Hadley M.D.

Кларк закрыла за собой дверь третьей смотровой и на секунду остановилась в коридоре, пытаясь сдержать все те эмоции, что сейчас кипели внутри. Набрав полные легкие воздуха, она резко выдохнула и, простояв еще буквально мгновение, продолжила свой путь в сторону отделения скорой помощи. «Грубая, наглая, эгоистичная, самовлюбленная». — множество различных, нелицеприятных эпитетов, посвященных Александрии Хадли, крутилось в голове девушки. Кларк шла размашистым уверенным шагом, не обращая внимания ни на что вокруг. — «Она не так интересна, как мне вчера показалось. Просто жалкая тетка, обозленная на весь мир, к черту ее». — убеждала саму себя Кларк, потирая запястье, которое все еще ныло от боли, вызванной крепкой хваткой Лексы. Кларк толкнула большие серые качающиеся двери и прошла в просторное помещение, где врачи и медсестры принимали пациентов скорой помощи. В отделении, как обычно, была обстановка хаоса: все куда-то бежали, множество голосов пациентов и медперсонала сливались в один общий гул. Девушке не нравилось работать в скорой, но по правилам интернатуры, ей было необходимо нарабатывать часы на приеме экстренно поступивших больных. — Гриффин! Почему ты отсутствуешь на рабочем месте? У пациента на второй койке отравление, займись им, — высокий светловолосый парень, работающий ординатором в скорой, прошел быстрым шагом мимо девушки, кинув ей через плечо указания. — Да, Ричард, — Кларк покорно поплелась к мужчине примерно тридцати лет, сидевшему на койке с поставленным на колени ведерком. Его лицо было белее белого, а на лбу выступила испарина. — Здравствуйте, я интерн Гриффин, — поздоровалась блондинка, задвигая за собой ширму, отделяющую их от общего зала. Кларк взяла медкарту, лежащую на тумбе рядом с пациентом и ознакомившись с ней, полезла в отсек с медикаментами. — Как вы себя сейчас чувствуете? — участливо спросила девушка. Характерный звук, вырвавшийся из мужчины, когда он в очередной раз склонился к ведру, чтобы опустошить содержимое своего желудка, послужил ответом на ее вопрос. — Чертова китайская еда, — жалобно простонал мужчина, вытирая бумажной салфеткой рот. — Так и знал, что не стоило есть в этой сомнительной забегаловке. Кларк подошла к диспансеру, стоявшему неподалеку в углу и, налила в одноразовый стакан воды. — Примите это, — она протянула мужчине пару противорвотных таблеток, взятых из шкафчика с лекарствами и стакан с водой. — В карте указано, что у Вас гастрит. Назначу Вам на всякий случай гастроскопию. — Кларк достала из нагрудного кармана халата бланк с ручкой и выписала направление. Закончив с пациентом, девушка вышла в общий зал, и посмотрев на настенные круглые часы, заметила, что уже восемь вечера. Кларк была вымотана, несмотря на то, что она всего второй день находилась на дежурстве в скорой, постоянные вызовы не давали порой даже и пяти минут на отдых. Ночь ей предстояло провести в больнице, так как сегодня была ее очередь находиться на суточном дежурстве. — Гриффин, привезли парня с огнестрельным ранением, будешь ассистировать, через двадцать минут в первой операционной, — прозвучала очередная задача от Ричарда, который неожиданно вновь оказался рядом с девушкой. — Ассистировать?! Но я никогда… — замешкалась Кларк, еще ни разу не участвующая в операциях. — Это пулевое ранение в бедро, а не операция на сердце. Тебе нужно будет лишь следить за мониторами, и тампонировать рану. Уверен, ты справишься, — улыбнулся блондин, дружелюбно похлопав девушку по плечу. — А кто хирург? — тело девушки сковал страх, боясь услышать нежеланное имя. — Хадли? — Нет, Хадли сегодня выходная, оперирует Блэйк, — ответил Ричард, чей взгляд в этот момент бегал по помещению, словно ища кого-то. — Ладно, мне нужно бежать, вытаскивать пластиковых солдатиков из носа пятилетнего мальчика, — наконец обратил свое внимание на девушку ординатор, подмигнув ей. «Слава богу, что мне не придется вновь сталкиваться с этой дамочкой… Хм, раз у нее выходной, она что, специально приехала сегодня в клинику, чтобы отчитать меня? Могла бы сделать это и по телефону. Или когда вышла бы на смену». — Кларк расплылась в самодовольной улыбке. Мысль о том, что Александрия, разъяренная примчалась в свой выходной в Мёрфи Плэйс, тешила самолюбие девушки. — «Значит, моя шутка с психиатром удалась и ее это действительно задело». — улыбка не сходила с лица Кларк. Она быстрым шагом направлялась в сторону операционной, находившейся также на первом этаже клиники. — «Хотя, может, я действительно переборщила». — у девушки стали зарождаться сомнения о правильности своего поступка. Она вспомнила слова Лексы, о том, что ей практически пригрозили лишением лицензии. — «Да ну, никто бы ее не лишил. Откуда же я знала, что этот доктор Хадсон такой навязчивый». — старалась отогнать этим свои мысли Кларк. — Здравствуйте, — поздоровалась блондинка с кудрявым брюнетом, заходя в предоперационную. — Интерн Гриффин? — Беллами Блэйк развернулся от раковины, вытирая бумажным полотенцем только что вымытые руки. Парень оценивающе осмотрел девушку с ног до головы, чем вызвал у той некоторое смущение. — Готовьтесь, операция через десять минут, — на этой фразе парень прошел мимо нее в сторону входной двери. Кларк провела дезинфекцию рук и надела хирургический костюм, после чего проследовала в операционную. Следующие сорок минут доктор Беллами Блэйк проводил операцию по изъятию пули из бедра полицейского, пострадавшего в перестрелке, а Кларк внимательно наблюдала за его работой и периодически выполняла несложные поручения. Гриффин не нравилось присутствовать при операции, ее не то чтобы пугала кровь, но она явно вызывала у нее отрицательные эмоции. Поступая в медицинскую школу, девушка не сразу определилась в выборе специальности, но знала точно лишь одно: она точно не хотела быть хирургом. Вид открытых ран и внутренних органов вызывал у нее приступы тошноты. Наконец, закончив, Кларк вместе с Блэйком вернулась в предоперационную. — Ты неплохо справилась, — похвалил ее доктор, выбрасывая в урну запачканные кровью пациента перчатки. — Нет ничего сложного в прикладывании тампона к кровоточащей ране, — усмехнулась Кларк, подходя к раковине. — Обычно люди говорят «спасибо», когда их хвалят, — заметил Беллами, повернувшись лицом к блондинке, которая в этот момент уже мыла руки. Парень слегка облокотился о столешницу с раковинами и вновь забегал взглядом по телу девушки, продолжая изучать ее. — Спасибо, — натянуто улыбнулась Кларк, вытирая руки бумажным полотенцем. — Я тут слышал, вы вчера повздорили с моей коллегой, — растягивая слова, начал парень, ехидная улыбка заиграла на его губах. Кларк наконец обратила свое внимание на Блэйка и повернулась к нему лицом. — С доктором Хадли, — уточнил брюнет, с интересом заглядывая в голубые глаза девушки. — Она еще та стерва, не так ли? — улыбка парня уже откровенно была похожа на шакалий оскал. Кларк не нравилось, что он поднял эту тему, ей не хотелось перемывать кости Александрии, несмотря на то, что она до сих пор злилась на нее. — Все в порядке, доктор Блэйк, — сухо ответила Кларк, пытаясь всем своим видом показать, что не желает продолжать разговор. — Мне нужно вернуться в скорую. — Ее тут все недолюбливают, она правда, конченая сука, мне жаль, что в твои первые же дни, тебе пришлось столкнуться с ней, — игнорируя слова девушки, продолжил Беллами. — Ее бы запереть в какой-нибудь карцер, подальше от нормальных людей, — парень явно разошелся в своих словах, его тон выражал презрение и насмешку. Гриффин, в этот момент уже подошедшая к двери из операционной, резко остановилась и развернулась к начинавшему раздражать ее Блэйку. — Она спасла пациента в момент, когда я растерялась. Она все сделала правильно, — в голосе Кларк проскальзывали злобные нотки. — Извините, но я не хочу обсуждать других врачей, мне неважно, кто там долюбливает или недолюбливает доктора Хадли, но она отлично справляется со своей работой, насколько мне известно. Беллами удивился такой реакции интерна, он прищурил глаза и стал ближе подходить к девушке, сверля ее испытующим взглядом. — Она унизила тебя, вся клиника вчера только и обсуждала инцидент, произошедший в скорой. Поговаривают, ты чуть ли не разрыдалась, когда она забрала у тебя пациентку. Мне приходится быть с ней приветливым, но порой так хочется поставить ее на место, — мечтательно произнес брюнет. — Хадли хороший врач, я не спорю, но как человек она – зарвавшаяся стерва, — Блэйк уже очень близко стоял к блондинке, не сводя с нее пристального взгляда своих темно-карих глаз. — По крайней мере, она не лицемерка, — грубо ответила Кларк и развернувшись к выходу, открыла дверь и покинула предоперационную, оставляя парня в некотором замешательстве. Блэйк явно не ожидал такого поведения со стороны девушки, особенно, касательно Хадли, которую действительно многие недолюбливали в Мёрфи Плэйс. Иногда сотрудники больницы сплетничали за спиной Александрии, обсуждали ее поведение, но в лицо никто не решался высказать своих претензий. «И зачем я вообще ее защищаю?» — не понимала своего собственного поведения Кларк, быстрым шагом проходя по широкому коридору первого этажа клиники. Ее вывел из себя этот разговор, а точнее, Беллами Блэйк, так настойчиво навязывающий ей мнение о докторе Хадли. Кларк ненавидела сплетни о ком-то, даже о тех людях, которые были ей самой не очень приятны. Это, кстати, единственная причина по которой Гриффин не любила работать в коллективе – все всегда друг друга обсуждают. — «Да, она наглая, надменная, грубая и…» — очередной поток эпитетов вихрем закрутился в голове блондинки. — «Но, если кому-то что-то не нравится, почему они не выскажут ей это лично?» — недоумевала девушка, подходя в этот момент уже к дверям скорой помощи. — «Да, мисс Хадли, смотрю вы тут для многих являетесь занозой в заднице» — усмехнулась Кларк, после чего толкнула двери и прошла в помещение. Стоило Кларк только зайти в отделение, как телефон, лежавший в кармане джинсов, начал активно вибрировать. Интернам запрещалось пользоваться мобильными на работе, поэтому девушка быстро прошмыгнула за одну из ширм, отделявших небольшие закутки для приема пациентов от общего зала, стараясь не быть замеченной другими сотрудниками клиники. — Да, мам, — ответила на звонок блондинка. — Прямо сейчас? Я в скорой… Нет, мам, я сама разберусь, не надо никому звонить! Гриффин положила телефон, и выйдя вновь в общий зал, стала искать глазами ординатора. Ричард хоть и не был заведующим скорой помощи, но из тех, кто сегодня дежурил, он был старшим по должности, а, значит, отвечал за всех сотрудников отделения. Пробежав взглядом по небольшому количеству людей, находящихся сейчас в помещении, Кларк практически сразу увидела Ричарда, который в этот момент, общался с каким-то медбратом. — Хэй… — осторожно обратилась к нему Кларк. — Извини, могу я отлучиться буквально на пятнадцать минут? — девушка посмотрела на парня выпрашивающим взглядом. Ординатор отвлекся от разговора с медбратом и обратил свое внимание на Кларк. Посмотрев на девушку, а после на свои наручные часы, он ненадолго замолчал, словно о чем-то задумавшись. — В принципе, самое пиковое для приема пациентов время прошло, ты можешь немного отдохнуть, поспать. Но не смей отключать пейджер, в случае чего, я наберу тебя, и ты тут же должна будешь примчаться, — блондин дружелюбно подмигнул девушке, вновь приковывая свое внимание к медбрату. Кларк расплылась в радостной улыбке. Действительно, ей бы не помешало сейчас поспать хотя бы пару часов. После вчерашнего похода в бар, она сегодня еле смогла оторвать себя от кровати, даже таблетка аспирина и холодный душ не помогли абсолютно снять головную боль и взбодриться. Ей пришлось встать в шесть утра, чтобы к восьми быть на работе и помочь доктору Уиттлу в организации дня детского творчества. Больница не смогла выделить достаточно бюджетных средств на проведение этого мероприятия, поэтому отделению педиатрии пришлось взять костюмы супергероев напрокат, а носить их было поручено медперсоналу. Кларк достался достаточно вызывающий костюм суперженщины, который она сначала вообще отказалась надевать, но после уговоров Линкольна, девушка все же сдалась. Гриффин вспомнила утреннюю встречу с Александрией. «У нее же сегодня выходной, что она забыла на нашем мероприятии? Ей ведь явно не нравилось там находиться, это было видно по ее лицу… Да и она в принципе не похожа на того человека, который бы любил такие праздники. Вообще, любые праздники». — размышляла блондинка, направляясь к выходу из отделения скорой помощи, и приветственно кивая проходящей мимо знакомой медсестре. — «И надо же было нам так глупо столкнуться… Пффф, она действительно грубиянка». — Кларк вспоминала жестокие слова, адресованные в ее сторону зеленоглазой. Гриффин подошла к лифту и нажала кнопку вызова. Дождавшись, когда кабина опустится, она зашла внутрь и отправилась на второй этаж. — Доктор Гриффин, — поздоровалась Кларк, заходя в кабинет главного врача клиники Мёрфи Плэйс. Это был просторный кабинет, выдержанный в строгом деловом стиле. Стены, покрашенные в бежевый цвет, идеально гармонировали с деревянными панелями, шедшими от середины стен к полу. Справа от входа находился большой диван из натуральной темно-коричневой кожи, за которым главврач принимала спонсоров клиники и других важных гостей. Широкий журнальный столик, стоявший рядом, предлагал ознакомиться с последними выпусками различных медицинских журналов. В двух углах стояли ухоженные фикусы в красивых темных горшках, украшенных декоративными камнями. Напротив входа располагалось огромное окно, занимающее практически половину стены, которое пропускало в дневное время через себя лучи солнца, освещавшие дубовый стол главврача. По обеим сторонам от окна были развешаны многочисленные дипломы, награды и благодарности клинике и непосредственно самой Эбигейл Гриффин. Взрослая красивая женщина, одетая в строгий офисный костюм, состоящий из юбки, блузки и пиджака, сидела в своем кресле, из коричневой кожи и заполняла какие-то бланки. — Скоро к тебе будут обращаться так же, — подняв взгляд от бумаг, ответила главврач. Увидев дочь, женщина доброжелательно улыбнулась. — Садись Кларк, — она кивнула на диван, приглашая на него девушку. — Не так уж и скоро, еще три года интернатуры для педиатрии, — усмехнулась Кларк, присаживаясь. — Для чего ты меня вызвала? — перешла сразу к делу девушка. — Я как раз по поводу этого… Ты все-таки точно уверена насчет педиатрии? — начала уже знакомый разговор Эбигейл, с осторожностью смотря на дочь в ожидании её реакции. Женщина сидела, сложив руки на столе в замок, в ее теле чувствовалось напряжение. — Мам. Мы уже это обсуждали, сколько можно то? — с небольшим возмущением ответила блондинка. — Да, я хочу работать именно в педиатрии, — отчеканила она. — Днем я подписала договор с двумя новыми хирургами… Спонсоры наконец выделили достаточно средств для развития отделения. Да и в ортопедии много перспектив. У тебя целый год, чтобы попробовать себя в разных направлениях, чего ты так зациклилась на педиатрии? — удивленно спросила старшая Гриффин, подперев рукой подбородок. — Хирургия? Я ненавижу кровь, нет. Мам, я все решила. Мне нравится работать с детьми, я хочу помогать им. В Мёрфи Плэйс отличное отделение педиатрии, одно из лучших в штате, хватит уже мусолить эту тему, — Кларк надоел этот разговор, который ее мама поднимала уже в который раз после выпуска девушки из медицинской школы. Порой, Кларк казалось, что она в дне сурка, так как одни и те же вопросы и одни и те же следовавшие на них ответы довольно часто повторялись в разговорах со старшей Гриффин. — Почему ты не хочешь, чтобы я была педиатром? — возмущение начинало нарастать. — Я не говорю, что не хочу. Просто я считаю, что пока есть возможность, стоит рассмотреть все варианты, — женщина пожала плечами и расслабленно откинулась на кресле. — Я все решила, — твердо заверила Кларк, посмотрев маме в глаза уверенным взглядом. — Хорошо. Как работается в скорой? — наконец, сменила тему Эбигейл, смирившись с непреклонным решением дочери. — Все нормально, мам. Сложно, конечно, но я справлюсь, — на лице девушки появилась добродушная улыбка. – Доктор Стоун как раз сейчас разрешил мне поспать пару часов, пока в скорой относительно спокойно. — Тогда не смею тебя задерживать, — Эбигейл встала со стула и выйдя из-за стола, подошла к дочери. — Хорошей тебе смены, люблю тебя, — женщина наклонилась к Кларк и поцеловала ее в щеку. — Мам… — начала Гриффин тему, на которую решалась последние двадцать минут. — Ты же наверняка в курсе тех разговоров, что сейчас ходят по клинике… Насчет вчерашнего инцидента между мной и доктором Хадли, — девушка с тревогой посмотрела на женщину. — Да, я слышала. Неужели ты хочешь, чтобы я вмешивалась в это? — легкий смешок слетел с губ Эбигейл. — Я не собираюсь делать выговоры врачам только потому, что кто-то из них тебе не нравится. — Нет! — Кларк подскочила с дивана и вытаращила глаза. — Ты меня не так поняла! Я абсолютно не это имела в виду! Ты же знаешь, я никогда не воспользуюсь нашим с тобой родством для решения своих проблем, — отрицательно замотала головой блондинка. — Я, наоборот, хотела попросить тебя не обращать внимания. Просто все обсуждают это… Но ничего страшного не произошло. Я была виновата, а она исправила мою ошибку и спасла пациентку, — затараторила младшая Гриффин. — Кларк, — женщина коснулась плеча дочери. — Успокойся. В этой клинике всегда все что-то обсуждают, если бы я на все обращала внимание, у меня бы не осталось времени для других дел. Я думаю, тебе больше стоит переживать из-за своей ошибки, а не из-за конфликта с Александрией. Доктор Хадли отличный хирург, да, она не самый простой человек, но я уверена, ты справишься в общении с ней, — улыбнулась Эбигейл. — Очень на это надеюсь, — усмехнулась Кларк с небольшой грустью в голосе. — Ладно, удачного дня, — девушка подмигнула маме и направилась на выход из кабинета. «Нужно попытаться хоть немного поспать. Лишь бы Ричард не вызвал меня в ближайшие пару часов. В конце концов, в скорой достаточно и другого персонала…» — размышляла Гриффин, проходя мимо различных кабинетов административного отдела клиники, находившегося на втором этаже. Здесь же, помимо кабинетов бухгалтерии, юристов и прочего находились комнаты отдыха, где сотрудники больницы могли спать во время ночных дежурств. Зайдя в одну из таких комнат, Кларк радостно заметила, что она пустует. Это было небольшое помещение, в котором стояли три двухъярусные кровати, потрепанное кресло, и диспенсер с водой. Освещение практически отсутствовало, одно небольшое окно было прикрыто жалюзи. Воздух в комнате был спертым, что заставило девушку невольно сморщить нос. Гриффин подошла к одной из кроватей и начала снимать с себя медицинский халат. Потянув его за правый рукав, она обратила внимание на запястье, за которое несколько часов назад так яростно схватила ее Александрия. На светлой, молочной коже девушки осталось два маленьких синяка, оставленных длинными цепкими пальцами шатенки. — Ненормальная… — буркнула себе под нос Кларк, откидывая халат на кресло. Сев на кровать, она опустила голову в ладони и стала потирать виски, в которые еще отдавалась небольшая глухая боль, вызванная вчерашним походом в бар. «Надеюсь, мне больше не придется пересекаться с этой неадекватной. Не удивительно, что ее недолюбливают, ведет себя с людьми как королева с прислугой…» — Кларк легла на жесткую, неудобную кровать. — «Придется отказаться от своего плана, пусть сама возится со своими тараканами. Я думала, будет интересно попытаться вывести ее из себя, но она явно не стоит моего времени и нервов». Из головы Кларк вот уже второй день не выходили мысли о надменной, грубой зеленоглазой шатенке. Тот момент, в коридоре приемного отделения, когда Гриффин впервые столкнулась с Хадли, она помнила до мельчайших деталей. То, с какой ироничной ухмылкой стояла Александрия, облокотившись на стену, когда ее насмехающийся взгляд впервые встретился с глазами Кларк. Помнила, как резко та изменилась в лице, когда Гриффин попыталась проигнорировать ее и побежала с каталкой дальше. Черты лица Хадли в момент стали грубее, абсолютная уверенность в своих действиях выражалась в агрессивно прищуренных глазах, которые словно испепеляли Кларк изнутри. Девушка была похожа на хищную птицу, резко подлетевшую к своей жертве, сработав на опережение. Гриффин помнила, как холодные пальцы Александрии слегка коснулись ее собственных буквально на секунду, когда та вырывала у нее из рук каталку с раненой юной пациенткой. В общем то, все, что было связано с Александрией Хадли ассоциировалось у Кларк с холодом: взгляд, речь, поведение. В тот момент Кларк почувствовала себя маленькой девочкой, которую мама оставила на кассе, а очередь все приближалась и приближалась… Тот страх, та детская неловкость перед такой уверенной и серьезной девушкой выбили блондинку из колеи. Кларк осталась стоять в растерянности, смотря на быстро удаляющийся силуэт Александрии и, действительно, тогда чуть не расплакалась от собственной беспомощности. В тот момент Кларк была, мягко говоря, шокирована. Уже неделю проходя интернатуру в Мёрфи Плэйс, она до этого ни разу не сталкивалась с грубостью в ее сторону: все были приветливы и учтивы, даже замечая ошибки в работе Гриффин, все списывали это на то, что девушка еще только начала свою практику. Кларк, конечно, знала, что некоторые были вежливы с ней исключительно из-за мамы и ее это крайне раздражало. Оканчивая медицинскую школу, она даже хотела проходить интернатуру в другой клинике, чтобы избежать таких ситуаций, но Эбигейл все же уговорила Кларк на Мёрфи Плэйс, заверив, что не будет предвзятой. Блондинка поверила своей маме, ведь та всю жизнь, действительно не давала дочери поблажек, порой требуя от нее даже большего, чем от других людей. Кларк признавала свою вину в ситуации с пациенткой, она действительно растерялась, когда врачи скорой помощи быстро вручили ей каталку с маленькой девочкой и уехали на очередной срочный вызов. Кларк забыла сообщить в хирургическое отделение о необходимой операции и решила сама отвезти девочку в операционную, не подумав, что на сбор врачей требуется определенное время. Но то, как грубо повела себя доктор Хадли в любом случае было неуместным, считала Кларк. «Интересно, почему она так отреагировала на нас с Линкольном?» — мысли никак не давали Гриффин провалиться в сон, несмотря на сильную усталость. Она лежала на спине, согнув ноги в коленях, и смотрела на дно верхнего яруса кровати. — «Видимо, они действительно сильно близки, раз ее волнует, с кем он спит». — Кларк уже точно была уверена, что поведение Хадли не было связано с ревностью, они с мужчиной были исключительно друзьями. — «Этой дамочке палец в рот не клади». — глубоко вздохнула блондинка, вспоминая их вчерашнюю встречу в кабинете Уиттла. Кларк не любила кому-то жаловаться на свои проблемы, но в тот момент, сильно расстроенную из-за ситуации с Лексой и пациенткой, девушку охватил какой-то порыв, и она прибежала к Линкольну за поддержкой. Она видела в мужчине крепкое плечо, на которое можно было положиться. — «Хорошо, что мы с Уиттлом решили прекратить сексуальные отношения». — размышляла Кларк. Она не совсем понимала, зачем вообще начала это. В их первый раз, когда они напились в баре, а после переспали, Гриффин была в ужасном настроении. Очередной разговор с мамой закончился громким скандалом, продолжавшимся несколько часов, и после этого Кларк хотелось просто напиться и уйти в отрыв. В тот день Эбигейл вновь отчитывала дочь за несерьезное отношение к своему будущему. Она считала, что Кларк много времени уделяет друзьям и гулянкам, вместо того, чтобы полностью отдавать себя медицине, но девушка была категорически не согласна с этим мнением. Кларк всегда хотела пойти по стопам мамы и стать врачом, она была лучшей в группе, в медицинской школе и ответственно относилась к своему выбору, но Эбигейл этого всегда было мало. Во время того разговора она рассказывала и о правилах поведения в больнице, которые она не позволяет нарушать никому из подчиненных и Кларк не станет исключением. Одним из этих правил являлось табу на отношения с коллегами. Это стало словно красной тряпкой для быка, Гриффин-младшая ненавидела запреты, а в комплексе с отношением к ней как к маленькой глупой девочке, ей захотелось сделать все абсолютно противоположно словам Эбби. И в тот день, после своей первой смены в Мёрфи Плэйс, Кларк обратила внимание на своего начальника, заведующего педиатрическим отделением, доктора Уиттла. Он показался ей достаточно красивым, интересным и доброжелательным мужчиной, и Гриффин решила пригласить его в бар. Они много пили, и честно говоря, Кларк мало помнила с того вечера. «Может, все дело в том косяке?» — усмехнулась девушка, вспоминая, как Уитни, которую вчера хотела соблазнить Лекса, предложила им с Линком расслабиться, покурив марихуаны. — «Я даже не вспомню, когда курила подобное в последний раз… По-моему, это было в 12 классе». — задумалась о далеком прошлом Кларк. — «В любом случае, хорошо, что мы прекратили эту интрижку. Естественно, мама бы не уволила главу отделения, но Линкольн все равно мог серьезно пострадать от последствий, если бы все вскрылось… Я порой веду себя как идиотка». — призналась самой себе блондинка, глубоко вздыхая. Несмотря на то что она пыталась позиционировать себя взрослым и серьезным человеком, некоторые ее поступки действительно были ребячески глупыми. Взять, к примеру, их второй раз с Линком. Кларк просто захотелось снять напряжение, вызванное очередным тяжелым днем в клинике, и она накинулась на мужчину прямо в его кабинете, не особо думая о возможных последствиях, хотя уже на тот момент понимала, что все это неправильно. Ей просто хотелось секса, а этот мужчина был вполне подходящей кандидатурой. Кларк была рада, что Уиттл сам прервал их странные отношения. Сегодня утром, когда девушка только пришла на работу, они спокойно поговорили в его кабинете, и не тая друг на друга никаких обид, сошлись на том, что все это было лишь глупой ошибкой, которая больше никогда не должна повториться. «Забавно, конечно, что Линкольн решился на это только после разговора с Хадли. Бедный парень, представляю, сколько ему пришлось выслушать от своей подруги-грубиянки». — очередная усмешка заиграла на губах блондинки. — «Интересно, а знает ли он о ее развлечениях? О том, как она прикрывается масками других людей, чтобы пикапить доверчивых девушек в барах?». — спина Кларк начала уже побаливать от жесткой кровати, и она повернулась на левый бок, уставившись в одну точку на светло-серой стене, оказавшейся прямо перед ее носом. — «Судя по поведению Александрии, это секрет… О котором теперь знаю я». — в ту встречу с шатенкой в баре, Кларк была рада, что ей удалось подловить девушку на такой, на первый взгляд, безобидной забаве. Это можно было бы счесть за обычную шутку, если бы не реакция Хадли на слова Кларк о том, что та прикрывается масками, лишь потому, что знает, что ее истинное «Я» никому не понравится. В тот момент, Гриффин заметила, что в самовлюбленном, надменном взгляде Лексы промелькнуло что-то… что-то похожее на уязвленность. Буквально на секунду, но в глубоких зеленых глазах отразилась грусть и растерянность от адресованных ей слов. — «Неужели я оказалась права, и за всей этой холодной грубой оболочкой, действительно, скрывается маленькая, запуганная девочка?» Вчера вечером, вернувшись домой, еле стоя на ногах, Кларк рухнула в кровать, даже не удосужившись раздеться. В ее голове крутились мысли о прошедшем разговоре с Александрией и тогда, охмеленный мозг с чего-то вдруг решил, что ей стоит начать эту странную игру с девушкой. Кларк хотелось отомстить за то чувство беспомощности, которое вызвала в ней Лекса, за ту злость и обиду, что ей пришлось испытать, выслушивая очередные язвительные грубые замечания в свой адрес. Ночью, лежа в кровати с пьяной глупой улыбкой на лице, Гриффин в голову пришла, как ей тогда показалось, гениальная идея. Она захотела поставить Хадли на место и показать ей, что с ней лучше не связываться, показать, что она может дать ей отпор. Даже наутро, несмотря на ужасную головную боль с похмелья, мысли Кларк не покидала эта идея. Сегодня, после инцидента со стаканом сока, Кларк подошла к Линкольну и попросила у него номер телефона Александрии, объяснив это тем, что хотела бы извиниться за испачканный халат. К ее удивлению, мужчина без доли подозрений, продиктовал ей мобильный подруги. Когда мероприятие, посвященное дню свободного творчества, подходило к концу, Гриффин спряталась в кабинке женского туалета и позвонила в психиатрическую клинику Джонса Гардена, куда записалась на прием от лица Александрии Хадли. Кларк понимала, что в очередной раз ведет себя по-детски, но она считала свой поступок действительно забавным и надеялась досадить им шатенке. После осуществления своего плана, Кларк написала Александрии смс, и не потому, что действительно желала оплатить химчистку халата, а потому, что хотела в очередной раз подколоть ее вчерашним инцидентом в баре. Гриффин была удивлена, когда Хадли написала ей о наличии какого-то парня, которому блондинка якобы изменяет. В тот момент, Кларк даже громко рассмеялась, впечатленная тем, что смогла все-таки задеть Лексу, раз та даже стала искать про нее информацию. Блондинка догадывалась, о каком парне шла речь, скорее всего, Хадли увидела на ее страничке в фэйсбуке фото с ее близким другом Финном Коллинзом, только вот шатенка явно не предполагала, что Финн – стопроцентный гей и мог бы быть парнем Кларк только разве что в параллельной вселенной. — Чертова Хадли, — жалобно простонала Гриффин, которой несмотря на слипающиеся глаза, все еще не удавалось уснуть из-за не покидающих ее голову мыслей. «Почему она так отреагировала на мое прикосновение к ней?» — девушка вдруг попыталась дать оценку сегодняшнему поведению Александрии. — «Она явно не любит, чтобы кто-то лез в ее личное пространство… И почему я уверена, что тех девушек, что она соблазняет в барах, трахает именно она, в одностороннем порядке? Вряд ли Хадли подпускает кого-то к своему телу». — Кларк не совсем понимала, почему она вообще думает о личной жизни шатенки, но ей действительно было интересно, что испытывала в момент ее прикосновения к своей груди Александрия.— «Черт, а что, если она подумала, будто я флиртую с ней?» — от этой, внезапно появившейся мысли, Кларк подскочила с кровати, чуть не ударившись головой о верхний ярус. — «Черт, черт, черт, мои слова и действия сегодня реально можно было воспринять за флирт!» — голубые глаза Гриффин в ужасе расширились, пока мозг прокручивал их разговор в смотровой. — «Нет, ну, я же явно не пыталась заигрывать с ней! Или пыталась?» — очередная безумная мысль в голове. — «Нет, бред какой-то, эта изматывающая работа в скорой совсем лишила меня здравого ума. Я, конечно, не человек предрассудков, но мне точно не смогла бы понравиться женщина. Тем более такая стерва, как Хадли, которая за два дня вывела меня из себя столько раз, сколько никому бы не удалось за целый год!» — Кларк быстро помотала головой из стороны в сторону, словно пытаясь выбросить эти странные мысли. — «Она, конечно, красивая, статная… И у нее потрясающие глаза. Но, Господи, она сука, каких еще поискать! Она прекрасный врач, судя по тому, что о ней говорят в клинике… Но она самовлюбленная, наглая, грубая». — Кларк уже сбилась со счета, сколько раз за день она перечисляла черты характера доктора Хадли. — «Мне определенно нужно поспать, у меня уже совсем крыша едет…». — нервно сглотнув, девушка легла обратно на кровать и, повернувшись на правый бок, вновь постаралась уснуть. Пролежав с закрытыми глазами примерно пять минут и только начав проваливаться в сон, Кларк услышала неприятный писк пейджера. — Ну какого хрена… — разочарованию Гриффин не было предела, посмотрев на экран пищащего устройства, она увидела, что ее вызывают обратно в отделение скорой помощи. — По-моему, я умру на этой работе раньше, чему успею сказать предложение «Я Кларк Гриффин и я педиатр». — обреченно встав с узкой кровати, Кларк накинула на себя халат и вышла из комнаты.