ДНК бога

      — Джуди? Не ожидал.       Девид отошел в сторону, пропуская зайчиху в квартиру.       — Прости, мне надо было вначале позвонить, — покаялась та, переступая порог. — Сегодня у меня ни одна мысль в голове надолго не задерживается.       — Ничего страшного.       — В твоем юном возрасте звучит, как диагноз.       — А?! — лопоухая вытаращилась на Киру, которую было видно отсюда.       Будь на месте геройского офицера кто-то посторонний, тот вряд ли успел бы заметить пришельца, ведь дурой попаданка точно не была, и успела бы спрятаться в случае необходимости.       Девушка сидела на диване перед включенным телевизором, закинув ногу на ногу, и что-то раздраженно черкала в исписанной тетрадке. На секунду она посмотрела на вошедшую и приветствующе кивнула головой. Ее губы шевелились, но звук появился не сразу.       — Добрый день, — раздался ее голос, когда Кира уже успела вновь вернуться к своему занятию.       — Это она сказала? — указала на нее Джуди. — Как?!       — Путем многочасовой нервотрепки, — Волкас прошел мимо и присел на спинку дивана. — Уж с этим адским устройством мы настрадались изрядно! Просидели над ним до поздней ночи, пока не добились от него более менее точного перевода. А сегодня утром Кира еще и озвучку настроила, так что теперь голофон может выдавать не только текстовый, но и голосовой перевод. Уже опробовали. Работает почти без ошибок! Сейчас проводим тест. Кира смотрит телевизор и записывает слова, которые кажутся ей неправильными или не на своем месте. Уже сейчас едва ли сотня набралась. По сравнению со вчерашним, это земля и небо!       — Так это же здорово! — искренне обрадовалась Джуди, подходя поближе к Кире. — Теперь мы можем свободно понимать друг друга!       Человечишка ничего не ответила, а только изредка поглядывала на них.       — Эм… — улыбка Хоппс начала увядать.       Она с вопросом уставилась на Волкаса, испугавшись, что сказала что-то не то, но тот успокаивающе улыбнулся и жестом попросил немного подождать.       — Ага, как же, без ошибок! — начал вещать переводчик через несколько секунд после того, как Кира начала что-то тихо бубнить про себя. — Несостыковки с синонимами еще остались, но они почти не бросаются в глаза, — она отбросила назад часть волос, демонстрируя беспроводной кругляш в ухе. — Зато озвучка, хлеб, задерживается на несколько секунд, что очень неудобно! Чтобы вас не отвлекал мой язык, я настроила вывод для себя в наушник. И закрепила микрофон на шее, чтобы даже самый тихий мой шепот Vega мог уловить и обработать в понятные для вас фразы. Но опять же, у голофона процессор притормаживает, не тянет программы. Что и говорить, этот садовый инструмент еще в сороковых считался устаревшим.       — Ничего себе садовый инструмент! Да у нас такой еще лет сто не появится!       — Какой садовый инструмент? — не поняла Кира, когда переводчик зашептал их слова ей в ухе.       Волкас закрыл глаза лапой и немного так простоял.       — Пометь у себя, что твое устройство сейчас перевелось, как «садовый инструмент», — сказал он, когда его отпустило.       — Весело у вас тут, как я погляжу, — заметила Джуди.       — Eto lopata, blin… — пробормотала Кира, делая пометку карандашом.       — Это садовый инструмент, хлеб…       — И периодически слово «хлеб» выскакивает. Я думал, ты еще вчера это исправила!       — Ti predlagaesh mne vse mati spetcial'no dlya tebya perevodit'?       — Не, все не надо, пожалуй, — решил он, выслушав переводчик. — Странные у тебя ругательства… Так чего ты зашла, попрыгунья? За своим ноутбуком, полюбоваться на наш цирк или убедиться, что меня все еще не съели?       — Я… Э-э-э…       — Ясно, все сразу, — вздохнул Волкас и, не слушая отговорок, принес ее компьютер. — Спасибо, нам он очень пригодился, хоть на нем и разрядилась батарейка.       — Почему вы вообще решили, что я съем волка? — спросила Кира с настороженностью, когда он вернулся. — Я внешне как-то не тяну на koreitca!       — Это ты у нашей рыжей истерички Уайлда спроси! — оскалился в ухмылочке зверь. — Кстати, а чего это ты одна пришла? Я думал, что вы друг без друга даже в сортир не ходите! И как лис тебя одну отпустил? — посмотрел он на порозовевшую зайчиху.       — Буйволсон дал нам задание раскрыть личность Мстителя, объявившегося в этом районе. Этой ночью мы с ним столкнулись, и знаешь что? Этот Мститель на удивление был похож на крыснзя! Ник заметил, что тот носит обувь и с утра отправился обходить всех местных мастеров, делающих ее на заказ, а я обхожу все гостиницы и отели и спрашиваю, не остановился ли у них иностранец.       — Мститель? — насмешливо хмыкнула девушка, оторвавшись от своих записей. — Это кто еще такой? Давно он у вас?       — Да нет, только на этой неделе объявился, — протянула зайчиха и посмотрела на Киру с подозрением. — Слушайте, ты сказал, что вы сидели допоздна, а что потом было? Скажем, в районе двух часов ночи?       — Ты нас подозреваешь? — удивился Девид. — Да спали мы оба, как убитые! Так заколебались с этим переводчиком, что сил ни на что не оставалось!       — Когда точно появился ваш Мститель? И кто такой крыснзя? — допытывалась девушка.       — Буквально два дня назад он избил трех грабителей до бессознательного состояния. Пришли они в себя уже в камере и не могли толком объяснить, что случилось, — вздохнув, принялась объяснять Джуди. — Крыснзя — это могучие воины Востока, разведчики-диверсанты, шпионы, лазутчики и наемные убийцы. Они владеют множеством умений. Крыснзя должен был прежде всего добывать нужную информацию, а также владеть любым предметом, как оружием, обороняться от любого оружия, в том числе и голыми лапами, внезапно появляться и незаметно скрываться. Они могут долго находиться под водой, дыша через соломинку, лазать по скалам, ориентироваться на местности, тренировать слух, зрительную память, лучше видеть в темноте, обладать тонким обонянием и многое другое. Это закрытое общество, куда входят исключительно крысы и другие грызуны.       — Nichese! — присвистнула Кира. — Это что, некая животная пародия на ninja или assassin? Но если ты меня подозреваешь, то спешу заявить, что два дня назад мне было совсем не до местных gopnikov. Меня больше волновало мое самочувствие.       — У хуманов были свои крыснзя? — удивился Волкас. — Реально? Как у нас?       — Чего сразу «как у вас»? Это еще выяснить надо, у кого цивилизация с другой скопирована! — неизвестно отчего вдруг вспыхнула Кира, сверкнув на него своими черными глазищами. — Вот ты полицейский, верно?       — Да, — не стал отрицать Девид, переглянувшись с Хоппс.       Кира скривилась.       — Хоть бы значки поменяли, ei bogy! А то чувствую себя, как в фильме Планета Обезьян. Только в данном сценарии ни одного хумана не осталось вообще, зато вокруг полно furi с хуманской культурой и образом жизни! — она уже давно замолчала, но переводчик продолжал доносить ее слова до остальных, накопив изрядно текста из-за разницы в скорости говорившей и голофона. — Для меня это все кажется таким нереальным, похожим на сон. Кажется, что вот-вот меня разбудит старшина, и я с парнями отправлюсь исследовать новые координаты в надежде, что там окажется какой-нибудь склад, где можно пополнить свои припасы, чтобы иметь возможность выжить еще пару недель. Что вот-вот меня выкинет из этой красивой сказки про видовое равенство, и я снова соберу свой Cobalt, подсчитывая, сколько патрон у меня еще осталось и сколько врагов из него я смогу подстрелить. Ведь если вдруг окажется, что это все не сон, то я просто…       Появившаяся тишина затягивалась, создавая напряжение.       — Эти враги, — осторожно начал Волкас, поняв, что сейчас Кира как никогда открыта для обсуждения больше всего волнующих его вопросов. — На кого они были похожи?       Хуман покосилась на него.       — На вас.       Заметив появившееся на их мордах напряжение, она улыбнулась краешком рта и пояснила:       — Не внешне и не ментально. Образом жизни и стремлениями. Просто, куда я не кину взгляд, мне везде мерещится аналогия с довоенной Европой и Штатами. У них было так же красиво. Впрочем, ничего удивительного, ведь этот город на их бывшей территории. Но мне на Родине было намного спокойнее и уютнее.       — Они были хуманами, как и вы?       — Да.       — Значит, «Мифы» не врали, когда писали, что вы сами себя уничтожили? — заключила Джуди, скрестив лапки на груди. — Как вообще можно сражаться с представителями своего народа?! Это же… дикость какая-то!       Выслушав ее вопрос, Кира поджала губы, встала с дивана и отошла к шкафу, оперевшись о него одной рукой. Она стояла к ним спиной, низко опустив голову, что ее длинные вьющиеся волосы скрывали лицо. И когда уже звери решили, что она не будет отвечать на этот вопрос, Кира тихо и сбивчиво заговорила. Слова давались ей с явным трудом.       — Дикость? Я бы даже сказала — сумасшествие, — с явной насмешкой в голосе. — С вашей точки зрения все выглядит именно так, и вы ничуть не ошибаетесь. Мы действительно дикари. Пусть у нас были крутые пушки и навороченные телефоны, но нашей сути это никогда не меняло. У нас было все: интернет-магазины, пытавшиеся впарить откровенную hren'; выпуск новостей по вечерам, в которых сложно отделить правду от вымысла; нудная монотонная работа; кредиты в банках, за которые будут расплачиваться еще твои внуки, несмотря на увеличенную продолжительность жизни; непомерный долг перед обществом, которому ты nahren не сдался, и клоуны у власти, не умеющие решать проблемы растущего населения, но зато отлично придумывающие новые смехотворные законы и налоги. И знающие, что больше всего денег приносит война, поэтому всеми силами препятствовали тому, чтобы этот кровавый огонек никогда не погас. А с кем воевать, когда единственная разумная раса на планете — твоя?       — Кем ты была в своем мире?       — А как вы думаете? — немного повернула она к ним голову, но не до конца, чтобы те не видели ее глаза.       — Знаешь, вариантов не так много, если, конечно, у вас каждый не носит с собой винтовки и не владеет боевыми приемами, — попытался пошутить Девид, но получилось как-то не очень.       — Я одна из выживших добровольцев, пожелавших участвовать в эксперименте по созданию универсальных солдат. Ну как "добровольцев". Скорее, это было предложением, от которого невозможно отказаться. Основная масса участников была военопленными, а таких наивных дураков, как я, можно было пересчитать по пальцам. Таких как я называли, - ее речь немного изменилась и она начала произносить с паузами несколько слов, - Версия (Version) Эволюционного (Evolutionary) Результата (Result) Совершенного (Accomplished) Солдата (Soldier), сокращенно V.E.R.A.S. Условием отбора там было наличие отметки в медицинской карте об увеличении продолжительности жизни. В мое время только недавно изобрели препарат, замедляющий старение и позволяющий дожить в редких случаях до трехсот лет вместо восьмидесяти. А так как принявших это лекарство было до безобразия мало из-за его немедленного засекречивания в угоду властьимущих и безумной цены ворованных образцов на черном рынке, то и добровольцев оказалось меньше ожидаемого. Идиотов, пожелавших рисковать своей с трудом добытой долгой жизнью ради неясных амбиций неизвестного ученого, было мало.       — Как же тогда ты оказалась в этом замешана?       Кира грустно улыбнулась, повернувшись к слушателям.       — По глупости. Говорила же, что только полные кретины на это соглашались. Правда, узнала я об этом намного позже. Когда… Когда началась война, я не пожелала бежать с остальными и примкнула к отряду ополченцев. Не буду рассказывать обо всем, что я пережила за тот период и почему я обрезала свои волосы, но случилось так, что однажды я познакомилась с одним парнем, и тот оказался волонтером. Он предложил мне долгую жизнь и безопасность в обмен на участие в одном эксперименте. Помню, тогда я посмеялась над ним, — Кира вернулась на свое место, обхватила руками колено, поставив на него подбородок, и пустым взглядом уставилась в никуда. — Когда ты каждую минуту рискуешь нарваться на пулю или мину, то это лекарство кажется пустой тратой средств, ведь бессмертия оно не обещало. Не знаю, о чем тогда я думала, моя память о той жизни серьезно повреждена, но согласилась. С того момента моя жизнь кардинально изменилась, как и я. Шанс на выживание в этом опыте был всего лишь 2,7%, но я оказалась упертой. Среди тысячи погибших осталось всего тридцать счастливчиков. Скажете, это жестокость? По сравнению с происходящим вокруг, эти смерти были каплей в море. Один боец Вераса стоил десяти обычных солдат и обходил по силе, скорости, выносливости, иммунитете и терпимости к боли. Этакий Капитан Америка. А за счет того, что наша жизнь была продлена, с каждым годом мы становились только опаснее, до совершенства оттачивая старые приемы и осваивая новые. Наш отряд быстро завоевал мировое признание, доказав свою эффективность, но разве тридцатка бойцов могла остановить войну миллиардов? Несколько раз побывав на передовой и потеряв троих, было принято решение, что как телохранители мы полезнее, чем солдаты, и поставили охраной к нескольким высокопоставленным семенам хвойного дерева. Война шла уже шестой год. Все устали, и все чаще начали звучать слова о грядущем перемирии. Переговоры проходили на нейтральной территории. Весь мир, затаив дыхание, наблюдал, как два хумана, под защитой своих телохранителей, решали судьбу всей планеты. Но переговоры сорвались из-за неизвестного снайпера. Он застрелил представителя одной из сторон. Не знаю, кому он служил, но своего он добился. Перемирие переросло в новый скандал с взаимными упреками, и случилось то, чего все боялись с самого начала. В ход пошло ядерное оружие. Ваши зоны отчуждения как раз показывают, где был сконцентрирован основной удар. Все выжившее после начала ядерной войны население ушло под землю, спасаясь от радиации, но некоторые предпочли остаться на поверхности и бежать туда, где еще было возможно жить без защитного костюма. Я пошла вместе с ними. Во-первых, мне было все равно, у меня иммунитет, во-вторых, оставалось еще много, кому могли пригодиться услуги наемника или телохранителя бывшего бойца Verasa, в-третьих… Мне просто было интересно, сколько времени должно было пройти, прежде чем хуманы окончательно друг друга уничтожат, — она засмеялась. Нехорошо так засмеялась, со злорадством. — Ведь это так на нас похоже: продолжать ненавидеть других и обвинять во всех случившихся неприятностях, когда надо, наоборот, пытаться объединиться ради всеобщего выживания. Знаете, в этом всем даже есть некая прелесть. Восемь миллиардов взлетело на воздух ради амбиций пары сотен, владеющих всеми мировыми запасами. И при всем эта же сотня убеждала остальных, что мирные жители «нерабы» и действуют они в интересах своего народа!       — Сколько тебе лет?       — Двадцать пять.       — Хм, тогда выходит, что ты стала солдатом в девятнадцать лет, — мысленно прикинула про себя Джуди. — Ты говорила, что война до переговоров длилась шесть лет, и двадцать пять лет тебе было бы сейчас при условии, что ты попала к нам сюда в год срыва переговоров. Или тебе было меньше, когда все началось?       — Умный зайчик, — засмеялась Кира. — Мне было пятнадцать.       — Значит, ты работала наемником четыре года?       — Пятьдесят шесть.       — Сколько?! — опешили звери. — Ты же сказала, что тебе двадцать пять лет!       Она посмотрела на них с откровенной насмешкой.       — Я вас не обманула. Физически мне двадцать пять. Замедленное старение, помните?       — Или все дело в том лекарстве, которым ты меня опоила? — тихо зарычал Волкас. — То, что я изменился, тебя совсем не удивило!       Хуман покачала головой:       — Нет, neirostimylyator лишь производит полное обновление клеток, обнуляет биологический возраст и повышает регенерацию в несколько раз за счет энергии организма, но старение он не замедляет. К тому же, его нельзя использовать больше одного-двух раз. На психику влияет.       — Для семидесяти семи ты неплохо выглядишь, — решила сделать ей комплимент зайчиха.       — Я бы не хотела распространяться о своем настоящем возрасте. Я сама в смятении, когда вижу даты.       — Погоди, погоди, — не захотел отклоняться от прошлой темы Волкас. — В смысле, на психику влияет? Чем это грозит?       Кира нахмурилась. Видимо, эта тема была ей неприятна.       — Официально neirostimulyator не имеет никаких негативных последствий для организма, но препарат нелегально вышел на рынок до окончания испытаний. Его негативный эффект заметили позже. Дело в том, что нервные клетки обновляются тоже, а старые разрушаются. Начинается проблема с памятью, логикой и контролем эмоций. Но тебе не нужно волноваться на этот счет. После первого применения это незаметно.       — А моя внешность? Можно как-то вернуть все обратно?       — Что тебе не нравится? — с искренним недоумением. — Разве плохо, что ты проживешь лишних пять лет?       — Почему пять?       — Может три. Сколько живут волки? Десять лет?       — Чего это десять?! — заволновался тот. — Почему десять? Вообще-то мне сорок было!       Брюнетка посмотрела на него с еще большим недоумением, подумав, что ее разыгрывают.       — Сорок? — недоверчиво. — Занятно, а мелкой тогда сколько? — внимательно посмотрела она на Джуди с прищуром.       — Двадцать семь.       Непонятно почему, но Киру это очень развеселило.       — Ха! Ха! И еще раз ха! — встав с дивана и взяв курс на кухню, она хихикала над своими мыслями и махнула им рукой. — Пойду-ка я еще в переводчике покопаюсь. Меня ближайший час не трогать!       — Так он же тут лежать остался, — Волкас посмотрел вначале на голофон, после на уходящую Киру. — Впрочем, забей… — принялся массировать он свои виски.       — Кажется, ей просто хочется немного побыть одной, — сказала зайчиха, получив его согласный кивок. — Не знаю, как бы я себя чувствовала, даже перенеся часть того, что выпало ей.       — Я тоже, — признал тот, отняв лапы от головы. — Джуди, я честно пытался помочь ей, и Кира это осознавала. Но я не понимал почему… Почему она смотрит на меня так, будто ждет, что я ее ударю. Я не понимал, почему она так долго стоит у окна и боится засыпать без ножа под лапой. Теперь я понимаю, и… Мне от этого становится так больно! Скажи, это нормально?       — Да, нормально, — вздохнула зайчиха, успокаивающе погладив его по колену. — Она просто не привыкла к спокойной жизни, дай ей немного времени.       — Я знаю, просто… Быть на войне больше пятидесяти лет? Разве можно после этого просто сложить оружие и жить, как нормальные звери? Я вижу, что она решила так поступить, но что если у нее не получится?       — У нее все получится, Волкас, вот увидишь. Она сильная, — заверила его зайка, пытаясь вложить в голос всю свою уверенность.       — Иначе я просто сойду с ума, — заговорил переводчик, донеся из кухни слова прислонившегося лбом к холодному стеклу солдата.