцуй, - не растерявшись, отвечает Сэм. Справа слышится знакомая усмешка. - Король сказал свое слово, - подытоживает Дин, хлопая Сэма по плечу, - не самый плохой выбор. Кроме танцев, конечно. - Какой король, Охотничек? – по Гейбу плакал близлежащий Голливуд. Просто заливался горючими блестящими слезами, - это наша принцесса! Но, как и обещал…       Трикстер вытаскивает телефон, и за полторы секунды пользования (Сэм за это время мог бы разве что разблокировать экран), включает названный альбом(по ощущениям, музыка начинает играть сразу и отовсюду), и пританцовывая, исчезает из поля зрения. - Выглядишь уставшим. - Отчасти так и есть, - Сэм пожимает плечами, - я после работы. - Ну кто бы сомневался, - Дин шутливо округляет глаза, - что, когда твой начальник уедет, ты будешь вкалывать с удвоенным упорством. - Ты в курсе? - Сэм, Земля вызывает Сэма, ау, он наш коммерческий продюсер, - машет руками старший Винчестер, - ты переработал или недоспал? - Да нет, я в курсе, просто он мне только вчера сказал, - тушуется недозаместитель коммерческого продюсера. - Я тоже. Странный этот твой Тенебрис, на самом деле. Шутки шутит, улыбается, а потом как начнет список требований зачитывать, я чуть договор не разорвал… - Дашь посмотреть? - Воу, поумерь пыл! – хмурится брат, - сегодня ты пьешь и веселишься. А, еще слушаешь нотации. - М? - Гейб тебя сдал. Давно ты куришь?       Сэм, готовый ко всему – от выволочки за количество рабочих часов до внушения по поводу социальной активности, начинает искренне смеяться. Дин непонимающе буравит его взглядом, из толпы выныривает Гейб, вставляет Сэму в руку стакан с алкоголем и утаскивает обоих братьев на кухню – менее шумную и более свободную. Дин, всё с тем же хмурым выражением лица, сразу отходит к кофе-машине. - Сэм, мы должны серьёзно поговорить, - начинает Гейб. Младший Винчестер на фоне предыдущей услышанной фразы едва ли не начинает смеяться снова, - да хватит ржать, я серьёзно! Скажи мне, студент мечты любого преподавателя, ты не болен? - Вроде нет, - не считая периодически возникающего желания сходить к психотерапевту, и внезапно прошедшей боли в горле, Сэм считал себя абсолютно здоровым. Навряд ли, конечно, Трикстер стал бы в такой ситуации действительно интересоваться его здоровьем… - Тогда почему ты прогулял вчерашние лекции? - О боже, - Сэм все-таки начинает смеяться. - Прекрати ржать, Винчестер, у тебя же чип занудства в голове, ты не можешь прогуливать лекции без очень, очень веской причины! - Работал, - отсмеявшись, отвечает Сэм, - разбираем сложное дело с Тенебрисом, надо было закончить некоторые просчеты до его отъезда.       То ли у тандема Гейб-Дин была какая-то внутренняя система, то ли Сэму только кажется, но в тот момент, когда старший Винчестер перестает хмуриться, это начинает делать Трикстер. Первый, оставив процесс варки кофе на чудо техники, мигрирует ближе. - А я сразу сказал, что с Тенебрисом работать сложно, - Дин с важным видом опирается на кухонную тумбу. Гейб только сильнее хмурится. - Темнишь ты, Винчестер… - В смысле? - Да не ты, - отмахивается Трикстер. Сэм уверен, что брат вклинился только чтобы разрядить обстановку, и на удивление, у него это получается, - ладно, черт с вами, братия мозгоклюев. А что там с Джесс? Не то, чтобы у Габриэля не было чувства такта. Просто сейчас, оно, наверное, решило взять отпуск. - Нечего там рассказывать. - Сэм, - неожиданно деликатно произносит Гейб, - давай мы обойдемся без преуменьшений с твоей стороны и увещеваний с моей. Просто расскажи, потому что я видел тебя и то, что я увидел, говорит в пользу того, что тебе определенно есть, что рассказать. Хочешь, выгоним Охотничка? И то ли ген сопереживания передавался по крови, то ли Гейб действительно был еще лучшим другом, чем Сэм полагал. - Не надо, - с легкой улыбкой вздыхает он, - второй раз я рассказывать этот бред точно не стану…