Куколка в погонах

      Огромный зал, освещённый разноцветными светодиодами, переполнен людьми, но основной контингент заведения — авторитеты преступного мира. По полу стелется серо-белая дымка, а в воздухе витает горький, проникающий в лёгкие запах табака. В этот клуб попасть не так просто, как кажется с первого взгляда: сюда приходят только по приглашению или знакомству. Весь персонал, начиная с охраны и заканчивая элитными стриптизерами, — профессионально обученные люди.       Чонгук находится на втором этаже в своём уединённом кабинете. Одна из стен помещения сконструирована полностью из тонированного стекла для полного обзора нижнего этажа: бара и танцевальной площадки. Никто из посетителей даже не подозревает, что находится под прицелом орлиных глаз хозяина клуба. Возле массивного большого стола из красного дуба стоят два кожаных кресла, разделённых маленьким стеклянным столиком. У противоположенной стены размещён стеллаж, полностью заполненный алкогольными напитками наивысшего качества. Вся комната сделана во вкусе молодого альфы, который проводит здесь большую часть своего дня.       Чонгук скучающим взглядом оглядывает развлекающихся людей в зале. В клубе одни альфы и беты, если не считать нескольких шлюх, но вскоре и они скрываются со своими клиентами в специально отведённых комнатах. Чон не любит, когда его клуб используют не для веселья, а для тупого траха, поэтому он позаботился об особенно озабоченных, открыв по соседству специальное заведение, в которое можно попасть даже из зала клуба — по небольшому коридорчику. — Слишком громко думаешь, — хмыкает вошедший в кабинет альфа — единственный лучший друг и самый верный партнер Чонгука.       Ким Намджун или просто Монстр — высокий, статный парень с выкрашенными в белый цвет волосами и выбритыми висками, обладающий холодным умом и здравым рассудком. Знакомство с этим парнем произошло чисто случайно, когда-то давно ещё совсем молодой и неопытный Гук по стечению обстоятельств, совсем неосознанно спас задницу Джуна, что, в принципе, продолжает делать и по сей день. Ну, а за это Намджун помогает сотрудничать с иностранными клиентами, так как сам Чонгук в английском почти ноль. — Вот скажи мне, если очень долго добиваться цели, она в итоге будет достигнута? — задумчиво тянет Гук, отпивая янтарный коньяк из гранёного красивыми узорами стакана. — Ты опять об этой шлюшке? Дело же, вроде, закрыли. Ты надавил на начальство, и того следователя чуть не уволили, — напоминает Джун, переводя взгляд с друга на толпу внизу. — В этом-то и причина, что дело прекратили. Я бегал за этой куколкой около трёх недель, а он даже на перстень с бриллиантом не купился, — Гук с раздражением ставит стакан на стеклянный столик, сжимая скулы от злости. — А теперь у нас больше нет поводов для встреч. — Ты всё ещё хочешь того паренька? — усмехается Намджун. — М-да, впервые тебя кто-то так сильно зацепил. — Вот именно, Джун, вот именно, — бормочет Чон, упираясь локтями в колени и подпирая руками подбородок. — Он слишком правильный, мне хочется копнуть глубже. В любом клубе шлюшки зарыты, ты же знаешь. — Ты хотел сказать, у каждого есть свой скелет в шкафу? — хрипло смеётся Джун, отпивая горький напиток. — Айщ, да какая разница, — фыркает Гук, недовольно глядя на прямую спину друга. — Лучше скажи, как мне его надломить. — Искренностью, Гук, — вздыхает Намджун, поворачивая лицо в сторону альфы. — Но лучше прячь свои скелеты поглубже. Он ведь ещё не знает, кто ты? Оставь это в секрете хотя бы до тех пор, пока не трахнешь его и не успокоишься. — Мне кажется, я его скоро просто изнасилую, — судорожно выдыхает Чон. — Я его даже на романтическое свидание водил, блять! А он… — А он столкнул тебя с катера, знаю, — улыбается пухлыми губами Джун. — Он бета? Тебя же обычно на омег тянуло. — Да он бесит меня вообще, — дергается Чонгук, вскакивая с места и подходя к огромному стеклу. — Если он мне понравится в постели, то я заставлю его работать на себя. — Сделаешь его одним из этих? — длинный палец указывает в тёмный угол зала первого этажа, где очередной изрядно подвыпивший альфа зажимает красивого и до жути довольного проститута. — Именно. Будет шлюшкой у меня в борделе, — ухмыляется Гук. — И почему же ты так и норовишь его сломить? — Намджун запускает руку в карман, а другой медленно вертит бокал с коньяком. — Джун, ему двадцать шесть, а он ведёт себя, как девственник, — морщится Чонгук. — А его аппетитная задница так и напрашивается на грех. Ты просто не видел его зад! — Мне достаточно того, что ты течёшь с него, как омега, — вновь смеётся друг, а после отвлекается на телефон. — Прости, бро, меня там Сахарный уже ждёт. — Опять Шуга? — хмурится Гук, недовольно поглядывая на накидывающего пиджак Кима. — Я скоро ревновать начну. — Успокойся, у нас с ним только бизнес, — ухмыляется Джун и, махнув рукой, покидает кабинет Чонгука, оставляя его одного. — У меня вся жизнь — бизнес, — тихо шепчет Чонгук, вздыхая.       Внизу такие же, как он, одинокие и погрязшие в дерьме люди. Из этого не выбраться, как бы ты не пытался. Даже если ты — Чон Чонгук, у которого помимо борделя и клуба ещё и скрытая точка продажи молодых тел для рабства. Под Чонгуком чуть ли не вся мафия города, он нагнул почти каждого барыгу и торговца в городе. Единственные, кто пока не поддаётся — это Джун и некий Шуга, которым Чонгук тихо восхищается. Только это останется в секрете: Чон заберёт его с собой в могилу.