Hadley M.D.

— Джордан, — в знак приветствия кивнула головой девушка, заходя в кабинет команды хирургов. Поставив принесённый с собой пакет на стол, она вытащила из него постиранный халат и накинула его на плечи. Парень сидел на мягком тканевом диване, стоявшем в углу комнаты, и играл в какую-то головоломку на своем мобильном. — С добрым утром, — Джаспер поднял взгляд на Лексу, которая в этот момент уже стояла возле кофемашины и ждала, когда большая белая кружка наполнится бодрящим напитком. — Ты пьешь слишком много кофе, — заметил брюнет, добродушно улыбнувшись. — Как дела? Как провела выходной? — Ничего необычного, весь день проторчала дома, — пожала плечами девушка, садясь на свой офисный стул и ставя кружку с кофе на стеклянную поверхность стола. Лекса не врала, действительно, весь вчерашний день она посвятила обычному лежанию на диване и просмотру любимого сериала. События, произошедшие за последние дни, морально истощили девушку, и ей хотелось просто запереться в своей уютной квартире и не думать ни о чем, связанном с больницей, а особенно, с Кларк Гриффин. Хадли даже отключила мобильный, на случай, если вдруг опять какой-нибудь из спонсоров клиники захочет ее присутствия в операционной, как это было позавчера. — Ты, как обычно, немногословна, — грустно усмехнулся Джордан, все еще надеясь, что коллега все-таки тоже спросит о его делах, но так и не дождался этого. — Ладно, мне пора, Гриффин попросила прочитать сегодня лекцию по нейрохирургии для студентов медицинской школы. — В Мёрфи Плэйс? — заинтересовалась шатенка, в это время выводя ноутбук из спящего режима. — Да, у нас три дня ознакомительные лекции. Эбигейл хочет, чтобы мы претендовали на статус учебной больницы в следующем году, — ответил парень, уже стоявший на выходе из кабинета. — Странно, что тебя не поставили в график, она задействовала половину врачей. Хотя, может еще поставит… — Кто сказал, что я соглашусь? — задала, скорее, риторический вопрос Лекса, открывая на ноутбуке расписание своих операций на сегодня. Девушка не любила подобные мероприятия и всегда категорически отказывалась в них участвовать. Ей не нравилось стоять перед огромной аудиторией студентов, половине из которых было абсолютно плевать на все то, о чем им говорит лектор. Лекса считала это пустой тратой своего времени. — По-моему, в этот раз Гриффин не спрашивает чьего-либо мнения, — с небольшой грубостью в голосе сообщил брюнет. Джаспер хоть и был добродушным парнем и хорошо относился к коллеге, но даже его иногда бесило, что Кейн и Гриффин постоянно идут на поводу у Хадли, спуская ей с рук частые неподчинения приказам. В отличие от других врачей, которые выполняли любые просьбы начальства, Лекса вполне могла пренебречь ими и, как ни странно, кроме словесных выговоров, ей ничего за это не было. — Хорошего дня, Джордан, — решила закончить разговор Лекса, не отрывая взгляда от монитора ноутбука. Она услышала, как парень глубоко вздохнул и, открыв дверь, покинул кабинет. «Аппендицит, удаление камней из почек, мастэктомия… Черт, да у меня вообще есть сегодня нормальные операции?» — возмущалась про себя девушка, изучая скучное расписание. Растянувшись на кресле и поднеся кружку ко рту, девушка сделала небольшой глоток ароматного напитка. До первой сегодняшней операции оставалось полчаса. — Хаааадли, — натянуто улыбнувшись, протянул Блэйк, заходя в кабинет. Парень прошел к общему столу для переговоров и занял один из стульев, вальяжно развалившись на нем и закинув ногу на ногу. — Блэйк? — слегка приподняв левую бровь, ответила ему девушка, не понимая странного поведения брюнета. — Я смотрю, ты времени зря не теряешь, — прищурив свои темно-карие глаза, произнес Беллами. — Уже успела испугать своим злобным характером дочь главврача, — театрально поаплодировал парень. — Браво! — Я смотрю, ты тоже времени зря не теряешь. Уже все пункты медсестер обошел, собирая сплетни? — надменно усмехнулась Лекса, снисходительным взглядом посмотрев на кудрявого брюнета. — Мне это и не требовалось, знаешь ли, ты достаточно обсуждаемая персона и, конечно, никто не мог пройти мимо этой ситуации, — продолжал Беллами, не стирая с лица натянутой улыбки. — И каково это? Знать, что ты тут всех раздражаешь? — Блэйк практически за все время знакомства с Хадли, постоянно пытался задеть девушку, и этот раз не был исключением. Лекса нервно вздохнула, после чего наклонилась вперед, положив руки себе на колени, и переведя взгляд с лица парня на пол, понуро опустила плечи. — Хадли, ты в порядке? — Беллами был рад, что его слова опечалили девушку, но в то же время в его голосе проскользнули нотки беспокойства, он явно не ожидал такой реакции от коллеги. — Блэйк, — с еле заметной дрожью в голосе начала Лекса. — Ты прав… Я больше не могу продолжать так себя вести. Мне грустно оттого, что ко мне так относятся, мне правда стоит пересмотреть свое поведение… Это так дерьмово, когда ты идешь по коридору и видишь все эти осуждающие тебя взгляды, — очередной нервный вздох вырвался из груди шатенки. — Эй… — теперь голос Беллами был еще более взволнованным. Он начинал переживать из-за того, что так глубоко задел девушку. — Хадли, ты серьезно? Я не хотел так сильно тебя расстраивать… Громкий заливистый смех прервал речь Блэйка. Лекса наконец подняла голову, не прекращая смеяться, а ее глаза, вновь отображавшие надменность и насмешку, пристально посмотрели в растерянные глаза коллеги. Хадли встала со стула, и проходя мимо парня, фамильярно похлопала его по плечу. — Давно уже пора запомнить, что мне абсолютно наплевать, что вы там обсуждаете с другими сотрудниками, забившись по углам клиники, — голос Лексы приобрел свойственный ей холодный тон. — Вы можете раздражаться при виде меня, даже можете меня ненавидеть, поверь, мне это неинтересно, — насмешка слетела с губ девушки. Пока Блэйк сидел со слегка приоткрытым от удивления ртом и не успел ничего ответить, Лекса повернула ручку двери и покинула кабинет хирургов. Хадли действительно было безразлично мнение окружающих о ней, она прекрасно знала, что многие обсуждают ее поведение и поступки у нее за спиной. Но также она знала, что все уважают ее как врача и побаиваются как человека, а этого девушке было более чем достаточно. Та стена, которой она отгородила от себя окружающих, позволяла Лексе избегать неинтересных ей людей и избавляла ее от необходимости общаться с ними. Несмотря на то, что клиника, из-за плотного графика, была практически вторым домом девушки, она была рада, что может себе позволить держаться в стороне от коллектива, которому только дай повод перемыть кости очередному коллеге. Хорошо, что у Хадли был Линкольн, общения с ним ей более чем хватало. Лекса проходила по коридору третьего этажа, где помимо кабинета хирургов, кабинета Кейна и ординаторской, находились палаты пациентов хирургического отделения. До операции оставалось чуть меньше двадцати минут, и девушка ускоряла шаг, направляясь в сторону лифта. Нажав на кнопку вызова, она дождалась, когда массивная кабина откроет свои двери, пропуская девушку внутрь. В большом лифте уже было несколько человек: два врача и несколько медсестер, направлявшихся с этажа педиатрии. На удивление Лексы, никто с ней не поздоровался хотя обычно коллеги пытались быть относительно вежливыми, но это не смутило девушку. «Наконец, они поняли, что со мной можно не вести себя лицемерно-приветливо?» — усмехнулась про себя шатенка. Лекса стояла близко к дверям и наблюдала за небольшим табло, указывающим, где сейчас находится лифт. Цифра два загорелась красным, означая, что кто-то вызвал лифт со второго этажа и в этот момент широкие стальные двери раздвинулись. В полуметре от себя Хадли увидела девушку, о которой вчера весь день пыталась не думать. Кларк Гриффин стояла в коридоре, замешкавшись от встречи взглядом с обладательницей красивых зеленых глаз, в ее руках были какие-то папки с бумагами. Девушки смотрели друг на друга в упор несколько секунд, пока их немой контакт не прервал низкий мужской голос, донесшийся откуда-то из-за спины Лексы. — Гриффин, может уже зайдешь внутрь? — спросил мужчина, работающий в клинике детским неврологом. — А, да, простите, — встряхнув головой, словно снимая оцепенение, ответила Кларк, наконец заходя в лифт и становясь совсем рядом с Лексой, так, что их плечи слегка касались друг друга. Блондинка с удовольствием забилась бы сейчас в самый дальний угол, но, к ее сожалению, остальные пассажиры уже заняли практически все место, и единственным вариантом было встать именно у дверей, рядом с шатенкой. Тело Хадли немного напряглось от такой близости с телом Кларк, а дыхание непроизвольно замерло. Лекса буквально чувствовала приятный аромат ее цитрусовых духов. В голову снова проникли мысли, которые девушка так старательно пыталась избегать весь вчерашний день. Хадли испытывала сама перед собой некоторое чувство стыда за ту ночь, когда в момент самоудовлетворения перед глазами настойчиво стоял образ Кларк, а в ушах отзывался ее хрипловатый голос. Наконец, лифт пропищал, сообщая о прибытии на первый этаж и, медленно стал раскрывать двери. Обе девушки одновременно рванули вперед, словно желая поскорее покинуть общество друг друга, и столкнулись в проеме. — Черт, — выругалась себе под нос Гриффин, у которой от этого столкновения выпали из рук папки, разлетевшись в разные стороны. Она села на корточки и стала собирать их, руки предательски дрожали, то ли из-за близкого нахождения к Хадли, то ли из-за неловкости ситуации. — Идиотка, — процедила сквозь зубы Лекса, закатывая глаза. Она переступила через одну из папок, к которой в этот момент тянулась рука Кларк и быстрым шагом поспешила удалиться подальше от этой несносной блондинки. — Я помогу, — произнес доброжелательный голос, принадлежавший одной из медсестер, ехавших с ними в лифте. Это последнее, что услышала Лекса, уже подходящая к предоперационной, спиной она чувствовала пристальный взгляд голубых глаз. Хадли открыла двери и прошла внутрь. Она прислонилась к стене и обхватила голову руками, потирая виски. «Да что со мной происходит…» — искренне не понимала шатенка, в носу которой все еще стоял приятный запах парфюма Кларк. — «Почему эта Гриффин такая неуклюжая? И почему в такой огромной больнице мы постоянно с ней пересекаемся, хотя работаем даже на разных этажах?!» — Здравствуйте, доктор Хадли, все уже готовы к операции, — сообщила миловидная медсестра, выглядывая из двери, ведущей в операционную. Шатенка кратко кивнула ей и, оттолкнувшись от стены, постаралась выкинуть из головы мысли о Гриффин и настроиться на предстоящую операцию. Она провела дезинфекцию рук и переоделась в хирургический костюм. — Скальпель, — отдала поручение ассистирующему ординатору Лекса, начиная эндоскопическое удаление аппендицита сорокадвухлетнему мужчине. Это была обычная операция, каких девушка провела уже сотни. «То выльет на меня сок, то врежется в лифте, да как ее вообще к пациентам подпускают?» — размышляла Лекса, ловко орудуя эндоскопом. — «Понаберут вот на работу таких несуразных из-за их связей, а потом жалуются, что медицина у нас ухудшается». — причитала Хадли. — «Интересно, что она делала на втором этаже? К мамочке ходила?». — девушка понимала, что вся ее злость на блондинку в данный момент связана не с их нелепыми столкновениями и даже не с их постоянными конфликтами, а с той самой ночью, когда по непонятным ей самой причинам, Лекса испытывала сильное возбуждение от мыслей о Кларк. — «Хватит находиться в моей голове!» — злилась девушка, все еще стараясь выкинуть эти мысли и полностью сосредоточиться на пациенте. Спустя тридцать минут, Хадли уже зашивала небольшой разрез на животе мужчины. — Хорошая работа, — похвалила ее медсестра, мило улыбнувшись. Лекса промолчала, слегка подняв бровь в удивлении. Ей было странным слышать похвалу за такую обычную операцию. Развернувшись от стола, она проследовала в предоперационную. «Так, минус аппендицит, остались камни в почках и мастэктомия». — перечисляла шатенка, переодеваясь обратно в свой халат, который она вчера наконец постирала и была очень рада, что пятно от сока легко вывелось с ткани. — Доктор Хадли, — на выходе из предоперационной Лекса встретила главврача и чутье стало подсказывать ей, что эта встреча не предвещает ничего хорошего. Эбигейл доброжелательно улыбалась, смотря на доктора. Женщина, как всегда, выглядела прекрасно, несмотря на свой возраст и изматывающую работу. Светлые волосы были раскиданы по плечам, а на лице был едва заметный макияж, скрывающий неизбежные морщинки. — Вы наверняка слышали, что в Мёрфи Плэйс три дня будут проводиться лекции для студентов медицинской школы. Я подала заявку на присуждение нам статуса учебной больницы и теперь мы должны доказать, что справимся с этим званием. Лекса так и знала, что речь пойдет именно об этом. Она закатила глаза и поджала губы, всем своим видом стараясь показать, что ей не нравится эта идея. — Что я могу им рассказать? У нас куча врачей, которые с удовольствием трепят языками, может привлечете кого-нибудь из них? — попыталась избежать своего участия в лекциях шатенка. — С каждого отделения я беру двух врачей, всех кого могла, я уже поставила в график, — Гриффин знала о характере девушки, и несмотря на глубокое уважение и симпатию к ней как к врачу, ей уже начинало надоедать, что Хадли пренебрегает всеми ее просьбами. — Вы прекрасный хирург, я думаю, Вам найдется, чем поделиться со студентами, — все еще вежливо улыбалась Эбигейл. — Послушайте, — не сдавалась Лекса. — Я явно не пример человека, умеющего хорошо рассказывать и кого-то обучать. Серьезно, возьмите Блэйка, его язык просто создан для вещания. Тем более он кардиохирург, это будет интереснее, чем лекция по удалению кисты надпочечника, — девушка выдерживала убедительный тон. — Хадли. Это не просьба, это приказ. У Блэйка завтра на это время операция. Так как ты у нас особенная, — Гриффин сделала акцент на последнем слове, ее голос стал строже. — то именно Блэйк завтра будет удалять грыжу у поступившего сегодня мальчика. И вообще, я не должна отчитываться перед тобой. Завтра в три часа ты читаешь полуторачасовую лекцию, тему предоставь мне сегодня до восьми вечера, — твердо сообщила Эбигейл. — Пф… — негодующе выпустила изо рта воздух Лекса. — А что, если… — начала вдруг девушка, но тут же замолчала, сама испугавшись возникшей у нее мысли. — Что, если…? — Гриффин явно заинтересовалась тем, что хотела сказать ей подчиненная. — Неужели, ты предпочтешь провести операцию на ребенке, вместо того, чтобы читать лекцию?! — воскликнула женщина, удивленно приподняв бровь. — Ну, надо же когда-то начинать, — спокойно ответила Хадли, опустив глаза в пол и прикусив нижнюю губу. — Две операции на детях за неделю? Впервые за шесть лет? Хм, интересно, — прищурила взгляд главврач, изучая лицо девушки. — Ну, в таком случае я разрешу тебе поменяться местами с Блэйком. — Эбигейл была искренне рада этим изменениям не только потому, что хирург общей практики, отказывающийся проводить операции на детях, иногда портил врачам весь график и был порой бесполезен, но и потому, что, зная ситуацию Лексы, чисто по-человечески, Гриффин хотела, чтобы когда-нибудь Хадли смогла отпустить прошлое и смогла переступить через свои страхи. — Мне нужно обсудить это с Кейном, — сообщила шатенка, наконец вновь подняв глаза на собеседницу. — В любом случае, я жду тему лекции к восьми часам либо от тебя, либо от Блэйка, — подытожила разговор Гриффин, безразлично пожав плечами, после чего развернулась на своих высоких тонких каблуках и направилась по коридору в обратную сторону от операционной, из которой вышла Лекса. «Неужели, я правда смогу наконец переступить через себя?» — Хадли глубоко вздохнула, на мгновение прикрыв глаза. — «Может, действительно, пора перебороть свои страхи». — на этой мысли девушка распахнула глаза и вновь, набрав полные легкие воздуха, направилась в сторону лифта. — Кейн, — поздоровалась шатенка, заходя в кабинет начальника. Это была небольшая комната, обставленная очень скромно, так, что даже не скажешь, что это кабинет начальника хирургического отделения одной из лучших больниц штата. Стены, окрашенные в оливковый цвет, были абсолютно пусты. В отличие от других врачей, Кейн почему-то предпочитал не вывешивать все свои награды, дипломы и благодарности. Лишь репродукция «Звездной ночи» Ван Гога висела над двухместным тканевым диванчиком, стоявшем в углу, справа от входа. Рядом с диваном находился встроенный в стену широкий книжный шкаф, наполненный разнообразной литературой: от Толстого, до современных медицинских научных работ. Напротив входа, у стены, стоял деревянный офисный стол и черный стул. Стол был завален различными бумагами, Маркус никогда не отличался педантичностью. Мужчина сидел на своем стуле и нацепив на нос очки, изучал какую-то газету. — Хадли, тебя не учили стучаться? — сделал замечание Кейн, поднимая взгляд на девушку. — Я хочу оперировать пациента Блэйка, — проигнорировав замечание, выпалила шатенка, разваливаясь на диване. — Пациента Блэйка? И какого же именно, интересно? — мужчина снял очки и с интересом посмотрел на девушку. — Удаление грыжи… Завтра в три, — ответила Лекса, пожевывая внутреннюю сторону щеки. Она представляла, какая реакция последует от начальника и очень не хотела вообще обсуждать все это. Но она помнила слова Кейна, сказанные им после операции по изъятию стекла из головы девочки, и решила, что мужчина действительно должен знать о том, что происходит с его подчиненными. Маркус сложил очки и стал постукивать ими по столу, не сводя заинтересованного взгляда с шатенки. — Если я ничего не путаю, то этому пациенту 12 лет? Что происходит, Александрия? — с беспокойством в голосе спросил мужчина, наконец отложив очки. Он встал из-за стола и подошел к дивану, на котором сидела девушка. Сев рядом, он повернул голову в ее сторону. — Гриффин заставляет читать лекцию, а я не хочу. Поэтому прошу поменяться с Блэйком местами, он будет рассказывать о своих операциях на сердце, а я быстренько удалю грыжу. В конце концов, это компетенция врача общей хирургии, — заметила Лекса, прикусывая нижнюю губу. Она сидела, откинувшись на спинку дивана, и наматывала длинные локоны на указательный палец правой руки. Взгляд был направлен в одну точку на стене. — Вот только не надо делать из меня идиота, — тон мужчины сменился на возмущенный. — Что-то тебя не волновала твоя компетенция на протяжении шести лет. Что происходит, я повторю свой вопрос? — Маркусу не нравилось, что девушка придумывает какие-то глупые оправдания своему решению. — И, да, я точно не поверю, что ты решилась на это только чтобы избежать чтения лекции. — Я думаю, что я готова, — честно призналась Хадли, глубоко вздыхая и переводя свой взгляд с пустой стены напротив, на глаза начальника. — Ты уверена? — очередные нотки беспокойства прозвучали в голосе Маркуса. — Да, — кивнула головой Лекса. — Это, в конце концов, обычная грыжа, что может пойти не так? — непринужденно усмехнулась девушка. — Действительно, — расплылся в улыбке Кейн, вставая с дивана. — Хорошо, можешь поменяться с Блэйком. Сама сообщишь ему, или мне стоит? — Оу, как я могу упустить выражение его лица, когда он узнает о предстоящем чтении лекции, — смешок слетел с губ шатенки. Хадли последовала примеру начальника и тоже встала с дивана. — Хорошего дня, Александрия, — пожелал мужчина коллеге, которая в этот момент уже открывала дверь. Лекса кратко кивнула, не оборачиваясь, и покинула кабинет. — Я так рада, что ты здесь, — сообщила Хадли, проходя в кабинет хирургов и наблюдая за тем, как Беллами, развалившись во весь рост на диване, шарится в телефоне. — Чего тебе? — грубо ответил парень, не отрываясь от экрана. Он все еще был зол на утреннюю ситуацию с девушкой. — Хочешь еще раз просимулировать чувства? И как я мог повестись на это, я ведь как никто другой знаю, что ты безэмоциональная сука. — По-моему, ты заговариваешься, — холодным тоном сказала девушка, облокотившись на стену и скрещивая на груди руки. — Я забираю у тебя завтрашнего пациента с грыжей. Вместо нее, ты в три часа прочитаешь лекцию перед студентами на тему какой-нибудь из своих, как ты считаешь, великолепных операций на сердце. — Ага, разбежался, — парень наконец отвлекся от телефона и поменял положение с лежачего на сидячее. Его темно-карие глаза с ненавистью смотрели на девушку. — Блэйк, я не спрашивала твоего согласия. Если ты не забыл, ты у меня в подчинении. Это приказ, — Лексу позабавило, что она практически повторила ту фразу, что совсем недавно ей самой адресовала главврач. — Сегодня в восемь тема твоей лекции должна лежать на столе доктора Гриффин, — Хадли отошла от стены и медленно направилась в сторону брюнета, меря его презрительным взглядом. — И, поверь, лучше тебе со мной не спорить. — Мой начальник не ты, а Гриффин и Кейн, — дерзким тоном ответил Беллами, прищурив глаза. — То, что тебе дали подачку в виде должности какого-то заместителя, не значит, что ты можешь приказывать мне. — Три дополнительных часа в приемном отделении, — сухо приказала Лекса, останавливаясь уже совсем рядом с диваном, где сидел Блэйк. Ее ноги были буквально в тридцати сантиметрах от лица парня, а своим взглядом она сверлила его кудрявый затылок. Беллами подскочил и оказался лицом к лицу с ненавистной ему коллегой. — Ты совсем охренела?! — возмущенно воскликнул парень, его ноздри раздувались от нарастающего гнева. — Пять часов в приемном отделении, — все тем же сухим и уверенным тоном добавила Хадли, не сводя взгляда с темно-карих глаз напротив. Девушка заметила, как от злости левая скула парня начала нервно подергиваться. — Продолжишь спорить? — Я один из лучших кардиохирургов штата! — крикнул Беллами, нервно вскинув руки. — Я не буду тратить время на идиотских мамашек, приводящих в клинику сопливых детей, или на выписывание рецептов от геморроя! — Семь часов, Блэйк… Ты правда хочешь продолжить? — насмешливая ухмылка появилась на губах Лексы. — Пошла ты… — грубо буркнул парень, обходя коллегу, и направился на выход из комнаты. Услышав громкий хлопок дверью, Лекса с самодовольной улыбкой села на освободившееся на диване место. Хадли и Блэйк конфликтовали чуть ли не с первых дней, как только девушка начала проходить интернатуру в Мёрфи Плэйс. Коллеги, Кейн и Гриффин практически сразу отметили ум и быструю обучаемость девушки, а также ее огромный потенциал. Раньше Блэйк был любимцем в команде Кейна, но с приходом Хадли все поменялось, и брюнет абсолютно не понимал, как такая асоциальная личность, как Хадли смогла понравиться Маркусу. Девушка с легкостью проходила интернатуру, а после и ординатуру, уже во второй год проводя достаточно сложные операции. После, ее и вовсе повысили в должности, несмотря на то, что она была в команде меньше времени, чем Блэйк и Джордан. И если Джаспер нормально отнесся к этой новости, то Беллами окончательно невзлюбил коллегу. Ему не нравилось, впрочем, как и многим, то, как самовлюбленно и холодно общается с другими сотрудниками клиники Лекса, не нравилось, что ей многое спускают с рук. Первое время он пытался выпытать, почему же Хадли разрешили не оперировать детей хотя это входит в обязанности врача общей хирургии, но его попытки не увенчались успехом, когда в очередной раз при таком разговоре Кейн грубо рявкнул, что это не его дело. Беллами был действительно очень хорошим кардиохирургом и порой у него были действительно потрясающие операции, но и Хадли была не промах. Несмотря на довольно-таки типичные операции, входящие в компетенцию врача общей хирургии, порой Лексе доставались достаточно сложные, необычные и интересные дела. Иногда пациенты специально приезжали в Мёрфи Плэйс, чтобы попасть именно к Александрии Хадли. Что касается самой Лексы, ее Блэйк раздражал совсем немного. Ей было больше наплевать на него, как и на всех остальных, но нельзя отрицать, что некоторые его выходки выводили девушку из себя. Как, например, сейчас, его дерзкое и грубое поведение было абсолютно не уместным. «Бедный Кейн, представляю, как, сейчас накинется на него эта истеричка». — усмехнулась Лекса. Достав из кармана черных прямых брюк свой мобильный, девушка обратила внимание, что уже двенадцать часов дня. До следующей операции оставался ровно час. Встав с дивана и выйдя из кабинета, шатенка направилась на первый этаж, где находилось кафе. — Цезарь, гамбургер и американо, — продиктовала свой заказ Хадли, стоя на кассе небольшого, но вполне уютного кафе, где в основном принимали пищу сотрудники клиники, но иногда и пациенты. — С вас девять долларов и тринадцать центов, — добродушно сообщила молодая рыжеволосая девушка. — Черт, — похлопав по карманам, Хадли поняла, что у нее нет с собой денег, а кошелек она оставила в сумке в машине. — Запишите на имя доктора Уиттла, — натянуто улыбнувшись, попросила девушка. — Но… — замешкалась кассир, с опаской смотря на покупательницу. Рыжеволосая прекрасно знала доктора Хадли и побаивалась спорить с ней. — Запишите, — справа от Лексы послышался спокойный голос друга. — Хадли, я смотрю, ты по-тихому решила разорить меня, — усмехнулся мужчина. — Мне зеленый чай, овощной салат и крем-суп, — обратился он к кассиру. Забрав свои заказы, друзья отправились за один из свободных столиков, стоявших по левой стороне, возле стены. — А я-то думаю, откуда у меня набегают такие счета за питание, — продолжал насмешливо причитать мужчина, присаживаясь за столик. — Ничего подобного, это было впервые, — соврала Лекса, хитро прищурив глаза. — Ты видел их цены? У меня зарплата поменьше, чем у главы педиатрии, — Хадли открыла контейнер с салатом и приступила к обеду. Линкольн закатил глаза и покачал головой. — Вот что мне с тобой делать, а? — жалобно простонал друг тоже приступая к обеду. — Я завтра оперирую ребенка, — решила сменить тему девушка, поднимая взгляд от салата на Линка. — Что? — Уиттл, подносивший в этот момент ко рту ложку с горячим крем-супом, поперхнулся. — Опять?! — Думаю, что я готова, — как ни в чем не бывало, пожала плечами девушка, возвращаясь к еде. — Я рад это слышать, Лекс, но... — искренне произнес Линкольн, наблюдая за подругой. — Ты расстался с Гриффин? — перебила его Хадли, сама не понимая, зачем спрашивает это. Тем более тогда, в смотровой, Кларк вроде сказала, что у них все кончено. — Ты так быстро меняешь темы, что я за тобой не успеваю, — наконец Линк тоже вернулся к обеду и сейчас зачерпывал ложкой очередную порцию супа. — Мы все обсудили еще тем утром, перед днем свободного творчества. Кстати, что там у вас за ситуация с твоим халатом? Кларк просила твой номер, чтобы извиниться за что-то, за какой-то пролитый сок. — А, так это ты, Иуда, — усмехнулась Хадли, откусывая большой кусок от гамбургера. — Да твоя неуклюжая интерн врезалась в меня, и я пролила на халат яблочный сок. И впредь не давай мой номер никому, — строгим голосом попросила шатенка. — Хм, у тебя с ней какие-то проблемы? Звонит по ночам и томно дышит в трубку? — засмеялся мужчина, насаживая овощи из салата на вилку. — Просто не давай больше никому мой номер, — все так же строго повторила Лекса. Да, она могла бы поддержать шутку друга, но в свете последних событий ей это казалось абсолютно не смешным. — Мисс серьезность, — закатил глаза Уиттл, делая глоток чая. — Она правда выглядела взволнованной, когда просила твой номер. — Ты участвуешь в этих ознакомительных лекциях? — спросила Лекса, кладя в рот порцию цезаря. — Да что с тобой?! — возмутился Линк очередной быстрой смене темы. — Нет, я не участвую, есть дела поважнее. Отправил своих миньонов для этого. Лекса наконец расслабилась и добродушно усмехнулась. — Есть планы на вечер? — спросил ее друг. — Не то чтобы… А есть предложения? — заинтересовалась Лекса, поднимая взгляд на мужчину и делая глоток кофе. — Можно сходить в какой-нибудь бар, пропустить по стаканчику джина, — неуверенно пожал плечами Уиттл. — Зайди за мной в восемь, и не забудь надеть смокинг и взять у папы машину. Я буду ждать тебя в своем кабинете, — шутливо произнесла девушка, подмигивая Линкольну. Запихав в себя последний кусок гамбургера и запив его кофе, девушка встала со стула и собралась направиться на следующую операцию. — Хадли! А кто будет за тобой уносить? — окликнул он подругу, переводя взгляд с нее, на оставленный ею поднос с упаковками от обеда. — А тут разве самообслуживание? — наиграно удивилась шатенка, наполовину повернувшись к Уиттлу. После чего она широко улыбнулась и вновь продолжила быстрый шаг на выход из кафе. После разговора с другом у Лексы определенно поднялось настроение, а перспектива приятного вечера за стаканчиком крепкого напитка и вовсе радовала ее. С хорошим настроем девушка направилась в сторону второй операционной, где ей предстояло удалить камни из почек престарелому мужчине. ************************************************************************************* — Гриффин, что с тобой? — поинтересовался Линкольн, смотря на подвисшую девушку, уставившуюся на стену отделения скорой помощи. — Что? Все в порядке, просто задумалась, — тряхнула головой Кларк, выходя из оцепенения. — Что-то случилось? — она была удивлена нахождению главы педиатрии в отделении скорой. — Пришел сказать, что завтра в три операция по удалению грыжи межпозвоночного диска у двенадцатилетнего мальчика, хочешь присутствовать? — поинтересовался начальник, обеспокоенно смотря на девушку, которая до сих пор словно летала где-то в своих мыслях. — Тебе же нужно знать, как изнутри устроены дети, — объяснял он своё предложение. — Так тебе будет проще лечить их в дальнейшем, — Линк умолчал о недавней просьбе Эбигел о том, чтобы он позволял Кларк как можно шире ознакомиться и с другими специальностями, помимо педиатрии. — Да, почему бы и нет. Все лучше, чем прокапывать пьяниц или зашивать рассеченные брови, — ответила Гриффин, наконец переведя свой взгляд со стены на мужчину. Ей абсолютно не показалось странным его предложение. Она уже свыклась с тем, что за время интернатуры ей придётся учавствовать в работе разных отделений. — Смотрю, тебе не очень нравится в скорой, — усмехнулся доктор Уиттл, оглядывая помещение, в котором, как обычно, было достаточно пациентов. — Хочу скорее заняться делами педиатрии, — добродушно улыбнулась ему девушка. Кларк была рада, что между ними с Линкольном нет какой-то неловкости из-за интимного прошлого, что связывало их. Словно забыв обо всем, они с мужчиной доброжелательно общались, как коллеги. — Я проспала вчера буквально несколько часов, как меня вновь вызвали в скорую... Джессика что-то напутала с расписанием и поставила меня в смену сразу после ночного дежурства. И вот сегодня опять... получасовой сон утром в комнате отдыха и опять вызывают, — пожаловалась на старшую медсестру Кларк, потирая в доказательство закрывающиеся от усталости глаза. — Эй, Ричард! — окликнул мужчина ординатора, стоявшего в паре метров от них у пункта медсестер. — Вы решили убить моего интерна? Пусть идет домой, поспит. — Доктор Уиттл, — растерянно начал парень, подходя к коллегам. — Я как раз сейчас разбираюсь с расписанием, позавчера ночью была сильная запара, привезли две машины пострадавших в пьяной потасовке, и Джессика перепутала смены, — оправдывался Ричард, уже стоя рядом. — Ну, как я понимаю, ты со всем разберешься, а Гриффин может пойти домой? — вопрос звучал скорее утвердительно. — Да, конечно, — закивал блондин, переводя взгляд с девушки на мужчину. — Спасибо, Ричард, — радостно улыбнулась Кларк. — Тогда я свободна? Блондин кивнул в знак согласия. — Простите, мне нужно вернуться к расписанию, — на этих словах парень развернулся от коллег и вернулся к пункту медсестер. — Хорошего дня, доктор Уиттл, — пожелала Кларк, отходя от начальника в сторону выхода из скорой. — Не забудь завтра в 10 быть в клинике, — напомнил мужчина напоследок. «Отлично! Наконец я высплюсь». — радовалась Кларк, проходя по длинному коридору первого этажа в сторону лифта. Нажав кнопку, девушка стала ожидать его приезда, и при виде открывающихся дверей, она вдруг вспомнила о сегодняшнем столкновении с Александрией. «Почему она такая стерва?» — грустно подумала Кларк, заходя в практически пустую кабину, где стояло только несколько пациентов и медбрат. Девушка вспомнила, как в очередной раз грубо обозвала ее Хадли. — «Черт, в конце концов, почему она вечно выставляет крайней меня?! Ведь и в случае с соком, и в случае с лифтом просто, так вышло, что мы сталкиваемся друг с другом…» — негодовала блондинка. Двери вновь раскрылись уже на втором этаже и Кларк вышла из лифта. «Скорее бы закончить эту неделю в скорой, вообще не буду покидать четвертый этаж, чтобы не видеть эту наглую особу». — размышляла Кларк, проходя по коридору в сторону раздевалки медперсонала. Зайдя в нее, девушка подошла к своему шкафчику и стала переодеваться в повседневную одежду. «Ужасная смена… Ужасная Хадли… Черт, я тут только вторую неделю, а сил уже нет». — мысленно жаловалась самой себе блондинка, складывая в шкафчик халат. Вытащив из него небольшую черную сумку и поправив на себе майку с глубоким вырезом, подчеркивающим упругую грудь четвертого размера, девушка закрыла дверцу. Позавчера, после того как вызов по пейджеру окончательно лишил блондинку надежды на хоть какой-то сон, Кларк действительно всю ночь провела в отделении скорой. Буйная компания подралась с другими ребятами в баре, и скорая доставила семь человек с различными увечьями. Несмотря на то, что это было воскресенье, помимо этой компании в скорой было достаточно пациентов и все они были в нетрезвом состоянии, что Кларк даже показалось, что в городе проходит какой-то праздник, иначе откуда столько гулящих в ночь перед рабочей неделей. Стоило ей только приехать домой и проспать чуть больше трех часов, как позвонила старшая медсестра Джессика и срочно вызвала обратно, очередная ночная смена в скорой. И вот сегодня утром, Кларк все-таки удалось поспать около получаса на жесткой кровати в комнате отдыха, что особо не спасало ее от сильной усталости, поэтому девушка была очень рада, что Уиттл смог решить ее проблему. Выйдя из здания больницы, Гриффин прошла на парковку и в одном из самых дальних рядов нашла свою белую мазду, подаренную ей мамой на двадцатипятилетие. Сев на водительское сидение, девушка завела двигатель. Благо, ее квартира находилась всего в паре кварталов от больницы, иначе Кларк могла бы просто-напросто уснуть за рулем. Собирая в себе последние силы, девушка быстро похлопала глазами, пытаясь избавиться от тяжести век, и стала отъезжать с парковки. «Почему Линкольн дружит с ней?» — вдруг подумала Гриффин, вновь вспоминая о грубой шатенке. — «Они же такие разные… Что у них может быть общего? Как он вообще терпит ее?» — недоумевала Кларк, проезжая на зеленый сигнал светофора. Сегодня, после столкновения в лифте, оскорбление Александрии словно ножом резануло по внутренностям Гриффин. Ей было очень неприятно и обидно слышать очередную грубость в свою сторону, хоть она и думала, что уже смирилась с такой манерой общения Хадли. «Неужели, если она не может быть милой и доброжелательной, как нормальные люди, нельзя просто заткнуться и не отпускать свои замечания?» — возмущение вновь нахлынуло на Кларк, когда она уже парковала мазду возле своего дома. Поднявшись на четвертый этаж, блондинка вытащила из сумки ключи и открыла дверь в квартиру. Это был просторный лофт, выдержанный в современном стиле. Большая гостиная с высокими натяжными потолками, сейчас освещалась солнечными июльскими лучами, пробивавшимися через открытые жалюзи на больших квадратных окнах. Квартира была двухуровневой, на первом этаже располагалась эта самая гостиная, отделенная баром от кухни и санузел. На втором этаже была спальня и небольшой тренажерный зал. «Хорошо быть дочерью главврача крупной клиники». — улыбнулась Кларк, кидая сумку на мягкий диван, обитый бежевой хлопковой тканью. На диване размещалось четыре огромных подушки, придававшие ему еще более уютный вид. На стене, покрашенной в цвет светлого металлика, прямо над диваном висели две большие картины: на одной был черный фон с белым деревом, раскинувшим во все стороны свои ветви, а на второй та же картина, только черное дерево на белом фоне. На паркетном полу, в месте, где находился диван и вплоть до огромной плазмы, стоявшей на белой деревянной тумбе напротив, был постелен мягкий светлый ковер с длинным ворсом, по которому Кларк просто обожала ходить босыми ногами. Эту шикарную квартиру Эбигейл подарила дочери на выпуск из медицинской школы, за получение диплома с отличием. «Спать, спать, спать». — повторяла себе Кларк, скидывая с ног кеды и ступая на ступеньки деревянной винтовой лестницы, ведущей на второй этаж. Поднявшись, девушка сразу оказалась в спальне. Это была такая же просторная комната, как и гостиная. В ней располагалась двуспальная кровать, обитая бежевой кожей, с двух сторон от которой стояли дизайнерские белые тумбы со вставками из темного дерева. Кларк стянула с себя джинсы и майку. Повесив одежду на стул, стоящий у стены, напротив кровати, девушка сняла черный кружевной бюстгальтер и положила его в выдвижной ящик большого встроенного шкафа, выполненного в том же стиле, что и тумбы. Гриффин раздвинула дверцы шкафа и сняла с плечиков тонкий шелковый халат голубого цвета. Завязав пояс, она подошла к кровати и нырнула под воздушное мягкое одеяло. «Как же хорошо…» — подумала Кларк, плотнее кутаясь в одеяло и поворачиваясь на левый бок. Спустя пару минут девушка уже проваливалась в сладкий сон, и непонятно почему, но последнее, что промелькнуло в ее голове, это сегодняшняя грубая фраза, слетевшая с пухлых губ Александрии Хадли в ее сторону. ************************************************************************************* — Бутылку хорошего джина, тоник, лед отдельно, — сделала заказ молоденькой официантке Лекса, садясь за стол любимого бара Design. — Тоник? — удивился друг, присаживаясь напротив. — Не хочется мне что-то сегодня напиваться чистым, — пожала плечами шатенка, слегка улыбаясь и осматривая помещение. Хадли любила это место за его удаленность от центра, за то, что здесь всегда можно было спокойно посидеть после тяжелой смены, не обращая внимания на перепитых студентов, наполнявших большинство баров Нью-Йорка. Ценовая категория этого заведения предполагала исключительно обеспеченный контингент клиентов, а ненавязчивый сдержанный интерьер позволял полностью расслабиться, ни на что не отвлекаясь. — Переживаешь насчет завтра? — спросил Линкольн, убирая со стола руки, чтобы позволить вернувшейся официантке выставить заказ. — Чем больше меня будут об этом спрашивать, тем явно менее спокойно я буду себя чувствовать, — ухмыльнулась Лекса, открывая стеклянную бутылочку с газировкой. — Я хороший хирург, мне не должны помешать старые воспоминания… В конце концов, я же прооперировала Саманту. Линк в этот момент разливал по роксам крепкий напиток. — Так значит, ты все-таки помнишь ее имя, — удивился Уиттл, закидывая в напитки лед. Лекса слегка пожала плечами, делая большой глоток уже смешанного с тоником джина. — Слушай, я не хочу говорить о работе, правда, — попросила шатенка, медленно постукивая кончиками пальцев по гладкой поверхности стеклянного столика, накрытого темно-синей скатертью. Следующие минут сорок друзья распивали джин, беседуя о различной ерунде: о планах главврача сделать больницу учебной, о том, как Лекса осадила Блэйка, о том, что Линкольн после недавнего разговора с Хадли, решил завести себе собаку, чтобы не чувствовать себя одиноким. — Линк, — начала беспокоящую ее вот уже два дня тему девушка. Лекса не хотела говорить об этом, но выпитый алкоголь развязал ей язык. Произнеся имя друга, девушка ненадолго замолчала, пытаясь подобрать слова. Она крутила в руке пустой рокс и смотрела на его толстые стеклянные стенки. Резко поставив стакан на стол, она схватила бутылку джина и налила себе, не разбавляя в этот раз тоником. Одним махом осушив стакан и поморщившись от крепости напитка, Хадли наконец подняла взгляд на шокированного её действиями друга. — Ты когда-нибудь... Ммм… Ты когда-нибудь думал в сексуальном плане о человеке, о котором… Не знаю даже как объяснить. В общем тебя когда-нибудь тянуло в сексуальном плане к человеку, который тебя раздражает? — наконец выпалила Лекса, не сводя пристального взгляда с друга. — Чисто теоретически, — добавила шатенка, как ни в чем не бывало. Линкольн свел брови к переносице, удивляясь вопросу девушки, и сделал глоток джина. — Учитывая, что тебя раздражает девяносто девять процентов этой планеты, может расскажешь, о ком конкретно идет речь? — спросил он. — Линк, я же сказала, это чисто теоретически. Вообще, это не связано со мной, просто мы недавно обсуждали ситуацию одной моей подруги, — начала сочинять Лекса, вновь наполняя рокс джином и кидая в него пару кубиков льда. — Лекс, у тебя нет друзей, кроме меня, — добродушно усмехнулся мужчина, отпивая из стакана. — Эй! Мистер! — возмущенно воскликнула Хадли, прищурив глаза. — У меня вообще-то есть подруга… Эм, Стэйси из отделения ортопедии, — уверенно произнесла шатенка, вспоминая о малознакомой ей женщине, с которой они как-то пересеклись из-за общего пациента. Линкольн, уже расслабленный алкоголем, откинулся на спинку стула и рассмеялся. — Стэйси из педиатрии уже около четырех месяцев, как перевелась в Гроуз Медикал, — сообщил парень, улыбаясь подруге. — Ну, да, я знаю… Но мы все равно дружим с ней! — настаивала на своем Лекса, глубоко вздыхая и делая глоток алкогольного напитка. — Хорошо, — снисходительно улыбнулся Уиттл, решив больше не спорить с врущей девушкой. — Чисто теоретически… Такое вполне возможно. Есть же выражение, что от любви до ненависти один шаг. Такое работает и в обратную сторону, — пожал плечами мужчина, вновь наклоняясь к столу. — Ты испытываешь определенные эмоции, пусть это даже будет раздражением. Но, твое нутро… Точнее, нутро Стэйси, — усмехнулся Линкольн, отпивая джин. — Явно чувствует сексуальное влечение к этому человеку. Это не всегда можно объяснить. Человек тебя бесит, выводит, но это создает напряжение. И либо люди могут убить друга-друга, либо могут выплеснуть это напряжение иначе, — продолжал рассуждать он. — Например, занявшись сексом. Может, и раздражение появилось из-за первоначального желания и страха перед ним? — Ооо, все, стоп, — подняв ладонь и прерывая этим жестом друга, протянула Лекса. — Что-то ты пошел не в ту степь. Просто есть человек, который абсолютно выводит из себя своим идиотским характером и поведением, — разоткровенничалась Лекса. — Но в момент эээ… Хорошо. В общем, в момент самоудовлетворения почему-то всплыл образ этого человека. — Мы все еще говорим о Стэйси? — уже откровенно засмеялся Уиттл, с нежностью смотря на подругу, которая крайне редко была так открыта в общении. — Кто же тебя так зацепил, Хадли? — поинтересовался мужчина, прокручивая в голове различные варианты. — Неужели Блэйк? — на этом предположении, Лекса подавилась напитком и вытаращила свои зеленые глаза на друга. — Шучу, шучу, — очередной смешок сорвался с губ Уиттла. — Я знаю, что ты предпочитаешь другое… Но, кто? — Кто, кто… Анджелина Джоли, конечно! Кто еще то? — грубо ответила подруга. — Знаешь, как порой она раздражает меня, но она сексуальна, это сложно отрицать. — Хадли, по-моему, вместо того чтобы заниматься мастурбацией, тебе следует найти партнершу для секса, а то ты совсем уже одичала, —обиделся на ее грубость Линкольн. — Что-то я уже пьяна… Мне нужно домой, — сообщила шатенка, подзывая взмахом руки официантку. — Ты всегда можешь поговорить со мной обо всем, — искренне произнес Линк, склонившись ближе к девушке и заглядывая в ее глаза. Лекса кратко кивнула и опустила взгляд на полупустой рокс. — Ваш счет, — привлекая к себе внимание, сообщила официантка, поняв по жесту, что требуется гостям. Хадли достала из висящей на стуле сумки кошелек и стала отсчитывать деньги. — Не глупи, — остановил её мужчина. — В конце концов, ты же получаешь меньше, чем глава педиатрического отделения, — усмехнулся он, кладя в книжку со счетом банковскую карту. Лекса добавила к карте пятидесятидолларовую купюру на чаевые, после чего официантка поблагодарила их и удалилась к барной стойке для расчета. Друзья покинули бар, выйдя на улицу, на которой уже стемнело и лишь яркие фонари освещали дорогу. Лекса задрала голову вверх, смотря на слегка усыпанное звездами небо и, глубоко втянула прохладный вечерний воздух. — Такси уже ждет, — указал на желтую машину Линкольн. Они сели на заднее сиденье и всю дорогу до дома ехали в тишине. Сначала таксист поехал на Пятое Авеню, туда, где жила Хадли. — Приятных снов, Лекса, — попрощался с ней друг, когда машина остановилась. — И передавай Стэйси, что мысли об Анджелине Джоли ничем хорошим не закончатся. Лучше обратить внимание на кого-то более реального и беспроблемного, — подмигнул ей мужчина. Хадли усмехнулась и направилась в сторону входа в дом. Зайдя в свою квартиру, она повесила сумку на вешалку и скинув с ног топ-сайдеры, проследовала в спальню. Через пять минут девушка, уже переодетая в футболку для сна, лежала в прохладной постели и пыталась уснуть. Непонятный порыв, внезапно возникший внутри нее, заставил девушку резко соскочить с кровати и побежать в зал. Она села на диван и открыла ноутбук, стоявший на журнальном столике. Девушка просмотрела открытые вкладки и наткнулась на страничку в фэйсбуке, которую позавчера она так и не закрыла. — Ничего особенного, — надменно усмехнулась Хадли, пролистывая фотографии Кларк Гриффин и, изучая черты ее лица и изгибы тела. — Она же обыкновенная девчонка! Каких миллионы! – Лекса закатила глаза и захлопнула крышку ноутбука. Набрав полные легкие воздуха, она медленно стала выдыхать его, прикрыв при этом глаза, стараясь успокоить почему-то быстро бьющееся сердце. — Мне точно нужно кого-нибудь трахнуть, я совсем с ума схожу, это ненормально, — бубнила себе под нос Лекса, возвращаясь в постель. Накинув подушку себе на голову, словно это поможет не думать о Кларк, Хадли стала проваливаться в сон.