Родовая магия, или дети Королевы Маб

      Возможно, эти брачные танцы химер продолжались бы долго, но вмешался случай...       Накануне Поттер прислал заказ на довольно сложное зелье. Прочитав название, Снейп поморщился — у кого-то из детей проблемы с кожей, а подобные вещи не излечиваются сразу, следовало бы уточнить, каков будет цикл лечения.       Внизу листа были приписаны слова неловкой благодарности за предыдущие зелья: деньги, после сухой отповеди, Поттер больше не присылал. И недаром — после первой же попытки передать с неясытью некую сумму денег, Снейп накатал довольно длинное послание, в котором сдержанно-недовольно высказался, что уж сам решит, когда стоимость компонентов или работы надо будет компенсировать. И даже изволил объяснить в письме, что, в конце концов, поскольку он не возится с детьми, то должен исполнять свой магический долг по-другому.       Раз уж с супружеским не сложилось - мрачно поддакнуло ехидное альтер-эго.       Вообще, зелья, которые просил Поттер, были разными. Вот новое, несмотря на относительную сложность, варилось быстро, и уже к обеду Снейп отправился с флаконом то ли на разведку за Поттером, то ли в гости к Книге. Вообще-то, можно было передать его с совой сразу в коттедж Цветы, но почему бы и не прогуляться?       Переместившись не к самой палатке, а на порядочное расстояние от нее, Снейп неторопливо вышагивал между деревьев, умиротворенно охватывая взглядом нарядную зелень. Окрестные места уже были более-менее знакомы. Взгляд рассеянно скользил по деревьям, траве, затянутому тучами небу… Кое-что из растений он даже приглядел на будущее — тут водились и лапчатка переменчивая, и синий мох. Может, разнообразие местных магических растений до Запретного леса не дотягивало, но, без сомнения, кое-что было очень интересным.       Спокойная, бездумная прогулка одарила мирным настроением. Даже несуразность старой палатки показалась приятной и милой. Как-то поразительно быстро он привык ко всему этому… Он точно знал, что отчасти это влияние Книги Маб: как любая живая книга, она всеми силами старалась дотянуться до разума читающих и привязать к себе, но ожидаемого недовольства сей факт не приносил. Даже наоборот, в конце концов теперь есть твердое оправдание его сужающихся кругов вокруг Поттера – влияние волшебной книги. Не более.       Северус прошел внутрь, сунул нос во все помещения, отметив, что ничего толком и не меняется, даже кружка стоит почти на том же месте. Флакон с зельем он оставил на середине кухонного стола, а сам в очередной раз устроился в большой комнате «общаться» с Книгой королевы Маб.       Он уже выучил фамилии, мелькавшие в этой книге — всего-то не более двух сотен маленьких магов. Не проблема для человека, профессионально преподававшего более пятнадцати лет. Неожиданно листы книги ускользнули из рук, завертелись, будто под порывом весеннего шаловливого ветерка, и книга сама по себе раскрылась. Снейп, подобравшись, уставился на запись:       — Нимбус* Ноубль Рейнолдс, родители Энн Лайза Рейнолдс и Даниель Рейнолдс, пригород городка Рекесем, маглорожденный, семь лет, восемь месяцев.       Разумеется, этого ребенка в Книге он замечал, да и как не обратить внимание на маглорожденного с таким именем, но в прошлые разы его благополучие не вызвало сомнений — так, немножко устал и расстроен. Да и сейчас, судя по эмоциям Книги, состояние маленького мага не угрожающее, хоть и не очень хорошее. Но зачем-то Книга раскрылась именно тут?       Первая мысль была переправить проблему на Поттера - пусть сходит, разберется. Но своенравная гордость заворчала: ты что, сам не сможешь, ведь королева Маб показала именно тебе? Это решило дело. Снейп, мысленно пробежавшись по запасам зелий в мантии, отправился в городок.

* * *

      Местечко для аппарции в городе Честере было широко известным — старый железнодорожный вокзал. Говорят, тут когда-то даже хотели провести экспресс, наподобие Хогвартского, в Манчестер. Но не сложилось. А вот пространственный карман, укрывающий недостроенную станцию, остался, чем маги активно и пользовались. Через неприметную афишу, скрывавшую проход в магловский мир, Снейп вышел наружу и направился по переулочку к скучной привокзальной площади.       Если не знаешь координат аппарации или близлежащих каминов - то самый простой способ добраться до нового места — поймать магловское такси. И ничего он не повторяет за Поттером! Он и сам догадался.       Дальше началось странное. Стоило назвать таксисту адрес, как тот, к удивлению Снейпа, понимающе хмыкнул. Некоторое время ехали молча, но когда автомобиль вынырнул из городских улиц на прямую трассу, пожилой кругленький водитель доброжелательно поинтересовался:       — Вы, мистер, что, тоже из этих? Ну, из ненормальных?       Снейп дернулся, каким-то чудом не выхватив палочку и не наслав проклятье. Меж тем шофер, не сводя глаз с плавной ленты дороги, продолжал:       — Оно-то, конечно, так. Заранее не знаешь, что есть-то в мире. Всякое такое паранормальное. Моя, вот тоже смотрит сериал, ну про колдунов всяких, и Горец этот. Я ей говорю — миссис Арчи, глупость ведь; а она мне — чтоб ты понимал? Вот в Америке Девид Копперфилд летает, точно известно.       Снейп потрясенно выдохнул, пытаясь переварить сказанное. Что, тут все осведомлены о магах и не соблюдают Статут? Девид Копперфильд? Какой-то американский колдун?       Шоссе потихоньку изгибалось, следуя руслу неширокой речки. На противоположной стороне красовались небольшие холмы, поросшие деревцами, то тут, то там сквозь зелень проглядывали приятные глазу домики.       — Вона подъезжаем, еще пяток минут покрутимся и готово. А вы чего, лечиться или приобщиться?       Снейп нервно хмыкнул:       — Надеюсь приобщиться, хотя возможно пора и лечиться.       К его удивлению, шофер оценил мрачноватый юмор, весело засмеялся, несколько раз хлопнув ладонью по обтянутому кожей рулю.       — Славно сказано, мистер! Вот, славно сказано!       Автомобиль уже свернул с трассы и теперь резво гудел по дороге к пригороду. Переехали мостик, забрались в горку — мимо замелькали аккуратненькие строения. Наконец такси остановилось около довольно зажиточного двухэтажного коттеджа, ну, впрочем, весь район выглядел не сильно бедным.       — Во-о-от, тут это. Мистер, с вас…       Снейп щедро, с перепугу, наверно, расплатился с таксистом. Вообще-то, обычно он был прижимистый, если не сказать скуповатый, на всякие излишества вроде чаевых. Но именно сейчас это показалось вполне правильным.       Распрощавшись с водителем и дождавшись пока он отъедет, Снейп огляделся: стоял будний день, и улица была пустынна. Что, впрочем, еще ни о чем не говорило. Не торопясь, он подошел к коттеджу, палочка привычно скользнула в руку. Сначала рассеивающие внимание чары. Затем Снейп наложил распознающее заклинание на дом и удивился. Да, слабое стихийное волшебство наполняло воздух, но никаких заклятий не было. Все чисто. Откуда тогда разговоры о ненормальных?       Еще немного посомневавшись, он легко взбежал по ступенькам, дернул стилизованный под старину бронзовый рычажок - в глубине дома звякнул колокольчик. Несколько минут ожидания, шаги, и дверь распахнула моложавая дама, очевидно, хозяйка. Лет сорока, элегантно одетая, весь ее вид свидетельствовал о некоей образованности, а на длинном лице отпечаталось осознание собственной жертвенности. Увидев ее, Снейп с усилием растянул губы в улыбке, а интуиция начала панически причитать — такое же мечтательное и при этом решительное выражение на женском лице он регулярно наблюдал у незабвенной Беллатрикс, любующейся Волан-де-Мортом.       — День добрый, мэм. Прошу прощения за вторжение.       Палочка, как всегда в неявной ситуации, придерживалась в рукаве под ладонью. Он любил такой хват — палочка незаметна, но контакт с ней весьма плотный. Не очень емкое заклятье можно наложить и из такого положения.       — О, ничего страшного! Добрый день, мистер.       — Прекрасная погода, вы не находите?       — Прекрасная, хотя немного ветрено, весна, знаете ли. Но проходите же, пожалуйста!       Собранный и готовый ко всяким неожиданностям, Снейп проследовал внутрь.       — Вы очень любезны, мэм. Могу я увидеть вашего сына… Ноубеля?       — Конечно же. Я, правда, предпочитаю называть его первым именем, Нимбус. Это же так символично. Прошу вас, проходите же в гостиную... мистер?..       — Слай, Терри Слай.       Так же настороженно и все более недоумевая, Снейп проследовал за женщиной. Он не применил пока еще ни одного заклятья, даже обычного Конфундуса, так облегчавшего общение с маглами. Но его сразу позвали в дом! Конечно, более чем вероятно, что тут уже побывал кто-то из команды Поттера и все объяснил родителям. Но как, спрашивается, в нем признали мага?       Короткий холл открылся в солнечную гостиную. Обстановка комнаты вольно сочетала претензии на классику и экзотику. Деревянные панели, шелковые бело-желтые шторы, овальный столик резного дерева, на полу - пестрый ручной работы ковер. Пожалуй, для среднестатистической гостиной было многовато мест, где можно сесть: кресла вокруг столика и два дивана под футуристическими картинами на стенах. В доме регулярно устраивают вечеринки?       На одном из кресел, поджав ноги и сжимая большую матерчатую сумку, уже располагалась еще одна дама то ли подруга, то ли соседка. Она блестела выпуклыми голубыми глазами и, похоже, готова была внимать любой интересной сплетне.       Снейпа любезно пригласили присаживаться в кресло напротив. Весьма удачно претерпев ритуал раскланиваний, он устроился на кожаном сиденье и изобразил на лице самое доброжелательное внимание, пытаясь понять, как вырулить на нужную тему. Но ничего объяснять не потребовалось: буквально еще одна витиеватая фраза, посвященная прекрасному виду из окна, и хозяйка бодро обратилась к незваному гостю:       — Так вы хотите видеть Нимбуса? Конечно! Его многие хотят видеть, и это только начало. Вы не можете себе представить, какой тяжелый крест быть матерью такого ребенка, — мадам Рейнолдс с чувством вздохнула, соседка скорбно поджала губы, показывая, что разделяет ее переживания.       Снейпу не оставалось ничего другого, кроме как синхронно скроить одобряющую гримасу. Он, вообще-то, тоже считал, что быть чьим-то отцом или матерью тяжелая обязанность, если только у тебя нет трех-четырех домовых эльфов. Да и в этом случае...       — Вы же понимаете, спаситель, мессия света... мадонна, как я ее понимаю! Если бы вы знали, какая это ноша и ответственность.       Мрачные предчувствия Снейпа начали оправдываться. Кажется, его недавняя шутливая фраза оказалась пророческой, и ему скоро понадобится лечение. Или сразу яд? ЕЩЕ один спаситель? Он уже почти уверился, что у него тоже тяжелая доля, и вокруг него, как возле волоса единорога, кристаллизуется наибольшее количество спасителей мира. Иначе как понять - о чем это вещает миссис Рейнолдс? И следует ли из произнесенного, что Поттер и его веселая компания тут не появлялись?       К счастью, мадам Рейнолдс не требовалось активное участие в разговоре. Достаточно было междометий и мимики: перекошенное лицо Снейпа было воспринято как уместное выражение сочувствия.       Минут через десять беспрерывного потока слов, извергаемого хозяйкой дома, ситуация прояснилась. Родительницу нового мессии звали Юстина (вообще, мое имя Энн, но я чувствую, что это не мое настоящее, вы понимаете? Настоящее Юстина).       К тому времени Снейп, с непринужденным видом откинувшийся на спинку кресла, перехватил под столом волшебную палочку поудобнее: невербальное Легилименс — и можно ловить сыпавшиеся удивительно яркие образы.       С личностью мадам Рейнолдс все было более-менее понятно. Собственно, таких Энн можно узреть и в магическом, и в магловском мире: им не нужна простая жизнь, они мечтают о великом служении. Поскольку идеалы у всех разные, то и реализация воплощения великих целей может варьироваться как по размаху, так и по направленности. От бескорыстной помощи сирым и убогим где-нибудь в дебрях Папуа-Новой Гвинеи, до истребления всех не подпадающих под образец. Но не будем о приснопамятной Белле. Главное - найти объект приложения. Юстина же почувствовала, наконец, как ей улыбнулась удача, когда она счастливо родила самого необычного ребенка.       О нет, конечно же, она не полагалась в таком важном деле — поиск великой миссии и приложение своего энтузиазма — на самотек: сначала она возлагала большие надежды на мистера Рейнолдса – лучшего ученика их класса. Но мистер Рейнолдс, хотя и сделал неплохую карьеру, обеспечив Энн-Юстине комфортное и приличествующее их кругу существование, на великий смысл не тянул…       На родившемся ребенке сразу сфокусировалась надежда. Но и в этом случае Юстина принимала уместные меры. Так, в четыре года к ребенку пригласили учителя-скрипача, но тщательно выбиваемые из репетитора уверения в одаренности маленького ученика были недостаточно убедительны. Затем пришел черед пианино, ускоренного овладения грамматикой, шахмат, театрального кружка...       Все тщетно - Нимбуса-Ноубеля хвалили, но гениальным никто не называл.       С расстройства мадам Рейнолдс попыталась присмотреться к гимнастике и к профессиональному теннису - и это, несмотря на ярко выраженную несклонность мальчика (да и всей семьи тоже) к спорту. Мнение самой будущей знаменитости, естественно, в расчет не бралось.       Зато в неполные шесть лет маленький Нимбус на глазах своей матери сотворил настоящее чудо, оттолкнув, не прикасаясь, соседского бестолкового сеттера.       И все! Цель (и тяжесть) настоящего величия осенила их дом.       Энн Рейнолдс успела вывалить на Снейпа массу подробностей: и про то, что в день, когда она забеременела Ноубелем, случилась жуткая гроза, причем именно над гостиницей в пригороде Виндзора, где они проводили... счастливый отдых с мистером Рейнолдсом, а рядом, вот верите, ни капельки не упало.       И про то, что когда маленький Ноубель (мессия, вы понимаете) рождался, висела тройная радуга, и даже акушерка сказала что это Знак. Так и сказала: Знак.       И про бесконечных Сьюзенн-Тимми-Лиззи, углядевших в ребенке нечто совершенно невероятное в младенческом возрасте.       Далее с точки зрения Снейпа следовали совсем дикие намеки.       У Снейпа уже гудело в ушах от настойчивого голоса, и он, вполне разобравшись в ситуации, собирался было все же облегчить себе жизнь незатейливым Конфундусом, когда мадам Рейнолдс позвала:       — Нимбус, Нимбус, спустись к нам!       Наверху завозились, стукнула дверь, и по лестнице затопал круглоголовый толстый мальчик с неловкими движениями и молочно-голубыми глазами.       Мальчишка подошел к сияющей мадам Рейнолдс и как-то безразлично посмотрел на Снейпа. Тот в ответ с недоумением оглядел мальчишку: ребенок как ребенок — плотненький, светловолосый, нарочито детская одежда. Если бы не одно но — магического поля не ощущалось.       Снейп засомневался:       — Мэм, это ваш сын?..       — О да! Нимбус, поздоровайся с мистером Слаем.       С унылой послушностью, не очень быстро, но и не медля, мальчишка придвинулся на пару крохотных шажочков и вежливо склонил голову в явно отрепетированном жесте. Тоненьким, чуть шепелявым голоском, демонстрируя отсутствие двух верхних зубов, вежливо проговорил, нет — продекламировал:       — Мистер Слай, здравствуйте. Я надеюсь, состояние вашего здоровья стабильное, не так ли?       Подобная фраза из уст семилетнего малыша могла бы быть комичной, если бы не пугала своей неестественностью.       — Ну же, милый, — с радостным идиотизмом и привычным нажимом подбодрила миссис Рейнолдс.       Тревога, словно далекие перекаты грома, прозвучала в душе Снейпа, взъерошив волосы на затылке. Но понять, откуда надвигается угроза и как предотвратить, он не успел.       Лицо мальчика разом обмякло и будто бы расплылось, глаза закатились, магия рванула от него в разные стороны, а потом так же стремительно втянулась обратно.       Утробно писклявый, мяукающий голос полился из Ноубеля-Нимбуса:       — Говорит и показывает, говорит и показывает… занимаем эшелон шестьдесят, повторяю… Средство от перхоти номер два, его нет, а номер один… Ноль-два-пять, ноль-два-пять, вы на месте?       Снейп заледенел.       Медитативный транс у ребенка! Неокрепшее магическое ядро. Он же сожжет себя! Даже если бы перед ним был взрослый, Снейп не решился бы прервать такое состояние.       Снейп часто совершал поступки, о которых потом жалел. Обычно осторожный и предусмотрительный, в минуту опасности он почти всегда действовал стремительно, импульсивно, ни о чем не рассуждая и не оглядываясь на возможные последствия. Как-то однажды он не то чтобы пожаловался на это свое качество Альбусу, но высказал сомнение в правильности того, что одно не самое однозначное поручение придется исполнять именно ему. Но директор лишь покачал головой и мягким голосом попытался убедить, что его порывистость имеет свои несомненные плюсы. Совершенно безуспешно, впрочем. Северус тогда желчно возразил Альбусу, что, на его взгляд, вреда от странно прорывающейся порывистости в разы больше.       Вот и сейчас: все соображения о личной гордости, нарушении Статута, размышления о том, можно ли было решить проблему иначе — все это он оставил на потом. Не таясь, вскочил и махнул палочкой в сторону взрослых:       — Дормио! — обе дамы обмякли в креслах, — Экспекто патронум! Поттер, где тебя носит, чтобы тебя драклы драли, живо сюда с медиком, координаты аппарации... — еще взмах, и он диктует. Лань вытянулась в длинном прыжке и исчезла.       И почти тут же раздался звук поворота ключа, открылась-закрылась входная дверь, шорох одежды, звяканье, негромкий стук шагов.       — Дорогая, я пришел. У нас гости?       В общем, когда через полминуты в центре комнаты возник Поттер, на полу аккуратно лежал магл, две дамы спали в креслах, и на полу же бился ребенок, голову которого придерживал коленопреклоненный Снейп.       — Что с ним?       — Транс! Я не знаю, как выводить!       Поттер мельком глянул на мальчика:       — Если придет в себя, усыпляй.       И исчез. Чтобы буквально через три минуты появиться с уже знакомым врачом. Тот охнул, увидев результат диагностического заклинания, стремительно выведенного в воздухе его палочкой, и скомандовал: — В Мунго!       Поттер схватил ребенка в охапку.       — Если хотите, можете уйти, сейчас тут будут министерские… — выдал он скороговоркой через плечо.       Снейп взвился в спину удаляющимся магам: — Я не боюсь...       Притормаживая и на ходу оборачиваясь, Поттер с кривой гримасой объяснил:       — Ну, просто потом же неделю таскать будут в Министерство или в Аврорат.       Нервное негодование схлынуло.       — Идите, Поттер, я дождусь авроров.       И опять все повторилось: Поттер выскочил из дома с ребенком на руках, только теперь рядом с ним был целитель, а не Снейп. Предчувствуя муторные разговоры, Снейп обвел страдальческим взором гостиную со спящими маглами, отодвинул кресло и, вздохнув, уселся дожидаться министерских. Одна минута, другая, третья. Тоже мне, группа быстрого реагирования.       На исходе пятнадцати минут воздух огласился несколькими характерными хлопками, и в комнату ввалилась дежурная бригада с палочками наперевес.       Дальнейшее, конечно же, было абсолютным фарсом, и Снейп лично посмеялся бы, если б сам не участвовал в этом безобразии. На третьем круге бессмысленных препирательств и наездов со стороны авроров, которые упорно следовали принципу «обвини в выбросе и нарушении Статута тех, кто был рядом», у обеих сторон начало ощутимо заканчиваться терпение. И только мрачная репутация бывшего пожира… в смысле, героя второй магической, вкупе с остатками самосохранения, мешала аврорам попытаться произвести задержание.       Вернувшемуся Поттеру Снейп обрадовался безмерно, ибо в Азкабан не хотелось, а руки чесались от желания проклясть представителей власти. Авроры же при виде лорда Поттера вздрогнули и поморщились так откровенно, что Снейп даже заинтересовался этим феноменом.       Мысленно возблагодарив Мерлина, Снейп встрепенулся и самым занудным тоном, которым он обычно перечислял признаки смертельного отравления и который абсолютно невозможно было перебить, начал вещать: гулял он тут, гулял по окрестностям, ингредиенты смотрел… Какие? Вам перечислить? Не хотите? Напрасно. Повторяю, поскольку меня перебили: гулял это я, гулял, а тут выброс, магический. Естественно, я, как бывший преподаватель и законопослушный маг, не мог пройти мимо.       Теперь комната стала напоминать даже не пятый этаж Мунго, а балаган в портовом городе. Очень вовремя подоспел глава аврората Хью Уильямсон, опытным взглядом окинул полную народа комнату (что вы хотели — пять взрослых магов, почти толпа, плюс затейливо украшенную еще тремя спящими маглами), выслушал кратко-недовольный пересказ версии Снейпа о том, как неутомимый зельевар собирал цветочки, ощутил выброс, прибежал, а тут, о ужас! Он, конечно же, обратился к овеянному легендами боевому товарищу — лорду Поттеру.       Глава аврората доверчиво покивал головой, поцокал языком, посочувствовал и отпустил Снейпа и Поттера, сказав, что с ребенком все нормально, а с родителями они разберутся — в конце концов, есть же отдел по борьбе… он хотел сказать, по связям с маглами.       Снейп, состроив брезгливую гримасу, отбыл, а Поттер остался на месте, мотивируя это тем, что раз уж он тут совершенно случайно появился... Уильямсон и на это ласково согласился.