Прощай, город ветров!

Я так хорошо выспался, что даже трель будильника я сегодня ненавидел меньше обычного. Отключив будильник, который стоял на столе, я снова плюхнулся на кровать и сладко потянулся. — Так, ну, еще пять минуточек, и встану, — я зевнул и, улыбнувшись, прикрыл глаза. Пять минут спустя я уже стоял в душе и намыливал тело, напевая что-то под нос. Настроение было прекрасным. Прекрасным настолько, что аж страшно! Когда я уже весь был в пене, мне послышалось, как кто-то тарабанит в дверь: — Опять та девка, что ли? — с поникшим лицом я уставился на мочалку. Звук не прекращался: — ДА ИДИ ТЫ НАХРЕН! НЕ ОТКРОЮ!!! — заорал я, выключив душ. И как только я это проорал, я вспомнил о том, что говорил отец. «Должен кое-кто приехать» — Мне пиздец! — я округлил глаза, быстро натянул на себя шорты и побежал открывать. Весь мокрый и в пене, я добежал до входной двери и посмотрел в глазок. Я увидел парня, который стоял спиной к двери, так что лица я не увидел: — А со спины ты вылитый Джебом… "Этот придурок мне уже мерещится" Открыв дверь, я подумал, что это очередной кошмар, и сейчас из-за угла выедет тот старик: — Я думал, ты, и правда, не откроешь! — парень улыбнулся во все тридцать два. — Джебом? Мне что… опять сон снится? — я смотрел на него, приоткрыв рот и быстро моргая, пытаясь прогнать мираж. — Чего разморгался, идиот? — друг отвесил мне подзатыльник. Это не сон. Это, правда, он. — ДЖЕБО-О-О-ОМ! — я накинулся на друга с объятиями. — Пошел вон! Ты весь мокрый! — пытаясь оторвать меня от себя, говорил Джебом. — Чего брыкаешься, козлина? — я легонько стукнул того в живот. — Я тут так по тебе скучал! Так что потерпишь! — Да ну, бля! — проскулил друг, сдавшись. Я улыбался, как умственно отсталый, и обнимал друга: — Кхм—кхм, — отозвался ДжейБи. — Что? — Может, уже в квартиру зайдем? А то тебя продует во всех интересных местах! — заталкивая меня в прихожую, говорил друг, хихикая. — Это что за места такие? — непонимающе оглядываясь на друга, спросил я. — Да так, — не переставая хихикать, отвечал он. — Снимай рубашку, — сказал я, проходя на кухню. — Что, прям тут? — спросил ДжейБи, прикрыв одной рукой грудь, а другой — живот. — Не думал, что ты так сильно по мне скучал! — Дурак совсем? Встретившись взглядами, мы заржали. Перестав смеяться, я сказал: — Фу-у-ух… Но рубашку все же сними. Она ж мокрая. Еще заболеешь, а меня потом отец убьет. — Чего это он тебя убьет? — спрашивал друг, снимая рубашку. — Ну, как это «чего»? Ты ж меня ему с потрохами сдашь, — забрав атрибут одежды ДжейБи, я направился в ванную. Повесив рубашку на сушилку и взяв полотенце, я завернул в комнату и забрал из шкафа чистую футболку. Джебом на кухне клевал носом: — Держи! — я всучил тому в руки футболку и полотенце. — Ага, — друг быстро вытерся и оделся. — Сильно устал? — смотря на друга, спросил я. — Угу, — зевая, отвечал тот. — Тогда вали спать, а я пока в душ. Потом расскажешь, как ты тут оказался, — я встал со стула и, подойдя к другу, схватил его за руку, и отвел в комнату. Тот завалился на кровать и сразу же уснул. Еле вытащив из-под него одеяло, я укрыл его и пошел заканчивать то, от чего оторвал меня друг: — И что он тут делает? — я снял шорты и залез в душевую кабинку. Быстро искупавшись, а затем почистив зубы и одевшись, я направился в комнату за учебниками. Зайдя в спальню на цыпочках, я быстро схватил учебники и пошел в гостиную. — Разные основы глаголов используются для образования разных грамматических, — зевая, повторял я, — … конструкций. В общем, сидел я так, не знаю сколько, и, в итоге, вырубился. — Эй, вставай. Слышишь? Вставай. Я хочу жрать! Марк, — друг тряс меня за плечо так, что мой вестибулярный аппарат сходил с ума. — Да, встаю я, встаю! — я сел на край дивана и потер глаза, — Что такое? — Я хочу есть, — сказал друг. — И? — я выгнул одну бровь и уставился на него. — Накорми меня. — Сударь, а вы не прихуели ли, а? — я опять завалился на диван. ДжейБи схватил меня за ногу и поволок за собой. — Ты охренел? — пытаясь вырваться, орал я. — ДЖЕБОМ! Тот отпустил меня, как только мы добрались до кухни. — И мне еще кормить тебя после такого? — шипел я, все еще лежа на полу, лицом вниз. Друг поставил ногу на мое бедро и скорчил невинное личико: — Проявите жалость, сэр. — Ну, и мудак же ты, Им Джебом, — я встал с паркета и подошел к холодильнику. Выложив на стол все нужные продукты для готовки, я начал расспрос: — Джебом, — стоя спиной к другу и нарезая лук, обратился я к нему. — М? — Как тебя в Корею занесло? — Меня мама сюда отправила учиться. Меня ж исключили, и все такое, — спокойным голосом отвечал он. — В смысле «исключили»? За что? — я повернулся к другу и уставился на него. — Помнишь же, как мы библиотекаршу напугали? — Конечно. — Так вот… Она меня опознала и сдала ментам. Ну, в конечном итоге, я оплатил штраф за мелкое хулиганство, и меня исключили, — разводя руки в стороны, друг поджал губы. — Так, стоп! Там же темень была! Тем более, твоя рожа почти вся в грязи была! Так, как она тебя опознала-то? — это было очень удивительно. — Вот, из-за того, что «почти вся», и из-за моих растяжек в ушах. Только я ношу такие в нашем универе. А еще в холле же висели фотки. — Какие фотки? — Ну, помнишь, на первом курсе был конкурс вокалистов? — Да. — Всех, кто занял призовые места, сфотографировали и вывесили фотки на стенд, в главном холле. — Офигеть, — я прикрыл ладонью глаза. — Ага, я сам в шоке был. Отец с этого проорал, а мама оставила отпечаток своей ступни на моей заднице. До сих пор болит, — морщась, рассказывало одноклеточное. — Так тебе и надо! — смеясь, говорил я. — Слышишь, блин! Ты же тоже там был! — Ну ладно, ладно! А чего тебя в Корею-то отправили? Ты же хотел в Нью-Йорке учиться, — я вернулся к нарезанию овощей. — Да, это все мама. Узнала, что ты уехал в Сеул, и начала там разглагольствовать «как же вы без друг друга будете?». Так что она за день через знакомых оформила визу, купила билет и вот, я здесь! — ДжейБи подошел к плите и поставил чайник. — Ну, твоя мама, как всегда! Кстати, я тебе звонил по скайпу, но трубку твоя мама взяла. И чего-то она такая перепуганная вся была. Задала всего один вопрос, а потом такая: «Ну, мне там это… срочно нужно бежать» и сбросила. — Она боялась тебе проболтаться, наверное, что я уже в пути, и все такое. А где чашки? — открывая шкафчики, спрашивал друг. — Здесь, — я открыл нужный шкаф. ДжейБи помог мне с готовкой, и пока мясо с овощами тушились, мы пили чай. — Так, ты будешь со мной поступать? — вдыхая приятный аромат зеленого фруктового чая, спрашивал я друга. — Ага, — сделав глоток, отвечал он. — Кстати, какое сегодня число? — Эм… сейчас, — поднявшись со стула, я пошел в комнату за телефоном. Схватив сотовый, я вернулся на кухню. Немного позалипав в экран, я понял, что все еще не перевел время с чикагского пояса. — Не знаю, ща погуглю, — забив в поисковик запрос, я выяснил, что сегодня уже 27 число. — Ну, что там? — спросил друг. — Чувак, сегодня уже 27 число, — завтра же экзамен. Я совсем забыл о времени… — А экзамен какого? — Завтра. — Серьезно? — от удивления Джебом выплюнул весь чай, который находился у него во рту. — Ты что творишь? — быстро выскочив из-за стола, поинтересовался я. — Я немного удивился, — с невинным лицом говорил друг, утираясь салфеткой, которая лежала на столе. — Вот же идиот! — я закатил глаза и взял губку, которая лежала на раковине, и начал вытирать стол. — Я думал, его можно сдать до 7 сентября, — смотря на меня, говорил друг. — Ну, да, можно. Просто я его собирался сдавать завтра. Но, видимо, не буду, — закончив вытирать расплескавшийся на столе чай, я вновь уселся за стол и положил на него голову. — Ну, я уж, тем более, — Джебом также положил голову на стол, ударившись носом. — Ай! — Ракалище, — я начал хихикать. — Иди ты! — сказал друг, так же хихикая, как и я. За разговорами мы и не заметили, как приготовился обед. Мы быстро поели, а потом пошли в гостиную отлеживаться на диване с набитыми желудками: — Фух, вот я объелся. Аж плохо, — проскулил друг, падая на диван. — И не говори, — я уселся рядом, и мы оба стали втыкать в черный экран телевизора. — Давай, сыгранем, — предложил ДжейБи. — Во что? — В «Чужих». — Давай. — Сейчас, только приставку достану, — Джебом отправился в коридор, где находился его чемодан. — Ты с собой приставку взял? — Конечно! — шурудя вещами, говорил друг. Вернувшись в гостиную, он включил телевизор, подключил приставку и вставил в нее нужный диск. Мы играли. Снова в хоррор. И ДжейБи снова верещал, как сучка. Первую миссию мы завалили раз 20, в основном, потому что Джебом проходил ее закрытыми глазами, ибо боялся увидеть чужих. — Блин, может, лучше в гоночки? — спросил я, когда мы закончили миссию. — Да не, ты че?! Клевая же игра? — читая задания следующей миссии, отвечал друг. — Ты это сейчас серьезно? — смотря на него, спрашивал я. — А-А-А! Какого они так быстро вылезли? — Джебом снова закрыл глаза и стрелял в неизвестном направлении. — А-А-А! — Тебя убили, хватит орать! — вытащив диск, я пошел к его чемодану и нашел там диск с гонками. — Блин, слишком сложная игра. Меня все время убивают! — скорчив обиженное лицо, сказал друг. — Ага, именно поэтому тебя убивали, — усмехнулся я. После первого заезда, Джебом спросил: — Когда пойдем экзамен сдавать? — Давай 31-го? — Окей. Отсчет на второй заезд почти закончился, как тут кто-то постучал в дверь: — Дядя Марк? — Нет, он бы ключом открыл. Тем более, сейчас только пятый час. — А кто это тогда? — Не знаю, — я пошел в прихожую. Взглянув в глазок, я увидел там Югёма и открыл дверь: — Привет! — Привет, — сказал Югём в ответ. — Хён, а это тебе, — он всучил мне корзинку с домашней выпечкой. — Мама узнала, что у нас новые соседи и испекла вкусностей. — Воу. Спасибо большое! — облизнувшись, я взял блюдо. Выпечка пахла просто сногсшибательно! — И, кстати, спасибо, что не выдал мое место жительства, — смотря в пол, говорил сосед. — Да не за что! — улыбнулся я. — Здравствуйте! — Югём поздоровался с Джебомом, который стоял у меня за спиной. — Привет, — тот улыбнулся ему. — Это еще один твой сосед, — указывая пальцем на ДжейБи, сказал я. — Меня ДжейБи зовут, — протянув руку парню, сказал друг. — А я Югём, добро пожаловать! — тот пожал руку и немного поклонился. — А чего это мы на пороге стоим? Заходи, давай! — сказал ДжейБи, уже жуя булочку с вишней, которую он достал из корзинки. — Я бы с радостью, но у меня там друзья и… — начал Югём. — И их зови тогда! — настаивал друг. — Хорошо, сейчас придем! — Югём сразу же побежал вверх по лестнице. — Бежит так, как будто не вернется, засранец! — жуя уже вторую булку, говорил ДжейБи. — Решил завести новые знакомства? — спросил я, заходя на кухню. — Ну, да. Тем более, это сосед. Соседей нужно знать. — Чего ты там у дверей караулишь? Как придут, постучат. Заходи уже! — Да захожу я, захожу! — сказал Джебом и прикрыл дверь. — А что ты там не выдал? — В смысле? — набирая в чайник воду, спросил я. — Ну, сосед там говорил: «Спасибо, что не выдал». Че не выдал-то? — Вот сейчас придут, и мы разузнаем. Я там сам до конца не понял, — я поставил чайник на плиту и сел за стол. — Да? Ну, ладно, — сказал друг, потянувшись рукой за еще одной булочкой. — Хватит булки тырить! — ударив того по руке, сказал я. Наконец-то, в двери постучали, и Джебом пошел открывать, сорвавшись с места. — Здравствуйте! — зайдя в квартиру, с нами поздоровались два парня, которые стояли рядом с Югёмом. — Это Джуниор, а это БэмБэм, — указывая пальцем на парней, по очереди, представил их сосед. — Приятно познакомиться, — сказали мы в унисон. БэмБэм, который стоял справа от Югёма, выглядел, как самый милый в мире ребенок! На вид ему было лет 16. Он очень смазлив. До того, как я познакомился с этим парнем, я думал, что я худой! Его руки и ноги были, как веточки. Волосы, высветленные так же, как и у меня, были зачесаны назад. В ушах были сережки-гвоздики черного цвета с каким-то узором. У БэмБэма овальное лицо, на котором располагались пухлые губы, маленький аккуратный носик и глаза цвета горького шоколада. Одет он был просто: темно-синие узкие джинсы, белая футболка с длинными рукавами и черные кеды. Слева от Югёма стоял парень по прозвищу «Джуниор». Выглядел он старше рядом стоящих друзей. Волосы у него были черные, как ночь. А еще у него была аккуратно уложенная челка, которая полностью скрывала его брови. Узкий разрез глаз, пухлые губы и прямой нос. Одет он был в белую длинную майку, которая не скрывала его сильные руки, и в немного зауженные спортивные штаны чисто черного цвета с подкатами, которые оголяли его щиколотки. На ногах были черно-синие кроссовки. — И нам, — также в унисон ответили парни. Все отправились в гостиную, кроме меня и БэмБэма, который помогал мне с приготовлением чая. — А почем тебя называют БэмБэм? — поинтересовался я, доставая из шкафчика шоколадки и печенье. — Смотрел мультфильм «Флинстоуны»? — Ага, смотрел. — Так вот, помнишь, у главного героя был сын по имени БэмБэм? — Да. — Как-то раз мама называла меня БэмБэмом, потому что я, как и он, совсем мал, но силён. Ну, в общем, это прозвище прижилось, и теперь все меня так зовут. Тем более, это проще запомнить, чем мое имя, — заливая кипяток в чашки, рассказывал БэмБэм. — А как тебя зовут? — Кунпимок Бхувакул. — Первый раз слышу такое имя, — сказал я, посмотрев на нового знакомого. — Видимо, ты ни разу не был в Таиланде, — улыбнулся тот. — Ты таец? — удивился я. — Чи, — ухмыльнулся тот, кивнув головой. Позже выяснилось, что «чи» переводится, как «да». Мы поставили чашки с горячим напитком на один поднос, а сладости и выпечку мамы Югёма — на другой. Зайдя в гостиную, мы обнаружили, что все уже давно поладили друг с другом и гогочут, держась за животы. Мы с БэмБэмом улыбнулись им и поставили подносы на кофейный столик, а сами уселись на пуфы. Немного пообщавшись, мы разузнали, что БэмБэму 17, так же как и Югёму, а Джуниору 19. Югём и БэмБэм только перешли в высшую школу и после ее окончания планируют поступать в театральный. Джуниор же только в этом году закончил школу и сказал, что его приняли в Корейский национальный университет искусств. — Ничего себе! Так, мы в одном универе учиться будем? Здорово! — опять поедая булочки, говорил ДжейБи. — Так, вы тоже там учитесь? — спросил Джуниор, приподняв брови. — Да. Я на вокалиста, а этот, — указывая на меня пальцем, — на отделении инструментальной музыки. — Ничего себе, круто! Я тоже на вокалиста поступил, — улыбаясь, говорил Джуниор. — Да? — откладывая булочку в сторону, спросил ДжейБи, — Бра-а-ат, — ДжейБи обнял Джуниора и сделал такое умиленное лицо, что все произнесли «о-о-оу» и засмеялись. — Правда, нам осталось еще сдать экзамен, — поглощая кусок от пирога с малиной, который принес Югём, сказал я. — Последний экзамен, вроде же, завтра, — отпивая из чашки, сказал БэмБэм. — Точно, Бэмби, но директор сказал, что его можно сдать до 7 числа. Мы решили написать его 31, — объяснял ДжейБи. — ДжейБи, он БэмБэм, а не Бэмби, — дав подзатыльник другу, сказал я. — Да знаю я! Просто какой из него БэмБэм? Он же вылитый Бэмби! — показывая на улыбающегося БэмБэма, уверял нас Джебом, и мы вновь засмеялись. — Югём, — обратился я к соседу. — Да, хён, — парень повернул ко мне голову. — Так, а что эта за девица-то была? — А-а-а… Это тебе пускай Джин Ён рассказывает! — переводя взгляд на Джуниора, сказал он. — В смысле, Джуниор? — Он самый! — тыкая в того пальцем, говорил Югём. — Ну, в общем, это моя бывшая была, — начал Джин, изучая взглядом печеньку с шоколадной крошкой, — Я сказал ей, что мы расстались, а она этого, явно, не понимает. Постоянно таскается за мной, я уже устал от нее бегать. — А из-за чего расстались? — спросил ДжеБом. — Из-за того, что она ужасная эгоистка. Она постоянно заставляла меня делать только то, что хочет она, а, когда я предлагал сделать то, что интересно мне или нам обоим, то это откладывалось на «потом». Она постоянно вырывала из моих рук телефон, когда мне кто-то звонил. Отвечала на звонки и говорила всем моим друзьям, что гулять я с ними не пойду, ибо слишком занят. Хотя, на самом деле, она водила меня на вечеринки своих подружек. Но последней каплей стало то, что она начала звонить и отпрашивать меня с подработки. В итоге, меня уволили. Так что, когда мы были на очередном свидании, я сказал ей «аривидерчи» и свалил. — А когда ты ее бросил? — задал вопрос Джуниору ДжейБи. — Почти две недели назад, — ответил тот. — И она до сих пор не отвалит? — удивленно спросил я. — Ну, ты сам все вчера видел. — Да уж, — я скорчил рожицу, вспоминая ту девицу. — Да… Чертова Хёна, — закусывая горечь душевных страданий печеньем, говорил Джин. Аура печали сменилась радостью, когда ДжейБи в очередной раз сморозил какую-то чушь, и все начали смеяться, вовсе забыв про эту Хёну. Мы разговаривали и смеялись, пока нас не перебил стук в двери. Я машинально посмотрел на часы — 18:00: — Папа ключи не взял, что ли? — спросил я сам себя, направившись к входной двери. Я открыл двери, и, к моему удивлению, папы там не было. У входа в мою квартиру стояла Хёна: — Эм… Тебе чего? — спросил я у нее. — Я… В общем, я извиниться хотела и … — она подняла на меня взгляд и заорала. — И УБИТЬ ТЕБЯ, СКОТИНА! Я обернулся и увидел зашедшего на кухню Джуниора. — Блять, — прикрыв глаза ладонью, высказался я. — Джуниор, твою мать! А ну иди сюда! — эта ненормальная снова ударила меня в «солнышко» и забежала внутрь. Джуниор тем временем прятался за спинами парней, которые тщетно пытались его защитить. — Джуниор, ты думаешь, я тебя не достану? — спрашивала «своего» парня девушка, пытаясь прорваться через стену из трех парней. — Эй, ненормальная, свали уже! Только появилась тут, а уже заколебала! — повышенным тоном обратился к ней ДжейБи. Своим взглядом она у него, как бы, спросила: «Че сказал?», а он ей в ответ взглядом: «Че слышала, курва!». В итоге, Джебом чуть ли не получил по шарам. Если бы не его реакция, то все бы закончилось печально, ибо замахнулась-то Хёна ногой для удара ни хреново так! — ТАК, А НУ СТОЯТЬ! — проорал БэмБэм. — Бэмби, ты чего хёну на ухо-то так орешь? — заскулил ДжейБи. — Прости хён, — сделав виноватый взгляд, который через секунду превратился во взгляд тирана, — ТАК, ВСЕ НА ДИВАН, А ВЫ ДВОЕ, — указал пальцем на Джуниора и Хёну, — МАРШ НА КУХНЮ! — Зачем? — спросила Хёна. — Ты чего тупишь, мадама? — спросил ДжейБи. — Чтобы вы все свои вопросы решили. — Все всё поняли? — спросил Бэмби с ничего не выражающим лицом. — Да! — все ответили хором. — Ну, вот и отлично, — сев на пуф, сказал тот. — Че встали? На кухню марш! Эти двое вышли на кухню и начали разговор. Говорили они довольно-таки тихо, поэтому мы практически ничего не слышали. — Блин, о чем они там говорят? — ДжейБи аж трясло от интереса. — Вы как хотите, а я пошел подслушивать. Друг на четвереньках дополз по арки и стал слушать. — А, фиг с ним, — сказал БэмБэм и тоже приполз к арке. В общем, там оказались все. — Хёна, я же сказал, что мы не вместе! Какого черта ты вытворяешь? — спрашивал Джуниор. ДжейБи в этот момент уже нагло высунул голову из-за арки, чтобы не только слышать, но и видеть! — ДжейБи, — шепотом я позвал друга и начал тянуть его за рукав футболки обратно. — Тс-с-с… — цыкнул друг, вырываясь. — А что я такого вытворяю? — с непониманием в голосе, спросила девушка. — Действительно! Вообще ничего такого! — повышая голос, говорил Джуниор. — Приходишь без проса ко мне домой, наяриваешь мне, постоянно ходишь за мной, врываешься к моим друзьям, попутно крича на них и избивая. Это нормально, по-твоему? К этому моменту уже все высунули головы, чтобы лицезреть сию сцену. — ДжейБи, подвинься! — шепотом попросил я. — Тс-с-с… Не говори во время фильма! — шепотом сказал ДжейБи. — Мы не расстались! — сложив руки, говорила девушка. — Блять… Ты мне мозг уже вынесла! — Джуниор сел на стул и опустил голову. — Что тебе от меня нужно? — Чтобы мы встречались, — ответила Хёна. — Знаешь, что? Ладно! Мы встречаемся! Рада? Дура больная! — снова на повышенном тоне говорил Джин. — Да. А теперь знаешь, что я тебе скажу, дорогой? — Что еще? — взвыл парень. — Мы с тобой теперь встречаемся до тех пор, пока я не скажу о том, что мы расстаемся! — злобным голосом говорила она. — Страсти-то какие, — жуя шоколадку и не отрывая взгляд от парочки, шептал Югём. — Ага, — подтвердили в один голос все, кто был возле арки. — Как скажешь, — ответил Джин. — Пак Джин Ён, — Джуниор поднял на нее взгляд, — мы расстаемся! Сказав это, она спокойно пошла в прихожую, вышла из квартиры и закрыла за собой дверь. Все возле арки были в шоке и поэтому стояли с приоткрытыми ртами. — Не, ну вы видели? Господи, за что ты меня наградил такой дурой? — смотря вверх, спрашивал наш мученик. — Скажи «спасибо», что избавил! — прокомментировал Югём. — Это точно! — добавил ДжейБи. — Привет, малышня! — зайдя в квартиру, поздоровался отец. — Чего это вы возле прохода столпились? — Ой, там долгая история! — сказал я. — Здравствуйте! — все поздоровались с отцом и поклонились. — Это наши соседи? — улыбаясь, отец зашел на кухню. — Из соседей здесь только Югём, а это Джуниор и БэмБэм, — указывая на парней, продолжил я. — наши новые с Джебомом приятели. А это мой отец — Марк. — Приятно с вами познакомиться, — отец пожал им руки и улыбнулся. — И нам, — улыбнувшись в ответ, сказали парни. — А это кто? — отец прогнулся назад и посмотрел на ДжейБи. — ДжейБи, засранец! Опять не здороваешься? — засмеялся отец. — Привет, дядя Марк! — так же засмеявшись, сказал Джебом, поднявшись с четверенек и подойдя к отцу, которого он обнял. — Хотя, я должен звать Вас аджоси, раз мы в Корее. — Парень, какой я тебе аджоси? Я хён! Все засмеялись. — Вы уже ужинали? — спросил отец. — Неа, — ответил я. — Тогда давайте чего-нибудь закажем! У кого есть номер доставки? — обратился ко всем отец. — У меня! — поднял руку Джуниор. — Тогда звони! Наш заказ прибыл буквально через 10 минут. Ужиная, мы много говорили и смеялись. Было здорово. Кажись, зря я переживал и не хотел сюда ехать. Правда, Эшли и брата мне не хватало. Но когда-нибудь я ведь должен же был с ними расстаться. Если бы мы с ДжейБи поступили в Нью-Йорк, то это случилось бы намного раньше. Так что все идет хорошо. Осталось только сдать экзамен, и все! Все будет еще лучше! Поужинав, мы проводили новых приятелей и убрали в гостиной. Отец отправился в душ, а мы с другом лежали на полу и думали, каждый о своем. Выйдя из душа, папа собрал нас на кухне и стал расспрашивать Джебома, как тот долетел, и прочем. — Так, я пошел спать, а то устал ужасно! И вам бы тоже уже идти, завтра же, вроде, экзамен! — сказал папа. — Ну, мы тут решили, что сдадим его 31-го, — отозвался я, — нужно еще немного подготовиться. Эти глаголы меня убивают! — Ладно. Но все равно не засиживайтесь! — отец встал из-за стола и отправился в комнату. — Спокойной ночи, малышня. — Спокойной ночи, — сказали мы и добавили, — Хён. — Ой, да идите вы уже спать! — захлопнув дверь, сказал отец. Мы похихикали, и я пошел на балкон, доставать свежий комплект постельного белья для друга. Спать он будет на диване в гостиной. Он раскладной и очень удобный, так что ДжейБи был не против. — Я сам заправлю, не парься, — забирая у меня нужные для сна вещи, сказал тот. — Ладно. Вещи сегодня разберем? — на часах было только начало десятого. — Давай. Застелить диван я все же помог. После этого мы забрали из прихожей чемодан и пошли в мою комнату: — Вещи в шкаф? — спросил друг. — Ага, там одна сторона свободна. Прям тебя ждала. Мы разложили вещи Джебома и уже собирались идти спать, как тут Джебом спросил: — Я хотел спросить, как ты уболтал отца купить тебе этот дорогущий синтезатор? — А мне и не пришлось. Я нашел его в магазине поддержанных товаров за 40 долларов. — Ты мне втираешь какую-то дичь, парень, — друг уставился на меня, прищурив глаза. — Да я серьезно! — ответил я, улыбаясь. — Я тебе покажу этот магазинчик. Там здорово! — Ну, ладно-ладно… Спокойной ночи тогда! — выходя из комнаты, сказал друг. — И тебе, одноклеточное! — улыбаясь, я плюхнулся на кровать и мигом уснул.