Параллельный мир: Последний осколок. Часть 1

Несколькими часами раннее

Просторная гостиная утопала в лучах утреннего солнца. Морозная свежесть, подобно прикосновению ангела-смерти, со свистом проникала сквозь оконные щели и холодила застывшие на диванах тела. Похожие на заледеневшие статуи, избранники внимательно слушали Уголька, опасаясь пошевелиться и прервать его на важной части продуманной идеи. Он стоял у одного из застекленных проемов в стене, скрестив руки на груди.       — …Применив свои пески, Ежевика таким образом обезопасит спящих девушек от вампиров. Во время сна они будут находится под защитным куполом, — рассказывал Уголек, смотря на каждого из присутствующих.       — И ты готов довериться мне? — наиграно удивился Ежевика, подняв брови.       — Ты единственный в группе избранник, который способен воссоздать любую проекцию предмета, материи… да чего угодно! К тому же не я об одолжении прошу, — нахмурился собеседник.       — Он прав, Ежевика, — оживился вдруг Ураган. — То, что ты вытворял в Белом лесу, произвело на всех нас впечатление. Ты создал копию Бруклинского моста! Сейчас требуется создать всего лишь четыре защитных купола.       — Не забывайте, что он ослаб после схватки с Розалией, — сухо протянула Рыжинка.       — От него требуется немногое, — повторил Уголек. Между собеседниками нарастала ссора, и Ежевика понимал, что пока он не согласится с предложенной идеей, от него не отстанут. Сколько бы он не объяснял всем о том, что контакт с магическими песками может быть опасен, никто не поверит, пока не увидит все своими глазами.       — Хорошо, — перебил спорщиков юноша, — я сделаю все, что в моих силах. Уголек с благодарностью на него посмотрел, и тут же отвел взгляд.

Сейчас

Погруженный в темное золото, просторный зал искрился блестящими костюмами. Гости глубокой ночи, подобно оживленным звездам на темном расписном потолке, танцевали и грациозно выполняли сложные трюки на длинных насестах, приковывая к себе взгляды. Ежевика стоял внизу и наблюдал за ними, попутно выискивая в толпе Клавдия. Бледнокожие девушки гибко извивались рядом со своими партнерами, увлекая их в откровенный танец. Всколыхнулись свечи и с высоты, на большой скорости, вниз головой полетела призрачная фигура. Ухватившись за широкую металлическую перекладину ногами, она плавно описала руками полукруг, изобразив тем самым расправленные крылья, и на подъеме приняла положение сидя. Зазвенели прикрепленные к конструкции цепи над головой Ежевики, и он разглядел на самодельном доппель-трапе* Клавдия. Белокурый юноша в сверкающем багровом костюме подогнул под себя ноги и снова полетел вниз. Удлиненные фалды фрака прыткими лентами развевались на ветру, следуя за каждым движением. С потолка, вытянувшись во весь рост, слетели вампирши в белом обтягивающем одеянии. Они замерли посреди зала, запутавшись в шелковых лентах, а затем закружились, описав большой круг сначала левой ногой, затем правой. Гости затаили дыхание, наблюдая за сказочным представлением. Заметив одну закономерность, Ежевика посмотрел на себя, затем снова на Клавдия. Одинаковые костюмы никогда до добра не доводили, особенно на организованных мероприятиях. Неуверенный шаг назад, темнота и… юноша уже стоял на металлической перекладине, крепко держась за цепи. Ветер трепал его волосы, одежду и щекотал нервы. Слишком высоко. Множество искрящихся глаз дразнили робкого артиста, заставляя его отвлекаться от видимого расстояния. Неожиданно под расставленными ногами появился Клавдий, повисший на доппель-трапе подобно летучей мыши.       — Смотри на меня, — сказал он. Как только ветер сменил направление, юноша одним резким рывком принял положение сидя, смутив Ежевику еще больше. — И ноги держи вместе. Ежевика прислушался к его совету. Клавдий быстро ухватился за металлическую перекладину с другой стороны и повис в воздухе. Медленно перебирая ногами, он достиг стены и ухватился за нее. Поникший собеседник посмотрел через плечо назад и завертел головой, когда Клавдий хитро заулыбался:       — Последний раз. Он заставил Ежевику принять положение летучей мыши и пообещал исполнить любое его желание после выполненного трюка. Грубый толчок от твердой поверхности, и они снова полетели над залом. Почувствовав на своих ладонях холодные пальцы Клавдия, Ежевика сжал их, и белокурый юноша с восторженной улыбкой воплотил свою задумку в явь. Артисты в мгновения ока оказались внизу и зал взорвался аплодисментами. Низко поклонившись публике, «король вечеринки под куполом» повернулся к ошалевшему Ежевике, волосы которого были всклочены наверх, и негромко посмеялся.       — Я готов исполнить любое твое желание, — напомнил он, расстегнув три пуговицы на своей рубашке. — Давай, говори.       — Я бы хотел кое-что с тобой обсудить, — горячо заговорил собеседник, отводя взгляд от острых ключиц, что прорисовывались под фарфоровой кожей. Мирный шепот гостей неожиданно прорезал громкий хлопок — это Клавдий схватил Ежевику за руку и потащил за собой из зала, хлопнув дверью. Юноши оказались в мрачном коридоре при лунном свете.       — Разговор личного характера или связанный с моей семьей? — на ходу спросил Батори.       — Я хотел бы поговорить о своих друзьях, — признался утомленный гость. Услышав такой ответ, Клавдий раздосадовано застонал и резко свернул к окну. Когтистые пальцы нащупали ручку, и ухватившись за нее, с шумом подняли. Сильный поток леденящего воздуха ворвался в теплое помещение, разбросав по полу остатки залежавшегося снега на карнизе. Забравшись на него, белокурый юноша потянул Ежевику за собой, загородив тем самым вид на две яркие луны.       — Нет! — запротестовал тот, вцепившись в оконную раму. Вопли оборвались, когда юноши оказались за стенами замка. Метель острыми иглами врезалась в лицо и шею, заставляя поворачиваться к ночному лесу спиной. Замерзшие кирпичи уплывали от онемевших пальцев, доставляя несказанное неудобство. Ежевика забарабанил ногами по скользкой поверхности, судорожно пытаясь отыскать выступ. Заметив это, Клавдий крепче сжал его руку и одним длинным прыжком достиг ближайшего карниза, затем еще одного, пока не взобрался на крышу самой высокой башни. Два одинаковых силуэта ухватились за острый шпиль и, посмотрев друг на друга, словно в искаженное зеркало, часто задышали, выпустив перед собой облачка пара.       — Зачем сюда? — недоумевал Ежевика, перемещая пальцы по замерзшей конструкции.       — Думается мне тут лучше, — фыркнул Клавдий. — Ухватись лучше за мои руки. Потеплее будет. Ежевика нехотя последовал совету собеседника и смущенно отвел взгляд в сторону двух лун. Подобно близнецам, они расположились рядом друг с другом на иссиня-черном небе, осветив вместе заснеженный бескрайний лес. Таинственный и неизвестный, он навевал воспоминания о родных землях, в которых родился и прожил большую часть своей жизни Ежевика. Подняв свой янтарный взор на задумчивого собеседника, юноша шепнул:       — Помоги нам, Клавдий.       — Помочь спланировать бегство из замка графини? А-а-а это невозможно, — устало откинул голову назад тот. — Если я стану вашим соучастником, мне также придется покинуть это место.       — Что в этом такого? Ты же хотел быть свободным?       — Долго объяснять.       — Мои друзья находятся в большой опасности. Они, как и я, хотят вернуться обратно домой. Для кого-то этот мир является всем, а для кого-то он совсем чужд. Позволь им получить образование, поступить на работу мечты и создать семью. Позволь им построить свое светлое будущее. — Клавдий опустил голову и замер, оказавшись лицом к лицу с Ежевикой. — Клавдий, пожалуйста.       — Хорошо, я что-нибудь придумаю. И кстати, ты знаешь, что являешься моим должником во второй раз? Нет? Объясню все позже. Это лишь вопрос времени. Клавдий прикрыл глаза длинными ресницами и прильнул к губам Ежевики. Они застыли друг перед другом, соединив воедино два мира, некогда разделенных зеркальной стеной. Сильный ветер трепал их волосы и фалды красных фраков, запутывая их между собой. Странные чувства переполняли их обоих: и горечь, и легкий трепет. Но вина поселилась в груди лишь у одного. Тихо затворилась за темным силуэтом дверь, и Анастасия отвернулась к окну. Две луны отражались в ее потухших глазах, забирая последние силы. Девушка хрипло втянула в себя воздух и судорожно выдохнув, стянула с левой руки черную перчатку. Золотые нити-вены, ярко светившиеся под кожей, выжигали каждую клеточку дотла, наполняя тело смертоносным жаром. Пальцы медленно начали сгибаться, пока и вовсе не рассыпались в прах, подняв в воздух сверкающие искры. Анастасия прерывисто зарыдала. Легкая ткань быстро сползла с обнаженного тела, позволив лунному свету озарить стянутую, уродливую кожу. Морщины, белые шрамы и бледно-синяя кожа скрывались от чужих глаз под толщей ткани и драгоценностей в дневное время, а в ночное отражались в зеркале, расстраивая Елизавету Батори своим появлением. Единственным утешением для нее был «источник молодости», находившийся в укромном месте неподалеку от замка. Именно с ним она могла повернуть время вспять. Пока слуги в масках оттаскивали обескровленные тела в сторону, женщина медленно начала входить в багровую гладь, опуская в нее руки. Длинные, загнутые ногти в мгновения ока стали короткими, засверкав в лунном свете. Изъяны на теле постепенно исчезали. Она втянула в себя резкий запах железа, чувствуя, как силу вновь переполняют ее, разбегаясь по венам вместе с мертвой кровью. Посмотрев через плечо назад, Елизавета Батори вытащила окровавленные руки из темной жидкости и прижала их к себе. Каштановые волосы, собранные в низкий хвост, прикрывали ягодицы, длинной змеей следуя по неспокойной глади. Девушка улыбнулась ночному гостю. Бесшумно слуги вошли в озаренную янтарным куполом комнату и окружили кровать, на которой мирно спала Белка. Множество рук коснулись магической проекции и легко разорвав ее, вынесли девушку в коридор. Расслабленное тело слегка покачивалось в холодных объятиях и утопало в светло-синем свечении лун. Из кармана выглядывали круглые часы, острые стрелки которых застыли на одиннадцати. Зал смеялся и продолжал веселье. В воздух поднимались призрачные ткани и тонкие руки, в танце обращаясь в перепончатые крылья. Ежевика отпустил руки Клавдия и разорвал поцелуй, заскользив по замерзшей черепице. Белокурый юноша открыл глаза и спрыгнул на крышу, быстро переместившись к ее окончанию. Он вытянул руку вперед и, попутно ухватившись когтями за черепицу, поймал леденящий ветер. Ежевика сорвался вниз.