Теория притяжения

Лекс проснулся, но открывать глаза не спешил. Каким-то образом он вспомнил в следующую секунду печальный исход своего намерения спасти Кларка от смерти, и теперь совсем не хотел знать, где сейчас находится. К тому же голова буквально раскалывалась от боли, как обычно бывало каждый раз после панической атаки. Однако все было намного хуже, чем в прошлые разы. Боль мешала думать, но Лекс не позволил бы ей встать между собой и реальным миром; он осторожно открыл глаза, будто боялся увидеть перед собой Супермена. Его взгляд уперся в незнакомый, темный потолок. Лютор отметил, что не смог определить материал, из которого тот был сделан. Парень вновь закрыл глаза. Нужно было все обдумать, иначе так можно сойти с ума. Он лежал на чем-то относительно мягком, температура в помещении была приемлемая и не вызывала дискомфорта. И главное: Супермен его не убил. После всего, что произошло он еще жив и, относительно, здоров. По крайней мере, его точно не били. Как бы в подтверждение этой мысли Александр быстрыми движениями изучил свое тело и облегченно выдохнул. Теперь главное узнать свое местоположение. Сказать, что Кларк был в абсолютной растерянности — значит преуменьшить масштабы трагедии. Кент потратил несколько минут, просто пытаясь сообразить, что делать с отключившимся Лютором. И, разумеется, не придумал ничего лучше, чем отнести его на криптонский корабль, оставленный на Земле множество веков назад.  Он оставил Лекса в камере, предусмотренной когда-то для криптонцев в случае бунта нерадивого соратника. Но, вместе с этим, необходимые удобства в ней были. Покопавшись в системе, Кент даже сумел восстановить энергию, чтобы воссоздать энергический барьер, служивший замене решеток. Проделанная работа отвлекла его от главной проблемы: что теперь делать с Лексом? Пожалуй, ответ он будет искать неприлично долго. Супермен ходил около камеры на протяжении трех часов, иногда насильно заставляя себя думать, потому что в какой-то момент все сводилось к сердцу Лютора, размеренно бьющемуся в груди. Кларк практически начинал ненавидеть Лекса за это, но в тот же момент постоянно отвлекался, завороженно слушая. Именно поэтому он сразу понял, когда Александр пришел в себя. Кларк резко остановился и тупо уставился на парня, ожидая его действий. Прошло несколько напряженных минут, во время которых Кент невольно подступил ближе к барьеру, но Лютор не спешил принять сидячее положение. Страх все еще сковывал парня, не позволяя думать ровно так же, как и головная боль. Лекс сумел прийти к единственному правильному выводу: надо действовать. Повторив это несколько раз в своей голове, парень попытался подняться, но слабость и отчаяние мешали ему: последнее нагло врывалось в разум, вытесняя собой весь здравый смысл. Лютор не верил, что хоть что-то в этом мире теперь поможет ему спастись. Он принадлежал Супермену. Но это был не повод лежать как овощ. Подумав об этом, Лекс заставил себя осторожно повернуться на бок — так все же угол обзора был хоть немного шире. Только потом он открыл глаза, чтобы увидеть полупрозрачное поле, отделяющее его от Супермена. От призрака, который испортил жизнь Александра. Ужас новой волной поднялся в Лексе, но прекратить смотреть на Кента он почему-то не мог. Словно боялся в следующий раз увидеть его совсем близко. — Я не убью тебя, — Кларк искренне надеялся, что голос не выдавал душевные волнения. Хотя по Лютору было понятно: ему совершенно наплевать. — И не буду делать больно. Лекс не верил тому, что слышит. Он даже не верил, что вообще что-то слышит. Что это не голоса в голове, которым миллиардер бы не удивился после произошедшего за столько недель.   — Зачем я здесь? — прошептал он. — От меня пользы не будет. Ты хочешь отомстить? — Ты заслуживаешь моей мести, но до твоего уровня я не опущусь.  Криптонец подошел ближе к барьеру. — А насчет пользы мы еще посмотрим. Глаза Лекса расширились, выдавая панику. Не отшатнулся он только из-за полного истощения. — Что? — все же выдохнул он. — Что ты со мной сделаешь? — А ты говорил, что собираешься сделать со мной? Вот и я не скажу. Кент был без понятия, что делать с Лютором. И эта ужасная правда заставляла его буквально мучить себя в попытках прийти к здравому решению. Отпустить? Просто так все оставить? А если Лютор сболтнет о нем? Но, даже если оставить Александра, то что с ним сделать? Слишком много вопросов и абсолютно неизвестное будущее, которое Кент ненавидел. Он терпеть не мог выбирать что-то одно между двумя противоположными решениями, потому что, как правило, позже корил себя за тот или иной выбор. Лучше уж потянуть время, что криптонец и делал. Также следовало выпихнуть из головы желание успокоить Лютора. Все же этот ублюдок заслужил чего похуже. Лекс медленно приподнялся, но сидеть ему было сложно, поэтому парень привалился к стене камеры. Найдя в себе силы, он поднял глаза на собеседника. — Зачем ты меня поймал? — Оставить тебя там, чтобы потом снова быть пойманным? — вопросительно поднял бровь Кент. — Я не идиот, Лекс. — Ты мог позволить мне разбиться, — Лекс не верил, что Кла… Супермен — о нем можно думать только как о Супермене, — его неправильно понял. Он просто уходит от вопроса, но Лекс не отступит, хотя бы в этом. — Я не убийца, в отличие от тебя, — хмыкнул криптонец. — Но ты пытался! — отчаянно крикнул Лютор и вдруг тихо добавил. — Или ты отпустил меня по другой причине? Кларк смотрел на него несколько секунд, но поняв, что даже на этот вопрос не имеет ответа — обреченно вздохнул, опустив немного голову.  — Почему же я отпустил… — пробормотал себе под нос Кент, в надежде, что ответ придет сам собой, но этого не произошло, поэтому криптонец резко произнес: — Почему между нами всегда все слишком сложно? — Как оказалось, мы оба слишком сложные, — устало фыркнул Лекс. — Кларк казался таким простым, обычным, честным, что ли… — А Лютор, который не огрызался и был нормальным человеком, тоже казался неплохим парнем, — в свою очередь сказал Кент. — Если бы не твой чертов черный рынок… «То что, Кларк?» — спросил он сам себя и замолчал. Не хотелось думать еще и об этом. — Ты послал меня раньше. Не достоин я Супермена, да?  — Дело не в этом. Я не мог подпустить тебя так близко. Свою реакцию ты с блеском демонстрировал чуть больше двух недель. Лексу было нечего ответить на это. Никак не оправдать того, что он делал. Если бы эксперименты принесли пользу, но нет. Исследование Супермена под воздействием криптонита не полезнее экспериментов над человеком.  — Я хотел не этого, — хоть как-то попытался ответить парень, — не пыток. В них я не учавствовал, — и с отчаянием добавил: — Я не смог. — Не напоминай мне о своих якобы чувствах, — фыркнул Кларк и шагнул назад, думая лишь о том, как же безумно хочется вернуться в прошлое и отказаться пойти на благотворительный вечер, даже под угрозой увольнения. — Я в них перестал верить еще после всех испытанных вирусов. — Я не врал! — Лекс закрыл лицо руками. Его голос дрожал от страха, отчаяния и других чувств, которые Александр был не в силах утаить. — Я сам хотел, чтобы этого всего не было. Я не хотел влюбляться в тебя. — О, видимо слишком поздно, — не сдержался от злобы Кент. — Понятно, почему ты все еще один. Не каждая вторая половинка выдержит то, что ты сделал со мной. А вернее, никто не выдержит. — Ты же Супермен, — звучало беспомощно и ничего не объясняло, но больше Лекс ничего не мог сказать. — И что?! Кларк позволил себе крикнуть это, прежде чем попытаться возобладать над слепым гневом. Но он не смог этого сделать. Слишком уж сильно Лекс напрашивался на эмоции, даже несмотря на его ужасный вид в данную минуту.  — Хоть гребанный Бэтмен! Это не меняет того, что ты сделал. А как насчет того обмана с Лоис? Тоже объяснишь тем, что я Супермен? — Я просто хотел поговорить! — в ответ сорвался человек. Кричать на Супермена было проще, чем раньше. Похоже, все произошедшее сместило что-то в подсознании Лекса. — Ты игнорировал меня. — Я ведь сказал, что все кончено. Что еще тебе хотелось услышать? — Кларк снова подошел к гладкому как стеклу барьеру. — Что тогда ты не понял? — За что ты так? — тихо спросил Лекс, встречаясь взглядом со своим врагом, со своим тюремщиком. — Что я сделал, чтобы заслужить отношение как к какому-то отбросу? — Я не хотел так поступать, — вдруг сошел на тот же тон Кларк. — Но и как по-другому не знал. — Молодец, — кивнул парень. Черт, он выяснял отношения с Суперменом, как это могло произойти? — Ты просто… ты просто заставил меня поверить, что кто-то может отнестись ко мне нормально, к моим чувствам, желаниям, а потом растоптал эти надежды, ничего не объяснив. — Мне нужно было сказать тебе правду? Черт, да мы просто переспали! Какие чувства? Как? Кларк не думал о том, что обманывал себя. Он старательно пытался заставить себя поверить, будто говорит правду, и никогда в жизни не думал о Люторе как о ком-то кроме врага, даже до всего случившегося. Ложь — единственное спасение от самого себя.  — Я знал, что в конечном итоге все будет ужасно. — А я не знал, — парень опустил голову. Слова Супермена звучали так правдиво и убедительно, что и Лютор не стал лукавить. — Мне просто… просто было достаточно того, что во время секса ты видел меня, а не то, что у меня есть. — Ты видел мою квартиру, — горько усмехнулся Кларк. — За деньгами не гонюсь уж точно. И не за признанием. Мне никогда ничего не нужно было от этого мира. — Тогда зачем, — Лекс кивнул на яркий плащ, — это? — Потому что журналист ничего не может сделать, а Супермен наоборот. Я хочу нормальной жизни, но и позволить злу просто существовать — не могу. — Так не бывает. Такое, как ты, не может просто желать помочь. Это невозможно. — А я искренне верю, что ты можешь посмотреть чуть дальше собственного эго и наконец услышать меня. Я никогда не хотел никому зла. Почему ты не можешь это понять? — Потому что так не бывает, — впервые за весь разговор в голосе Лекса мелькнула уверенность и искренность. — Это просто выдумки. Никто по-настоящему не заботится о слабых. Их только используют. — Поздравляю. Значит, выдумка сейчас стоит перед тобой. Может быть, я просто слишком добрый для этого мира. Не забывай, я не отсюда. — Или хорошо умеешь врать, — возразил парень. — Особенно самому себе. Кент на мгновение прикрыл глаза, словно это могло помочь сформулировать мысли. — Я…  Нет, если начать думать об этом, то все полетит к черту. Все попытки Кларка заставить не верить в реальность некоторых аспектов внутри себя, а этого нельзя допустить. — В плане желания помочь я не обманываю, — наконец ответил он. — Даже если ты этого хочешь, у тебя не выйдет. Невозможно спасти всех. — Я знаю! — повысил тон криптонец, однако тут же взял себя в руки. — Я знаю. Но это не повод не пытаться все изменить хотя бы немного. С твоим мировоззрением Земля скорее пойдет ко дну. Лекс закусил губу и отвел взгляд. Ему хотелось закричать, что он согласен. Что этот мир дерьмовое место, но ведь он сам многое делал, чтобы все изменить. Но отчаяние все сильнее давило на него, мешая думать. — Это единственный дом, что у меня остался, Лекс, — продолжил Кларк. — Я не могу позволить исчезнуть и ему. — Дом не всегда стоит того, чтобы в нем оставаться, — все же вырвалось у парня. — Для кого-то это ужасное место. — Я не подхожу под это описание. — Везучий ублюдок, — в глазах Лекса загорелась давно затаенная злость. — Не думал, что это только тебе так повезло? Кент помолчал с минуту, прежде чем осторожно сказать: — Это не повод мне перестать помогать. — Не тебе об этом судить, — Лекс отвернулся и уставился в стену перед собой, будто на ней было что-то интересное, помимо скучного серого цвета. — Везучий мальчик с добрыми родителями и кучей друзей. Ненастоящий мальчик, а как хорошо устроился. Кент нахмурился, глядя на своего врага. Не показалась ли ему некая зависть в голосе Александра? — Лекс, что не так? — просто спросил криптонец, даже не зная, с какого фланга зайти. — Всё, — тихо ответил Лекс. — Все не так, Супермен. Не выходит у меня твоя идеальная жизнь. — Расскажи мне, в чем дело, — попросил его Кларк. Почему-то именно сейчас казалось жизненно необходимым узнать это, хотя бы попытаться. Кенту было невыносимо видеть Лютора таким, и в то же время любопытно, что скрывается в прошлом миллиардера. — Иди к черту, Супермен, — выдохнул Лекс, радуясь, что с этого ракурса не видно его глаз, наполненных слезами боли и унижения и от происходящего, и от ужасных воспоминаний. — Просто иди к черту, со всей своей идеальностью. Кларку оставалось лишь обреченно вздохнуть. Лекс ему точно ничего не скажет. Какая бы тайна ни скрывалась в его прошлом — еще не время узнать её. — Я лучше пойду приготовлю нам еды. Она тебе не повредит. Лекс ничего не ответил, хоть в голове и вертелись язвительные комментарии на этот счет. Но он просто больше не мог продолжать этот выматывающий разговор. Он отчаянно нуждался в том, чтобы его оставили в покое, и Кларк подарил ему это. Криптонец с горечью подумал, что на некоторое время Лютор задержится здесь, а значит неплохо бы оборудовать кухню и душевую. Боже, сколько лишней работы всего лишь из-за дурацкого решения припугнуть Александра на высоте! Это было невыносимо, и Кларк, поддавшись эмоциям, со всей силы врезал кулаком в стену. Оставшийся след тоже предстояло залатать. Кент фыркнул и медленно побрел дальше, смотря исключительно себе под ноги. Нет, так жить дальше было невозможно. Кларк нуждался в чьем-то совете, помощи. Но к кому пойти? К Бэтмену страшно — неизвестно, что тот может сказать и как отреагирует на информацию о Кенте и Лексе. Мама… Кларк сразу отмел этот вариант — только этого не хватало. — Только не бросай трубку! — быстро произнес Кент. Лоис неохотно осталась на линии. — Мне… мне нужно поговорить с тобой. Лично. Прямо сейчас. Это касается Лекса Лютора. Где мы можем встретиться?