Уж ослаб мой сердечный поршень

2015 год

Молоточками, как по стеклу - мои нервы стучат, я рушусь. И кусочками я разлетаюсь по разным мирам...

      Никогда бы не подумал, что такое может произойти. Мы были знакомы с Адамом задолго до того, как он стал вокалистом группы, ну как знакомы — мой старший братец часто приводил в гости своих друзей, в их числе был Гонтье и Нил, поэтому ребята помнят меня еще мелкого и до переходного возраста. Я хорошо ладил с друзьями Брэда, смотрел на то, как из неопытных мальчишек, засиживавшихся у нас в гараже, они вырастают в настоящих музыкантов, для которых собрать целый стадион — раз плюнуть. Мне не составило труда помочь 3DG в записи их первого альбома, для которого я подкинул пару идей песен, а потом мы все вместе с замиранием сердца ждали, какова будет реакция у публики.       Все бы хорошо, но прямо перед наступлением 2013 года без всяких видимых на то причин, даже без намеков на это ранее — Адам сообщает через агента, что приостанавливает свою карьеру, мол, не поеду никуда. Я бы сказал, что мне было не до этого — ведь, по сути, у меня своя успешная группа, выпустившая недавно альбом. Не за горами еще что-то новое и крутое, а тут — как обухом по голове. Первые часы после того, как Брэд сообщил эту новость, я ходил как в воду опущенный, ведь меня всегда волновала жизнь рок-группы, она стала для меня хорошим учителем, школой рока и музыки, если можно так сказать. Я все думал, что же будет? На носу тур по Европе и России, даты объявлены, даже в некоторых странах продают билеты. В общем, дело было плохо. Отменять концерты не выход. Во-первых, это невыгодно с финансовой стороны, во-вторых, поклонники ждут. Конечно, можно сказать, что на то они и фанаты, чтобы любить группу в любое время, даже такое тяжелое для музыкантов, но все равно — это как-то неправильно.       К моему великому удивлению, уже через день-два меня поставили перед фактом. Мэтт — надо ехать с нами, потому что больше никого нет, а ты знаешь репертуар не хуже всех нас, да и не придется привыкать к Нилу, Барри… И я на свой страх и риск поехал. Перед этим изрядно подтянул вокал в песнях, ведь до этого пел их просто так, но не перед аудиторией. Адаму меня не стали представлять, как нового вокалиста, потому что я был лишь на подмене, да, кстати, он не слишком-то и интересовался тем, что будут делать без него в туре. И наступили темные времена, потому что я никогда до этого не думал, что возможно бояться. Страшно выходить на сцену первый раз, ведь многие фанаты не следят за обновлениями на сайтах, поэтому даже не знали, что вместо Адама будет какой-то там Мэтт. Само собой, меня окутывала паника, хотелось дать деру, потому что я не был уверен в том, что меня адекватно примут зрители. В те недели я похудел на тридцать фунтов, почти не спал и нервничал каждый раз, когда Three Days Grace отправлялись в новый город и страну. Меня поддерживали друзья, пытались открыть глаза на то, что все круто — фанаты в восторге, все отлично, но я же не был слепцом. Мало того, что невольно слышал разговоры людей, так еще и всякие комментарии к фото и видео. Мне хотелось оградиться от этого всего, но в то же время меня терзало любопытство, что не так. Может, мне нужно что-то изменить в себе? Из чепухи, что я слышал и прочел, можно было сделать вывод: Уолст-младший ждал, когда же там Гонтье уйдет, чтобы стать новым вокалистом рок-группы, а в том ему помог Брэд. Конечно, все обсуждали мой голос, то, какой я ужасный певец, да и вообще — как я смею петь песни великого Адама. Который, к слову, даже не думал возвращаться, а ведь все ждали. Я не рассчитывал остаться в 3DG надолго, потому что у меня была своя группа, да и никто из ребят не предполагал, что Гонтье воспримет мою помощь, как предательство и наживание на чужом несчастье. «Я болел, а они нашли какого-то сосунка на мое место, не пришли ко мне, падая в ноги, мол, вернись, без тебя мы никто», — наверное, так думал бывший фронтмен, раздувая скандал из чепухи. К всеобщему удивлению, через год Адам уже начал намекать всем, что пишет некий материал для новой группы, то есть он не собирался возвращаться. И новая волна комментариев в мой адрес, когда меня официально приняли. Некоторые не изменили свою точку зрения, поэтому до сих пор ждали, что все будет по-старому. А я так переживал из-за этого всего, что иногда специально вытворял с собой непонятно что. Резко покрасил волосы, подстригся, старался быть не как Гонтье. Кстати, до сих пор не понимаю в чем виноват я перед поклонниками? Да, я не Адам, но коль он избрал иной путь, то поделать ничего нельзя. Неужели им бы понравилось то, что группа распалась? Либо, они хотели бы видеть кого-то другого в роли нового вокалиста?       «Я же не виноват, что все так сложилось».       Для всех я должен был стать направляющим, который ведет куда-то за собой по жизни. Какой же из меня фронтмен, когда я не верю в то, что пою и делаю. Я призывал людей к борьбе с другими, а главное — с внутренними «я», ведь тяжелее всего прийти к внутренней гармонии.       «Смешно. Сам я иногда готов на стену лезть от этой ерунды, но другим говорю бороться и не сдаваться».       Адам всегда стоял между мной и публикой, мной и друзьями, мной и музыкой. Я внутренне боялся быть хуже, быть не таким охеренным, не таким талантливым. Единственное, чем я действительно гордился, так это тем, что для записи новой песни или музыки мне не нужно было принимать наркотики или напиваться до потери пульса.