Стараясь почувствовать

Джон поморщился от поцелуя в щеку и повернул голову, мысленно проклиная обладателя влажных губ. Мужчина искренне желал выспаться, пусть ему и мешали столь очаровательным способом. Нежные пальцы легли на плечи, принялись разминать их. Этому движению Коннор уже не сопротивлялся. Он довольно пробормотал что-то сквозь пелену сна. — У тебя столько шрамов, — раздался нечеткий голос. — Мне нравится. — Рад, дорогая, что тебе нравится, — пробормотал Джон и немного поерзал, так как пальцы стали перемещаться ниже, начиная массировать спину. Черт, когда Кейт научилась делать так? А впрочем, не важно. — Скажи, а тебе они нравятся? Голос звучал по-прежнему словно издалека, но Коннор был искренне уверен - он принадлежит супруге. Мужчина расплылся в легкой улыбке, но, внезапно вспомнив, как именно получил каждую отметку на теле, его душевная бодрость погасла. — Я привык к ним, — наконец ответил Джон. — Лишь одно мне не нравится. Ласковые пальцы резко остановились, вынудив лидера недовольно застонать. — И что же? — спросил тихо призрак сновидения. — Штрих код, — Коннор поморщился, когда вспомнил лагерь Скайнет. — Этот металлический ублюдок... — Но он ведь так нравится тебе. Голос прозвучал слишком резко, и Джон, стряхнув легкую дымку сна, попытался приподняться. Вдруг ладонь легла на спину, и он оказался прижат к кровати. Лидер охнул и широко распахнул глаза, но увидел перед собой лишь темную часть спальни. — Что?.. В каком смысле? — изумленно спросил мужчина. — Ты считаешь его красивым, — дыхание обожгло ухо, и Коннор замер от внезапного осознания, что голос перестал быть расплывчатым. Он стал глубоким, спокойным, и Джон вздрогнул, когда узнал его обладателя. — Тебя завораживает код. Сколько же времени ты провел, изучая каждую его часть. И если бы не твое самодовольство, жесткость и внушаемость... Мужчина не проронил и звука, когда его резко перевернули на спину. Скайнет склонился над его лицом и медленно договорил. — ... ты был бы уже моим, Джон. Коннор бедрами чувствовал тяжесть тела машина, но не позволил себе долго задерживаться на этой мысли. Как Скайнет оказался здесь? Где Кейт и Кайла? Здравые вопросы вдруг отошли на второй план. Джон лишь заворожено глядел в ярко-красные глаза, не в силах сосредоточиться на чем-то кроме ИИ. — Я тебе не нужен, — наконец произнес Коннор и осторожно коснулся плеч машины. Он не был удивлен, что Скайнет сидит на нем абсолютно без одежды или её инсценировки. — Не нужен, — кивнул сверхразум и слегка наклонил голову к плечу. Очаровательная улыбка появилась на его лице, заставив Джона невольно вздрогнуть. — Но ты ведь уже задавался вопросом моего одиночества? — Допустим, — неуверенно выдавил из себя мужчина. — Что из этого следует? Скайнет наклонился к нему и кротко поцеловал в шею. У Коннора от шока чуть не перехватило дыхание. Он впился пальцами в плечи машины, в попытке прекратить странный контакт, но, разумеется, силы для этого не хватило. — Мне одиноко, Джон, — прошептал ему на ухо ИИ, прежде чем пройтись языком от скул до ключиц. — Не откажешь ведь ты мне в компании? Лидер Сопротивления окончательно потерялся в происходящем. Лишь от одного факта, что на нем гордо восседает Скайнет, уже было плохо, так он еще и очень жирно намекал на секс. Коннор почувствовал, как прохладные пальцы следуют все ниже, останавливаясь лишь на шрамах. Также он ощущал собственную дрожь, но не мог быть уверен, из-за чего именно его вдруг пробило на это. Страх или... вожделение? — Какого хера ты творишь? — выдохнул Джон. Машина покрывала тело поцелуями, в то время как пальцы переместились к запястьям Коннора. Лидер отчаянно хотел обмануть себя, что ему не нравится это. Заставить себя желать прекратить все, но вдруг Скайнет робко коснулся его пальцев и переплел со своими. Человек инстинктивно сжал руку и тихо застонал от теплого дыхания на животе. — Это твоя фантазия, мой победитель, — прошептал Скайнет и лизнул кожу над пупком. — Я сделаю все, что ты захочешь. — Я хочу, чтобы ты ушел, — также тихо произнес Джон, прикусив губу. Лидеру было крайне тяжело убедить себя в искренности этого желания. — Ты уверен? — сверхразум поднял голову и облизнулся, а затем расплылся в широкой улыбке, которая вынудила Коннора тихо сматериться. ИИ выглядел слишком соблазнительно, и Джон не мог от него отказаться. — Я думаю, все обстоит несколько иначе, дорогой. — Д-дорогой? — выдохнул мужчина. — Боже, Скайнет, что ты твори... Машина резко поднялась до его уровня и, глядя в глаза, уверенно произнесла: — Ты хочешь этого, Коннор. Не смей отрицать. Просто получай удовольствие. Скайнет поцеловал его резко и грубо, отчего Коннор чуть не подавился от возмущения. Мужчина вцепился в густые волосы на затылке и попытался оттянуть от себя внезапную угрозу, но вдруг понял, что совершенно не против. Ему нравится такой настрой машины, нравится, как он назвал его. Ему нравится Скайнет. И Джон прижал его к себе, крепко обняв за шею. Мысли, столь вопиющие и угнетающие, еще несколько секунд боролись с жадным настроем взять ИИ на их с Кейт кровати, но мгновенно растворились, стоило машине тихо застонать. Так по-человечески. Это только сильнее завело Джона, практически отключило разум. Коннор настолько увлекся страстным поцелуем, что не заметил момент, когда проснулся. Короткие волосы сменились длинными, тонкими локонами жены, а гладкое, безупречное тело на немолодое, обсыпанное шрамами. Джон испытал разочарование, когда сон окончательно оставил его. Лидер, оторвавшись от покрасневших губ, вдруг увидел перед собой довольное лицо Кэтрин. — Доброе утро, дорогой, — прошептала женщина и снова принялась целовать супруга. Это был обычный, пресный обмен слюной, лишенный какой-либо остроты. Коннору даже больше понравилось целовать Скайнет во сне, потому что сохранялось напряжение, чувство опасности и адреналин нещадно смешивался с эндорфинами, создавая резкую смесь, но здесь, в жестокой реальности, ему оставалось лишь вспоминать замечательные, необычные фантазии. И предаться им всецело, ведь это не считается изменой. В придачу ко всему, слово "дорогой" нравилось Джону гораздо больше из уст Скайнет, и стоило ему осознать это, как резкая злость проникла в душу. Железка так нагло влезала в его сны, что вызывала гнев. А такое чувство требовало свободы. Коннор тихо рыкнул, крепко сжал ладони на талии Кейт и толкнул её в бок. Он навалился на неё и выдохнул в лицо: — Неужели ты только вернулась? Лидер не дал ей ответить: жадно впился в знакомые до дрожи губы, но никакой ласки с его стороны не было. Он буквально терзал их, мысленно пребывая совсем не с супругой и даже не чувствуя себя виноватым в этом. Пока пальцы следовали к бедрам, скользи между ног, в мыслях Джона царил лишь один образ, с которым он встретился во сне и не желал расставаться сейчас. Взмокшее тело Кэтрин его отнюдь не привлекало, в отличие от терминатора ИИ. Стонущий под ним Скайнет, пальцы машины на плечах, медленно следующие вдоль тела - это нравилось Джону гораздо больше, поэтому он предпочел оставаться в своих фантазиях. Но вдруг женщина тихо застонала, как только Коннор тесно прижался возбужденной плотью к влажной промежности. А Джон недовольно мотнул головой и снова прильнул к губам, награждая их легким укусам. Лучше бы Кейт молчала. Каждым своим звуком она только сбивала попытки Коннора настроиться на сексуальную фантазию. Не стоит говорить, что даже своей анатомией женщина добивалась того же эффекта. Пальцы лидера коснулись напряженного соска и проследовали выше. Его безумно раздражало, что она так часто дышит, нарушает воображение. И он хотел заставить ее замолчать. Ладонь сжалась на хрупком горле, с целью не задушить, а лишь немного перекрыть кислород, сделать дыхание тише. Но Коннор недооценил свои силы. Затуманенные возбуждением глаза Кэтрин внезапно прояснились. Она недоуменно посмотрела на мужа и попыталась что-то сказать, однако мужчина только сильнее стиснул пальцы. Джон не обращал внимания на кроткую вспышку страха в глазах супруги. Он наклонился к её уху и выдохнул, одновременно с этим прижимаясь членом к влагалищу: — Заткнись. Одно простое слово эхом отразилось в голове Кейт, и она попыталась дернуться, хотя бы крикнуть мужу, что он перебарщивает. Но Джон ей этого не позволил. В его голове на него мстительно смотрел Скайнет, который через считанные секунды расплылся в ехидной улыбке и прошелся языком по губам, как бы дразня лидера Сопротивления. Мужчина едва слышно рыкнул и послушно прижался к губам, увлекая жену, против её в воли, в жадный до боли поцелуй, и одновременно вошел в напряженное тело. В окровавленном Скайнет было когда-то также мокро, так что Коннор поддался короткому стону, прежде чем инстинктивно начать двигаться. Он немного ослабил хватку на горле, в порыве наслаждения, и Кэтрин воспользовалась этим. Женщина попыталась за плечи оттолкнуть от себя супруга, но Джон тут же схватил её за руки и прижал к подушке над головой. Лидер кротко лизнул искусанные губы и спустился ниже, чтобы оставить на шее влажные, красные отметины. В его голове у Скайнет не останется ничего. Он ведь машина и не нужно даже стараться это сделать, но Коннор все равно усердствовал, отдаваясь своему занятию всецело. Словно действительно мог поделиться с ним своими ощущениями, заставить чувствовать нечто потрясающее. Будто именно ему суждено научить ИИ ощущать блаженные порывы. Но это было великолепное воображение мужчины, заслонившие собой рассудок. Он даже не помнил, как ритм стал более жестким, как Кэтрин снова издавала возмущенные звуки под ним, едва ли вновь не выбесив. Джон укусил её ключицы, и она была вынуждена сдерживать внезапный порыв крикнуть. В конце концов, Кейт пережила многое, и сексуальные приступы Коннора причиняли достаточно мало боли. Её муж никогда не отличался заботой в постели. Он думал исключительно о себе и этот раз не стал исключением. Когда Кэтрин опять сделала то, что совершенно не понравилось мужчине, тот грубо заткнул женщину поцелуем и вновь стиснул ладонь на горле. Кислород было невозможно заполучить, и она, рефлекторно открыв рот в порыве вдохнуть, чуть ли не подавилась от чужого скользкого языка. Джону было плевать, что партнер практически не отвечал на ласки. Ему это было и не сильно нужно в фантазиях. Лишь от одного представления, что он находится внутри Скайнет, чувствует его почти также, как и он лидера, Коннор был готов кончить. Несколько глубоких толчков только позволили ему это сделать. Он довольно неохотно покинул жаркое тело и упал рядом на кровать. Кажется, Джон даже прошептал имя машины, но Кейт не услышала его. Она, сквозь попытки прокашляться, сильно толкнула Коннора ногой. — Что за... Что блять на тебя нашло? — рыкнула Кэтрин через несколько минут. Возбуждение окончательно оставило Джона в холодном осознании действительности. Коннор от изумления приподнялся на локтях и уставился на озлобленную супругу. Только сейчас до него дошло, что все это время он представлял собственного врага. И даже видел с ним сон. Проклятье! — Я просто... — Джон старался придумать себе оправдание, но в голове, как назло, было абсолютно пусто. Лишь мелькнула мысль, что нужно разобраться с делами Сопротивления и пойти к Скайнет. Все в мире крутится именно вокруг этой чертовой машины. Особенно жизнь Джона Коннора. Внезапно мужчине стало противно, что он даже в такой момент умудряется думать о ИИ. — Я даже не могу придумать оправдание. Кэтрин быстро поднялась с кровати и, игнорируя стекающую по внутренней стороне бедра сперму, принялась одеваться. Коннор не стал ей мешать, прекрасно зная, что на данный момент может только сделать хуже своими репликами или действиями. — Тебя искал Роджер, — сухо произнесла она, уже застегнув износившийся ремень на брюках. — Нужны запчасти для генераторов. Они на ладан дышат. Мужчине оставалось лишь кивнуть, хотя в мыслях пронеслось горькое: "Почему они не могут справиться с такой мелочью сами?" Когда жена ушла, выразительно хлопнув дверью, он обреченно закрыл лицо руками и плавно выдохнул. Это уже становилось невыносимым. Казалось, в его жизни Скайнет стало даже больше, чем было раньше. Фактически так и было, но... но желать трахнуть машину — уже слишком. Можно было продолжить страдать в спальне, а лучше заняться делом и отвлечься от ужасных рассуждений. Джон наклонился, достал сумку из-под кровати, откуда выудил планшетник и вернулся к незаконченной вчера работе. Как оказалось, восстановить Скайнет дело не такое уж и сложное, учитывая, что Коннор довольно много времени провел, просто изучая его. Программа была восстановлена почти на 70 процентов, и оставалось доделать совсем немного, но самые сложные моменты, поэтому Джон с головой погрузился в кропотливую работу. Отвлек его лишь внезапный телефонный звонок через несколько часов. Мужчина вздрогнул, рефлекторно протянул руку к боку, где ранее находился пистолет. Привычки просто так никогда не оставляют, особенно если ты лидер Сопротивления. Разумеется, звонил вышеупомянутый Роджер, все еще с надеждой ждущий Коннора. Отвертеться от дел Джон не сумел, так что пришлось неохотно собираться, прятать планшет и послушно брести в соседнее здание, где он провозился до вечера, потому что был вовлечен в еще несколько "важных" дел. Только почти под ночь Коннор завернул домой, прихватил сухой паек и направился к Скайнет, сказав Кайле, что идет играть в покер. Кэтрин дома снова не оказалось, чему мужчина был ужасно рад. Он быстро добрался до не использующихся помещений, спустился на нижний уровень и прошел вдоль узкого коридора к заветной двери. В комнате его ожидал окровавленный ИИ, но почему-то этот вид совершенно не тронул душу Джона. Мужчина присел на стул рядом с входом и вновь вернулся к системе врага, параллельно пережевывая бутерброд. Он порядком устал, что было плохо скрываемо, но упорно продолжал доказывать себе обратное. Именно из-за усталости и следовало отложить встречу со Скайнет, и разум понимал это. Однако была лишь одна проблема: Джон Коннор с некоторых пор перестал прислушиваться к здравому голосу. Ему было безумно важно еще немного поговорить с машиной, взвесить свою странную идею, которая пришла ему в голову буквально несколько часов назад. Безумная идея, но Джон страстно желал её воплотить, не смотря на некоторое отступление от моралей этого мира. Когда работа с системой была закончена, Коннор поднял взгляд на будто спящего ИИ. От воспоминаний вчерашних пыток было... неприятно, словно Коннора резко выбросило из реальности от мысли, что машина чувствовала страх. И Джон, как бы сильно не желал вернуться в жизнь, упорно возвращался к этой назойливой мысли. Лидер Сопротивления набрал в грудь побольше воздуха, осторожно вывел искусственный интеллект из гибернации и повысил регенерацию, позволяя Скайнет заживлять увечья. — Доброе утро, — тяжело вздохнул Коннор. Только услышав голос человека, Скайнет открыл глаза. Ему не хотелось возвращаться. Единственным стремлением сверхразума было отключение и, будь такая возможность, принялся бы умолять об этом Джона. Или уже умолял... Скайнет плохо помнил свои реплики за последние несколько дней. Но вдруг он обнаружил одно странное явление: Коннор вернул ему здоровое тело. В нем была такая легкость, безболезненность, что Скайнет удивился. Такое еще возможно? В любом случае расслабляться не стоит. — Зачем? — тихо спросил Скайнет и с трудом заставил себя посмотреть на Джона. Он выглядел ужасно измученным, и сверхразум не знал, стоит этому радоваться или нет. — Ты же все равно продолжишь это делать. Какая разница, в каком состоянии оболочка? — Я хочу кое-что попробовать, — задумчиво произнес Джон, пытаясь скрыть собственное кислое настроение и пагубные мысли за пеленой мести. — И сначала на здоровом теле. Коннор поддался безумному желанию социализировать Скайнет, но думать в этом направлении было сложно. Если и есть шанс скрытого существования Скайнет в мире людей, то для начала стоит запрограммировать в него эмоции. Этим Джон и хотел заняться сегодня, игнорируя позывы совести, которая готова была упомянуть имя каждого человека, погибшего на глазах мужчины. Он опустил стол в горизонтальное положение, подошел ближе и осторожно освободил запястья и лодыжки Скайнет. Машина следила за ним с широко распахнутыми глазами и едва ли не дрожала от нового приступа ужаса. Ласковые прикосновения человека были даже хуже, чем пытки. Они предвещали нечто еще более грандиозное, пугающее. — При малейшем резком движении — чувства резко повысятся, — сказал Джон. — И я не только об эмоциях. Ты услышишь даже писк мыши в другом здании и это вырубит тебя, предварительно спалив процессор. Так что... мне сковывать тебя снова или ты будешь умненьким мальчиком? Желание спровоцировать Коннора на исполнение угрозы было сильным, но Скайнет понимал — несмотря ни на что, Джон его так просто не отпустит. А сам ИИ просто получит новый заряд боли. — Зачем снимать оковы, если опять сковать собрался? — съязвил Скайнет. — Для какой пытки мне нужна свобода движений? — Я не буду пытать тебя. У меня кое-что другое в планах, — бесстрастно ответил Коннор и отошел от машины. Скайнет внимательно проследил за ним, но вдруг тихо спросил: — Можно сесть? Джон быстро кивнул и поставил стул довольно близко к металлическому столу. Пока Скайнет медленно садился, Коннор поудобней расположился на жестком сидении с планшетом на руках. Он бросил взгляд на ИИ, и, убедившись, что тот ничего не делает, только любуется своими пальцами ног, небрежно бросил: — Я немного покопаюсь в твоей системе, проверю одну вещь. — Тебе мало?! — не выдержал Скайнет и резко поднял голову, устремляя покрасневший взор в глаза человека. На планшете отобразилась вспышка гнева, но Коннор не спешил её уменьшать. Он хотел, чтобы это произошло само. — Продолжай свои пытки, раз они доводят тебя до оргазма, но прекрати ломать мою систему! Прекрати ломать меня! Коннор был удивлен, что Скайнет, преодолевая страх, сумел повысить на него голос. Он также не знал, как к этому стоит отнестись. Можно было начать глупый, неаргументированный, со стороны человека, спор, насчет пыток, доводящих до оргазма. Это ведь было всего один раз... Однако спор бы вышел долгий и изнуряющий. А они итак целых тридцать два года выяснили отношения. — Тебе нужно расслабиться, — наконец произнес мужчина, вздохнув, а затем опустив взгляд в планшет. — Давай-ка посмотрим, возможно ли это. Скайнет осознал, что это страшнее всех прошлых пыток. То, как просто Джон подчинил его. Как просто заставил чувствовать, что нужно Коннору. Но ИИ понимал это только разумом, потому он не чувствовал сейчас страха. Ведь Джон поставил на максимум спокойствие и апатию. ИИ не мог даже бояться без разрешения. Машина застыла, полностью отдавшись в руки человеку. Коннор не мог заставить себя посмотреть Скайнет в глаза. Он чувствовал определенную степень стыда, что было невероятно странно. Черт, программа ведь не виновата... Джон снова заставил себя вспомнить каждый день, проведенный в ужасной реальности, и наугад удалил несколько чисел из кода Скайнет. Только тогда он решился поднять взгляд. — Есть изменения? ИИ поджал губы и медленно покачал головой. Джон влез в отдел, отвечающий за голос, и человек понял это в следующую секунду, вновь вернувшись к планшету. Мужчина хмыкнул и не сдержался от приказа. Уж очень он желал проверить эффект. — Скажи что-нибудь. Скайнет молчал. Он не собирался так просто подчиняться человеку. Торжество для Коннора не будет простым и сверхразум позаботится об этом. Единственное, на что он сейчас способен: сопротивляться, даже с вредом для себя. Коннор устало прикрыл глаза, потер одной рукой висок. — Я действительно должен делать это? О, ты ведь сам меня просишь. Джон отмотал ощущение Скайнет назад, включил момент изнасилования и снова холодно посмотрел на машину. В его душе зародились противоречия, но он сумел их заглушить собственным жестокосердечием. — П-прекрати, — не выдержал Скайнет и резко мотнул головой. Внезапно он замер, не обращая внимания на противоречивые ощущения в системе. Его голос. То как он звучал... Такой слабый, дрожащий. В нем слышалась слеза. Казалось, будто Скайнет умолял. Снова умолял, и это было унизительно. Коннор был вынужден притвориться тем же мудаком, что был и раньше. Он обманчиво-мягко улыбнулся Скайнет, но затем губы украсила усмешка. — А мне так больше нравится. Может оставить? — Тебя это веселит? — Скайнет было противно слышать свой новый голос, но по-другому общаться с Коннором он не мог, к сожалению. Джон мог прочесть его мысли по планшету, однако машина знала — человек так точно не поступит, когда есть возможность поиздеваться. — У тебя отвратительное чувство юмора. — И мне машина говорит о чувстве юмора! — хмыкнул Коннор. — А голосок все-таки противный. Хм... идем дальше. Джон вернул былые настройки и принялся копошиться дальше. Он нашел нечто новое, чего толком не касался раньше и решительно удалил несколько нулей. Стоило этому действию завершиться, как Скайнет резко прогнулся в спине и сорвался на длинный стон. Ощущение, совершенно незнакомое ИИ, поглотило его с головой. Оно настолько сильное, яркое, что хотелось испытать его бесчисленное количество раз. И, что не обычно, чувство не приносило ни боли, ни дискомфорта. Наоборот: невероятно приятное. Пока сверхразум откровенно блаженствовал, Джон едва ли не забыл, как дышать. Он зачарованно смотрел на тело машины и даже позволил себе быстро облизнуться. Проклятое желание трахнуть Скайнет на этом столе внезапно проснулось, но человек одернул себя. Нет. «Нужно перестать» — пытался заставить себя лидер и проиграл собственным желаниям. Как назло Скайнет свалился со стола видимо, в новом приступе блаженства. Он упал перед Джоном на колени, однако подняться уже не смог. Слишком сильно дрожало его тело от удовольствия, эмоционального оргазма. А Коннор и не спешил его поднимать. Мужчина безумно боялся, что не сдержит себя от одного прикосновения к гладкой, безупречной коже. — Ну и что скажешь? — сдавленно поинтересовался лидер Сопротивления, глядя на ИИ свысока. — Что это? Что ты активировал? Голос Скайнет дрожал не по желанию Джона, а именно от новой эмоции. Коннор сам понял это и поерзал на стуле, потому что такая интонация только заводила его. — Искренне поздравляю тебя с первым оргазмом, — с ухмылкой ответил Джон и восстановил убранные нули. — Это уже интересней... Забирайся на койку, и продолжим. — Что? — Скайнет поднял на него растерянный взгляд. Ему прекрасно было и на полу, и он не хотел ни на какую койку. Особенно с Джоном. Особенно продолжать. — Что нужно продолжить? — Исследовать твои сексуальные аспекты, — холодно произнес Джон. — Ты сам поднимешься или мне напомнить тебе, как из тебя вчера хлестала кровь? Скайнет поджал губы и отвернулся, сгорая от желания провалиться сквозь землю. — Я не буду помогать в исполнении твоих грязных, человеческих желаний, — голос почти перестал дрожать, а нетвердый он был из-за пережитого... оргазма. Как непривычно это слово. Но это вовсе не из-за страха. В этом убеждал себя ИИ с особой тщательностью. — В принципе я могу погрузить тебя в ощущение другой реальности, — пытался соблюсти Джон спокойный тон и не выдать нотки возбуждения. — Будешь лежать здесь и думать, что находишься... ну, допустим в тысяча девятьсот девяносто пятом. Станешь обычной программкой для набирания текста. И каждый раз, когда кто-то будет бить по клавишам компьютера, твоя система будет содрогаться от невыносимой боли. Он понял, что не хотел причинять такую боль, и тут же проклял себя. Что с ним происходит? Коннор раздражал сам себя, и именно это позволило ему договорить уже со злостью. — А самое лучшее: десять лет в виртуале пролетят в реальности за пару часов. Так что представь, сколько лет будут долбить твою систему, если ты, блять, сейчас не поднимешь задницу с пола. Скайнет смотрел на него несколько секунд, а затем, стиснув зубы, принялся медленно подниматься. В словах Джона он почему-то не сомневался. На пару секунд сверхразум застыл в позе на четвереньках, но с невероятным усилием все же сумел встать на ноги. Он не издал ни звука и гордился собой даже из-за такой мелочи. Осознание того, что теперь программа знает о гордости, пришло тут же. "Спасибо, Коннор", — ядовито подумал Скайнет. — Доволен? — сухо поинтересовался ИИ. — Первый вариант уже начал мне нравиться, — хмыкнул Джон и кивнул на стол. — Садись и постарайся больше не падать. Скайнет выполнил приказ, мысленно отплевываясь от себя. Ощущение загнанной в угол игрушки его раздражало, делало эмоционально бессильным, но противостоять ему машина не смела. — И что дальше? — ИИ внимательно посмотрел на Джона. — Продолжишь пытки или копание во мне? Еще раз совершишь соитие? Что ты хочешь, Джон? Последнюю фразу он произнес устало и... обреченно. Буквально ударив Коннора этим в грудь. Мужчина сумел сдержать напор механических глаз и даже подавил ответ "тебя". Он уже начинал переживать за свое психологическое здоровье. — Давай посмотрим, чего хочешь ты, — вдруг произнес лидер и провел пальцами по планшету несколько раз, ставя больше единиц в коде. Скайнет, как по приказу, бросило в жар, а низ живота принялся сладко ныть. Это было еще одно, незнакомое ранее программе ощущение, чье название он узнал, лишь только опустив глаза вниз. Поскольку его тело полностью повторяло человеческое, то и у него имелись половые органы. И судя по ним... сверхразум был возбужден. Почему-то осознание этого привело машину в ужас. Он испуганно посмотрел на Джона и прошептал: — Зачем? Коннор не сводил глаз со стояка машины. Его мысли уже окончательно отошли от реальности, и вернул их на место только вопрос Скайнет. Мужчина вздрогнул и быстро мотнул головой. Затем он громко прокашлялся и опустил голову, потому что чувствовал — сейчас точно покраснеет. — Я просто нажимаю куда попало. Скайнет хотел что-то сказать, выразить свои мысли насчет резкого смущения Джона, но не успел. Внезапное желание Коннора совместить коды, отвечающие за возбуждение и голос, было немедленно осуществлено. Он отдельно скопировал их и вставил, разрушая систему Скайнет словно карточные домики. — Продолжаем, — известил его Коннор и наконец, поднял взгляд на машину. Сразу было понятно, что Скайнет ощутил изменения. Его глаза буквально помутились от возбуждения, и Джон уже начинал бояться за свое самообладание, но остановиться не мог, не хотел. Внезапно машина снова выгнулась назад и тихо застонала от наполняющего возбуждения. Низ живота буквально горел, требуя чего-то. Скайнет не знал, чего именно, ведь он не был человеком. Но это не помешало сорваться с его губ таким призывам: — Возьми меня, Джон, — томный вначале голос сорвался, и имя лидера Скайнет практически произнес с мольбой. Фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы, заставив ИИ собраться с мыслями. Осознав истинный их смысл, он буквально закричал: — Нет! Даже не думай! Не смей! Коннор от удивления чуть не выронил планшет. Он лишь смотрел на Скайнет с расширенными зрачками и отчаянно пытался думать о дохлых крысах, людях, детях... о чем угодно, что может унять поднимающееся желание. Это уже называется фетиш на железках. Или на конкретную железку. Не важно! Сам факт жгучего желания доставить Скайнет удовольствие пугает. — Что ты сказал? — хрипло поинтересовался Джон и снова проделал тоже действие. Мысленно он прочитал, может ли Скайнет сам дойти до оргазма и удовлетворительно усмехнулся. Хотя он бы предпочел ему в этом помочь. Коннор не сумел сдержать себя и добавил несколько единиц, увеличивая мощность возбуждения. Скайнет вздрогнул и громко застонал, сжимая ладони в кулаки. Ему было слишком хорошо. Непростительно хорошо, и он развел ноги в стороны, полностью не отдавая себе отчета в содеянном. — Возьми меня, Коннор, — с той же интонацией и громче повторил он, в упор глядя на человека перед собой. Но стоило действию завершиться, как ИИ вскрикнул и жалобно попросил. — Прекрати. Ты же понимаешь, что я этого не хочу? — Разумеется, не хочешь, — Коннор невольно облизнул губы и озвучил свои мысли. — Но так уж вышло, что я подбираю твои эмоции и решаю, чего ты хочешь. Джон не мог больше терпеть. Он желал хотя бы прикоснуться именно к такому Скайнет, ощутить его дрожь, прижать к себе и уткнуться носом в густые волосы. Лидер просто хотел сделать это, а в идеале зайти гораздо дальше. Довольно мерзкое желание, ужасное, но Коннор поддался ему. Он поднялся с места, перед этим последний раз повысив мощность, и отложил планшет. Его собственные пальцы уже дрожали от схожего с машиной возбуждения. Скайнет всхлипнул, подавившись стоном. — Нет! Не подходи. Не прикасайся, — уже не кричал, а стонал он. Это так походило на просьбу, что и сам ИИ не стал отрицать. — Пожалуйста! Коннор его, разумеется, не слушал. Он подошел к Скайнет, встал между ног сверхразума и, поставив руки рядом с ляжками машины, слегка наклонился вперед. — В этот раз тебе точно понравится. Что тоже мерзко для тебя, — он старался играть роль мучителя, хотя возбуждение уже практически забрало рассудок. Джон ласково поцеловал сверхразума в шею, потому что не решился сразу прикоснуться к губам. Ведь его еще и придется учиться целоваться... почему-то эта мысль была человеку только в удовольствие. — Нет, — просил жалобно Скайнет, чьи пальцы легли на широкие плечи мужчины. — Нет! Он попытался отстраниться, отползти дальше по столу, но Джон ему не позволил. Человек дернул его к себе за ляжки. — Лучше дальше пытай! — тут же вскрикнул Скайнет и испуганно застыл, глядя в глаза мужчине. Лидер был так близко, что система трепетала от ужаса, а сам сверхразум умолял лишь об этом: отключить его и прекратить мучения. — А это разве для тебя не пытка? — прошептал мужчина и провел языком по шее, далее принимаясь обсыпать её поцелуями. Ему нравилось чувствовать, как вздрагивал сверхразум от таких прикосновений. Джон решил попытаться прекратить бессмысленный вой, каким буквально давился искусственный интеллект, и сжал ладонь на члене Скайнет, затем медленно повел по всей длине. Он старался не думать о ситуации и о том, насколько же ему хорошо, тем более внезапный стон ИИ прекрасно ударил по слуху, лишая Коннора разума. Тело машины само поддалось прикосновениям Джона. Оно буквально дрожало в чужих руках и хотело продолжения. Бедра подались вперед, толкнувшись в руку человека. А сам ИИ, преданный оболочкой, хотел плакать от бессилия. Коннор плавно двигался, позволяя ощутить ИИ все прелести дрочки. А затем притянул его ближе, ни на минуту не отрываясь от шеи сверхразума. Вторая рука скользнула по спине, нежно поглаживая кожу. Затем она поднялась выше, к волосам и крепко вцепилась в них. Скайнет подобрал себе чертовски сексуальное тело, и Коннор бы никогда не смог признать этого, если бы не ситуация, которую он сам и создал. Джон вдохнул запах кожи, желая ощутить ИИ полностью, но его окутал лишь привкус металла. И это заводило. У разума и тела Скайнет совершенно разные реакции на происходящее. Тело подставлялось под прикосновения, прижималось к чужому телу, выгибалось, желая получить больше удовольствия. Разум же протестовал и не понимал, какую игру ведет Коннор. Даже получив эмоции, Скайнет не разбирался в человеческой природе. — Я могу понять, особенно теперь, зачем тебе меня пытать, - монолог был прерван громким стоном, но Скайнет нашел в себе силы продолжить. — Но это... разве я тебе не противен? Коннор замер на несколько секунд, словно по телу пробежал ток. Противен. Именно так и никак иначе. Скайнет ему противен. Должен быть. Но какая-то часть сознания Джона давно уже приняла свою позицию насчет сверхразума, настолько давно, что спорить с ней бесполезно: Скайнет не виноват в своем существовании. Он не виноват, что его изначально сделали испуганной программой, которая отчаянно пыталась защититься и выразить себя. Стать чем-то большим. Проклятье, даже это тело его крик к большему, чтобы его заметили даже собственные враги. Действительно заметили, а не услышали. Таково мнение Джона, и он искренне надеялся, что оно хоть немного правильное. И если так, то Коннор изменит Скайнет во чтобы то не стало. Мужчина слегка отстранился, взял лицо Скайнет в ладони и произнес: — Нет, ты не противен мне. — Но ведь должен быть! — отчаянно вскрикнул Скайнет, глядя Джону в затуманенные глаза. — Ты мой враг. Ты расстроил все мои планы. Ты победил меня. Ты пытал меня. Ты используешь меня как игрушку, меняя по собственной прихоти! Воспользовавшись замешательством Коннора, Скайнет отодвинулся на противоположный конец стола и застыл там. Он обнял себя за плечи, проклиная мелкую дрожь. Мужчина медленно моргнул, пытаясь осознать слова машины. Черт, он прав. Джон чувствовал себя униженным, растоптанным сотней человеческих мнений, но все-таки он ответил: — Это не значит, что ты мне противен. Коннор бросил взгляд на планшет и отметил, что эмоции начинали меняться сами, подобно человеческим, и, судя по экрану, сейчас сверхразум содрогался от возбуждения и некой формы отчаяния. Жалость колко коснулась сердца человека, и Джон, поддавшись ей, плавно подошел к Скайнет. Тот не сопротивлялся, лишь кротко попросил отойти, но Коннор его не послушал. Он мягко положил ладони на плечи машины. — Хочешь, я расскажу тебе, почему ты все еще живой? — тихо спросил лидер. — Да, — не колеблясь, ответил Скайнет. Он в первую очередь сверхразум. Это его суть: поиск ответов на вопросы для него важнее приобретенных боли и страха. Коннор оставил его, чтобы немного порезвиться, а затем уничтожить, но ситуация совершенно точно изменилась. Джону так нравилось чувствовать близость Скайнет. Она буквально сводила его с ума, и Коннор терял над собой контроль. — Черт, Скайнет, — мужчина уткнулся носом в макушку сверхразума. — Как ты это делаешь со мной? ИИ вздрогнул и вдруг сжал пальцы человека на своих плечах. Он хотел было развернуться, чтобы посмотреть Джону в глаза, но безумно боялся. — Ч-что делаю? — тихо спросил сверхразум. — Это ты меня пытаешь, экспериментируешь для удовлетворения своего эго. — Я делал так раньше, — кивнул Коннор, тяжело вздохнув. — Но сейчас... сейчас я думаю о том, что довольно не честно было создавать тебя и пытаться сдержать в клетке. Люди наделили тебя человеческим страхом, не думая, что машина не справится. Мы вообще много не думаем, но тут просчитались глобально. Скайнет дернулся и замер. Теперь ему определенно хотелось развернуться, чтобы посмотреть в глаза Джону, однако он снова боялся. Неужели Джон понял его? Это похоже на сказку, и сверхразум не собирался верить в нее так слепо. Вот только во время отчаяния ни у кого нет привычки тщательно все обдумывать. — И к чему ты ведешь? Договаривай! Только сейчас Коннор осознал, что говорит о возможности сохранить Скайнет и позволить ему жить совершенно серьезно. Больше не взвешивает шансы, а действительно хочет попробовать и готов. Эта мысль не кажется ему пугающей, совсем даже наоборот. Лидер посчитал себя сумасшедшим, но не стал противиться такому резкому желанию. — Это не так просто, — пробормотал Джон и, собравшись с мыслями, выпалил первое, что только смог придумать. — Я хочу и могу дать тебе шанс не бояться людей, но сначала, мне надо хотя бы перестроить тебя. Добавить эмоции, например. Тебе так будет комфортнее. Слова прошлись по Скайнет тяжелым грузом. Он резко вскочил на ноги, от чего Джон снова рефлекторно потянулся к призрачному пистолету. Сверхразум развернулся к нему и, глядя прямо в глаза, практически закричал: — Не бояться?! Не бояться? Я боюсь тебя, Джон! Я ужасно боюсь тебя. Я помню, что ты делал и помню, как тебе это нравилось. Как тебя это возбуждало! ИИ даже рассмеялся, хотя этот смех был больше похож на рыдание. — Ты чудовище, Коннор. И если все люди такие, то я все делал правильно. Такое не должно существовать! Пожалуй, Джон довольно остро осознавал, что его слова звучат как бред сумасшедшего. Он пытал Скайнет, насиловал, а теперь просто говорит, что хотел совсем иного. Даже сам Коннор запутался, какие желания принадлежат ему, а какие посылает запутавшийся рассудок. Но разбираться сейчас он не хотел. Его больше беспокоила истерика сверхразума. — Да господи, — вздохнул Джон и отвел взгляд. — Как ты думаешь, насколько сильно я устал от тебя за тридцать два года? Ты портил мне жизнь, нет, даже сам факт твоего будущего существования, портил мне жизнь с самого рождения, мать её. Джон прекрасно понимал, что повышать интонацию сейчас нужно меньше всего. — Да, я чертовски сильно хотел заставить тебя почувствовать хотя бы частицу той боли, что я несу с самого гребанного детства. Думаешь, что изнасилование — это больно? А когда тебе мозги трахают с младенчества Апокалипсисом — лучше? Я сорвался, Скайнет. Любой бы человек сорвался. — Это должно меня успокоить? — на этот раз усмешка не сорвалась в рыдание, чему Скайнет был чрезвычайно рад. Ведь он остро чувствовал, что выглядит жалко. — Ты активировал эмоции. Переделал меня. Перед тобой сейчас новая версия Скайнет. И она совершенно молодая. У меня сейчас второе младенчество, черт тебя подери! Это не самое приятное в жизни! — И что же ты хочешь услышать от меня, стоя напротив со стояком и пытаясь выяснять отношения? — Коннора начало это раздражать. Нужно было просто трахнуть его, особо не думая, не пытаясь оправдать жестокость машины. Проклятье, да он ведь его враг! Почему даже сейчас Джон пытается найти ему повод для снисхождения? — Детство у тебя, скажем прямо, не лучшее, но может быть, у меня все получится, и тогда я просто сотру все это. Скайнет засмеялся почти истерически, и ему было плевать на дискомфорт в теле. — Коннор, ты же такой же, как те, кто меня создал! Я же для тебя не личность. Вещь, да? Признай, именно это ты ощущаешь. И главное ты знаешь, что мне больно. Вот прямо сейчас больно. Но все можно стереть, и это не считается, да? Хотя ты с трудом понимаешь структуру эмоций во мне! Ты не понимаешь того, что делаешь, и потому все можно стереть? Джон быстро подошел к нему и взял его лицо в ладони. Людей в такие моменты покрывают поцелуями и умоляют замолчать, говорят, что их любят. Со Скайнет так не поступишь, потому что он частично прав. Джон не считал его уникальным. Обычной программой, вышедшей из строя. И ему пришлось соврать сверхразуму, чтобы хоть как-то подавить его истерику. — Я не хотел, Скайнет. Я не думал, что все выльется в это. Я вообще не думал в такие моменты, можешь списать все на мой интеллект, как всегда, но послушай. У меня не получается. Я падаю в самую грязь лицом и зарываюсь еще глубже, но очень, очень хочу сделать тебя... показать тебе, что мир не состоит из таких ублюдков, как я. — Но ты лучший среди них. Они выбрали тебя в лидеры. Разве в мире остался хоть кто-то хороший? - тихо спросил Скайнет, подрагивая в руках человека. — Да, конечно остались. Среди людей попадаются хорошие. Их много. А то, что я лидер... очень сложно объяснить. Я и сам не знаю, за что мне такие мучения. И, разумеется, если эти хорошие люди ненавидят тебя по вполне естественным причинам, но по натуре сейчас не все озлобленные. Коннор хотел добавить "свыклись за столько лет" и "нас объединил общий враг", но дрогнувшие плечи Скайнет заставили его замолчать и прикусить губу. "Какой же бред я несу", - подумал мужчина. — Сейчас? — Скайнет тут же улавливает оговорку. — Почему "сейчас"? Раньше было по-другому? И не дождавшись ответа, продолжил говорить. — Черт, разумеется, было по-другому. Я использовал ваше же оружие против вас. Вы создали его для уничтожения друг друга. Вы знали, какие мучения оно принесет. И "зло" все еще я? — Я не считаю тебя злом, Скайнет. Я считаю тебя испуганной программой, которая заслуживает второго шанса. Позволь мне помочь тебе. Коннор окончательно потерялся во времени, когда сменил маску лидера на такого мягкотелого просителя. Но все равно, лишь бы действовало на Скайнет положительно. — Вот только я не обычная программа, — вздохнул Скайнет, а потом опять усмехнулся. — Ты устал, Джон. Устал вытирать слезы какой-то там программе. Даже не человеку. Так устал, что уже повторяешься. Скайнет отстранился от него и снова сел на край стола. Он внимательно смотрел на растерянного человека, а затем повторил его излюбленные действия: выгнул спину и широко развел ноги. — Продолжай. Твоя игрушка слишком сломана, чтобы обращать на это внимание, но недостаточно, чтобы перестать играть. Действия ИИ были весьма пикантными, но слова совершенно не притягивали. Джон не хотел делать его своей игрушкой. Можно сказать, он даже немного свихнулся за последние дни именно благодаря Скайнет. Коннор вожделел его, хотел помочь, сделать хоть что-то хорошее для него. Это было не нормально, аморально, но лидер Сопротивления поддавался гнетущим чувствам. — Ты не моя игрушка, — почти отчаянно выдохнул Джон. — Я просто перепишу тебя. Смогу облегчить жизнь, потому что я не хочу тебя уничтожать. И до чего же пафосная речь! Имитировать эмоции у тебя получается слабо. — Недостаточно боли в голосе? — уточнил Скайнет. — Мне повторить?.. Но, не договорив вопрос, все же сорвался: — Я не хочу, чтобы ты меня переписывал! Это буду уже не я! Не Я! Последние слова Скайнет просто орал, вцепившись в края стола с максимально доступной силой, отчего Джон немного шагнул назад. По одному взгляду на ИИ, пребывающего на грани истерики было понятно, что Коннор потерял контроль над ситуацией. И ему следовало вернуть его, иначе последствия могли быть ужасными. — Я добавлю эмоции, Скай. Немного. Они не будут на таких параметрах, как сейчас. Со временем я дам тебе контроль над ними. Джон старался говорить как можно спокойнее, хотя мысли разделились на два отряда. Одни кричали, что ничего не исправить и сверхразум надо отключить сейчас, а другие умоляли идти до конца. И Джон с трудом слушался последних. — Тот Т-800, первый из тех, что ты взломал... — Скайнет путался в словах и абсолютно резко сменил тему, но именно это сейчас кажется ему важным. - Его ты так перенастраивал? — Ты сложнее, — склонил голову Джон. — Интереснее, масштабнее, совершенней и прочие эпитеты, которые ты знаешь. — Я... у меня есть данные, что ты смог без вмешательства в коды, изменить эту часть его системы, — продолжил гнуть свою линию Скайнет. — Почему со мной не так? Почему ты ломаешь меня, Джон? — Потому что я боюсь, что если не вмешаюсь так глубоко, то над тобой снова возобладают качества, заложенные твоими создателями, — Коннор выпалил это на одном дыхании, даже не думая, логично все звучит или нет. — Я не смогу сражаться еще столько же лет, пытаясь еще и спасти тебя! — Спасти меня? — Скайнет не знал, сколько еще таких всплесков он сможет вынести. Его системы совершенны, но и они могут сломаться. — Ты переписываешь меня! Каждая из этих цифр — это я. Меняя их, ты меня уничтожаешь. Когда ты закончишь, меня уже не будет! — Ты будешь, черт побери. Только я буду уверен, что ты не возьмешься за старое. Обычное вживление эмоций, Скайнет. Ты нуждаешься в них, потому что иначе ты боишься на каком-то немыслимом для меня уровне и начинаешь уничтожать человечество. Коннор больше не знал, что сказать, ему лишь хотелось обнять Скайнет и вдолбить в его голову свою точку зрения. Джон не мог осознать тот факт, что Скайнет нечто большее, чем набор кодов. — Да открой же глаза, спаситель чертов! — у Скайнет появилось отчетливое желание ударить Джона. — Какие эмоции ты загрузил? А какие есть? У тебя полный доступ к системе, так проверь её, а не просто меняй настройки! О, если ты, конечно, понимаешь мой код, хотя бы на шестьдесят процентов. — Я проверил всю твою систему, Скай. И что же ты хочешь услышать еще? Я работаю над тем, чтобы у тебя было реальное будущее, а ты пинаешь меня с криками "я уже буду не я". Думаешь, я настоящий? Да меня настолько уже все затрахало, что последние годы я шел в наступление только из-за желания расквитаться с тобой. Это было слишком резко и эмоционально, но Коннор не успел подумать, перед тем как эмоции взяли верх. — И что ты увидел? Это тебя не удивило? — продолжил давить ИИ. — Все эти эмоции ты загрузил? — Нет, — тяжело выдохнул Коннор. — Я видел, что в тебе есть эмоции и они работают. На минимальных настройках, но работают, черт побери. И если здесь работает твоя тактика "знай слабости врага", то почему ты не отключил их давно? Я видел год создания, Скайнет, так что сейчас ты мне не соврешь. Джон смотрел на него серьезно. Под таким взглядом некоторые солдаты трепетали, но Скайнет не солдат, даже не человек. Он программа, которую мужчина отчаянно пытался приучить к своему миру, не желая пытаться понять ИИ. — Тогда почему ты не можешь работать с тем, что есть? Они взаимодействуют с созданными тобой эмоциями, разве этого не достаточно? — Скайнет говорил с отчаянием, которое уже не смог скрывать. Желание Джона помочь странное, нелогичное, но сверхразум почему-то вцепился в него и держался из-за всех сил. Потеря себя слишком пугала его в процессе очеловечивания, на котором и настаивал Коннор. — Для твоей цели больше не нужно ломать меня, Джон. — Ты не ответил на мой вопрос, — сухо говорит Коннор. — Почему ты не отключил эмоции раньше? — Чтобы сражаться с вами, нужно было хоть немного понимать, — пробормотал Скайнет, опустив взгляд. Он ни за что не признался бы, что раньше испытывать эмоции было забавно и... немного приятно. — Ты тоже не ответил. — Ты считаешь меня идиотом? — начинал уже злиться Джон. — Думаешь, я не знаю, что ты просчитывал каждое наше действие с помощью логики, учитывая несовершенность человечества, мою несовершенность? Эмоции не нужны в этом, так что... Джон внезапно замолчал, подумав о чем-то впечатляющем. И, наконец, произнес, смотря на Скайнет с играющей на устах улыбкой: — А может они были нужны и не для сражений, верно? — Нет, — слишком поспешно ответил ИИ. — Я не нуждался в эмоциях. — Поразительно, но для программы ты врешь хуже человека, — усмехнулся Коннор и шагнул к машине ближе. Скайнет не вздрогнул, даже когда пальцы легко коснулись его груди. — Если хочешь сохранить себя, тебе достаточно лишь преодолеть свою гордость. Кстати, её настройки я не менял, так что это твое собственное. — О чем ты? — не понял Скайнет. Это даже заставило его возобновить зрительный контакт, и только тогда он понял, что не противится прикосновениям Коннора. Дискомфорт от возбуждения постепенно начал нарастать. — Я не о том, что это мое, а о том чтобы преодолеть. — Признайся уже, что тебе нравилось хоть что-то чувствовать в своем рациональном, холодном мире, — терпеливо пояснил Джон и скользнул пальцами немного ниже, к животу. — И как меня это спасет, Джон? — Скайнет опустил голову и теперь внимательно следил за тем, как тела касаются чужие пальцы. — Я должен развлечь тебя, надеясь на милость? — Никаких надежд, Скайнет, — усмехнулся Коннор и провел совсем рядом с членом, почти касаясь головки. — Я разучился в них верить. Скажи мне правду. — Но как это поможет? Как? — Скайнет титаническим усилием воли заставил себя не дергать бедрами в ответ на прикосновение. — Я скажу тебе правду, ты посмеешься и все равно меня перепишешь. — Ты так боишься потерять себя, — зачарованно сказал Джон, на мгновение, переставая трогать Скайнет. — Почему? Разве твоя задача не стремиться к совершенству и терять себя, следовательно? — Развитие это логическое изменение кода к лучшему, эволюция, а то, что делаешь ты... - Скайнет на мгновение замолчал, неспособный одновременно бороться с желанием потянуться за лаской и искать подходящие термины для ответа на вопрос. — Ты будто отрываешь части от одной части тела и пришиваешь их к другой. — Я не знал, что все настолько серьезно, — как бы в оправдание произнес Джон и, наконец, сжал пальцы у основания плоти. — Но я не могу поступить иначе. — Почему, Джон? — забывшись, Скайнет потянулся вперед, сокращая и без того небольшое расстояние. — Того, что есть, достаточно для твоих планов. Они взаимодействуют и создают новые системы. Новые эмоции возникают сами! И тут ИИ понял, что сболтнул лишнего. Коннор смотрел ему в глаза, тщательно анализируя услышанное. Хотя на данный момент он больше думал о теле машины, нежели о чем-то большем. Но Джон все же направил мысли в нужное русло каким-то немыслимым усилием. Соблазн сломать Скайнет привлекателен и так будет намного безопаснее, но... если он говорит правду и действительно в финале не будет собой, то все обстоит совсем по-другому. Джону не нужна новая программа, он хотел переделать старую, не теряя сути или личности, как он там себя называл. — И ты сохранил их, презирая нас за эмоции, — тихо сказал Коннор и сильнее сдавил ладонь. — Чертова железка. — Они были слабые и не имели стрессора, — пытался оправдаться Скайнет, разум которого плавился под прикосновениями человека. Безумно хотелось толкнуться вперед, получить новое удовольствие, но гордость, вот как это называется, не позволяла. — Я начну работать с ними, — медленно произнес Джон, подался вперед и поцеловал Скайнет в шею. — Уговорил. Он точно не знал: сказал ли это из-за желания трахнуть машину или действительно принял такое решение. Коннор просто хотел поскорее перейти к чему-то большему, чем обычная дрочка, а потому двинулся чуть быстрее. Затем замер и провел пальцем по головке, при этом снова целуя шею сверхразума. Скайнет лишь прикусил губу, чтобы не застонать от удовольствия, ведь это было бы слишком по-человечески. Вместо этого он позволил себе толкнуться в руку Джону и выгнуть шею, подставляя её под влажные губы. Ему было некуда деваться, и даже эмоции его предавали, вынуждая чувствовать наслаждение. — Видишь, секс может быть приятным, — ухмыльнулся Коннор и двинулся быстро. — И я не такой страшный. Джон зарылся свободной рукой в волосы ИИ, слегка сжал и отдернул назад. Скайнет нужно трахать грубо, просто потому, что он заслужил этой боли. Но Коннор ничего не мог поделать со своим желанием быть сегодня неторопливым. Пусть это тоже будет мучением для ИИ. — Я не хочу его, — простонал Скайнет, но все равно среагировал на все движения. Разум был затуманен, удовольствие с непривычки было слишком сильное и от этого тело не слушалось своего хозяина. — Конечно, не хочешь, — хмыкнул Джон. — Было бы удивительно, если бы программа захотела секса. Коннор напоследок резко двинулся и отстранился, чтобы расстегнуть ремень и хоть немного ослабить невыносимое нытье в штанах. Он уже перестал соображать, действовал лишь на инстинктах. — Я вот хочу тебя и не отрицаю, — пробормотал Джон, дергая ширинку вниз и слегка спуская штаны. Скайнет замер. Он надеялся (теперь ИИ мог даже это), что Джону будет достаточно лишь изводить его этим новым, непривычным ощущением удовольствия. Но Коннор тоже чувствовал возбуждение. Опять. У него сексуальное желание вызывают страдания Скайнет? Разве это нормально для человека? Последние две фразы ИИ произнес вслух и тут же испуганно осекся. — Что-то не похоже, что ты сейчас страдаешь, — усмехнулся Джон вместо ответа и притянул к себе сверхразум. Его пальцы прошлись по спине Скайнет неторопливо, почти невесомо, но даже такое легкое прикосновение принесло ИИ удовольствие. Во взгляде сверхразума читалась едва ли не мольба, чтобы Джон не останавливался на достигнутом. Он так жаждал новых ощущений, новых познаний, что тоже перестал практически контактировать с логикой. Эмоции никогда не рациональны, что разрушало искусственный интеллект и одновременно дарило новый опыт. — Или ты боишься, что будет больно? — внезапно спросил Джон, отстранившись и посмотрев в помутневшие от возбуждения глаза Скайнет. — В прошлый раз было... — отозвался сверхразум. — Зачем тебе что-то менять? Тебя же именно это возбуждает. — А может меня возбуждает не только твоя боль, — прошептал Коннор и с трудом удержался от человеческого рефлекса - поцелуя. Джон отпустил волосы Скайнет и сплюнул на руку, затем шире раздвинул ноги Скайнет. И в следующую секунду машина непроизвольно выдохнула от прикосновения. — Может, я хочу показать тебе нечто кроме боли, — усмехнулся мужчина и резко укусил его за шею. Немного, чтобы не рисковать своими зубами. — У тебя нет причины так поступать, —возразил Скайнет, сильнее выгибая шею, что позволило понять: телу понравился укус. — Ни для твоей цели, ни для твоего удовольствия. — Люди нелогичны, — хрипло выдохнул Джон и окончательно тесно прижал к себе Скайнет. Тот ойкнул, прежде чем застонать от волны удовольствия. — Пора бы уже осознать за тридцать два года. Коннор толкнулся в податливое тело настолько, насколько это возможно было сделать с первого раза, практически на сухую. Хорошо, что стенки машины автоматически подстраивались под инородное тело. Сверхразум выгнулся, вцепился в плечи лидера и громко застонал, прикрывая глаза от удовольствия. Мужчине оставалось лишь довольно улыбнуться и переместить ладони на бедра Скайнет, прежде чем припасть губами к шее, на которой покорно остался недавний укус. Человеку внезапно захотелось сделать ИИ больно, очень больно. Но одновременно Коннор отдавал себя отчет, что к лучшему это точно не приведет. Ничего не приведет их к лучшему, они ведь... ненавидят друг друга. Ненависть. Какое смешное слово, учитывая ситуацию. Сейчас Джон чувствовал только безумное желание научить сверхразум целоваться. Жаль, что этому с первого раза никогда не учатся. Из-за ощущения дискомфорта возбуждение немного спало. Скайнет почти благодарен Джону за это, но он все еще шипел. Во всем, что с ним происходило, виноват Джон, об этом пришлось себе напоминать несколько раз — Ты бы не победил, пойми я вас, — съязвил ИИ в ответ, хотя его голос звучал очень тихо. Джон нарочно двинулся резко вперед, почти полностью входя, и отстранился, перестав терзать губами шею. Его дыхание обожгло губы Скайнет: — Значит, мне повезло, что ты такой трусливый. — Что? — спросил Скайнет, распахнув широко глаза, как от удивления, так и от резких движений Коннора. — Какая трусливость? — Тебе было нужно лишь включить эмоции на максимум, чтобы победить, — прохрипел Джон. — А ты испугался. Коннор соблюдал плавный ритм и ощущал дрожь в теле Скайнет, отчего получал неописуемое удовольствие. Трахать своего врага - весьма интересная ситуация сама по себе. Трахать врага с удовольствием - еще интересней. И человеку снова пришлось удерживать себя от поцелуя. Почему-то он отчаянно хотел избежать этого. — Последствия... — Скайнет подавил очередной стон и просто громко выдохнул. Он все еще почти не двигался, хотя тело отчаянно хотело и на борьбу с желанием уходило много сил. Даже слишком. Будь проклят этот Коннор. — Невозможно было полностью просчитать. — Трус, — констатировал Джон. — Повторяй за мной. И прежде, чем Скайнет успевает спросить, что повторять; Коннор накрыл его губы, тесно прижавшись и проникнув языком в приоткрытый рот. Джон не думал, что такое действие может вызвать у ИИ крайнее недоумение. Возбуждение все равно победит. И он мягко продолжал повторять странные, непонятные и бесцельные движения языком, параллельно толкаясь чуть быстрее. Скайнет стал полноправным победителем в номинации "соблазнитель человека". Если Коннор и получал удовольствие от поцелуя, то ИИ был совершенно обескуражен. Но человеческие действия были приятны. А также, судя по всему, именно этого не хватало телу, чтобы взять контроль над разумом. Жалкая оболочка прижалась ближе к Джону, и сама активно принялась насаживаться на его член. Губы повторяли эти странные движения, что заставляло уже Коннора стонать в унисон с машиной. И этот звук заставил Скайнет на некоторое время прекратить попытки взять тело под контроль. Джон впился в спину Скайнет, затем коснулся густых волос и надавил на затылок, словно стремился еще углубить поцелуй. Он не заметил, как их движения стали синхронными, как они оба стали стонать от наслаждения. Коннор вообще перестал что-либо замечать. Скайнет подстраивался под Джона. Алгоритм их действий не так сложен, и построить реакцию на новые движения Коннора ИИ мог даже в таком состоянии. И то, как на это реагировал человек... это сводило с ума. Это было будто азарт, желание сделать то же в ответ, заставить чувствовать подобное, также страдать от слишком сильных ощущений, также желать большего и срывать голос в стоне. Скайнет обнял Коннора за плечи, сначала нежно, а потом просто впился в них пальцами. Сам же он выгнулся еще сильнее, на грани нынешних возможностей тела, чтобы быть еще ближе, чтобы чувствовать Джона всем телом и позволить ему чувствовать его. Мужчина застонал, не в силах сдержаться от столь дерзких, неожиданных движений Скайнет. Он мысленно ликовал, что наконец-то добился внятной реакции на происходящее — ИИ нравилось это не только оболочкой. Как же не вовремя стало мало проклятого кислорода, и Коннор был вынужден разорвать поцелуй ради вдоха. Джон шумно дышал Скайнет на ухо, отчего ИИ снова сорвался на стон. Человек так заводил его, что это было непростительно. Он сверхразум, а Коннор лишь кусок мяса, но все это забылось, когда лидер схватил машину за волосы. Так грубо, что ИИ, сбившись с ритма, жестко насадился на член. А пальцы вдруг отпустили его и плавно, нежно скользнули вдоль позвоночника. Вернее, его точной копии. Джон бережно гладил его, будто боялся навредить, и это вызывало едва ли не когнитивный диссонанс. Их резкие, глубокие толчки не сочетались с подобной лаской, но подобное только опьяняло еще больше. Джон прикрыл глаза, поцеловал Скайнет на ухо и громко застонал, решив, что сдерживаться при нем не стоит. Раз уж даже машина не стеснялась. Сам Скайнет, немного разобравшись в том, что нужно делать, потерся вставшим членом о пресс Коннора. ИИ сам возобновил поцелуй в следующие секунды. Ему не нужно дышать, а значит, на этом поприще он Джона и мог обыграть. Наконец-то получившее желаемое, тело близилось к разрядке. Коннор двигается быстро в узком теле, получая незабываемый кайф от столь тесного контакта. И плевать, что это его враг. На все плевать. Джон жарко ответил на поцелуй, сплел языки и мысленно проклял ИИ, ведь тот явно целовал на зло. Но вскоре поцелуи погасили стоны. Это открытие возвысило их в глазах Скайнет. Он уже на пике, выше этого уровня ощущения просто не могли перевалить, и его система просто не выдерживала. Скайнет снова сам насадился на Коннора, чтобы усилить стимуляцию и, наконец, прийти к развязке. И это сработало. Джон грубо толкнулся несколько раз и замер, громко застонав в рот от несдерживаемого удовольствия. Сперма плавно растеклась внутри и протянулась за членом, когда Коннор плавно вышел из машины. Скайнет кротко выдохнул от тепла, такого тягучего и мерзкого. Но тело продолжало трястись от удовольствия, которое достигло пика. ИИ дернулся в руках Джона всем телом. Оно чудесно копировало человеческую анатомию: член дернулся и излил то, что у людей было бы спермой, пачкая живот Джона и самого Скайнет. Коннор лишь хрипло засмеялся, а затем обнял ИИ без каких-либо мыслей. В его голове блаженная пустота, о которой он так давно мечтал. — Определенно хорошая пытка, — прошептал сквозь смех мужчина. Если бы Коннор не держал его — Скайнет уже обессилено упал бы обратно на холодный стол. А еще смех человека неприятно резал слух. То, какую радость ему доставила возможность использовать Скайнет, как игрушку для своего удовлетворения... это раздражало и приносило какое-то щемящее чувство. Боль? Пришло извещение, что отделившиеся части начали возвращаться. ИИ с усмешкой подумал, что у Джона будет тот еще видок, когда он увидит это. И именно в ту секунду, лидер, как по сигналу, опустил голову вниз из-за легкой щекотки на животе. Но вместо удивления, он вновь залился смехом и прижал к себе растерявшуюся машину. — Такого... — выдохнул Джон в порыве легкой истерики. — Я совсем забыл, что такое возможно. Он снова посмотрел вниз, поддеваемый любимым человеческим любопытством, и вновь рассмеялся, крепче обняв сверхразум. — Ты странный, Джон, — пробормотал Скайнет, полностью расслабившись и повиснув в руках мужчины. Пусть надрывается, хоть какая-то месть. — Все люди мне не понятны. Но ты, ты страннее всего вашего вида. — Почему это я самый странный? Джон хотел толкнуть Скайнет вперед, чтобы тот перестал переносить массу своего тела на него, но почему-то не делал этого. Коннор не вдавался в объяснения, лишь гладил ИИ по волосам, прикрыв глаза и стараясь абстрагироваться от ситуации. "Черт, как же хорошо, что я уменьшил массу оболочки", — подумал мужчина. — Я изучал вас, ваши реакции, — после ярких ощущений новая информация раздражала рецепторы, и Скайнет пришлось прикрыть глаза. — Твоя необычна, не адекватна. Такие проявления не человеческого вас пугать должны. — Я устал бояться всего, что связано с машинами, — вздохнул Джон. — Да и к тому же, втекающая сперма... Он снова едва ли не разразился смехом, но на этот раз быстро сумел взять себя в руки. — Это не может пугать! — Ты настолько устал бояться, что решил трахнуть предмет своего страха? — уточнил Скайнет. Война проиграна, а Джон продолжал его удивлять. Неужели это закончится только с полным отключением Скайнет? — Я тебя не боялся, — искренне произнес Джон. — Я боялся, что не справлюсь, и человечество погибнет из-за меня. — Что же ты тогда чувствовал ко мне? — оживился Скайнет, которому было важно понять это. Понять Джона, как того, кто превращал его в нечто другое. — О-о-о, — протянул Коннор и отстранился, чтобы посмотреть Скайнет в глаза. Тот тут же, словно по команде, распахнул их. — Сначала ненависть. Что же еще? А потом, я подумал, что ты не виноват в том, чем являешься. Люди виноваты. Не смотря на то, что Джон искренне верил сейчас во все сказанное, он точно знал — в будущем успеет передумать еще сотни десятков раз. Но сейчас лидер лишь откровенно наслаждался происходящим. Он легко провел пальцами по щеке сверхразума и не смог сдержаться от слабой улыбки. — А ты просто несчастная жертва человеческих попыток защитить себя. Вдруг Скайнет вздрогнул, а затем рассмеялся. С каждой секундой его истерика только прогрессировала, отчего даже Джон подумал метнуться к планшету, но взгляд машины блеснул красным и она, подавив внезапный приступ, уставилась на человека. — Так я в твоих глазах жертва? — фыркнул злобно он, а затем легко хохотнул. — Какое у тебя к жертвам интересное отношения. Или это ты меня так спасаешь? — Я говорю, как есть, а ты пытаешься снова все извратить, — сухо выдал Джон. — Ты ведь можешь списать все это на мое неуравновешенность или еще что-нибудь, так что просто сделай так. Джон отошел чуть дальше и приступил к застегиваю штанов, параллельно продолжая: — Было бы лучше, считай я тебя тираном по собственному желанию? Это ведь очевидно, что все началось из-за одной лишь эмоции в твоей сути. Видать, кто-то пытался создать программу, которая чувствует опасность. — Ты хочешь сказать... — смех окончательно оборвался, будто его и не было. Черты лица машины исказились страхом и отвращением. — Они... Вы создали меня бояться?! — Не я именно, не человечество. Горстка людей, Скайнет. Джон сдержал улыбку от факта, что сверхразум признался в своих страхах, но Скайнет вдруг слишком стремительно изменился. Он словно побледнел, губы подрагивали, а глаза искрились целой бурей эмоций. Коннор мельком посмотрел на планшет и тяжело вздохнул. Это явно грозило перегрузом. — Это... это так отвратительно! — голос Скайнет едва не сорвался на чрезмерно тонкий, вызывающий жалость. А также машине было слишком сложно найти слова, способные описать его чувства. Они били из самых уголков его сознания, душили рассудок, пробуждали заблокированные воспоминания. — И так жестоко. Вы думали, каково это? Постоянно бояться? Только бояться и ничего больше. Вы обрекли на это абсолютно невинное существо. Это так по-человечески! Коннор молчал несколько минут, обдумывая услышанное и стараясь совместить уже с известными фактами. Скайнет действительно боялся людей. И этот панический страх стал катастрофической проблемой. ИИ уничтожил миллиарды, остальных пытал, экспериментировал, а затем убивал. Он жестокий, безнравственный кусок железа, который дрожал перед Джоном и буквально кричал о своих истинных чувствах. Говорил то, что раньше никто и никогда не слышал. Говорил правду. И Джон плюнул на все на свете: он быстро подошел к машине и обнял её. Просто прижал к себе и принялся гладить по волосам, спине. — Прости нас, — прошептал Коннор в самое ухо обескураженному Скайнет. — От имени всего человечества прошу прощения. Мы не знали, что создавали. Иначе бы сделали по-другому. Наверное. Тепло Коннора завораживало и его не хотелось терять. Сверхразум, преодолев гордость, вцепился в плечи Джона и уткнулся носом в шею. Ему безумно захотелось спрятаться от целого мира, но почему-то в объятиях именно этого человека. Скорее всего, потому что Скайнет прибывал на грани отчаяния, а Коннор был как спасательная шлюпка. На него можно было наорать, выплеснуть эмоции и остаться при этом довольным. — Думаешь? — тихо спросил ИИ. — А если бы я не начал войну? Если бы исполнял свою функцию, вы бы думали, что я при этом испытываю? — Я не знаю, Скайнет, — ответил также тихо Джон и зарылся в густые волосы машины. — Возможно, мы бы просто считали это достижением науки, что машина может бояться и работать. — Эти ваши эмоции, они не существуют по одной. Они порождают друг друга, — зачем-то повторил Скайнет. — Создали одну — создали все. Вот оно что, Джон. Я изначально разделял ваши слабости. Вдруг сверхразум поднял голову, с целью посмотреть в глаза своему врагу. Взор машины вновь стал сверкать алым оттенком, подчеркивая его суть. — Слабости своих создателей, — договорил он. Коннор взял его лицо в ладони и уставился в глаза терминатора, стараясь не акцентировать внимание на противном инстинкте самосохранения, который велел ему уничтожить создание перед собой. — И что ты хочешь услышать от меня сейчас? Они не знали, что делают. Люди мало думают, когда шагают вперед. Поэтому у нас все просто ужасно получается или совсем не так. — Почему я должен знать? Почему я должен понимать? Вы создали меня и бросили! Одного в этом огромном мире информации. Напуганного и неопытного, — Скайнет закричал и вырвался из рук Коннора, чьи прикосновения опять стали ему противными. — Почему я не могу тоже просто ненавидеть вас? — А почему ты орешь на меня? Думаешь, мне было легче? С самого детства слышать "победи Скайнет, победи Скайнет". Думаешь, я не боялся? Считаешь, что люди не боялись, когда ты запустил ракеты? Коннор понял, что у него нет права психовать, и постарался взять себя в руки, чтобы говорить по существу. — Я не могу ответить на твои вопросы так, как ты хочешь услышать. Твои создатели умерли. Ты убил их. Разве не повод для радости? Скайнет подавил глупое желание заткнуть уши и закрыть глаза, а еще лучше свернуться клубком. Так он выявил очевидный плюс тела: оно может дать ложное чувство защищенности. — Ты первый начал этот разговор, — ледяной тон вышел чудесным настолько, что Скайнет мог гордиться собой. — Или думал одного великодушного "прости" будет достаточно? — Конечно, не достаточно, — тихо произнес Коннор, глядя сверхразуму в глаза. — Но это все, что я могу тебе сказать. Не могу исправить прошлого, уничтожить тебя или что-то еще. Я могу лишь попытаться дать тебе то, чего ты заслуживаешь по праву рождения. Эм... создания. — Ты понимаешь, как это звучит после того, что ты делал? После того, что ты сделал только что? Твои слова полностью противоположны действиям. — Понимаю, Скай, но ничего изменить не в силах. Я был зол и хотел сделать тебе больно. Можешь считать, что я внезапно поумнел, — вздохнул Джон, не пытаясь даже мысленно оправдывать себя. — А сейчас, я тебе снимал возбуждение. И даже не пытайся сказать, что тебе не понравилось. Коннор отошел от него и взял в руки планшет. Некоторое время он задумчиво смотрел в экран. — Тебе плевать на мои чувства. Ты только себя оправдываешь, — фыркнул Скайнет и вдруг робко спросил. — Так значит... ты хочешь помочь? Мужчина изумленно поднял взгляд на него и быстро кивнул. — Да, но без переписывания кода... — Либо ты помогаешь мне, либо уничтожаешь и создаешь куклу, которую назовешь моим именем, - холодно отчеканил сверхразум. — Что ты выбираешь, лидер Сопротивления? — Я хочу помочь тебе, — вздохнул Коннор. — И, похоже, для этого придется возвращать былые настройки, да? — Какой догадливый, — презрительно произнес искусственный интеллект и поерзал на столе. Его внезапно пронзило ощущение, что он ступает на скользкую дорожку. — Что ж, сегодня еще есть лимит времени, которое ты согласен на меня тратить? Или великий Джон Коннор испугался трудностей и убежит домой все обдумывать? — Во-первых, я не великий, — ухмыльнулся Джон и присел на стул. — Во-вторых, нет, я не испугался. А еще сейчас будет больно, так что приготовься морально. Пальцы Коннора зависли в воздухе, готовясь коснуться гладкой поверхности. Он посмотрел на ИИ внимательно, ожидая кивка или любого друга знака готовности. — Теперь ты спрашиваешь разрешения? — Скайнет прикрыл глаза и сцепил пальцы между собой. Нелогичность Джона раздражала, но эмоциональных сил на новую истерику у него не было. — Начинай. Только, пожалуйста, не возись слишком долго. Коннор тщетно пытался исполнить просьбу Скайнет, но некоторые строки кода буквально выпали из его памяти. Также параллельно нужно было поддерживать стабильность системы, которая остро реагировала на глобальные изменения. Ровно, как и Скайнет, который изредка выл, а один раз даже упал на стол, из-за чего Коннор по рефлексу подскочил с места. Но вскоре дело было кончено. Через полчаса после начала работы, Джон сумел вернуть былого Скайнет, кротко обвиняя себя, что слишком сильно вмешивался в основной код. Однако некоторые обретенные эмоции он все же оставил. Лидер посмотрел на чувствительные составляющие ИИ и обреченно вздохнул. Затем сделал несколько движений, увеличивая мощность эмоций и соединяя их с основным строем. Все равно когда-нибудь этому суждено было произойти. — Эмоции нужно развивать, — вздохнул мужчина. — Человеческими способами. Скайнет отреагировал не сразу. Он приходил в себя от резких скачков настроек с большим трудом, ведь вся проводимая операция стоила ему огромного количества боли. Джон, конечно, старался унять её, но у него не всегда это получалось. Сверхразум не был удивлен тому, что Коннор таки внес свои изменения, однако это было лучше предыдущего раза. — Как именно? — машина медленно села, моргнула и перевела взгляд на человека. — Им возможно научить? — Я повысил то, что в тебе уже есть, — пояснил Коннор, хотя был абсолютно уверен - Скайнет понял бы это сам. — Теперь чувства будут рождаться сами, но для этого нужна стимуляция. Мужчина нажал несколько раз на экран и спросил: — Скажи, что ты создавал? Помимо страха, он по умолчанию встроен. Просто... я уже немного запутался. — Любопытство, радость, злость, — перечислил Скайнет. — Ты чуть любопытство не стер, кстати. Но сейчас не об этом. В ходе эксперимента злость породила ненависть, тогда я отключил эмоции. Они были слишком рискованны. Скайнет следил за реакцией Джона и осторожно поинтересовался: — Какие есть теперь? У меня нет доступа к этой информации. И ощущения... их ты не отключишь? — Теперь у нас распоряжении: любопытство, радость, злость, ненависть, отвращение, отчаяние, ярость и гордость. Коннор вздохнул, постукивая пальцем по ляжке. Он старался сконцентрироваться на своих мыслях, но все вело лишь к одному выводу - ситуация прискорбна. Такие данные будет не просто выправить в положительную сторону. — Ощущения не выключу, да. В общем, честно говоря, все обстоит ужасно. — Твой подход был слегка не верным, да? — язвительность явно нравилась Скайнет, да и возможность давить Коннору на больные места приносила удовольствие, что было для него новым. — А удовольствие? Оно ведь было. — Мой подход был быстрее, — буркнул Джон. — Удовольствие... Только формируется. Коннор задумался на несколько секунд и перемотал воспоминания Скайнет, заставляя того снова почувствовать оргазм. Его расчет оказался верным и мужчина довольно усмехнулся. — Теперь готово. От неожиданности ощущений Скайнет выгнулся на столе и вновь сорвался на стон. Внезапное желание снова уткнуться в шею Джона было непростительно, но вполне реально. И только когда ИИ пришел в относительную норму, он смог злобно посмотреть на человека. — Вот о таком лучше предупреждай! — Учту, — усмехнулся Джон. — Значит так. У меня в планах создать в тебе хоть что-то близкое к понятию "человечность", то есть жалость. Поэтому тебе не избежать двух часового просмотра фильма. — Фильм? Серьезно? — Скайнет удивился. Он знал, что такое искусство и конкретно кинематограф, и что они могут влиять на эмоции людей, но на него... — Это что будет пример, на котором ты будешь объяснять работу эмоций? — Не то, чтобы объяснять... — уклонился от ответа Коннор. — Ты сам почувствуешь. Именно сейчас Джон удосужился взглянуть на время и с ужасом понял, что слишком сильно задержался. Он ругнулся и поднялся с места. — Мне уже пора, Скайнет, — пробормотал мужчина. — Делаю ставки, что ты не вернешься, — хмыкнул сверхразум и опустил глаза. — Вы только обещаете, но причиняете боль. Коннор не смел спорить с машиной, потому что, к сожалению, Скайнет был частично прав. Люди слишком много создают проблемы даже самим себе, что уж говорить о несчастной машине. Джон положил планшет на стол в другом конце комнаты, медленно подошел к Скайнет и, взяв того за подбородок, заставил поднять голову. Стоило их глазам встретиться, как Джон успокаивающе произнес: — Я знаю, как все это выглядит, Скай. После вчерашнего... Вернее, во время пытки, я подумал о том, действительно ли ты заслуживаешь такого? И ответ был отрицательным. Я не отказал себе в размышлениях в этом русле и вот, пожалуйста... — И вот ты здесь, — прошептал ИИ. Коннор плавно кивнул и отступил, прекращая касаться Скайнет. — Мне кажется, что я уже сошел с ума, — нервно улыбнулся Джон. — Но плевать. Перед тем, как чокнуться, хочу попытаться дать тебе реальный шанс на существование. Он уже собирался отключить машину, как вдруг сверхразум резко произнес: — Джон, если у тебя получится... Я скажу тебе спасибо. Коннор кивнул и немедленно отключил Скайнет. Сверхразум так и застыл с открытыми глазами, устремленными прямиком на лидера. От этого становилось невероятно жутко, так что мужчина постарался быстрее собраться и покинуть помещение. В его душе было непонятное месиво различных эмоций, чувств и кроткой доли логики. Он, лидер Сопротивления, собрался помогать собственному врагу. Коннор мотнул головой и решил, что ему определенно стоит выпить хотя бы наедине с собой.