Рыцарский роман

      К воротам монастыря сэр Роджерс подходил пешком, ведя на поводу, как всегда, чем-то недовольного Говарда. Законное же рыцарское место занимала Вирджиния, надёжно связанная и примотанная к седлу так, будто речь шла не о хрупкой девушке, а, по крайней мере, ветеране кулачных боёв. Пошевелить руками она не могла совершенно.       Чем ближе был монастырь, тем меньше Стивену нравилась эта затея. Всё-таки, какой бы грозной ни была дремлющая в Вирджинии сила, использовать даму подобным образом было бесчестно и недостойно. Даже учитывая, что она сама хотела здесь оказаться. Да и не было у них других вариантов.       Стив нахмурился сурово, вздохнул, в последний раз оглядываясь на свою «пленницу», а потом постучал в ворота.       Ответили ему не сразу, как будто долго рассматривали.       — День добрый, сэр, — дверь со скрипом открылась, и мужчина, подозрительно похожий на воина, несмотря на монашескую рясу, недоверчиво взглянул на него. — Что привело вас в нашу обитель?       — Рыцарский долг, — соорудив на лице самое глупое выражение, что только смог, значительно заявил Роджерс, кивая на Вирджинию, а затем чуть смягчился, — и поиск ночлега. Я проделал долгий путь, чтобы доставить сюда эту ведьму. В округе слишком мало мест, где её душе будет оказано должное внимание.       Монах заглянул ему через плечо, и его глаза жёстко сверкнули. Он уже куда благосклоннее улыбнулся рыцарю.       — Вы поступили совершенно правильно, сэр. Как раз сейчас в нашем монастыре гостит один… сведущий в таких вопросах священник. Не иначе как сам Господь направил вас сюда. Проезжайте, — он отступил, открывая ворота.       Стивен кивнул благодарно и повёл Говарда внутрь. На Вирджинию он больше не смотрел, опасаясь не выдержать и сорвать им всё дело. Он был слишком близко, чтобы теперь отступить.       Ведьма низко опустила голову, позволив волосам спрятать лицо. Её передёрнуло от недвусмысленного взгляда «монаха», но сейчас она старалась выглядеть испуганной и подавленной. Им надо спасти Тони. Во что бы то ни стало.       Вскоре за ней явились двое монахов. И ведьма всей кожей чувствовала, что верой от них и не пахнет. Более того, ей мерещился отголосок той же ледяной магии, что она видела на Тони. Они на месте. Теперь уже скоро.       Вирджиния безропотно позволила отвязать себя от коня и пошатнулась, изображая головокружение. Один из мужчин подхватил её за талию, дольше необходимого задержавшись на бедре, и его рука скользнула вверх, почти касаясь груди. Вирджиния заставила себя не издать ни звука.       Стивен сжал зубы, провожая её взглядом. Хотелось броситься следом, вырвать из грязных рук людей, которые должны были нести людям свет и утешение. Его пальцы будто сами собой сжались на рукояти меча, но он всё-таки остался на месте, в который раз обещая сам себе, что с ведьмой всё будет в порядке. Он всё сделает. И всё успеет. И совсем скоро вся ставшая такой дорогой его сердцу нечисть будет дома.       — Пойдёмте, сэр, я провожу вас в конюшню, чтобы вы могли устроить вашего коня, а после найдём вам келью, — монах указал в сторону двора.       — Благодарю вас, — сквозь зубы процедил Роджерс, надеясь, что всё это сойдёт за обычную рыцарскую надменность, и отправился следом за своим провожатым. Ждать оставалось совсем не долго.       Остаток дня Стива не тревожили. Только позвали к ужину и сообщили о начале вечерней молитвы.       На первый взгляд, монахов было всего с десяток, но создавалось ощущение, что на самом деле их гораздо больше. Монастырь напоминал айсберг, и казалось, сам пол вибрирует под ногами.       Молитва тоже прошла странно. Как будто самим монахам было неуютно. Рыцарь то и дело чувствовал на себе взгляды. И, кажется, когда последние слова отзвучали, все вздохнули с облегчением.       Сохраняя на лице приличествующее случаю задумчиво-одухотворённое выражение, он вернулся в свою келью, отсчитывая про себя минуту за минутой. Как быстро монахи вспомнят про томящуюся в их темнице ведьму? Сколько ещё ему предстоит ждать? Беспокойство, тревога и ледяной какой-то азарт буквально вгрызались в сердце, в один голос требуя не медлить, но действовать.       Первые, скорее, удивлённые крики послышались ближе к полуночи. Явственно запахло дымом. Судя по топоту, вниз, в подземелье бежали оставшиеся монахи.       Стивен выждал для верности ещё пару секунд, а потом, чутко прислушиваясь к окружающим звукам, вышел за дверь. Он не знал точно, где держат Тони, но примерное направление уяснил по прикидкам Вирджинии и Клинта. Рядом со звуками. Но всё-таки не совсем.       Он просто шёл вместе со всеми вооружёнными и встревоженными людьми, будто тоже стремился узнать, что случилось. Спрашивал встречных сурово и требовательно. Что значит, побег?! Вы что, за одной единственной ведьмой не могли присмотреть?! Да он лично вёз её через весь лес, и всё было в порядке! Где там ваш легендарный умелец?       Вопросы были грубыми и совершенно хамскими, так что никто и не заподозрил в его появлении ничего необычного. Рыцарь как рыцарь.       Вздохнули даже, должно быть, с облегчением, когда до буйной ведьмы тот не добрался. Не то струсил, не то заблудился в очередном коридоре.       Стивен выбрал самый глубокий и дальний подвал, рассудив так, что для важного, к тому же долгожданного пленника здесь предоставят лучшие «номера». И не разочаровался.       Коридор уводил в сторону. Свет здесь был ярче, и Стиву послышались отголоски криков, отсюда не разобрать: мужские ли, женские.       Коридор перегораживала решётка, а с внутренней стороны сидел стражник. Кажется, шум его не беспокоил.       Роджерс так и добрался до него, строевым шагом, сверкая озабоченным взглядом и вертя головой во все стороны. Запыхался даже слегка, будто не спускался вниз, а поднимался. Всплеснул руками, будто стараясь описать творящееся безобразие, а заодно уточнить, что происходит и где здесь, вообще, выход, и коротко, без замаха ударил стражника в висок. Не убил. Но радоваться этому отчего-то не вышло. Подхватив ненужный уже стражнику ключ, он быстро отпер замок на двери, который тот так охранял, и шагнул внутрь.       Стив заспешил на звук, подхватил со стены факел, распахнул дверь, внимательно вглядываясь в темноту. Даже позвал с надеждой:       — Энтони?       В полумраке он разглядел невысокую, худенькую фигуру. Явно девичью, судя по распущенным волосам. Девушка стояла, не шевелясь, спиной к нему. А на полу у её ног кто-то лежал.       — Кто здесь? — отчего-то от всей этой картины веяло почти первобытной жутью, но Стивен, будто заворожённый, всё равно шагнул вперёд и тронул обитательницу подвала за плечо. — Ты меня слышишь?       Та вздрогнула, словно пронзённая молнией, и лежащий у её ног маг вдруг вскрикнул, выгибаясь, как от боли.       — Старк! — узнал его, наконец, Стивен, упал рядом на колени, осторожно встряхнул за плечи, а потом обернулся к девочке. — Что с ним? Он без сознания. Что ему сделали?       Тони безвольно обмяк в его руках. Глаза его были закрыты, а дыхание почти не прослушивалось.       — Уйди! — прорычала девушка, по-детски топнув ногой. Стив только сейчас понял, что она не маленького роста, просто ещё очень молода, хорошо, если ей есть пятнадцать.       — Не могу, — стараясь не напугать не то пленницу, не то тюремщицу, Стив так и не понял, проговорил тот и подтянул Старка к себе поближе. Времени совсем не было. — Я пришёл за ним. И с ним уйду. Но я не причиню тебе вреда, обещаю.       Девушка шумно выдохнула, и Стива отбросило к стене, с силой впечатав в камень.       — Нельзя! Не отдам! Я должна! — она раздражённо встряхнула головой, и Тони снова закричал. — Не мешай! Ты тут не причём!       Стивен охнул, снова стиснул оружие, но тут же отпустил. Драться с детьми ему до сих пор не приходилось, и он был уверен, что и не придётся.       — Почему нельзя? — спросил он спокойно и рассудительно, кое-как отлипая от стены. — И что ты должна?       — У них Пьетро, — всхлипнула девушка и упрямо зажмурилась, но Тони больше не кричал. — Пожалуйста, ему уже не поможешь, мы отсюда не выберемся. Уходи!       — Кто это, Пьетро? — спросил Роджерс, снова подходя к ним, хоть и не слишком близко. А потом его осенило: — Твой брат! Клинт, тот сокол, что улетел отсюда недавно, говорил о вас. Ты боишься за него? Можешь показать, где его держат? Мы заберём и его тоже. С собой. Хочешь?       — Я не знаю, где он. Пирс блокирует… я не могу его найти. Он рядом, но я не знаю где, — в её голосе звучали слёзы. — Ему плохо, я чувствую. Пирс не прекратит, пока я…       — Тише, — ситуация была почти отчаянной. Вирджиния сражалась там где-то совсем одна, и страшно было подумать, что с ней сейчас происходит. — Мы сейчас разберёмся. Где близко? Я смогу найти быстро? В этой части здания? Или там, где шум? Или ещё где-то? От этого будут зависеть наши дальнейшие планы.       Губы девушки задрожали, и она отступила на шаг. Её взгляд скользнул по Тони, и она сглотнула.       — Кто ты? Как ты сюда попал?       — Меня зовут Стивен Роджерс, — представился он быстро, а потом кивнул на Старка. — Я его друг. Мы вместе с леди, которая крушит сейчас монастырь, пробрались сюда, чтобы его спасти. Послушай, Клинт, ну та птица, сказал, что ты ментальный маг? Значит, ты читаешь мысли? Прочти мои. На долгие рассказы просто нет времени.       Девушка нахмурилась и шагнула к нему. Её дрогнувшие руки легли на виски рыцаря. Это было неприятно. Как будто что-то сжало виски, и перед глазами замелькали отрывки из событий последней недели.       Мастерская, зеркало, Тони, бьющийся в припадке, Вирджиния, измотанная, но не отступающая, разговор в спальне, поцелуй, сцена в зеркале…       Девушка отступила, тяжело дыша.       — Ты в порядке? — запоздало обеспокоился Стив, ловя её ладонь. — Прости, но это было быстрее всего. Теперь ты всё знаешь. Помоги нам, пожалуйста. Ты же видишь: здесь вам оставаться куда опаснее, чем попытаться уйти с нами.       — Я не чувствую Пирса, — девушка умоляюще взглянула на Стива, — но сюда никто не идёт. А Пирс не приходит без стражи. Пожалуйста, найдите моего брата, я всё для этого сделаю, только, пожалуйста, спасите Пьетро! — она задрожала. Тони слабо зашевелился.       — Найду, — обречённо как-то пообещал ей Стивен, снова бросаясь к Старку. Он понимал, что рискует, и выбраться отсюда с двумя детьми, один из которых, скорее всего, ранен, с Энтони, который не в себе, будет почти невозможно. Но бросить в беде слабого он не мог и подумать. Впрочем, и сильного тоже. — Пожалуйста, выйди сейчас за дверь. Там лежит охранник. Он без сознания. Ты сможешь раздеть его и принести его одежду? Попробуем замаскироваться.       — Да, — она быстро кивнула и, спотыкаясь, бросилась к выходу. Кажется, ей стало легче от таких простых приказов.       Видимых повреждений у Старка не было.       — Энтони, — почти в отчаянии позвал его Стивен, потянул за плечи, приподнимая, усаживая и придерживая под спину. — Тони! Очнись, пожалуйста. Мы так торопимся!       Маг протестующе замотал головой и приоткрыл глаза. И задрожал всем телом. Его глаза наполнились ужасом.       Он явно пытался что-то сказать, но только задыхался.       — Тише, — тут же попытался успокоить его Стивен, — тише-тише. Всё хорошо. Это я. Ты меня узнаёшь? Стивен Роджерс, помнишь? Я тебя выведу отсюда, хорошо?       — Не надо, не трогай меня, пожалуйста, — он всхлипнул и зажмурился.       — Нет-нет, — Стивен потянул его за подбородок, поворачивая лицом к себе. — Всё хорошо, правда. Всё будет хорошо. Я не обижу. Посмотри на меня. Ну же?       Он говорил мягко и как можно более спокойно, хотя у самого от сочувствия и страха заметно подрагивало всё внутри. Старк был здесь, живой, и они нашли его, но всё шло не так, и сил Стивена катастрофически не хватало. Он совершенно не понимал, что ему делать.       Тони испуганно замотал головой и попытался вырваться.       — Отпусти меня, не надо, хватит, хватит! — он вскрикнул, и у него застучали зубы.       — Пожалуйста, Тони, — Стив чуть ослабил объятия, но совсем из рук не выпустил, только постарался не давить. — Вспомни меня. И Вирджинию. Леди Вирджинию? Красивая, рыжая, швыряется огнём. Помнишь? Она дерётся сейчас за нас. Мы должны прийти ей на помощь. Ну вспоминай же!       — Нельзя, я не могу, — затароторил Тони.       Роджерс зажмурился на секунду. Всё было так плохо, что дальше было некуда. Даже раненого он вынес бы на руках. Но что делать с сопротивляющимся? Разве что стукнуть, как охранника снаружи.       — Можно, — сказал он едва слышно, но твёрдо, как будто надеялся, что и впрямь сможет это ему разрешить. — Конечно, можно.       Он притянул к губам запястье Энтони, прижался, поцеловал в середину дрожащей ладони, под ладонью, мягко, но отчаянно.       Тони испуганно посмотрел на него, и дрожь из крупной превратилась в мелкую.       В это время дверь открылась, и в камеру зашла та самая девушка, неся в руках ворох одежды. Увидев Стива, прижимающего к себе Тони, она замерла.       — Всё в порядке? — спросил он её, пытаясь рассмотреть, принесла ли она одежду. — Я не спросил, как тебя зовут.       — Ванда, — она не шевельнулась, словно окаменела.       Тони вдруг перестал вырываться и прижался к Стиву.       — Это ты сделала? — с удивлением посмотрел на него Стив. — Да что с тобой? Чего ты испугалась?       — Я сделала с ним это, — голос Ванды задрожал, и она отступила на шаг. — Я должна была…       Стив вздохнул. Помолчал полсекунды, пытаясь взять себя в руки.       — Так, — сказал уже ровнее, обращаясь к обоим сразу. — Слушайте. В основном, ты, Ванда, конечно. Всё очень плохо. Просто ужасно, если честно. Но сейчас ну вот совсем не время для всего этого! Пожалуйста. Я не справлюсь один. Ты нужна мне. Нам. И своему брату тоже. И женщине, которая сейчас рискует своей жизнью, прикрывая нас. Давай просто уйдём отсюда. И тогда будем бояться, плакать и просить друг у друга прощения. Хорошо?       Ванда прикусила губу и закивала.       — Приказывайте, — она была бледна, но взгляд её был твёрдый.       — Ты принесла одежду? — спросил он слегка сдавленно. Он вовсе не хотел пугать её ещё больше, но сил не было думать ещё и об этом. — Давай. Я тут справлюсь сам. А ты тихонько обшарь соседние камеры. Если услышишь или почувствуешь своего брата, не кричи, вернись и скажи мне. Если нет, не суйся туда, где люди. Мы найдём его вместе. Хорошо?       — Хорошо, — она тихонько положила одежду на пол и, пятясь, вышла за дверь.       Тони облегчённо выдохнул и слегка обмяк в руках рыцаря.       — Так, — сказал Стивен, чуть мягче, чем говорил с Вандой. — Теперь с тобой. Ты меня слышишь, Тони?       Старк съёжился и жалобно посмотрел на него.       — Будем считать, что слышишь, — преисполнился оптимизма Роджерс и чуть отстранился, чтобы дотянуться до одежды. — Давай-ка. Мне уже приходилось тебя раздевать. Теперь вот одену. Хорошо?       Старк задрожал сильнее и попытался вырваться.       Стивен поймал его в последний момент, снова прижимая к себе, притиснул лбом ко лбу, другой рукой удерживая под спину. Замер так, прикрыв глаза и просто слушая его трепыхания.       — Хватит, Энтони, — сказал тихо и твёрдо. — Просто дай мне тебя спасти.       Маг зажмурился, но сопротивляться прекратил. Только загнанно задышал.       — Всё хорошо, — в том же тоне сообщил ему Стив, не меняя позы. — Всё будет хорошо. Я сейчас отпущу тебя, ладно? И ты наденешь эти вещи. А потом мы пойдём домой. Хорошо? Кивни, если ты меня понял.       Тони тихонько кивнул, кажется приободрившись от обещания. Когда Стив отпустил его, он сперва отполз в сторону, потом нерешительно начал одеваться, старательно не глядя на своего спасителя.       Стивен поднялся на ноги и выглянул в коридор. Одновременно убедиться, что никто не пришёл и что с Вандой ничего не случилось. Вроде бы пока всё было тихо.       Когда он вернулся, Старк был уже одет и ждал его, примерно стоя у двери и так же не поднимая головы.       — Вот и молодец, — одобрил его прилежание Стивен, хоть и понимал, что хорошего мало. Не было тут ничего естественного, ничего от прежнего Энтони. — Идём, поищем твою прекрасную даму. Накинь капюшон. Тебя не должны узнать, — он снова выглянул в коридор и позвал: — Ванда. Ты здесь?       — Его здесь нет, — голос девушки дрожал. За её спиной Тони вышел из камеры и встал рядом со Стивом, стараясь держаться от неё подальше.       В это время монастырь сотряс взрыв.       — Ничего, — сказал ей Роджерс и ободряюще улыбнулся, — мы найдём его вместе. Смотри, что нужно сделать. Сейчас ты встанешь между нами и будешь выглядеть послушной и напуганной. Мы отведём тебя к той даме, о которой я говорил. Если твоего брата не найдётся и там, то вы все вместе уйдёте, а я останусь и найду него. Он тоже что-то необычное умеет? Кто он?       — Хорошо, — Ванда заглянула ему в лицо. Она казалась потерянной. — Он… он очень быстрый. Но сейчас он мало на что способен, — она скривилась, сдерживая слёзы. Потом встала между мужчинами и скрестила руки за спиной.       — Я понял, — Стив кивнул Старку, призывая идти рядом, и бегло осмотрел всех троих. Вроде бы для сильно невнимательного взгляда должно было сойти. — Он старше тебя или младше? Как мне его узнать?       — Он и я близнецы, — прошептала девушка. — У него белые волосы.       Они двигались торопливо, но не бегом, сохраняя видимость целеустремлённого передвижения. Стивен вёл их, то и дело взволнованно косясь то на одного, то на другую, но разговоров больше не затевал. Только время от времени успокаивающе касался плеча Энтони, если ему казалось, что тот снова дрожит.       Иногда им встречались вооружённые люди, и Стивен кивал им, степенно и гордо, будто радуясь ответственному поручению конвоировать важную пленницу.       Проблемы возникли лишь один раз, но, по счастью, кроме двоих монахов, проявивших бдительность, в том коридоре никого не оказалось. А крикнуть они не успели.       — Кажется, — сказал Роджерс наконец, испытывая даже некоторое облегчение, — мы пришли.       Ошибиться было трудно. Здесь запах гари был особенно силён, и было подозрительно тихо. Крики доносились издалека, перемежаемые треском.       Вирджиния возникла из одного из коридоров. Всклокоченная, в разорванной одежде. Её глаза полыхали, как угли.       — Стивен, — выдохнула она и сдавленно охнула, увидев Тони. — Боже…       — Он не ранен вроде, — попытался успокоить её Стивен, но только беспомощно развёл руками. — А как вы? Вы в порядке? Вас не успели обидеть?       — Нет, — губы Вирджинии расползлись в хищной ухмылке. Похоже, превращение действовало, как вино, и она была «не в себе». — Не успели, — она одёрнула себя. — Я… у меня раненый. Нашла в соседней камере. Тут спит.       — Надеюсь, с белыми волосами? — уточнил Стивен так искренне, что сам едва не рассмеялся от неожиданности. — А это что за рычание? Здесь было ещё что-то?       И он с заметной опаской и раздражением посмотрел в сторону, откуда ему послышался звук.       — О, это Брюс! — сверкнула улыбкой Вирджиния. — Да, с белыми. Он тебе нужен?       Ванда вскрикнула и метнулась в её сторону. Вирджиния пропустила её и с интересом обернулась куда-то за пределы видимости рыцаря.       — Эй, он точно живой, просто спит. Истощение.       — Ваш Брюс? — удивился Стивен, вновь прислушиваясь. — О! То есть на нашей стороне настоящее чудовище? Откуда он взялся? Хотя сейчас неважно. Ванда! Эй, ты ещё с нами? Можешь немного присмотреть за Энтони? А мы поможем возлюбленному этой дамы побить негодяев.       Девушка выпрямилась, продолжая обнимать спящего прямо на полу брата.       — Присмотреть… — она нашла взглядом Тони и захлопнула рот. Маг не двинулся с места, но Стив чувствовал, что его снова накрывает паникой.       — Всё хорошо, — в который раз повторил ему Роджерс и приобнял со спины, легко подталкивая к девочке. — Она больше не сделает плохо. Правда. Садись здесь. Рядом. Давай. А мы скоро вернёмся.       Старк повиновался молча. Сел, где сказали, притянув ноги к груди и съёжившись, стараясь занимать как можно меньше места. Вирджиния неотрывно смотрела на него, и в её глазах проступили человеческие эмоции. Боль, ярость. Она сжала кулаки и сверкнула на Ванду глазами.       — Я защищу их, — пообещала девушка. — Клянусь.       Ведьма прищурилась.       — Пойдём, — бросила она рыцарю.       Стивен выбрался во двор и только там понял, почему им удалось так легко пробиться. Чудовище и впрямь было ужасным. Огромный зверь, едва сохранивший хоть какое-то подобие человеческого обличия, метался по двору, наводя ужас даже на самые храбрые сердца. Стивен едва мог поверить, что в нём осталось хоть что-то от разума Брюса, слишком уж свирепо он выглядел. Но Вирджиния казалась уверенной, и Стив предпочёл ей довериться.       — Брюс? — окликнул он чудовище, выходя на середину двора. — Думаю, ты всех уже достаточно напугал. Можно расчищать путь домой.       И тут же понял, что ошибся. Кто-то из сил противника не просто остался в строю, но и активно мешал могущественному диверсанту добиться своего.       С обиженным и разъярённым воплем чудовище раз за разом бросалось вперёд, стремясь ухватить, голыми руками разорвать вёрткого человека, такого мелкого, но умеющего так больно жалить. Зажатый в его руке нож бил без промаха, рассекая даже толстую шкуру гиганта. Впрочем, рана тут же затягивалась, и чудовище бросалось на врага снова и снова, и опять безрезультатно. Ярость всё прибывала, лишая последнего рассудка, но придавая сил, а враг всё не уставал и не ошибался, как будто и не был живым существом. Любой другой давно бы валялся у ворот изломанной куклой, а у этого едва сбилось дыхание. И впервые в жизни было неясно, кто же здесь, вообще-то, чудовище.       На оклик Стивена зверь только рыкнул и отмахнулся. Он был слишком уж занят.       Роджерс даже улыбнулся совсем неуместно его воодушевлению. Надо же, нашёл себе противника «по росту». А в следующий момент рассмотрел, с кем же именно дерётся личное чудовище леди Вирджинии. И буквально остолбенел, осознав, что тоже, как до этого Бартон, увидел призрака.       — Джеймс? — неверяще, поражённо выдал он, а потом уже утвердительно, как мог, перекрикивая рёв чудовища, повторил: — Джеймс!       Тот сначала не услышал его или же проигнорировал, как помеху, но на второй раз не утерпел и бросил в его сторону взгляд. Должно быть, что-то в голосе Стива пробилось к его сознанию, отвлекая на долю секунды. Его глаза поражённо расширились, и в тот же миг кулак Брюса опустился ему на голову.       Джеймс рухнул на землю.       Стивен охнул, бросаясь вперёд, на ходу упрашивая чудовище не добивать поверженного врага, если тот, конечно, ещё жив. Только что и так внезапно вновь обретённый друг детства, никакой не призрак, иначе удар бы на него не подействовал, едва не ушёл от него вновь от рук их необъятного буро-зелёного защитника. И уже этого рыцарское сердце явно угрожало не выдержать.       Но чудовище больше не нападало. Склонив голову, он с выражением детского удивления на морде проследил за приближением Стива, но отчего-то послушался. Отступил к наружной стене и, выплёскивая ярость, просто ударил по ней кулаком. Раз, другой, слой за слоем, подобно неумолимому тарану проделывая выход наружу.       Стив слышал грохот, но всё, что видел, ─ это полускрытое маской лицо Джеймса Барнса. Тот явно дышал, и Стив как-то беспомощно, в который уже раз за день беспомощно, обернулся к Вирджинии.       — Вы не могли бы… Посмотреть. Только, наверное, пока ему лучше было бы поспать. Он нападал на нас. Не знаю, почему, но я должен разобраться. Только не прямо сейчас.       Ведьма подошла ближе и присела рядом со Стивом.       — Он жив, но… — она прищурилась, коснувшись висков Джеймса. — Ох! — её глаза удивлённо расширились. — Это та самая магия, Стив! Он скован этим холодом! Тем, что я сожгла на Тони, но здесь… — она с сожалением покачала головой, — здесь я могу только убить его. Холод проник слишком глубоко.       — Разберёмся, — Стивен снова решительно вскинул подбородок, не желая мириться. — Может, Старк что посоветует, когда вернётся, может, ещё кого-то найдём. Ваш возлюбленный мог бы пока за ним присмотреть на всякий случай? Пока вы его свяжете? А потом нам, видимо, понадобятся лошади. Сможете их добыть, пока я вернусь за Старком и детьми? Кажется, монахи слегка очнулись и проявляют воинственность. Надо торопиться.       — Сейчас, — Вирджиния подобралась и натянуто улыбнулась Стиву. К чудищу она подошла медленно, держа руки на виду, но рыцарь не чувствовал от неё страха, скорее, грусть. Она подошла на расстояние вытянутой руки и тихонько окликнула его.       — Халк? Халк, ты ведь слышишь меня?       Зверь остановился, не оборачиваясь, замер, повернув голову так, чтобы лучше слушать её голос. Прорычал-проворчал что-то невнятное, а потом кивнул, глядя куда-то в сторону видневшегося в проломе поля.       Вирджиния проследила за его взглядом.       — Я вижу. Скажи, он сделал тебе больно? — тревога в её голосе выдавалась лишь лёгкой дрожью.       Чудовище рыкнуло нечто презрительное и даже весёлое, развернулось, наконец, уперев свирепый взгляд в поверженного противника. А потом ухмыльнулось широко и яростно, гордо глядя уже на Вирджинию.       Ведьма слабо улыбнулась. Нежно и встревоженно. Ей было больно видеть его, не из страха или отвращения — чудовище выглядело не настолько отталкивающе, как думал Брюс, и сейчас, не разрушающее всё вокруг, куда больше походило на растерянного ребёнка.       — Ты нас спас.       Зверь моргнул удивлённо. За всей этой яростной суматохой он успел позабыть, что и в самом деле пришёл сюда, чтобы кого-то спасать. Помнил только, что нужно забрать Вирджинию из опасного места. Каких ещё «нас»?! А потом вспомнил, что втолковывал ему? Им? Странный одноглазый человек, о чём не то просил, не то приказывал. Халк его тогда слушать не стал. Не собирался и сейчас. Он рыкнул в сторону всё ещё лежащего на земле врага, а потом, не рассуждая, бережно сгрёб девушку в объятия, аккуратно притиснул к себе, как раньше никогда бы не отваживался. Но ведь раньше она и не смотрела на других с таким беспокойством!       Вирджиния не издала ни звука, только посмотрела на него серьёзно и обхватила руку, чтобы не свалиться. Она чуть вздрогнула, но тут же справилась с собой.       — Пожалуйста, возьми его тоже, — она указала на Джеймса. — Он болен. Мы отдадим его врачам.       Халк рыкнул недовольно, но объятия не сжал, опасаясь навредить. Только отвернулся, закрывая своей спиной чем-то так уж понравившегося Вирджинии мужчину. Вдруг забудет? А потом вскинулся, осознав до конца её слова. Врачам? Врачей зверь не любил и отдать им этого красавца был готов хоть сейчас. Он фыркнул зло, а потом второй рукой, будто мелкого пса, прижал его к груди.       — Спасибо, — шепнула Вирджиния, бережно прикоснувшись к руке Халка. — Это друг Стива. Помнишь его? И ещё мы спасли Тони, — она понимала, что сейчас говорит, скорее, чтобы успокоить себя.       Тот нахмурился, пытаясь припомнить, о ком она говорит. Имена были знакомы, но будто бы не ему. Как будто он слышал об этих людях. Причём слышал что-то хорошее.       Халк фыркнул удовлетворённо и важно кивнул, принимая её благодарность.       Стивен, вышедший во двор во главе своего небольшого воинства, замер, рассмотрев жуткую картину. Но бросаться в бой пока не стал, сообразил, что ужасно всё только выглядит. Вирджиния явно была в сознании, и не было похоже, что ей больно или даже страшно. Зверь просто держал их с Джеймсом на весу, будто нянька младенцев, и свирепо оглядывался вокруг, готовый защищать их от любой опасности.       — Ванда, — позвал он самую разумную из своих сегодняшних помощниц, — прости, но, кажется, у меня к тебе снова задание. Нам нужны лошади. Ты присмотри тут за всем, — он аккуратно положил всё ещё спящего мальчика прямо на дворовые плиты, а потом за руку потянул Энтони, заставляя усесться рядом с ним. — А я быстро их раздобуду. Хорошо?       Девушка только кивнула, и он благодарно ей улыбнулся на ходу, со всех ног бросаясь к конюшне. Близко к зверю монахи подойти не отважились, но вот самого Стивена попытались задержать, но уже как-то без души и совершенно не организованно. Роджерс даже нахмурился осуждающе, пиная с дороги очередное вражеское тело. У них не вышло его даже задержать, не то что остановить.       Говард ждал его в конюшне, нервно всхрапывая на звуки далёкой беготни и битвы, но Стивен только мимолётно потрепал его по шее, сперва быстро седлая остальных найденных тут же коней. Их было всего два, но и этому Стивен был благодарен.       Говард ждал его, ревниво бил копытом, гарцуя на месте, и даже больно куснул за руку, когда черёд дошёл и до него.       Стивен только усмехнулся. Времени не было утешать растрёпанные чувства собственного коня.       Отнять у чудовища его «добычу» нечего было даже и мечтать. Впрочем, сейчас это было бы даже кстати. Меньше работы коням. Стивен уселся в седло, проследив сперва, чтобы Ванда и Старк устроились в своих сёдлах, усадил впереди себя спящего мальчика, приобнял, не давая упасть, и только тогда скомандовал, наконец, отступать.       Преследовать их никто не отважился.