Теория притяжения

Кларк начал теряться в реальности со второго дня пребывания в руках Александра Лютора. Вначале он еще соображал, отдавал себе отчет в происходящем, но с каждым новым испытанием разум словно оставлял Кента, бережно забирая в небытие, будто там можно было защититься от чудовищных опытов. Это не спасало его от ежедневных вирусов, которые вкалывали едва ли не каждые два часа, с целью изучить действие на криптонские клетки. Разумеется, никакая болезнь не могла свалить Кларка, но едкая боль все же заставляла дергаться, когда люди перешли к более сильнодействующим вещам.  Наигравшись с препаратами, которые не так сильно повлияли на Кларка — он всего лишь запутался во времени — Лекс пошел дальше. В момент, когда Кент задыхался от последнего введенного вируса, его уже перевозили. Еле слышные движения колесиков перевозного стола, к которому Кларк словно был прикован вечность, казались криптонцу адски громыхающими колесницами. Барабанные перепонки жгло вместе с легкими, из которых он старался выпихнуть весь кислород, чтобы перестать кричать. Но Кларк не мог. Его везли вдоль просторного коридора, а вокруг бегали врачи, попутно делая записи.  Внезапно боль отступила, что означало одно: организм взял вверх над вирусом, даже несмотря на ту слабость, не покидающую Кларка с первой секунды пребывания здесь, с того момента, когда его схватили. Кент не знал, как Лютор добился этого эффекта. Было достаточно факта, что, чем бы он ни ослаблял Супермена — это работало безупречно.  — Куда… — прошептал Кларк, вкладывая в свои слова все оставшиеся силы. — Куда вы меня везете?  Ответа не последовало. Люди в белых халатах, с безразличными глазами лишь сделали несколько пометок в бумагах, с которыми, вероятно, никогда не расставались. Кларк снова и снова повторял этот вопрос, переспрашивал иначе, надеясь достучаться хоть до какого-то, но ничего не сработало. А потом его оставили одного. Это длилось всего секунду, однако Кенту блаженное мгновение показалось вечностью. И за это время он успел испытать радость от долгожданной тишины и страх от неизвестного.  «Что они задумали?»  Возможно, это была последняя здравая мысль Кларка перед тем, как его опустили в ледяной бассейн. Кент ощутил температуру кожей и принялся дергаться, пытаясь вырваться, но ничего не помогло ему ни тогда, ни через три часа, когда он только начал задыхаться в окружающем водном пространстве.  Казалось бы, что может произойти еще? Но экспериментам не было конца. Кларку позволили отдышаться ровно пять минут, прежде чем снова швырнули в воду. Теперь люди добавили электричество, от которого Кент ощутил каждую частицу своего тела и закричал настолько громко, что если бы не действие криптонита — стенки бассейна как минимум треснули.  Боль нескончаемая, которой раньше не было никогда. Человек никогда бы столько не вынес, вопрос времени, когда и у Супермена закончатся силы. А пока Лютор использовал отведенный ему срок. Опыты с электричеством не были вершиной айсберга, как бы Кларк ни умолял. Он успел побыть в температуре минус двести градусов, плюс минус десять. Был в настоящем пекле через считанные минуты после холода, и его тело было готово умереть в любой момент. Оно хотело умереть вместе с сознанием криптонца, если то еще не оставило его. Кларк превратился в безвольную игрушку всего лишь… он не считал, запутался в полутемном лесе боли, не зная, куда идти, ведь отовсюду сыпались удары. Нельзя было спастись, везде была ужасная слабость. Откуда она? Почему сейчас? Что происходит?  Его перестали кормить, хотя Кларк раньше и не замечал, что это делали. Но стоило людям перестать, как он сразу все понял. Еды не было, воды тоже. Потом последовал новый эксперимент, в конце которого Кент лишился сознания и, судя по подслушанным разговорам, не приходил в себя чуть больше суток, даже несмотря на уменьшенное действие криптонита. Так Кларк узнал название той штуки, что ослабляла его, но легче не стало. Они облепили его голову электродами и мешали заснуть до последнего, одаряя существенными ударами тока. В какой-то момент Кларк стал кричать, пытаясь держать глаза открытыми, лишь бы снова не испытывать ужасную боль, но тело его больше не слушалось. Оно стало истерзанным, потрепанным, на нем были шрамы, которым люди не позволяли зажить. Тело, которое не принадлежало Супермену. Оно принадлежало Лексу Лютору. Но сам Александр это почему-то не ощущал. С каждым новым экспериментом Лекс все четче понимал, что это просто пытки. Исследования не приносили тех результатов, на которые надеялся гений. При очередном уроне тело криптонца становилось слабее, но не из-за земных объектов, а благодаря влиянию неземного камня. Все остальное только причиняло боль. Лекс напрямую не участвовал в экспериментах, не делал грязную работу, но наблюдал за ними и изучал все результаты. Как бы сложно это ни было. Вид Супермена на лабораторном столе не приносил ни успокоения, ни удовлетворения. Наоборот, смотреть на его страдания, очевидно бесполезные для науки, как ни горько это признавать, было неприятно. И даже больше: Лекс гнал от себя эти чувства, отрицал их, но в глубине души он не хотел видеть боль Супермена. Пока Лютор продолжал играть со своими эмоциями в прятки, Кларк бесцельно смотрел в потолок, которого даже не видел. Он слышал обрывки разговоров насчет нового опыта со свинцом, но не воспринял его. В душе криптонца не было страха, лишь два желания: либо умереть, либо вырваться отсюда и вдохнуть сладкий запах свободы полной грудью, без каких-либо болей.  «Когда же все это закончится?» — тихо спросил внутренний голос и снова спрятался за пеленой изнеможения. Несмотря на полные слабости мысли, отступать Лекс не собирался. У него было еще много планов на Супермена, и один из них мог оправдаться. Например, свинец. Был высокий шанс, что он принесет хоть какую-то пользу, но лучше бы Лютор использовал его раньше, до того как измотал Супермена окончательно, потому что последующий результат оказался совершенно неожиданным. Лютор с замиранием сердца ждал, когда Кларку через маску дадут вдохнуть свинцовую пыль. После этого прошла минута, вторая, и вдруг показатели жизнедеятельности будто взбесились. Когда до Лютора наконец дошло, что на экране перед ним чертова реальность, и Кларк сейчас умрет, он рванул с места особо не раздумывая. Парень впервые покинул кабинет, откуда он наблюдал за происходящим, и бросился в саму лабораторию, на ходу приказывая остановить эксперимент. Супермен не может умереть. Кларк не может умереть! Только не сейчас и не так. Пока Лекс бежал что было сил ради возможности спасти собственного врага, сам Кларк не понимал происходящее. Он не чувствовал, что дышит. Вряд ли даже понимал, что пытался кричать, но быстро сник. Ему лишь снова было больно, однако на этот раз все было иначе. Боль словно обещала ему, что быстро исчезнет, или же несчастному сознанию так чудилось. Воздух будто высосали из комнаты, а сердце все замедлялось, пока не достигло критической отметки. Кент дернулся в предсмертной судороге и обмяк на столе, слыша лишь призрачный, знакомый голос, который давно не отражался от этих стен. — Все вон! — Лекс влетел в лабораторию на немыслимой для себя скорости. — Немедленно! Вон! Больше на людей вокруг он внимание не обращал. Все его мысли были заняты Суперменом. Умирающим Суперменом. И Лекс никак не мог этого допустить. Все что угодно, но не потерять его. Эта безумная мысль заполонила сознание, пока парень искал возможность спасти своего врага, а возможность была только одна. Лекс замер, стоя рядом с Суперменом. Ему нужно было время, чтобы все обдумать, но Кларк не позволял ему этого. И Лютор, сматерившись, резко развернулся, чтобы убрать небольшой осколок криптонита в свинцовый ящик, который блокировал его действие. Он медленно подошел к Супермену, совсем близко, будто пытался уловить его дыхание и утешить свое отчаяние. Кларк не знал, где находился и жив ли он. Нет, последнего ему определенно не хотелось. Снова возвращаться в этот мир и испытывать боль по кругу, словно семь кругов ада? Это не для Супермена. Как-то раз Бэтмен сказал, что люди храбрее Кларка, хотя бы потому, что у них нет суперсилы, но они все равно совершают героические поступки. Сейчас Кент был готов согласиться даже с этим, лишь бы его элементарно отпустили на тот свет. Лекс до боли в глазах всматривался в знакомое лицо, чтобы заметить хоть малейшие изменения, но этого было мало. Мало, чтобы поверить в то, что перед ним не труп. Парень аккуратно, почти испуганно коснулся кончиками пальцев лба Супермена, ужасно боясь того, что он будет ледяным. Кент легко дернул головой, с великой горечью сообщая себе, что не умер. Но почему? Ему не хватило самую малость, чтобы не отправиться на тот свет. Так нечестно! От движения Кларка Лекс отступил назад, но быстро взял себя в руки и вернулся к Кенту. Он так старался напомнить себе, что перед ним Супермен, а отнюдь не светлый образ желанного любовника, однако с треском проигрывал самому себе. Кларк был неподвижен. Неужели почудилось? Посмотреть на показатели значило отвлечься от Кларка, что было просто невозможно для Лютора на данный момент. Он словно боялся потерять его из поля зрения. Кент был ему жизненно необходим. Лекс сделал еще шаг и, уже упираясь в лабораторный стол, склонился над Кларком, снова касаясь его лица пальцами. От эмоций отчетливо кружилась голова и щипало глаза. Александр был готов на множество разных глупостей. Например, расплакаться над телом своего врага или почти упасть на него, потому что дрожащие ноги просто отказывались выполнять свою функцию. Но вместо всего этого Лютор просто гладил Кларка по щеке, абсолютно не думая о себе, как обычно и бывало только когда Кент был рядом. Супермен. Супермен был рядом. Лютор закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, и позорно не смог. — Только попробуй умереть, — прошептал Лекс. — Я тебя из-под земли достану, Кент. Это было последнее, что он сказал прежде чем просто упасть на грудь Кларка, заливаясь слезами. Эмоции взяли верх, и больше Александр с ними не боролся. Он лишь умолял, чтобы Кент вернулся к нему. Кларк же отчаянно пытался уверить себя, что умер. Это прекрасная участь для героя, но тень сознания прекрасно понимала — это наглый самообман. Удивительно, но организм стал медленно восстанавливаться и теперь его не сдерживала никакая слабость, которой наделял криптонит. У Кента появился шанс вырваться, но для начала следовало хотя бы трезво начать мыслить. И понять, знакомое сердцебиение всего лишь в его голове или же вполне реально вместе со всхлипывающими звуками. Раздался негромкий сигнал приборов, и Лекс все же на мгновение поднял голову, чтобы увидеть то, что превратило слезы отчаяния в слезы облегчения. Он несколько раз прошептал имя пришельца, снова прижавшись к нему. Когда у Кларка хватило сил открыть глаза, то криптонец просто уставился в потолок, пытаясь в голове собрать мысли во что-то цельное, потому что реальный мир по-прежнему казался ему чуждым, болезненным. Вдруг он понял — сердцебиение реальный звук. Более этого, скорее всего его обладатель находится едва ли не на грани истерики. То, что Кларк сумел понять это, означало верный курс на восстановление сил. Кент выдохнул практически на автомате: — Лекс. Парень среагировал на свое имя подняв голову, и встретился взглядом с Суперменом. С живым, пришедшим в себя Суперменом. Первым чувством было облегчение, но Лекс не был бы Лексом, если бы следом не пришла тревога, а за ней и понимание того, что планшет, с которого управляется лаборатория, валяется где-то на полу. Ученные мгновенно выполнили приказ Лютора, но бросаться вещами им все же не следовало. — Ты плачешь, — тупо произнес Кларк, как завороженный глядя на мокрые щеки Лютора. — Почему? — Ты почти умер, — так же тихо выдохнул Лекс, перебирая в уме способы добраться до планшета и понимая, что никак не успеет. Но ему было плевать, словно Александр желал освободить Кларка, хотя себе в этом и не признавался. — Я… я не мог этого допустить. Почему-то. Я испугался. Кларк чувствовал, как сила возвращается, а вместе с ней и понимание происходящего, но вместо этого продолжил негромкий диалог, словно тот был жизненно необходимым им обоим. — Ты хотел меня убить, Лекс. Убить Супермена. Тебе бы было больше нечего бояться после завершения этого. Лекс протянул руку, осторожно коснувшись щеки Кларка. Даже столь незначительный жест был важен для Лютора. Убеждал его, что это не галлюцинация и Кларк правда жив. — Я боялся, что ты умрешь, — как объяснить чувства, которые сам до конца не понимаешь? Александр не знал. — Это необходимо, но я с этим не смирился. Прикосновение словно отрезвило Кента, взбодрило уснувший рассудок. Одним резким движением Кларк схватил Лютора за запястье, с завидной легкостью освободив одну руку из железных оков. — А ты уверен, что сможешь с этим смириться? — холодно спросил Кент. Лекс испуганно посмотрел на его пальцы и нервно сглотнул. То, чего он опасался, происходило, и этому виной была только его слабость и подверженность эмоциям. Он мог убить Супермена, а вместо этого освободил. — Кларк… — выдохнул парень, не в силах сказать что-то большее, хотя слов в душе было великое множество. — Ты вспомнил мое имя. Надо же. А еще несколько дней назад Кларка не было. Как ты сказал? Он маска Супермена? Да, кажется так. Кент сел, перехватывая Лютора уже за предплечье, и продолжая смотреть прямо в переполненные страхом глаза. — Я исполню твои догадки. Кларка здесь нет, — вторая рука сжала горло Лекса достаточно ощутимо, а взгляд криптонца вспыхнул красным. — Здесь только тот, кого ты не осмелился добить. Лекс захрипел, хватаясь свободной рукой за стальное запястье руки, что стискивала его шею. Из глаз брызнули слезы боли. Что же он натворил? Опять повелся на эту маску и проиграл. Неужели вера в существование человека, в которого смог влюбиться Лекс Лютор, имеет такую высокую цену? Неужели придется заплатить жизнью? Лекс понимал, что заслужил смерти, но все равно бы не упустил возможности себя оправдать, если бы не Кларк, пугающий одним злобным видом. Вот он, разгневанный Бог. Кент отшвырнул Лютора в угол комнаты, а сам высвободился из оков окончательно. Он ступил на гладкий пол и плавно направился к кашляющему Александру. — И даже не надейся, что я убью тебя, — прошипел Кларк, не отдавая себе отчета в том, что его глаза все еще оставались алыми. — Пожалел меня, да? Так почему ты этого не сделал в тот момент, когда меня опускали в гребанный бассейн на три часа?! Лекс дернулся в сторону планшета только из упрямства. Он понимал, что ничего не успеет сделать, что нужно было продумать другие способы защиты, но сейчас было поздно. Он один на один с Суперменом, и его ничто не спасет. Если только милость Бога или человека, которым тот притворялся. Планшет разлетелся вдребезги от одного взгляда Кларка, а Лекс в испуге отшатнулся назад, окончательно оказавшись в углу. — Вирусы, вода, электричество… сколько я был здесь, Лютор? — рявкнул Кент, стремительно сокращая расстояние между ними. — Отвечай сейчас же! Лекс вжался спиной в стену, инстинктивно стараясь оказаться как можно дальше от разгневанного пришельца. Но это было невозможно. Когда парень все же решился ответить на вопрос, его голос звучал тихо и жалко:   — Две недели и три дня. — А мне показалось, что сраную вечность! — Кларк сорвался, и лазер прошелся прямо над головой Лютора, но не задел. Лютор дернулся, чуть ли не взвизгнув от неожиданности. Кенту пришлось сделать глубокий вдох и прикрыть на секунду глаза, пытаясь успокоиться. Но это было невозможно. Только не после всего, что сделал Александр. — Ты просто пытал меня. Никаких экспериментов, ничего. Ты просто тешил свое блядское самолюбие. — Я хотел не этого! — выдохнул Лекс, едва справляясь с желанием закрыть лицо руками и вновь позорно разрыдаться. Нервы попросту не могли всего этого выдерживать. Им и так хватило смотреть на пытки. — Это должно было принести пользу… — Пользу? — ладони сжались в кулаки. Кларка буквально трясло от всепоглощающей ярости. Этот человек слишком заврался и заслужил чего-то больше, чем обычный «милый» разговор в лаборатории. — Ну тогда скажи мне, — Кент медленно присел перед Лексом и продолжил голосом, полным злобы и яда, — это поможет тебе выйти из комнаты живым? — Нет, — все же смог выдавить Лекс, забито опуская голову. Взгляд Кларка так близко будто морально уничтожал его еще больше, — меня ничто не спасет. Я поддался эмоциям и дал тебе сбежать. — Где мой костюм, Лютор? — вдруг переменил тему Кларк, все еще глядя на своего врага с плохо скрываемой яростью. Стоять голым может надоесть даже самому мощному существу на планете. — Сам найдешь, — непроизвольно вырвалось у Лекса. Ему было слишком сложно переключиться с ожидания смерти на подобный безобидный вопрос. Через секунду он понял, как ответил, но было поздно. Кларк схватил Лютора за волосы и больно дернул, заставляя посмотреть ему в глаза.  — Спрашиваю в последний раз: где мой костюм? Лекс болезненно скривился и поддался вверх, чтобы уменьшить боль, из-за чего почти стал на колени. На колени перед Суперменом. Перед голым Кларком. Фактически, это могло бы стать эротической фантазией, если не учитывать ситуацию, в которой все происходило. — В соседней комнате, — прошептал парень, надеясь, что хранящиеся там остатки криптонита сделают свою работу. Но надежды были напрасны. Кент двигался слишком быстро, чтобы на него это подействовало. Кларк выпустил его ровно на несколько секунд, и Лекс не успел даже отдышаться, как Супермен снова возник перед ним, но уже в излюбленном костюме. Он схватил Лютора за ворот пиджака и вздёрнул на ноги, тут же притянув его к себе. Кларк выдохнул прямо в лицо врагу: — Как ты сказал? Это должно было принести пользу? Знаешь, прогулки тоже бывают полезными. Особенно сверху вниз для таких, как ты.  С этими словами Кларк взмыл вверх, крепче прижав к себе Лютора, дабы того не угробило внезапное путешествие. Злоба заполонила разум Кента, как это обычно и случалось, и что никоим образом не делало жизнь супергероя легкой. Он даже не удосужился подумать, как отразится на Лексе происходящее, а парень едва ли не задохнулся, ведь резкий взлет выбил воздух из его легких. Так же благодаря скорости все вокруг стало размытым пятном, и миллиардер мог только вцепиться в того, кто в любую секунду был способен его убить. Ведь, как ни парадоксально, лишь он отделял его от смерти. Кларк остановился только в небе, когда они были чуть выше обычной вертолетной площадки, и посмотрел на Лютора. Он так четко слышал его бешеный сердечный ритм, что едва ли не получал удовольствие. От этой мысли бы стало страшно в обычное время, но сейчас Кларку было плевать. Ему хотелось… напугать Лекса или сделать что-то еще, о чем он не позволял себе думать. — Посмотри вниз, Лекс, — холодно произнёс криптонец. Лекс не хотел. Так страшно не было уже несколько лет, но выбора у Лютора точно не было. Как и во времена, когда отец считал обязательной программой издеваться над Лексом, смешивая собственного сына с грязью. Внезапные воспоминания, пришедшие совершенно не вовремя, словно подстегнули Лекса выполнить приказ Кларка. Он медленно опустил взгляд и тут же сильнее прижался к криптонцу. Лютор чувствовал дрожь ужаса, расползающуюся от кончиков пальцев по всему телу. Слишком высоко. Стоит Кларку разжать пальцы и то, что останется от Лекса, никто из живых не узнает. У парня перехватило дыхание, а дрожь все усиливалась. Его уже заметно трясло, а также пульсировала кровь в висках. — А теперь позволь высоте поглотить тебя, — прошептал ему на ухо Кларк и резко отпихнул от себя Лютора. Лекс ощущал падение так, как бывает во сне. Оно и казалось таким же нереальным, как сон, как противный липкий сон. Парень не вскрикнул лишь потому что воздух опять выбило из груди. Перед глазами не пробежала вся его жизнь, да и сам Александр не горел желанием пересматривать её заново. Было только мерзкое ощущение нереальности, как когда резко проснулся и не можешь различить сон и явь. Но вдруг Супермен милостиво словил его. Лекс рефлекторно вцепился в «спасителя» руками и ногами, беззвучно заливаясь слезами. — Теперь понимаешь, каково это? — едва ли не рыкнул ему на ухо Кларк. — Быть на волосок от смерти, а затем быть спасенным? Дышать удавалось с трудом, не то что ответить на вопрос. Издать хоть какой-то внятный звук казалось невозможным. Но Лекс пытался. Честно пытался, однако вышел лишь жалкий скулеж. Лютор не знал, что ему и ответить. В голове не осталось ни одной мысли, и она начала кружиться, словно предвещая обморок. Лекс прижался к Кларку, что-то неразборчиво бормоча, пока темнота сгущалась перед глазами. Кент даже не почувствовал, что перегнул палку. Он просто ждал ответа, вслушиваясь в тихие рыдания, пока они вдруг не оборвались. Теперь Кларка окружал только реальный мир, а Лекс просто вырубился, потеряв сознание из-за панической атаки. Стоило криптонцу осознать это, как он сразу понял: все пошло наперекосяк из-за него. Опять? Кларк даже растерялся, не зная, на кого злиться в данном случае. — Лекс? — ему пришлось взять парня на руки. — Лютор? Но тот его не слышал, и несколько минут Кларк просто смотрел на спокойное лицо своего врага, абсолютно не зная, что же делать дальше.