Шах и мат

Эмори погрузилась в глубокий, блаженный сон, но вскоре проснулась от криков, исходящих от двойного монитора на столе. Они были приглушёнными и полными ужаса. Девушка соскочила с дивана и бросилась к двери, даже не успев толком проснуться. Сильно ударившись бедром об ручку двери, она выскочила в ярко освещённый коридор. Неистово моргая, чтобы глаза привыкли к свету, она инстинктивно направилась к палате Майкла. Девушка знала, будто прочитав его мысли, что Майкл пытался сбежать. Чёрт. Эмори босиком бежала по коридорам, перескакивая через ступеньки. Она была сосредоточена на том, чтобы добраться до Майкла, пока он не разрушил всё вокруг. Её сердце колотилось, а по всему телу разносился адреналин. Почему? Почему он решил сделать это именно сегодня? Что побудило его на это? Чёрт. Распахнув дверь, ведущую с лестничного пролёта в коридор, девушка застыла на месте. - Чёрт... – прошептала она. На белом линолеуме, покрывающим пол, распластались три фигуры, окружённые лужами крови. Стены были забрызганы кровью, что напоминало какое-то безумное произведение искусства. И посередине стоял Майкл в полной тишине. Его взгляд был сосредоточен только на Эмори. И он был без маски. Эмори показалось, будто её сердце застряло в горле, что могло быть только результатом возбуждения. Она шла к нему, подобно мотыльку, летящему к свету, безучастно перешагивая тела. Она видела только его лицо. Он был похож на викинга – суровый и сильный, с холодным, но пылающим взглядом, стоя над поверженным врагом, словно языческий бог. Господи, какой же он красивый... Эмори остановилась перед ним. Между ними стояла тишина, полная крови, пота и смерти. Девушка чувствовала, как внутри неё что-то нарастало, такое, что наполняло её разум головокружительной, необъяснимой радостью. И она не боролась с этим. - Идём со мной, - сказала ему Эмори, оторвав взгляд от Майкла, чтобы рассмотреть всю эту резню. Три мёртвых охранника, которых вскоре обнаружат. Девушка снова перевела взгляд на Майкла, глаза которого всё ещё пристально смотрели на неё. – Я помогу тебе найти её. Майкл приподнял бровь, и одним уголком рта он стал улыбаться, и одного этого было достаточно, чтобы заставить Эмори дрожать. Она опёрлась руками на стену для равновесия и обнаружила, что у неё обе ладони в крови. Девушка почувствовала, что в ней нарастает смех, и не стала с этим бороться. - Тела меня не волнуют, но твоё выражение лица просто сбивает меня с толку, - бормотала Эмори и снова засмеялась, вытирая руку об помятый халат, и тогда повернулась к Майклу. Он поднял руки, показывая наручники. Он разорвал цепь, соединяющую их. А взгляд в его глазах был почти что озорным. Эмори ухмыльнулась, не в состоянии сдерживаться. Глянув на тела, она обнаружила на поясе одного из них связку ключей. Этот человек был единственным, чьё лицо осталось неповреждённым. Девушка отстегнула от пояса связку ключей и подошла к Майклу, который выжидающе держал руки вытянутыми. Взяв его за левое запястье, Эмори быстро раскрыла один из наручников. Когда кончики её пальцев коснулись его кожи, возникло ощущение, будто она прикасалась к печи. Эмори только и могла, что удивляться этому, так как ещё никогда не трогала его. Когда руки были свободны, Майкл взял ключи и раскрыл железные оковы на щиколотках. Его пальцы двигались с такой ловкостью, что говорило об идеальной координации, и Эмори удивлялась, как ей это могло казаться привлекательным. Наконец Майкл выпрямился и бросил ключи на тело охранника. Эмори кивнула. - Пойдём, - сказала она, затем развернулась и направилась к лестнице, не став ждать и смотреть, последовал ли он за ней. Что-то было не так с её головой, и ей было нужно что-то с этим делать, прежде чем она чего-нибудь натворит. Например, поможет психопату сбежать из лечебницы. Эмори снова засмеялась. Может быть, ей всё это снится? Она просто проснётся в своём офисе на этом чертовски неудобном диване, и всё снова будет нормально. - Я должна взять свои ключи от машины, - сказала девушка, глядя на Майкла через плечо. Он лишь молча следовал за ней. Либо он доверял ей, либо планировал очень скоро её убить. – И тогда мы найдём тебе другую одежду. Конечно, до офиса она так и не добралась, как и не добралась даже до лестницы. Майкл схватил её за плечи, развернул к себе и поднял в воздух, затем не очень-то бережно прижал к бетонной стене, делая это с впечатляющей силой, что неудивительно. Всё, что Эмори могла видеть в тусклом свете, были смутные очертания его силуэта. Стиснув зубы от боли в плечах, она ждала дальнейших действий. Кончики пальцев Майкла коснулись её щеки и скользнули к шее, где и приостановились. Когда он не предпринял никаких попыток сдавить её глотку, Эмори позволила себе расслабиться и прислушаться к остальным чувствам. От него исходил жар, и везде, где её тело прижималось к Майклу, Эмори чувствовала твёрдые мускулы. От каждого прикосновения по её коже бегали мурашки, и это чувство проносилось по всему телу, концентрируясь внизу живота. Внезапная пронизывающая боль в том месте заставила девушку резко вздохнуть. Его пальцы осторожно постукивали по её шее, и Эмори вдруг осознала, что он считает её пульс. - Майкл... – прошептала она. Это было всё, что девушка смогла выдавить из себя. Его пальцы скользнули по шее вниз к ключице, подобно горячему шёлку, вызывая ещё больше дрожи в её теле. Она была не в состоянии думать... не в состоянии дышать. Он был так близок, и после стольких дней, пока она смотрела на него и сидела рядом с ним, девушке было интересно, каким было его прикосновение... О боже... Она точно выжила из ума. Ей так хорошо удавалось игнорировать влечение к нему, и теперь он рушил эти стены, будто они были сделаны из простой плёнки. Майкл прильнул к ней, и Эмори почувствовала его движение, как он ещё крепче прижимался к ней. Она глубоко вздохнула. И тогда он отпустил её, аккуратно поставив на землю. Эмори почувствовала прилив отчаяния от отсутствия его прикосновений, и ему на смену пришёл гнев. - Больше так со мной не играй, Майкл, - резко сказала она, - я тебе не игрушка. Ей показалось, или на его губах на секунду мелькнула ухмылка? Эмори собиралась снова отругать его, но не успела она открыть рот, как Майкл нагнулся и поднял её, одной рукой поддерживая колени, а вторую положив на спину. Распахнув ногой дверь на лестницу, он быстро пошёл по пустому коридору. - Чёрт возьми, да поставь же меня на землю! – прошипела девушка. – Я прекрасно могу идти сама, и ты даже не знаешь, где находится мой офис! Эмори резко ударила локтем его в грудь, но Майкл лишь стиснул хватку. И тогда он направился в душ... *** Как только Эмори поняла, что он задумал, её отношение изменилось на все сто. Майкл стиснул зубы. Теперь она смотрела на него с хитрой ухмылкой на лице, такой, которая вызывала у него желание наброситься на девушку прямо здесь и сейчас, и он не знал, сколько ещё сможет держать себя под контролем. Он поставил её на ноги, но лишь для того, чтобы снова прижать к стене, запуская пальцы в её мягкие волосы и оттянув голову назад, тем самым открывая своему взору её шею. Майкл нагнулся и укусил эту шею, но ровно с такой силой, чтобы оставить пометку. Его сообщение было ясно – она теперь принадлежала ему. Девушка захныкала. Этот звук передавал нужду. Желание. Майкл ответил приглушённым утробным ворчанием, когда вместо крови в его венах буквально стал пылать огонь. Каким-то образом ему удалось дотянуться до крана и включить душ, пока Эмори сбросила халат и стала расстёгивать рубашку. Майкл также избавился от своего поношенного халата и бросил его на пол. Снимая рубашку, он краем глаза заметил, что Эмори остановилась. Она уставилась на него, и этот голодный взгляд в её глазах... Чёрт подери... Долго не думая, Майкл схватил её в свои объятия и впился в её губы жарким поцелуем. Эмори обняла его за шею и встала на носочки, игриво покусывая его нижнюю губу. Маленькая огненная штучка. Майкл протянул руки за её спину и расстегнул лифчик, затем отошёл назад, чтобы посмотреть на неё, пока девушка сняла брюки и маленькие кружевные трусики чёрного цвета. Теперь она стояла перед ним полностью обнажённая, глядя ему в глаза и улыбаясь. Всё, что мог сейчас делать Майкл, это пожирать взглядом девушку, изгибы её тела и нежную кожу. Эмори шагнула вперёд и провела пальцами по его груди и животу, пока не добралась до пояса штанов, медленно развязывая и стягивая их с его узких бёдер. И когда она увидела его всего, то испустила очень тихий крик. В её глазах читалось нечто похожее на беспокойство. Майкл тогда посмотрел вниз на себя. Да, он был довольно-таки велик, не так ли? С озорным взглядом в глазах Майкл поднял Эмори и прижал к кафельной стене, прямо под поток горячей воды, но уже понежнее. На этот раз она не только обняла руками его шею, но и ноги обхватили его бёдра. Он чувствовал её, как она прижималась к нему, горячая и влажная, так соблазнительно близко... Майкл подался вперёд и поцеловал девушку, водя руками по её талии и бёдрам, за которые он вскоре схватился, чтобы приподнять её повыше, поскольку так он сможет войти в неё. Он смотрел на своего суккуба, как она закрыла глаза, запрокинула голову и затаила дыхание. Это было уже слишком. Майкл резко и глубоко вошёл в тело Эмори и сразу почувствовал, как его окружал влажный жар и как её ногти впились в его спину. Эмори выкрикивала его имя, стиснув его достаточно сильно, чтобы поразить Майкла своей силой. Достаточно крепко, чтобы знать, что он мог причинить ей боль. Майкл приостановился. Ему стоило огромных усилий стоять спокойно, пока девушка приспосабливалась к его размеру. Эмори стала расслабляться, поэтому Майкл чуть вышел из неё и посмотрел вниз на их тела, которые соединились в одно целое, на блеск воды, окружающей их, и на пар, наполняющий всё помещение. И тогда, как только девушка стала хныкать, он снова вошёл в неё. Эмори вскрикнула и схватила его лицо обеими руками, заставив Майкла смотреть ей в глаза. - Перестань дразнить меня, Майкл, - прошептала она. – Я заставлю тебя страдать за это. В его глазах мелькнул признак веселья. При других обстоятельствах он бы принял этот вызов, но не сейчас, когда он уже вот-вот потеряет контроль над собой. Так что это может подождать. Майкл подался вперёд, целуя её в губы, и стал неистово вколачиваться в неё. Эмори стонала в его губы, её ноги сжались вокруг его бёдер, с каждым движением толкая его ещё глубже в себя, и ногти впились в его спину. Он чувствовал, что близится к краю пропасти, будто тонет в объятиях волны, такой жаркой и дикой, что это разрушало все барьеры в его разуме. Эмори кричала от удовольствия, когда оргазм накрыл её с головой, выкрикивая имя Майкла и впиваясь ногтями в его спину. Майкл просто взорвался, сильно и глубоко входя в неё, и всё глубже погружаясь в это море ноющего, кричащего блаженства. За этим последовала тишина, которую нарушали только звуки льющейся воды. Майкл чувствовал, как его спина болела в тех местах, где Эмори оставила следы от ногтей в форме полумесяца. Он уткнулся лицом в её шею и улыбнулся, глубоко вдыхая её запах. Она пахла как осень – чистотой и сладостью. - Майкл... – бормотала девушка, прижимая его к себе, - Майкл, нам надо уходить отсюда... От слабого тона блаженства в её голосе Майкла резко пробрала волна гордости. Но он понимал, что им надо уходить, и чем скорее, тем лучше. Тела убитых останутся необнаруженными максимум час, пока не придёт следующая смена, и медсестра не вернётся после перерыва. Высвободившись из объятий Эмори, Майкл поставил её на ноги, чтобы нормально принять душ. Он сделал это быстро, как следует отмыв себя от крови, промывая волосы и смыв всю грязь и кровь с рук и ног. Всё это время девушка наблюдала за ним с томной улыбкой на лице, свернувшись на скамейке. На секунду его пробрало раздражение, когда Майкл вспомнил об их встрече на лестнице. Уже какое-то время у него стали возникать подозрения, что Эмори не могла испытывать страх. Он бы мог поставить её в такое положение, когда за считанные секунды мог бы выбить из неё дух, не наблюдая у неё никаких признаков паники. На самом деле, единственное изменение в её сердцебиении было тогда, когда его пальцы касались её кожи. Очень возможно, что эта женщина была самым опасным человеком в мире, помимо самого Майкла. Майкл смотрел на Эмори, как она встала и подошла к шкафчику, чтобы достать оттуда полотенца и две больничные униформы. Положив их на скамейку для Майкла, девушка завернулась в полотенце. Он смотрел, как мягкий хлопок покрывал её груди, плоский живот и изгибы бёдер, при этом стараясь подавить стон. К тому времени, когда Майкл закончил очищать своё тело, Эмори уже была полностью одета. Она выбросила свой халат, об который вытирала руки, так как после этого на нём остались пятна крови. Майкл вытерся и надел чистую одежду, затем выключил воду. Тогда снова наступила тишина. Эмори подошла к нему, глядя в его глаза, в которых читалось любопытство. - Это называется “атараксия”, - нежно сказала она. – Это характеризуется неспособностью испытывать чувство тревоги или страха. Я была такая уже с детства. Майкл заморгал, удивляясь тому, насколько восприимчивой была эта девушка. В его разуме возник приступ беспокойства. Да, она была чрезвычайно опасной. В этот момент он почувствовал душевную боль из-за отсутствия масок. Они были его стеной безопасности. Неважно, насколько бессмысленными они были, когда он первое время стал пользоваться ими, чтобы отвлекать Лумиса от задавания сложных вопросов, но маски в какой-то степени стали частью его самого. И он ненавидел эту часть. Она была слабой. Он годами ждал момента, когда сможет снять эти штуки со своего лица, и всё же... Он почти колебался, почти что был не в состоянии избавиться от этого вовремя. Эмори ворвалась в коридор буквально пару минут после того, как он сорвал бумажную маску с лица и бросил в своей палате. Но её взгляд, когда она увидела его, сделал это более чем стоящим. - Я полагаю, что это имеет какое-то отношение к тому, чем страдает мой брат, - продолжала Эмори, отвернувшись от Майкла, чтобы собрать его старую одежду и запихать поглубже в шкаф с полотенцами. – Расстройство фуги представляет собой разные болезни, которые могут проявляться в разных степенях интенсивности. Майкл подошёл к ней сзади так, что когда девушка обернулась, то чуть не врезалась в него. Он тогда наклонился и поцеловал её, сам не зная, почему. Возможно потому, что ему так не хватало привязанности и контакта. Или потому, что это укрепит его власть над ней. Или же просто потому, что это заставит её улыбнуться. Именно так и произошло, несмотря на тень грусти в её глазах. Он чувствовал вкус на губах девушки – нечто сладкое и пугающе-манящее. Эмори тогда взяла его за руку и вывела из душа.