Seven Red Roses

      206 год по АС, Чистилище — Леди Инви! Что же в моей камере забыла одна из адских сестёр? — высокий мужчина усмехнулся, глядя на пришедшую к нему девушку. Её длинные чёрные волосы доставали кончиками до пола, а красные глаза сияли в темноте. Она была одета в белое платье до колен и кожаную чёрную куртку. При этом девушка была босая. — Меня сюда отправила Люксиэра, — спокойно сообщила Инви, открывая камеру мужчины. — Так что, лорд Генрих, не стоит обольщаться.       Мужчина усмехнулся, опустив глаза, глядя в пол. На бывшем графе был старый поношенный мундир чёрного цвета. Ордена валялись вокруг мужчины, а солнечные очки с лопнувшей линзой закатились под лавку.       Осмотрев мужчину, Инви презрительно хмыкнула. Она не видела в нём одного из богатейших графов, который поспорил со смертью. Для неё он был лишь грешником, который не признаёт свои ошибки. Он был лишь стариком, боящимся умереть, так и не сделав что-то великое. — Скажи мне, зачем тебе надо было создать эту игрушку? — искренне удивилась Зависть, глядя на усмешку графа. — Она всё равно самоуничтожилась, даже не задев столицы.       Граф даже не удостоил демона ответом. Он продолжал сверлить взглядом пол, иногда переводя взгляд на ордена. — Странный вы человек, лорд Генрих Импресис, — девушка обошла графа, смотря в единственное окно, скрытое решёткой. — Вы говорили, что убежите от правосудия, но теперь сидите здесь.       Её язвительные слова мужчина опять пропустил мимо ушей. Казалось, что ему не интересен пересказ интерьера, которым занималась Инви. Её чёрные волосы собрали пыль с пола и подняли её в воздух.       Она обернулась, смотря на мужчину. Там, за окном, небо было чистым, только вот это лишь иллюзия, которую хотелось видеть графу. Безмолвная пустыня, где нет никого, кроме стервятников, пожирающих друг друга в надежде выжить. Инви видела этот ад, который весьма отличался от настоящего. В ней что-то ёкнуло, пытаясь выползти из сердца.       Откинув ненужные мысли, демон Зависти схватилась за плечо мужчины. Со всей силой ударив его по стене, девушка рассмеялась: «Ну что, мелкая тушка? Настолько тяжело ощущать себя виновным в смерти людей или же это из-за твоей неспособности создать новую смерть?»       Граф даже не шелохнулся. Из его виска медленно потекла тонкая струйка крови. Инви от злобы свела брови и с силой кинула Генриха в решётку. Мужчина взвыл, кусая до крови губу. Он впервые отбросил гордость аристократа для того, чтобы встретить Онелль, а теперь он умрёт второй раз, так и не увидев великую госпожу чистилища.       Замок на решётке звякнул и упал на холодный кафель. Мужчина поднял глаза и увидел молодую женщину. Её голубые волосы, завязанные в низкий хвост, доходили до копчика. Глаза скрывали очки с прозрачными линзами в красной оправе. В этой женщине он узнал настоящую Онелль. Та девушка, что судила его, не являлась госпожой чистилища.       Граф подполз к Онелль. Держащей рукой он схватил женщину за ногу, проведя ладонью до колена и обратно.       Онелль скривилась, почувствовав холодные и грубые мужские руки на коже. Пнув графа в лицо, женщина прошла до Инви, стоявшей в конце камеры. Никто не боялся, что заключённый сбежит, ведь это тюрьма ада. Здесь только один выход — смерть в одном из корней Сифер. — Тебе должно быть известно, что адовы сёстры не имеют право входит в камеры к заключённым, — монотонным голосом отчеканила Онелль, смотря на черноволосую девушку. Та усмехнулась. — Разрешение дали Лилит и Люксиэра, — её голос очень отличался от скучного и серого голоса Онелль. — К тому же ты сама знаешь, что сейчас правила не работают, Ао.       Как только Инви назвала Онелль противной кличкой, женщина спокойно открыла блокнот. Написав там имя девушки, госпожа чистилища закрыла его и с лёгкой усмешкой вышла из камеры.       Одна из сестёр ада вскоре…       319 год по АС, Чистилище — Ну и кто мне объяснит, о чём тут идёт речь? — недовольно спросила Аграт, откладывая документы. Прочитав очередную главу, демонесса совсем запуталась во всех хитросплетениях данной истории. Даже появление собственной матери Аграт не могла предвидеть. А что за настоящая Онелль, что так похожа на нынешнюю госпожу чистилища? — Точно не я, — согласилась с ней Арахна. Эти документы вели в какой-то тупик. Сама секретарь чистилища это поняла, ведь редко в какой истории встречается переплетение времён и пространств. А ещё реже — описание человека в чистилище после оглашения приговора.       Как ни тяжко было это принимать, но девушки абсолютно потеряли нить повествования. Слишком большой промежуток времени между этими происшествиями. Глядя на документы, разбросанные повсюду, тяжело сказать, как правильно сложить их. Это и создавало большую путаницу, в которой оказались девушки. — Та-а-ак! Тут есть и по Гехирну Импресис! — громко крикнула Аграт Арахне и Самхель. — Сказано, что это один из влиятельнейших графов истории. За ним стояла организация «Саллиэ», которую возглавляла его кузина Салли Ластли. Даже его брак с бывшей графиней Кайо Лингви был по расчёту. Графиня вовремя отказалась от титула в пользу сына, поэтому сломала все планы Гехирна. — Интересная история про очередного мужлана! — улыбнулась Арахна, продолжая читать документы. — Итак. Герой следующей истории — баронет Люксиэр Виолет. Фоном куча девушек, его семья и невеста, которая нам встречалась ранее.       109 год, Люциус, Авель, бордель «Дом Похоти»       Громкий крик пьяного мужчины затмил даже громкую музыку: «Эй, девушка! Ещё три стакана!»       На крик к посетителю подошла довольно молодая особа. Короткие каштановые волосы волнами спадали до плеч, карие глаза прикрыты, а тонкие губы растянуты в улыбке. На девушке фиалковое платье до колен с разорванным с одной стороны подолом. Чулки в крупную сетку завершали образ. — Ну что же вы кричите, мужчина! — говорит девушка, которую зовут Мейтрисс. Поправив ленту с искусственной розой в волосах, официантка подаёт мужлану три стакана с пивом.       Да, этой девушке самое место работать в борделе. Большая грудь, еле прикрытая платьем, тонкая талия, которой даже не нужен никакой корсет. Она невысокая, но достаточно привлекательная леди, которой недавно перевалило за двадцать пять. Это был средний возраст работниц борделя. Хотя были и девушки постарше.       К таким относилась, например, Руиллиана Каст. Её чёрное каре и золотые глаза известны во всём Люциусе как приметы красивейшей певицы, которая иногда торговала телом. Сама Руиллиана называла это «лёгким отдыхом» и не брезговала возможностью поиграть с новым мужчиной.       Одним из последних стал владелец борделя — Люксиэр Виолет. Он пригласил певицу, которую выгнали из труппы, к себе в дом. Сначала она работала горничной, позже стала любовницей Люксиэра. Потом он предложил ей работу в борделе вместе с другими его любовницами.       Единственная девушка, не торговавшая своим телом здесь, — это Каина Юмине. Сбежав из дома с молодой мачехой, девушка девятнадцати лет поселилась у её любовника Люксиэра. По личной просьбе мачехи, девушка не работала официанткой, а лишь изредка помогала на кухне. Хотя и она считалась любовницей Виолета, причём одной из лучших.       Девушки, которые хоть как-то привлекли Виолета в постели, получали звание «Розы» — лучшей любовницы — и украшение с этим цветком. Сейчас у баронета их семь: ненасытная Руиллиана, пылкая Мейтрисс, скромная Каина, любопытная крестьянка Микария Нилфо, молодая графиня Аления Телигор, заводная блондинка Энни Соулг и хитрая работница кондитерской Лукия Майо. Они отличались абсолютно всем: возрастом, родовой принадлежностью и даже внешностью.       Однако даже его первая любовь, ради которой он это всё создал, молодая баронесса Сарра Гоз, мачеха Каины, не удостоилась звания «Розы». Люксиэр это даже не объяснял. Он считал, что и так понятно, что Сарра не столь хороша в постели, как её юная падчерица, которая раз в три ночи проводила с двадцатипятилетним баронетом. — Всё прекрасно, Энни! — Мейтрисс повела рукой по плечу мужчины, когда Соулг отошла от посетителя, придерживая в руках поднос. Энни была высокой блондинкой, которая когда-то работала учителем на дому у дворян. Год назад её нанял Кобальд Блеу, отец Люксиэра, для своей дочери Парас. Молодая учительница сразу понравилась баронету, и, как только появилась возможность, он пригласил её в свой бордель. Из-за нехватки средств Энни согласилась, но пьяные посетители её по-прежнему не привлекали. — Микария! Не целуй клиентов! — крикнула молодая Лукия, убрав руки посетителя от своих длинных розовых волос. Раньше она была знаменитой аферисткой, но попалась тайной полиции. Тогда Люксиэр воспользовался своими связями и вытащил её из тюрьмы. Но засунул в свой бордель.       А Микария была обычной крестьянкой из города Феликс. Два года назад она уехала на заработки, оставив двух сестёр. Люксиэр предложил ей работу горничной в его новом доме. А позже и работу в борделе. — Какая ты скучная, сестричка Лукия! — Нилфо встала с колен клиента, надув губы. Майо закатила глаза, когда Микария подошла к очередному посетителю, чтобы взять заказ. Это была отличительная черта Микарии Нилфо — непостоянство. — Ио! Не стой столбом! Обслуживай клиентов! — Лукия очередной раз отпихнула от себя мужчину.       Ио Рахоюми очень скромная девушка, а потому старалась не подходить к пьяным клиентам. Если бы не деньги, которые она взяла у Люксиэра, чтобы выиграть суд, то ни за что бы она тут не находилась. Раньше Ио работала библиотекарем, но из-за кризиса библиотеку закрыли. Рахоюми не смогла платить за квартиру, и её выставили из дома. Да к тому же объявили, что подадут в суд за невыплату налогов на квартиру. Тогда её лучшая подруга Энни посоветовала обратиться к хозяину борделя, где она работает. Люксиэр предложил ей своего знакомого адвоката и даже оплатил его услуги. Чтобы отдать Виолету деньги, которые он на неё потратил, Ио пришла работать в его бордель.       Девушка вздрогнула, услышав голос Лукии. Майо и Редвуд были для всех старшими подругами, которые всегда дадут совет и помогут. Только вот они больше волновались за работу, чем за девушек. — Х-х-хорошо! — девушка подпрыгнула, когда проходящий мимо парень ударил её по заднице. Это было унизительно для Ио, поэтому она опустила голову и медленно поплелась в сторону того парня. Он уже сел за отдельный столик и ждал, пока его обслужит красавица, которую он пригласил.       Заметившая это Мейтрисс быстро пришла на помощь Ио. Редвуд просто переключила внимание парня на себя, тем самым дав Лукии время увести Рахоюми. — Ну что же вы, молодой господин! Мне тоже важно ваше внимание! — Мейтрисс — единственный ребёнок довольно богатой семьи купца Мейтра Редвуд и его жены Беатрисс. Она не нуждалась в деньгах, как Энни, не должна была кому-то, как Ио, или не отбывала срок, как Лукия. В бордель она пришла вслед за своей подругой, а по совместительству кузиной Саррой Гоз. Когда она пропала, Мейтрисс отправилась её искать и нашла в доме Люксиэра. По странному стечению обстоятельств, Редвуд рассорилась с Саррой и теперь нелестно отзывается о семье Гоз. — Вы довольно красивы, миледи, — сказал парень, в упор смотря на вырез в платье между грудей. Мейтрисс не любила настолько распущенных мужланов, а поэтому постаралась поскорее споить извращенца. — Молодой человек, не хотите ещё выпить? — Редвуд покачала перед лицом парня бутылкой с дешёвым алкоголем, который девушки бесплатно предлагали довольно активным посетителям. В большинстве случаев там было примешано снотворное или успокоительное. Оно усиливало действие алкоголя. — Мейтрисс! Там…