Шаблон справедливости

      Торментума опять унесло в юридические дали, Наоми в эти дали он забрал с собой, и именно поэтому Сэм был вынужден стоически терпеть Меган в своем собственном кабинете. Концентрация лишней информации зашкаливала, но болтовня секретарши, во-первых, помогала выработать терпение, а во-вторых, периодически включала вкрапления действительно важных вещей.       Так, к двенадцати Сэм уже был в курсе, что проверка Морнингстара проходила настолько незаметно, что мало кто из работников лейбла вообще был в курсе. Юридический, конечно, полным составом, но даже в коммерческом дальше главного бухгалтера и его заместителя информация не распространялась. А еще то, что увольнение мисс Матинус – вопрос времени. Хотя для Сэма, за неделю в Нью-Йорке и без того узнавшего больше, чем полагается, этот вопрос вообще не был вопросом. Также, Винчестер был уверен в том, что мисс Даеделл не знала о своей будущей должности, но с другой стороны – она и не должна была. Сэм попробовал оценить ее как потенциального коммерческого директора, и, будучи честным с самим собой, согласился, что девушка не просто много знает и много говорит, а прекрасно знает, что и кому в каком количестве она говорит. В документах она разбиралась лучше него, руководства не боялась – если, конечно, верить хотя бы половине того, что она рассказывает. Сэм почему-то верил. И все же было в ней что-то… Какое-то едва различимое притворство – объяснить это Винчестер пока не мог, но был уверен, что рано или поздно сможет.       Если ему оно будет надо. - …ау! Сэм, алло, ты меня вообще слушаешь? - Да, конечно, - быстро сориентировался Сэм, отрываясь от экрана монитора. На самом деле он игнорировал девушку последние минут пятнадцать, что было нехорошо. Очень нехорошо, и Сэм выдает первое, что приходит в голову, - слушай, ты как-то прическу изменила, да?       Некоторые спасательные круги помогают не утонуть. - Да, - с довольной улыбкой отвечает Мег, проводя рукой по волосам, - это называется «балаяж». Симпатично, да? - Очень даже, - утвердительно кивает Сэм, особенной разницы не замечая. Вроде чуть светлее… Или это свет?       Меган даже полторы секунды посидела молча – переваривая замечание Винчестера, по всей видимости. Потом информационный канал снова открылся: - Спасибо, - за что, спрашивается, за подтверждение ее собственного мнения? – ты мне не ответил, что ты планируешь на Хеллоуин? - Да ничего пока… До него еще две недели. - Всего две! Ты еще не выбрал костюм? - Костюм? - Ну да. Что, тебе никто не сказал? В Хеллоуин мы отмечаем Хеллоуин и дату основания Морнингстара одновременно. Лейбл основали правда двадцать девятого, но кого это волнует? Вот именно, что никого. Каждый год проводится большая вечеринка в крутом клубе, обычно в Create Nightclub, но иногда в других, точно, - кивает она сама себе, - зайду сегодня к организаторам, спрошу. - А костюм зачем?       Меган одаривает Винчестера таким возмущенным взглядом, что тот мысленно забирает вопрос обратно, готовится одновременно извиняться и молиться, но секретарша ограничивается сарказмом. - Конечно, чтобы ни один сотрудник не узнал, что в одном из костюмов будет юрист с синдромом тугодумия! - Э? - Господи, - тянет Мег, взмахивая руками, - Винчестер, алло! Это Хеллоуин! На Хеллоуин люди надевают костюмы! - В целом, я рад за людей…       Не стоило этого говорить. Девушка явно готовилась ударить Винчестера. А потом внезапно передумала. Судя по взгляду. - Знаешь нет. Если ты не придешь или придешь без костюма, я просто перестану с тобой разговаривать. - Я учту, - осторожно произносит Сэм. - Ага. И одно правило: никаких вампиров и медсестер. А то была у нас одна из вечеринок… - Хорошо. - Нет, было ужасно, - морщится та, - ладно, пойдем обедать, а то ты меня утомил. - Я тебя что?.. – недоверчиво переспрашивает Винчестер, но отвечать ему, естественно, никто не собирается. ***       В пять, разобравшийся со всеми заданиями Торментума и набросавший примерный иск к издательству лейбла-конкурента, Сэм решил предпринять шпионскую вылазку в коммерческий отдел.       Коммерческий отдел встретил агента Винчестера снующими туда-сюда сотрудниками и непривычным шумом. Тем не менее, пробраться к восседающей в центре бедлама, то есть за своим рабочим местом, Меган получилось быстро. Та немного лениво спорила с кем-то по телефону. -…и как я буду это делать?.. При всем уважении, сэр, это не входит в круг моих полномочий… Да, я передала эту информацию выше. Никак не получится, сэр... Ага… Ага… Поняла. Я перезвоню вам, как только узнаю… Да, всего хорошего, - спокойной заканчивает она, в противовес тону едва ли не кидая трубку на аппарат, - Старый мудак! - Все так плохо? - Да этот сукин сын!.. - договорить пламенную речь у девушки не получается – снова звонит телефон, - Да! Ой, извините, мистер Тенебрис. Да тут звонил мистер Вилли, опять предлагает непонятно что на грани закона, еле отделалась! Нет, не надо мне валерьянки… Мистер Тенебрис, меня достал этот балаган!       Сэм удивленно отпрянул от стойки. То, что Мег умеет возмущаться не было чем-то новым, но впервые на памяти Сэма секретарша свои возмущения озвучивала непосредственному начальнику. Начальник, судя по меняющемуся лицу девушки, успокаивать умел. - Хорошо, мистер Тенебрис… Кого? Так он здесь. Нет, только пришел… Ага, - Мег подняла глаза от телефона, и прикрыла рукой микрофон, - Винчестер, с низкого старта и бегом. - Понял. - Все, идет, - секретарша, сочтя свою миссию выполненной, вернулась к телефонному разговору, - Да не то, чтобы. Ко мне сегодня Гордон пять раз приходил! Вы представляете…       Окончание разговора Винчестер застает уже по другую сторону провода – в кабинете сэра Тенебриса. К счастью, оживления в этом конце коридора не наблюдалось, так что дойти до места назначения удается без приключений. Сэм заходит, не дожидаясь реакции на стук, да и навряд ли бы она была, учитывая то, что начальник был всерьез увлечен «проблемой Гордона». -…естественно, вынюхивает. Меган, еще раз тебе повторяю: он не программист, он системный администратор. Человек, у которого есть доступ к практически всем файлам на каждом компьютере. К контактам каждого в здании… Вот именно… Молодец. Сама выводы сделаешь?.. Господи, еще одна любознательная на мою голову. Нет, ты не пойдешь никого расспрашивать. Нет, я сказал, - в голосе начальника проскальзывает сталь, - Винчестер, не стой в дверях, в кабинете есть стулья. Нет, это не тебе, Меган…       Агент Винчестер, провравшись в святая-святых коммерческого отдела, занял выжидательную позицию поближе к окну – так можно было наблюдать за начальником, не отвлекаясь на два монитора, загораживающие обзор с других, более привычных точек. По большей части Сэм предпочитал сидеть с противоположной стороны стола, но по обыкновению, в эти моменты у него были или кипа бумаг к изучению или ноутбук. Сейчас с собой у него было только любопытство.       Ну и может быть, маленькое желание понаблюдать за работающим мистером Тенебрисом. -…да, и, будет время, перезвони Вилли. Я знаю… Да, отказ. Да не бойся ты быть с ним грубой, Меган, ей-богу! Мы ничего не теряем в его лице! Всё, закончили. Разберись с письмами и можешь быть свободна.       Винчестер внезапно понял, что пока раздумывал о том, из какого места кабинета наблюдать за Тенебрисом удобнее всего, пропустил кусок разговора. И вечно эти мелкие детали, из которых никак не хочет получаться цельная картина… - Сэм. - А? - Не «а», а вечер добрый. - Ага, добрый, - машинально повторяет Сэм, возвращая себя в мир реальный. - Так, раз с приличиями разобрались, у меня к вам важный вопрос, мсье Винчестер. Очень важный, но задавать его здесь я вам не могу.       А может, про шпионаж и агентуру Сэм себе даже и не навоображал. А что, окружение соответствующее, все эти истории, про жучки, камеры, хакеров, мистеров Романов...       Только смешинки в глазах начальника удерживают Сэма от того, чтобы проникнуться всей этой «важновопросовостью». - И где же мы можем обсудить ваши вопросы, сэр Тенебрис? - Полагаю, как и обычно. У меня, кстати, есть кое-что по части очень любопытных юристов.       Сэм искренне понадеялся, что ему не настолько стыдно, чтобы краснеть. - Окей, - кивает он, - у меня учеба еще сегодня вечером, сэр Тенебрис. - У вас свободное посещение, мсье Винчестер. - Сэр Тенебрис, я думаю, вы могли бы выделить четыре часа на учебу. - Я думаю, что я мог бы, но не хочу, мсье Винчестер. - Вы хотите высококвалифицированного юриста, сэр Тенебрис? - У вас настолько плохая самооценка, мсье Винчестер, что вы думаете, что недостаточно квалифицированы? - Нет предела совершенству, сэр Тенебрис. - Так совершенствуйтесь на здоровье, мсье Винчестер.       Люцифер не дает Сэму продолжить увлекательные дебаты, внезапно вздыхая. - Ладно, отвезу тебя на учебу. Потом заберу. - Спасибо, - искренне улыбается Сэм. Тенебрис чуть сощуривает взгляд и кивает явно чему-то своему – возможно каким-то планам на те четыре часа, что Сэм проведет в институте.       Воцаряется недолгое молчание. Начальник переключается на компьютер на несколько минут, в течении которых Сэм не знает, чем себя занять и по привычке вытаскивает из кармана телефон. В интернете не оказывается ничего нового. Даже почта пустая – никаких новых заданий за пятнадцать минут Торментум придумать не успел.       Зато из-за телефона можно наблюдать за Тененбрисом. Винчестер сомневался, что это хоть как-то прояснит ситуацию – в работе Морнингстара почти ничего не изменилось с прошлого месяца. Кроме спешащих по своим делам сотрудников. Чем занимался коммерческий отдел в полном составе все равно грозило остаться непонятным, все же Сэм был юристом больше, чем финансистом или, на крайний случай, бухгалтером. А уж чем может заниматься один конкретный глава коммерческого отдела…       Подделывать бумаги. Скачивать данные, защищенные бумагами о неразглашении. Подтасовывать факты. Общаться с советом директором мейджора…       Почему-то в то, что мистер Тенебрис просто делает свою работу, не делая ничего кроме нее, не верилось категорически. - Мсье Винчестер, откройте окно. - А? - Не «а», а откройте окно. Что с тобой сегодня? - Ничего, - пожимает плечами находящийся на грани провала агент Винчестер, поднимаясь со стула. - Не «ничего», а... тьфу ты, - чертыхается начальник, - я же вижу, ты о чем-то думаешь. - Очевидно, - позволяет себе усмешку Сэм, - что в случае обратного я бы здесь не работал. Просто пытаюсь понять… - Что вокруг тебя происходит? - Ты мне в голову залез?       Начальник откидывается на кресле и наблюдает за юристом, возвращающимся за стол. - Я же сам тебя в это втянул, - пожимает плечами он, - было бы странно, если бы за столько времени я не понял твою природную любознательность, - и, после паузы продолжает, - я не осуждаю. Это даже хорошо, в определенный ситуациях. - Но не в этой?       Вместо ответа – очередной вздох. - В этой… частично. Поговорим об этом у меня. Так, что там у нас, - взгляд начальника падает на нижний угол монитора, - отлично, время есть. Проверь мне пару договоров об аренде нежилых. Хочешь кофе – свари и мне, Меган я, как ты слышал, уже отпустил. Курить можно.       Вместе с бумагами с другого конца стола к Сэму попадает и девственно чистая пепельница из ящика этого стола извлеченная – Винчестер готов поклясться, что начальник притащил ее сюда только ради него. От этого открытия странно теплеет в груди, и даже договоры аренды не кажутся такими скучными, какими, они, вероятно, планировались. *** - Мы едем пить, - оповещает, вернее, просто ставит перед фактом, Тенебрис. - Да сколько можно-то? – искренне удивляется Сэм, уже привычно пристегивая себя ремнем безопасности спорткара. Начальник, как и обещал, приехал забрать его с учебы, но вот то, что они поедут куда-то кроме дома этого самого начальника, они не обговаривали. Конечно, с учетом графика Тенебриса надеяться на тихий вечер за бумагами было очень смело…       Еще более смело было привыкать не только к ремню безопасности спорткара.       На учебу Сэм попал в точности за двадцать минут до ее начала. Успел стать свидетелем странной картины – недовольного лица Гейба, заметившего машину Люцифера. Приятель даже отвернулся и ушел в глубь здания, вместо того, чтобы как обычно, дождаться Сэма и отправиться за кофеином. Тенебрис, заметив Гейба сделал лицо практически такое же недовольное, но комментировать что-либо отказался, равно как и Габриэль. Тот вообще сделал вид, что ничего не произошло, и все две лекции демонстрировал полнейшее довольство жизнью. Если бы Сэм не видел того, что видел, охотно бы поверил.       С некоторых пор частная жизнь семейства Тенебрисов-Трикстеров волновала Винчестера чуть больше, чем того требуют обычные приятельские отношения. Слишком сильно он и сам был вовлечен в нее.       А после учебы Габриэль быстро попрощался и умчался в неизвестные дали, не забыв, впрочем, напомнить Сэму, что он редкостный зубрила. Сэм беззаботности не поверил, но и лезть к другу в душу не рискнул. - Я тебя спрашивал о переносимости алкоголя, заметь. - Да переношу его я, переношу, - взмахивает руками Винчестер, - это был риторический вопрос. - Вот и отлично. У нас встреча, потом поедем ко мне, обсуждать услышанное. - А что будем обсуждать на встрече? - Любопытных юристов, - усмехается Тенебрис. - Да сколько можно? - Это был риторический вопрос?       Сэм борется с желанием кинуть в профессора психологии учебник по менеджменту. Тому самому, который про бизнес-планированию. Интересно, насколько это можно было бы посчитать столкновением двух наук?       Вместо грозной мести младший юрист Винчестер начинает несолидно хихикать. Начальник за водительским сиденьем, судя по всему, пытается понять, насколько Сэм успел за четыре часа повредить и мозги и явно приходит к позитивным показателям – машина трогается с места, отправляясь куда угодно, но не в сторону ближайшей больницы. ***       Ровена Сэму не понравилась.       И вся встреча Сэму совершенно не нравилась.       Абсолютно.       Чрезмерно галантный Тенебрис представил Ровену как «Лучшего музыкального менеджера в городе, хотя я бы имел в виду мир», искрил комплиментами в ее сторону и вообще, как сказал бы Гейб: «вел себя неконструктивно». Рыжая менеджерка в ответ на комплименты кокетничала и флиртовала в открытую, так, что Сэм даже подумал, что лучше бы ему оставить парочку наедине – настолько лишним он себя ощущал.       До поры до времени. - А этот милый юноша также будет участвовать в проекте? – слащавый голос Винчестер расслышал ясно, хотя предпочел бы не слышать. - Конечно, - уверенно кивнул в ответ Тенебрис, - этот «милый юноша» один из моих лучших юристов. Согласись, мы с тобой можем все, что не касается составления договоров. - И ты говоришь мне о составлении, - просияла какой-то слишком понимающей улыбкой женщина. Сэм подавил внутреннее желание поморщиться. - Я говорю тебе, что твой единственный долг – продолжать сверкать и освещать наш путь. А остальное можно поручить нашим сотрудникам.       «Сотрудники» сделали очень глубокий вдох и сконцентрировали свое внимание на бутылке Батар-Монранше Гран Крю 2011 года, гордо светившей своим названием из-под льда. - Ох, Люцифер! Подлец!       Где Люцифер в этой речи успел побыть подлецом оставалось загадкой. Бутылка белого сухого внимание не отвлекала. Рыжую манеджерку захотелось стукнуть учебником менеджмента по голове – в качестве профилактики, но учебник Сэм, не ожидавший такой подставы, оставил в машине.       Спустя еще пять минут абсолютно бесполезного обсуждения непонятно чего, Ровена, сославшись на необходимость поправить макияж, оставляет Люцифера с Сэмом наедине.       Винчестер радоваться не спешит. - Сэм, ты как? – уже своим обычным голосом спрашивает Тенебрис. - В порядке. Я тут еще нужен? - Прекрати, - хмурится начальник, словно подозревая в какую сторону мыслительный процесс Сэма направляется. Винчестер не особенно уверен в том, что собственное лицо и голос его не выдают, но и не может же быть он настолько плох… - Ты должен понимать… - Сэм, - перебивает Тенебрис, и, к удивлению Сэма, кладет руку ему на колено, - это всего лишь политика. Я понимаю, это неприятно, сидеть вот так и наблюдать…       Профессор психологии облажался – думает Сэм, вместо того, чтобы слушать.       Одну бурю в голове сменяет другая, потому что рука у Люцифера все еще обжигающе-горячая, и Сэм может ощутить, как кожа под этой рукой начинает гореть следом – через слой одежды.       Возможно, до профессора спустя еще пару минут разглагольствования начинает что-то доходить, потому как он закрывает рот и чуть склоняет голову. Этого достаточно, вполне достаточно, чтобы вернуться в реальность и дернуться в сторону – так, чтобы рука с колена не удержалась на облюбованном месте.       Сэм чувствует красные пятна на своих щеках, но поверить в то, что даже в слабом освещении ресторана эти пятна останутся незамеченными, не получается категорически. - Во всяком случае, потерпи еще минут пять, - спустя паузу, которую совершенно не выходит игнорировать, такую вопросительную паузу, очень понятливую паузу, - потом мы перейдем к десерту и обсуждению проекта. А потом поедем пить что-то получше, чем эта кислая гадость. - Эта кислая гадость стоит полторы тысячи долларов, - усмехается Сэм, преодолевая желание провалиться под землю и сделать вид, что так и было задумано, - и ты сам ее выбрал. - Все еще политика. Если бы я выбирал, мы бы чинно пили Джемесон напополам с колой и не утруждали бы себя слабо-произносимыми названиями. О, Ровена, дорогая! Позволь я посоветую тебе отличный десерт!.. ***       В доме начальника с последнего посещения оного Сэмом не изменилось вообще ничего. Кажется, даже чашки в том же порядке висели. Сэм скидывает сумку на диван, совсем неграциозно плюхаясь рядом и прослеживая траекторию движения начальника – от закрытой двери к середине гостиной. - Так, - останавливается он, - нам надо выпить.       Винчестер краем мозга начинает понимать, почему Тенебрис столько пьет. Основная часть мозга сосредоточена на том, чтобы не думать о всякой ерунде – не вспоминать недобрым словом первую, «вступительную» часть встречи, не вспоминать мельком брошенные Гейбом фразы, не…       Просто не думать о всякой ерунде.       Ерунда оперативно притаскивает с кухни бутылки и стаканы.       Сервис на высоте. - Вот, - один из стаканов отправляется в руки юриста, - фу, у меня до сих пор этот гадостный привкус на языке. Пока я не забыл, главное. - М? – тянет Сэм, делая большой глоток. От коктейля по пищеводу распространяется привычное тепло и сосуществовать с собственной головой становиться немного, но легче. - Ты хочешь остаться в коммерческом или юридическом? - Чего? - Если я встану во главе лейбла, то оставшись в коммерческом ты перейдешь в распоряжение Меган. Тебе оно надо?       Думать тут не о чем, поэтому Сэм мотает головой раньше, чем произносит ответ. - Спасибо, но нет, - «кушайте сами». Меган, конечно, была прекрасным сотрудником, но позволить ей распоряжаться своим временем и рабочими задачами Сэм не мог. Он представил себе картину – как Мег вместо таблички «Младший юрист» вешает табличку «Мой новый лучший друг» и внутренне содрогается. Дружба дружбой, но работа… - Значит, юридический. Хотя, так подумать, между Сциллой и Харибдой…       А Торментум вешает табличку «Дождевой червь, непонятно зачем принятый на работу». Перспективы были просто потрясающими. - А можно как-нибудь прикрепить меня к твоей должности?       Люцифер выгибает бровь. Сэм чертыхается. - Я имею ввиду, сделать так, чтобы я и формально не прекращал работать под твоим руководством? - Теоретически, можно. - Ну раз можно… - Сэм, постой.       Что не так, Винчестер решительно не понимает, но враз ставший серьезным начальник отбивает желание моментально начать доказывать, что это единственный выход. Возможно, он, младший юрист, действительно недостаточно опытный, чтобы… - Ты кое-что не понимаешь. Технически, весь лейбл работает под моим руководством, - Сэм, порывавшийся было возразить, оказывается остановлен поднятой рукой Тенебриса, - еще раз, технически. Да, мне тоже не улыбается закрепить за Аластором право тратить львиную часть твоего времени на обучение, а меньшую – на выслушивание лекций о твоих умственных способностях, но ты должен понимать, если я заберу тебя в свой кабинет, должности старше личного помощника тебе не получить. То, что это может попортить тебе будущее ты знаешь и сам. Мир на Морнингстаре не заканчивается, однажды и ты пойдешь дальше. - И никаких других вариантов? – разочарованно тянет Сэм. Виски, несмотря на то, что в нем вдвое больше колы, неожиданно горчит. - Ну почему же. Варианты есть всегда. Теоретически, я могу взять тебя на должность главного юриста.       А вот закашляться с коктейлем во рту – не самый лучший вариант ответа.       Тенебрис заботливо хлопает его по спине и Сэма пробирает опять – не столько от хлопков, сколько от резко сократившейся дистанции, так, что кашель проходит сам, видимо, под воздействием резкого стресса. - Не… Не думаю, что это хорошая идея, - окончательно собравшись отвечает Сэм. И сразу капитулирует в сторону сумки – отодвигаясь от начальника и одновременно вынимая помятую жизнью пачку сигарет. - Идея хорошая, - беззаботно парирует Люцифер, - но надо еще хотя бы пару месяцев. В идеале полгода, но я пока не знаю, будет ли у нас возможность воплощения этого идеала. - Вот и обсудим это как-нибудь потом. Значит, я остаюсь в юридическом? - Ты переходишь в юридический, - поправляет Тенебрис, - я пока не уверен как долго продлится этот… как Меган сегодня сказала, балаган? Суть в том, что и я не отправляюсь этажом выше завтра. Может быть, все уляжется само. Не делал бы на это ставку, но месяц у нас в запасе есть. Потом они еще с назначением разбираться будут…       Сэм осушает стакан до дна и щелкает зажигалкой. Люцифер, полюбовавшись на выпускаемые Сэмом клубы дыма, вполне ожидаемо тянется к пачке. И встает открывать окно – Винчестеру и в голову не пришло вспомнить о том, что не все помещения в мире имеют идеальную вытяжку. - А теперь к неважным делам. Я не объяснил заранее, о чем, кстати, даже жалею… - Не знал, что ты так можешь. - Я тоже, - хмыкает Люцифер, возвращаясь к дивану, - Ровена. Она не просто одна из лучших менеджеров. - Я так и понял. - Сэм, - с какой-то непонятной интонацией произносит Тенебрис. Винчестер поворачивает голову, но это не особенно помогает – та эмоция, которая написана на лице начальника ему непонятна. Впрочем, она достаточно быстро исчезает, чтобы на ней не зацикливаться, - Ровена – тот человек, который знает подноготную практически каждого человека нашей индустрии. Она помнит всех в лицо, знает кто с кем пьет кофе, а где замешано и что-то посерьезней. И пользуется этим – слово там, слух, пущенный за три штата от нашего, письмо, отправленное кому надо – и у нее в руках самые дорогостоящие контракты. Ей плевать на людей, с которыми она работает, плевать на правила, и именно поэтому она умело делает деньги и собственную репутацию. Нам с тобой, а в нашем лице Морнингстару, сейчас очень нужна хорошая репутация. Я не планирую дать Морнингстару полететь к чертям вместе с текущим главой. И проект, который мы с Ровеной создали, направлен именно на то, чтобы этого не случилось. Я не хочу, чтобы лейблу пришлось менять название, переезжать куда-то, создавать что-то новое там, где у него есть шанс остаться на месте. Понимаешь? - Понимаю, - устало кивает Сэм. Люцифер тем временем, снова наполняет его стакан, не прекращая объяснений. - Самолюбие Ровены – ее единственная слабость. Она хочет верить, что в новом реанимированном лейбле ей светит теплое местечко поближе к мейджору, а желательно и на нем самом, меньшее, что я могу сделать – убедить ее в том, что так оно и будет. - А не к тебе ли поближе? – спрашивает Винчестер и тут же проклинает себя за эти слова – слишком уж очевидно они намекают на то, что происходит в его голове. - Ко мне тоже, - видимо, очевидно, только для самого Сэма, - не буду скрывать, общее прошлое у нас есть. Но сейчас она нужна мне только как средство для воплощения моей цели. - И если потребуется… - А это уже мои личные проблемы, - резко обрывает его Тенебрис, - что потребуется, кому и как.       Сэм не борется, Сэм воюет с желанием сцепить руки в замок на груди.       Взять сумку и выбежать из этого чертового дома. Плевать на три мили до ближайшего транспорта.       В груди клокочет обида – на резкость, на Ровену, на эти гребанные встречи-ужины, на самого себя – потому что нельзя чувствовать эту обиду, потому что какого вообще дьявола?.. - Мы обсудим проект позже, - бросает Тенебрис, - я вызову тебе такси. Думаю, на сегодня хватит. Как я и сказал, у нас еще месяц…       Слова кажутся натянутыми, но Сэм лезть в подоплеку такого поведения не хочет. Обида клокочет и отказывается куда-либо уходить или хотя бы сделать вид, позволить притвориться, что ее нет.       Сэм только прикуривает вторую сигарету от первой. ***       В четыре утра Сэм просыпается. На удивление – не от очередного кошмара, а просто просыпается, так, как обычно бывает часов в одиннадцать утра. И он даже чувствует себя хорошо. Вполне.       До того, как вспоминает прошедший день.       Воспоминания даются с трудом. Осмысливаться отказываются.       Мерзко.       Во рту ощущается противный привкус – смесь сигарет и вчерашнего алкоголя, возможно, иногда стоило бы напоминать себе, что пользоваться зубной щеткой не запрещено, но противный привкус меньшее из того, что беспокоит Сэма.       Винчестер обдумывает вчерашние встречи. Свою реакцию. Происходящее. Сказанное и услышанное.       Говорят, взрослые люди это называют «ревность».       В то, что он способен ревновать собственного начальника к какой-то размалеванной рыжей менеджерке поверить оказывается даже слишком легко. Так легко, словно оно, понимание это, всегда в Сэме было, и только теперь единственное, что непонятно – как с этим пониманием жить. Что с ним делать. Потому что применить его к чему-либо Сэм отказывался.       Применить это понимание означало очень многое переосмыслить. Сэм готов не был. Не в четыре утра. Не сегодня. Не в этой жизни, может быть. Хорошо, что додумался сигарет купить. Благослови господь табак.       Курить прямо в спальне, это, наверняка, моветон.       Но лгать самому себе, что ничего не изменилось – это намного хуже. ***       Сэма будит непонятный звонок – у него уходит минуты полторы, чтобы разобрать, что звонит обновившийся на неделе мобильник, и дело просто в новом рингтоне. Звонящий явно упорен – едва мелодия затихает, как раздается вновь, и приходится все-таки встать и найти джинсы – вчера он даже не поставил мобильник на зарядку… - Алло, - расфокусированный со сна взгляд фокусироваться до пригодного к рассмотрению экранов не спешил, поэтому Сэм берет трубку вслепую. - Доброе утро. Разбудил? - Нет, сэр Тенебрис. Ждал вашего звонка-а-а-а, - последнее слово против воли перерастает в зевок и весь Сэмов сарказм летит в тартарары. - Дверь открывай, ждал он.       Ответное «А не офигел ли ты часом?» слишком долго произносить. И не то, чтобы Сэм в самом деле собирался делать это. Куда проще кинуть телефон на кровать и, натянув джинсы, отправиться открывать эту самую чертову дверь.       Ну, во всяком случае, Тенебрис привез еду. Это кое-как примирило Сэма с реальностью в которой выспаться ему не светило. Из пакетов, притащенных начальником тянуло вкусными запахами, но даже на взгляд едва проснувшегося Винчестера, пакетов было слишком много.       Он кивает Люциферу в сторону кухни, разумно сделав выбор в пользу зубной щетки.       Возвращение в кухню происходит триумфально – Сэм чуть не врезается в дверь, а потом в начальника, шустро переливающего кофе в стакан. С чашкой кофе в руке просыпаться легче. Сэм был уверен, что проснулся где-то между вторым переключением воды в душе с горячей на холодную, но кто не ошибается…       А вот еды и в самом деле слишком много. - Это что? – грея руки об чашку кофе, слишком горячего, чтобы сразу же его пить, спрашивает Винчестер. Тенебрис прослеживает его взгляд. - Еда. Это такая штука, которую надо класть в рот от трех до восьми раз в день.       Сэм вспоминает Гейба недобрым словом. - Я понял. Что она делает здесь? - Спасает тебя от голодных обмороков, - кривится начальник, - у тебя в холодильнике йогурт, который ты покупал еще до командировки, и пиво. И, если ты не в курсе… - Тебе-то какая беда? – вдруг ярится Сэм, - мне не пять лет, и я что-то не припомню, чтобы в моем контракте была оговорена приходящая няня! - О-о-о, кто-то недоспал. Кофе пей, - закатывает глаза Тенебрис. - Не надо указывать мне, что мне делать в собственном доме! - Винчестер, потом поругаемся, ладно? Мне глубоко безразлично что ты делаешь в своем доме, пока это не начинает влиять на рабочий процесс. Я привез продукты, а не мертвую шлюху, поэтому делай что там тебе нужно молча до того момента, как тебе в голову придет желание просто сказать «спасибо».       Сэм пристыженно замолкает и уходит (на самом деле едва ли не сбегает) в гостиную курить.       Он редко замечал за собой приступы утренней раздражительности, но они видимо, приобретали особенную силу, когда утро начинало наступать в совершенно неожиданные часы. Кстати о часах – закуривая, Винчестер предпринимает вылазку за телефоном – практически разряженном и оставленном на кровати. После чашки кофе и второй сигареты раздражение более-менее отступает. Достаточно для того, чтобы вернуться в кухню, где Люцифер успел рассовать содержимое своих пакетов по непонятным местам, а сам разместиться за столом с газетой. - Спасибо, - немного настороженно произносит Винчестер. Тенебрис нарочито медленно опускает газету и поднимает на Сэма глаза. - Полегчало? - Ага. - Тогда не за что. Садись и ешь. - А ты? - Я уже сижу и тоже буду есть, - газета (и кто вообще читает газеты, когда есть телефоны с выходом в интернет?) откладывается в сторону. Винчестер осторожно занимает место за столом. Осторожность оказывается лишней – Люцифер на раздражительность отвечать тем же не собирался.       Сам завтрак проходит в молчании. Сэм не особенно различает вкус еды – традиционного английского завтрака на вынос – только напоминает себе не слишком пристально рассматривать лицо Тенебриса, а периодически отвлекаться еще и на разделенный на секции контейнер. И кофе. Хотя с таким количеством кофе недолго и тремор получить в подарок… - На самом деле, - Люцифер внезапно нарушает мерный звук скребков вилок по пластику, - я хотел извиниться. - За что? - За вчерашний вечер. И разговоры. Я был слишком резок, - миролюбиво тянет он, - неоправданно резок. Усталость меня, конечно, не оправдывает… - Так ты завтраком пытаешься меня задобрить? – с удивлением в голосе сделать не получается ровным счетом ничего. Начальника это, кажется, только забавляет. - Скажешь, не получилось? - Ты обнаглел. - Еще в девяностых, - усмехается Тенебрис, - я разве не говорил? ***       После завтрака и получаса «разговоров о погоде», то есть ни о чем, Тенебрис потащил Сэма на тренировку. Продуктивной она была не сильно – в зал они приехали только к девяти утра, так что количество тренирующихся на квадратный метр отвлекало. И не давало возможности обсудить текущие дела – так и не обсужденные вчерашним вечером. Тенебрис во время короткого отдыха между подходами предложил Винчестеру после обеда перебраться в офис повыше, а сам Винчестер, всеми правдами и неправдами старающийся отвлечься от досужих размышлений о природе собственной обидчивости, только пожал плечами.       Начальника казалось слишком много. Сэм вспоминал – как и было с самого сентября, Тенебрис заполнял практически все пробелы и паузы его жизни, как крем заполняет нутро пончика, и если обычно это радовало, то сейчас Сэм ощущал острую потребность обсудить с кем-то происходящее.       Кандидатов на должность временного срочного психолога Винчестер перебирал придирчиво. Гейба он отклонил сразу – во-первых, друг был предвзят, во-вторых, Сэму очень не хотелось бы, чтобы его размышления внезапно стали достоянием общественности посредством твиттера. Не то, чтобы друг стал писать о том, о чем его можно было попросить не писать, но Габриэль, в желании уточнить или проверить информацию, мог быть очень… предприимчивым. Брата тоже пришлось отклонить. По более прозаичным причинам – Сэм просто не мог представить, что брат проникнется ситуацией. Про Мег даже думать не стоило, сплетни ей заменяли воздух, воду и хлеб. Приятели из Стенфорда уже забылись, и Винчестер, делая очередной подход понял, что по-сути, поговорить ему не с кем. Был конечно еще один отчаянный вариант – поговорить с самим виновником ситуации, но Сэм, бросив взгляд на раскрасневшегося Тенебриса, атакующего соседний тренажер, отметает эту идею быстрее, чем она возникла.       Сэму хочется думать, что ему так душно только потому, что он переусердствовал в своем стремлении стать бодибилдером. ***       Подниматься на персональную Голгофу – двадцать первый этаж, в конце концов не пришлось. Раньше, чем Сэм успел подумать про обед прилетела Меган и рассказала, что мистер Тенебрис в срочном порядке собрал совещание руководства. Естественно, что младшему юристу на совещании делать было нечего. Хотя у самого младшего юриста имелись на этот счет некоторые сомнения, которые некому было озвучить.       Обед и некоторое время после него Сэм потратил совершенно непродуктивно. Он пытался понять, что в нем такого, что Меган решила общаться больше с ним и меньше – со всеми остальными своими коллегами по Морнингстару.       У девушки определенно были приятельские отношения с каждым вторым человеком в здании, но тем не менее для походов на обед и досужих бесед на работе, они выбирала его – младшего юриста Винчестера. Младший юрист Винчестер знал, что дело не в простой приятельской симпатии. Как минимум здесь был замешан политический интерес – чему Сэм научился у Люцифера, так это тому, что все намного сложнее, чем должно быть по умолчанию. И те доверительные отношения, которые были у Мег с «мистером Тенебрисом» тоже не на пустом месте появиться не могли. Начальник окружал себя людьми не просто умными, но еще сообразительными и в какой-то мере хитрыми, а секретарша, «знающая больше», к тому же ориентировалась на местности лучше. И если она предпочитала сидеть на ушах младшего юриста…       Значит, была уверена в том, что этот самый младший юрист ей пригодится. Каким боком – тем, с которого Сэм был вовлечен в глубинные Тенебрисовские дела или тем, с которого Сэм был вовлечен в те же дела Морнингстара – оставалось непонятным.       Сэм хотел знать.       Правда вместо того, чтобы погрузиться в продумывание плана о том, как бы выведать у Мег нужную информацию, в обход ее самой, приходится чертыхаясь приступить к правке договора, который прислал Торментум – Сэм умудрился игнорировать письмо полтора часа. Секретарша сматывается почти сразу, как понимает, что Винчестер более к поддержанию беседы не способен, и Сэм едва удерживает себя от просьбы рассказать, когда у мистера Тенебриса закончится совещание.       Ну в самом же деле. ***       Совещание руководства не заканчивается к восьми вечера – когда Сэм заканчивает свои дела и с чистой совестью звонит Мег. На предложение девушки поехать в бар и выпить с коллегами слегка огорченный Винчестер отвечает отказом.       Судьбу обмануть не получается, поэтому субботний вечер Сэму снова скрашивают не книги, а стакан. На этот раз, разнообразия ради, с джином. Помимо стакана вокруг наличествуют брат в количестве одной штуки, Габриэль в количестве слишком большом на квадратный метр скромного домика в тупике Абана Драйв, Кас, чувствующий себя здесь не как рыба в воде, но близко к тому и Чарли. Просто Чарли. На кухне Гарт пытался приготовить «пищу богов», но конкретных богов не упомянул, видимо, во избежание. Младший Винчестер делал ставку на Аида – запахни с кухни шли определенно не католические.       Компания, место и разговоры Сэму нравились. Не нравился джин, но не настолько, чтобы возмущаться. Кастиэль обыгрывал Чарли в Скрэббл, Гейб втянул Сэма с Дином в разговор о своих похождениях в Нью-Йорке. Гарт продолжал умасливать неизвестных богов своими сомнительными жертвоприношениями. Боги пока что не обрушивали свой пламенный гнев на Абана Драйв, что говорило, как минимум о том, что с газовой плитой религиозный неофит общий язык нашел. - ...а потом я подумал, какого черта! – вот уж кому было глубоко плевать на запахи, так это попавшему в центр внимания Трикстеру, - и мы зашли в этот салон. Кларенс ткнул в какую-то непонятную тату в стиле мафиози и вырубился, прикинь, прямо на стуле у мастера! Пришлось потом его до такси тащить, а он весит как пятнадцать этих самых мафиози, вот скажи мне, откуда пошла мода на накачанных рокеров? - Она не пошла, - с легкой улыбкой объясняет Дин, - просто всем надоели драматичные дрищи. Это еще ладно у нас в Канзасе можно найти пару-тройку кадров, у вас тут вообще все на здоровом образе жизни повернутые! - Хочешь сказать, не спрос порождает предложение, а предложение спрос? Интересная теория… - Сам ты теория, умник, - брат легко толкает рукой Гейба, - все дрищи ушли в пост-хардкор и мелодик. А рок и рок-блюз всегда были на массе. Хотя до рэпа, конечно, далеко… И вообще, серьезно? Рокер с именем «Кларенс»? - Ты сам только что был против стереотипов! - Это какими, интересно, словами? - Теми, что про драматичных дрищей. Кстати, тут брат твой решил подкачаться. - Я чего? – удивленно переспрашивает Сэм. Поздно, Дин уже услышал, принял к сведению, и, по всей видимости, пытался рассмотреть в Сэме зачатки рэпера, - да ничего я не решал. - А кто на тренировки по три раза в неделю ходит? – вопросительно тянет Гейб. - У меня сидячая работа, - хмыкает младший Винчестер, - и не три тренировки, а повезет, если две. Это посильный минимум, чтобы не превратится в желе. - Ну не накачаться, так драться, как раненый медведь. То-то проф три дома перерыл, чтобы найти вторые перчатки для ММА. - Перчатки для чего? - Кто такой проф? – влезает Дин. Сэм пытается глазами прибить болтливую скотину. Болтливая скотина прибиваться отказывается. Младший Винчестер не мог объяснить самому себе, почему с Дином не хотелось делиться информацией о тренировках и тренере. Умом он понимал, что ничего плохого не произойдет. Остальными частями себя нет. - Для смешанного боя, - тянет Трикстер со слишком довольным лицом, - проф, бедняга, забыл куда их положил. Я не стал ему говорить, что перчатки пали смертью храбрых в одном не очень трезвом эксперименте… - Ему передать? – иронично спрашивает Сэм. Габриэль только усмехается, оборачиваясь на Дина. - Проф – это наш любезне…       Со стороны кухни раздается отчетливый «бах». Видимо, Гарт с богами так и не сошлись во вкусах.       Или боги предпочли спасти Габриэля от раскрытия никому не нужной информации.       Сэму было не особенно принципиально, но он все равно поблагодарил. - Гарт, твою же мать! – реакция оказывается лучше всего у Дина – брат срывается с места в сторону кухни. Туда же срывается Гейб, но после полутора секунд раздумий. Чарли с Касом только испуганно смотрят в сторону двери – ни дым, ни огонь оттуда валить не начинают, Сэм предприимчиво набирает на мобильном 911, но звонить не спешит. Как оказывается, правильно. - Твою мать, Гарт! – доносится из кухни, - ты каким, блять, местом думал, а? Повар хренов, вот и убирайся теперь!..       С кухни возвращается ухмыляющийся Гейб. Под аккомпанемент ругани из кухни он объясняет: - Барабанщик перестучал. Запихнул в микроволновку закрытый пакет молока. - Всего-то, - облегченно выдыхает Чарли, - пойду помогу, а то Дин сейчас его прибьет. - Потому что там вся кухня в молоке, милая, - объясняет Трикстер, плюхаясь в продавленное кресло. Чарли ограничивается недовольным взглядом. - А у меня в микроволновке однажды яйца взорвались, - делится с классом размышлениями Кас, - дядя Майк тоже тогда орал. - Я бы твоему дяде Майку… - Нет, - перебивает брата Кастиэль, - Дин кричит не потому что кухня грязная, а потому что он за Гарта испугался. Как дядя Майк за меня. - Все, прекрати поминать его имя всуе, - морщиться друг, - черт с ним, испугался и испугался. А ты зачем яйца в микроволновку засунул? - Так интересно было. В школе говорили, что они взрываются. - А про пакет молока не говорили? - Не-а. Да и зачем? Логика простая – что-то с большим количеством жидкости в герметичной упаковке взрывается. Потому что пар. Ты на физику в школе ходил? - Да что-то как-то не пошло, - театрально вздыхая отвечает Трикстер, - готов поспорить, что на нее ходил Винчестер. Лига Плюща, ты взрывал что-нибудь в микроволновке? - Нет, - усмехается Сэм. - Ну кто бы сомневался в твоей праведности и безгрешности, - взмахивает руками приятель. Винчестер прячет улыбку за стаканом с джином. Взрывать что-либо в микроволновке он не мог по той простой причине, что во времена, когда это вызывало любопытство, никакой микроволновки у него в доме не было.       А вот про то, что будет, если утащить из школьной лаборатории магний и перманганат калия, а потом это все поджечь, Сэм бы мог рассказать. Но это уже совсем не физика.