Дневник малефикара

Глава 7       «…Круг спасен, и мы снова выдвинулись в путь — наконец-то появились зацепки насчёт мифической Урны с прахом Андрасте. А главное — чему я не могу нарадоваться — отряд пополнился тройкой сильных бойцов. Первой была мэтресса Винн, пожелавшая помочь в борьбе с Мором. Оказалось, что учитель тоже помогала Стражам в битве при Остагаре. Что ж, теперь понятно, куда она пропала после того, как я прошла Истязания. Подумать только — мы находились в одном лагере, и ни разу не столкнулись. Да, любит жизнь пошутить. Второй — Андерс. Было наивно надеяться, что он бросит свои глупые потуги выбраться из Круга. Неужели не понимал, что так продолжаться долго не может — когда-нибудь храмовникам надоело бы его постоянно отлавливать? Что и случилось. Еще немного и Андерса бы Усмирили. А я, пусть и была на него зла, все равно не могла этого допустить. Бытность Серым Стражем имеет свои плюсы: Право Призыва-то по-прежнему действовало. И Старший Чародей счел это лучшим вариантом, чем усмирение взбалмошного мага.       И третий… до сих пор не пойму, почему вообще согласилась оставить его в живых. И мэтресса, и Лелиана были против его смерти. „Здесь умирает Серый Страж“ Кажется так, Зевран меня приветствовал? Можно было догадаться, Логэйн от своего так просто не оступится. За жизнью Стражей явился отряд Антиванских воронов, в живых из которого остался лишь этот эльф-наемник, теперь присоединившийся к отряду. Я не верила ему ни на йоту. Предал своих — предаст и нас. Конечно, при условии если ему хорошо заплатят…»

***

— Хината-чан! Ты уже очнулась, — объявившийся Наруто деловито плюхнулся напротив. — Я так волновался. Амелл едва ли взглянула на него, занятая проверкой подсумков. — Так что случилось с Орочимару? — продолжила расспрашивать она. — Неужели он так просто взял и отступил? — Ты знаешь его? Амелл поморщилась. — Читала в книгах по истории и ирьендзютсу, — лениво отозвалась она, — Весьма известная личность. Он один из троицы великих саннинов, прославившихся во времена Второй Мировой войны шиноби. — Но если этот нукенин такой крутой, — протянул Наруто, — что он тогда забыл на экзамене? — Явно не сдавать его пришел, — откликнулась Амелл. — Сомневаюсь, что на нас наткнулись случайно. Ему явно было что-то нужно… — перевела взгляд на Саске, — или кто-то. Учиха нахмурился. — Ты про его попытку достать меня? — припомнил он. — Не говори ерунды. Тебя тоже нахваливали.       Амелл фыркнула. Да уж, вариантов было много. Каждый из их команды был ценен для деревни. Но про ее способности-то до этого не знали, а Наруто обезвредили, не посчитав нужным, вот и оставался лишь последний из Учиха в качестве цели саннина. Вопрос лишь в том, что ему могло понадобиться от Саске? — Кстати, — протянула Амелл. — Так как все завершилось? И, Наруто, где ты пропадал? — На меня натравили нескольких огромных змей, — отозвался парень. — А когда я подоспел вам на выручку, то… — Узумаки поежился и продолжил уже более тихо. — Хината-чан, я думал ты умерла. Ты лежала вся крови. Саске ничего толком сказать не мог. А этот… Орочимару только смеялся. Амелл замерла. Неужели Наруто снова потерял контроль? Быть того не может. Тогда все почувствовали бы всплеск демонической чакры, и экзамен, наверняка, бы остановили. — Ты… — протянула Амелл. Мальчик качнул головой. — Да, — отозвался он. — Но ненадолго. Я…вспомнил, что должен бороться. В конце концов, я пообещал, что буду сильным, даттебайо! — Наруто натянуто улыбнулся. — О чем вы? Амелл покосилась на Саске. — Думаю, не стоит говорить о подобном здесь. А ты, Учиха, если хочешь знать, то спроси Наруто — пусть он решает стоит рассказывать или нет. — Саске демонстративно фыркнул. — И что было дальше? — Орочимару сказал что-то насчет того, что может даровать Саске желанную силу, что то была не последняя встреча, после чего скрылся. Учиха отрубился. Ты тоже была без сознания. Пришлось создавать клонов и тащить вас сюда, — Узумаки шумно выдохнул. — Ну и напугали же вы меня, даттебайо!

***

— Зачем вы здесь? — прорычала Анко, хватаясь за шею — печать жгла раскаленным огнем. Орочимару до сих пор мог контролировать ее. — Только не говорите, что хотите убить хокаге? — Пока нет, — лукаво улыбнулся саннин. — Этот выпуск богат многообещающими шиноби, не так ли? Суметь противостоять мне… такие личности многого стоят, — протянул он. — Я бы хотел и дальше следить за ними. Сделай так, чтобы ничто не помешало мне насладиться зрелищем. — Экзамен… — Митараши рвано выдохнула. Жжение в метке исчезло, словно его и не было. — Отменишь его — деревню ждет конец, — жестко отрезал саннин и скрылся в шуншине.

***

      Амелл устало облокотилась о перила. Скука. От экзамена она ожидала большего. Генинов собрали в главном зале Башни, чтобы провести промежуточные бои - в третий тур пройдут только лучшие из лучших. Всего лишь десять человек из двадцати. Только вот зрелищностью проводимые бои не отличались. Порой Амелл активировала додзютсу, пытаясь понять суть той или иной техники. И, пожалуй, было забавно посмотреть на способности марионеточника и представителя клана Абураме. Но не более. Оживилась лишь, когда на экране высветились имена новой пары генинов.        Хьюга Хината — Хьюга Неджи Гомон на трибунах стих. Все замерли. Еще бы — бой между представителями Хьюга обещал быть интересным. Амелл усмехнулась — наконец-то! — и нарочито громко протянула, оглядывая замершего Неджи. — Ну что, нии-сан, вот и пришла пора выяснить, кто одержал победу в нашем маленьком соревновании?

***

— Хината-чан! — громко выкрикивал с трибун Узумаки. — Не смей проигрывать, ты справишься!       Амелл нахмурилась — ей подобное проявление товарищества не нравилось. Но сейчас следовало сосредоточиться на другом. В том, что бой будет непростым, Амелл не сомневалась. Все же в спаррингах ей еще ни разу не удавалось победить Неджи. Свести бой к ничьей — да, но не победить. Экзаменатор закончил объяснять стандартные правила спаррингов и попросил оппонентов встать напротив друг друга. — Что ж, — протянул экзаменатор, отскакивая назад, — начали!       Амелл замерла. Она, как и Неджи, не торопилась нападать, настороженно следя за действиями оппонента. Их предыдущие схватки — не показатель силы. Обычно клановые спарринги проводятся до определённого количества касаний. Так с Ханаби она дралась до первого, а с Неджи — до трех-четырех. В тайдзютсу Хьюга этого уже достаточно, чтобы определить победителя. Но теперь все ограничения сняты. Неджи не будет ни жалеть, ни поддаваться химе. Подобное не в характере гордого Хьюги, за что Амелл его и уважала. Но сдаваться она тоже не собиралась. Этот бой — отличный шанс проверить свои возможности только как шиноби. Показать, что она способна на многое и без магии крови. — Вы сильны, Хината-химе, — надменно произнес Неджи, — но недостаточно, чтобы одолеть меня. — Однако, — Амелл активировала бьякуган, — сдаться ты не предлагаешь? Парень только усмехнулся в ответ. — Я успел изучить вас, Хината-химе. Если я и понял что-то за годы тренировок, так это то, что вы никогда не сдаетесь. — Вот как? — лукаво прищуривается Амелл. — Тогда не будем тратить время на пустые разговоры, — отзывается она и резко кидается вперед. Взмах, резкий выпад — ее ладонь достигает тела Неджи. «Впрыск» чакры. Парень шипит от боли и пытается контрактовать. Ловко уклонившись, Амелл отскакивает назад, разрывая дистанцию. — Нии-сан, ты опять за свое? — елейно тянет она. — Дерись в полную силу, — и продолжает жестко, — иначе пожалеешь.       Кузен только усмехается и кидается на нее. Взмах. Она уклоняется от очередной атаки, ловко лавирует, и пытается контратаковать. Амелл морщится от боли — да, никакого сравнения с их прошлыми боями. Всего одно касание — получена серьезная травма. Но куда страшней выбитые тенкетсу — в бою (особенно затяжном по времени) против Хьюга это большая опасность. Стоит пропустить хотя бы один такой удар — не сможешь в следующий раз в полную силу использовать Джуукен. — Нет смысла затягивать это, нии-сан, — тянет Амелл, отскакивая назад. Неджи ухмыляется и резко вскидывает ладонь вперед. Кружить в бессмысленном бою, все время блокируя удары друг друга, можно еще долго. Но так победителя им не выявить. Все снова сведется к ничьей. Значит, — Амелл искривила губы в довольной ухмылке, — пора переходить к главным, к козырным техникам. —… касания небес, — синхронно произносят они. С трибун раздаются удивленные возгласы, и зал обмирает в напряженной тишине. Теперь-то все понимают — проигравший парой травм не отделается. Амелл резко ринулась на противника. Одновременный отсчет. Одинаковая скорость. — Две ладони, — она блокирует выпад брата, успевая заодно заблокировать тенкетсу, — Четыре ладони, — Неудача. Неджи успевает отбить ее ладонь. — Восемь ладоней, — пропускает удар, — Двенадцать ладоней, — Неджи дёрнулся, когда ладонь Амелл достигла солнечного сплетения, еще бы — одно дело просто видеть тенкетсу, другое — детально изучать строение кейракукей и анатомию. — Шестнадцать ладоней, — губы искривляются в ухмылке. Хьюга снова пропустил удар. — Двадцать четыре, — бездна! Сердце болезненно екнуло, стоило Неджи выбить очередное тенкетсу. — Тридцать две ладони! — рычит она, отсчитывая финальную серию. Неджи снова дернулся, не успев уклониться, но мгновенно перегруппировался, резкий взмах. — Шестьдесят четыре ладони, — продолжил отсчет Неджи.       Бездна! Амелл взвыла, содрогаясь от боли. Как она и думала, жалеть ее не собирались. Хладнокровно и сосредоточенно Неджи наносил удары. Спасало лишь то, что в полную силу кузен биться не мог — выбитые тенкетсу давали о себе знать. …А она уже ничего не чувствовала. Даже не заметила ни когда объявились ирьенины, ни как успела оказаться на носилках. Амелл оставалась в сознании, но от этого было противно — лежать беспомощной на носилках и знать, что все сейчас смотрят на тебя, жалеют, сочувствуют….       Унизительно. И еще унизительней было осознавать, что она проиграла Неджи полностью. Бесповоротно. — Бой окончен, Хината-химе, — словно потешаясь, надменно бросил Хьюга где-то неподалеку. — Я сильнее вас, — и, развернувшись, пошел прочь.       Поражение не хотелось признавать. Амелл была зла на саму себя, но обманываться не собиралась, прекрасно понимая, что то была отнюдь не случайность. Она уступает Неджи. Она слабее его. Еще бы — Хьюга годами тренировал тайдзютсу, в то время как она разрывалась между магией и ирьендзютсу. — Тогда спасибо за спарринг, нии-сан, — протянула она слабым голосом, не сомневаясь, что Неджи услышит. — Это был хороший бой, — и устало откинулась на носилках. — …Вам спасибо, Хината-химе, — раздалось позади.

***

      Амелл очнулась на следующий день в местном лазарете. Тело болело невыносимо — видать, вчера ей досталось куда сильнее, чем она предполагала. Но оставаться здесь она не планировала — у нее имелись свои планы. Амелл прекрасно понимала, что ее следующий шаг будет не просто рискованным — опасным. Может, даже глупым. Ставки слишком высоки. Если не удастся провернуть все в точности, как она задумывала, то ситуация окажется не из легких. Но и всю жизнь скрываться на полигонах Узумаки тоже невозможно. Ровно как и позабыть о своих способностях. Нет, — Амелл усмехнулась. Она собиралась предпринять кое-что иное.

***

— Тоо-сан, — Амелл склонила голову набок, — я хочу, чтобы вы кое-что увидели, — она лукаво улыбнулась. — И будет лучше, если вы активируете додзютсу. Хиаши заинтересованно покосился на дочь. — Вот как? — протянул он и послушно активировал бьякуган. — Интересно, и что же?       Улыбнувшись уголками губ, Амелл молча отступила на пару шагов назад и под шокированным взглядом Хиаши, задрав рукав, полоснула кунаем вдоль одного из так и незаживших шрамов. Неглубоко — сильное заклинание сейчас не нужно. Лишь небольшая демонстрация. Закрыть глаза. Произнести словесную формулу. Пара секунд — небольшой разряд молнии срывается с кончиков пальцев и, врезавшись в небольшую вазу для цветов, разбивая ту вдребезги, исчезает. Амелл перевела взгляд на замершего Хиаши и усмехнулась. — Что скажете, тоо-сан? — протянула она. — Это стоит вашего потраченного времени?