Злая сказка

Нерогабал надвинул на голову капюшон плаща и улыбнулся. Всё идёт по плану и не стоит его портить недостойной торопливостью, ведь в конце его ожидает ценный приз… У храма Меркеля, несмотря на довольно ранний час уже было людно – Низшие тоже отличались бурным темпераментом, а возможность удовлетворить свои сексуальные аппетиты подворачивалась не всегда. Совращение же чужого раба строго преследовалось по закону, а уж принуждение свободного Низшего каралось кастрацией и продажей в самые гнусные бордели с особыми клиентами. Это была та же казнь, только отсроченная, в таких заведениях редко кто проживал больше года. А уж если Низший осмеливался даже высказать подобные намерения в отношении Высшего… Его ждали долгие пытки перед мучительной казнью – преступника привязывали над котлом с кипящим маслом и медленно, в течение нескольких часов, опускали в него. Охочие до подобных зрелищ Низшие приходили на подобную казнь, как на представление, нисколько не жалея оступившегося. К тому же ошибки были невозможны – жрецы Меркеля владели магией Разума и весьма качественно проверяли каждого обвиняемого. Кое-кого и отпускали, кстати, признавая невиновным, а выступившего с обвинением Высшего ждало прилюдное бичевание, что вызывало у Низших ещё больший восторг. Правда, случалось такое очень, очень редко - многие Высшие умели противостоять Силе жрецов и выяснялось, что обвинение было недоразумением. В этом случае Высший выплачивал несправедливо обвинённому штраф и дело этим ограничивалось. Так что преступлений на сексуальной почве не случалось уже давно… Низшие боялись наказания, а Высшие хорошо умели хоронить концы. Тем не менее, если у Высших были рабы, слуги и специально обученные Роэтэ, то Низшим приходилось довольствоваться одним, редко двумя партнёрами. Дело в том, что браки Низших, заключаемые в храме Меркеля были неравноправны. Старший из супругов мог требовать от Младшего или Младших безусловного повиновения, но его же первейшей обязанностью было содержание супруга в хороших условиях, ибо именно Младшие с помощью жрецов Меркеля создавали кокон и должны были поддерживать его первые несколько недель. За это время Младший слабел и мог даже умереть от потери и так невеликой у Низших Силы. К счастью, Низшие были устроены проще, пережить эти несколько недель им помогало особое, очень обильное питание, которое каким-то образом преобразовывалось не только в энергию для поддержки тела, но и в Силу для поддержки кокона. Поэтому тому, кто не мог обеспечить супруга и дитя жрецы Меркеля не давали заключить брак, считая, что ни к чему плодить слабаков – ведь после смерти одного из отцов ребёнок получался уж совсем слабеньким, с крошечной искрой Силы и не годился для брачного партнёрства. Именно такие оказывались рабами и Роэтэ, которых с достаточно юного возраста отдавали в особые школы. Глава такой школы платил родителям относительно небольшую сумму – от двухсот серебрушек до одного золотого и получал ребёнка в свою полную собственность, а уж обученные, красивые и воспитанные Роэтэ на выходе из школы стоили гораздо дороже. Умные юноши обычно не протестовали – они старались зацепиться за купившего их нового хозяина и завоевать его благосклонность всеми возможными средствами. Закон защищал права Роэтэ, и после определённого срока их нельзя было просто выгнать на улицу, зато можно было подарить новому владельцу, более низкому по статусу, чем их предыдущий хозяин. Бывало, что Роэтэ менял несколько хозяев, опускаясь всё ниже и ниже, пока не оказывался в каком-нибудь недорогом борделе для Низших. Кое-кому удавалось стать управляющими в таких заведениях, что почиталось за венец карьеры. Бывали, конечно, более добрые хозяева, которые просто отпускали Роэтэ на свободу, купив небольшой домик и дав энную сумму на обучение ремеслу и обзаведение хозяйством, но и такое бывало редко. Ещё реже случалось, когда хозяин-Высший так привязывался к Роэтэ, что тот жил у него в гареме до самой смерти. Это было почти супружество, почти, потому что создать кокон с Высшим магически слабые Роэтэ не могли, но это было самое большее, чего мог добиться Низший, став Роэтэ. Но такого счастливого исхода добивались только самые умные, преданные, хитрые, красивые и ловкие. Большинство умирало от разных причин в очень малом для долгоживущих Изначальных возрасте. Но даже самые жестокие хозяева-Высшие без причины не выгоняли своих Роэтэ к храму Меркеля. Это считалось… неприличным. Туда попадали дерзкие, непокорные, не способные к обучению в школах или замышлявшие дурное против хозяина. Жизнь такого Роэтэ стоила очень немного, да и жили они недолго… Секс с ними стоил так дёшево, что для того, чтобы элементарно прокормиться и обеспечить себе ночлег, им требовалось обслужить не одного-двух клиентов в сутки, а гораздо больше. А ведь шлюха должна была выглядеть хотя бы минимально привлекательно, чтобы вызывать желание клиента - а это тоже стоило денег. От дурного питания и плохого обращения их Сила быстро уменьшалась, и они просто угасали – как свечи на ветру. Милосердные жрецы Меркеля порой подкармливали самых голодных и безнадёжных, в их же обязанность входило предавать умерших погребению. Ну, это только называлось погребением. Маги, владевшие заклятием Холодного Огня каждое утро сжигали этим заклятьем тела умерших за ночь так, что от них оставался только лёгкий серый пепел, который смывал дождь или уносил ветер. А места умерших каждый день занимали новые. Низших было много, плодились они, несмотря на все запреты жрецов, часто, многие не обременяли себя официальным вступлением в брак, ограничиваясь простым сожительством, и если в семье было двое или трое детей, остальным давали шанс добиться большего, пожертвовав наиболее слабым магически. Это для Высших один золотой – песчинка, многие из Низших не то что в руках такую монету не держали – даже не видели. Так что хозяева школ Роэтэ никогда не оставались без прибыли. Нерогабал окинул брезгливым взглядом небольшую площадь у храма, запруженную народом. В дни храмовых праздников здесь было благопристойно, а вот сегодня всё кипело и бурлило. Шлюхи, не обременённые избытком одежды и пытающиеся придать себе товарный вид при помощи дешёвых румян и помад и их не менее потрёпанные утренние клиенты, отчаянно торгующиеся за каждую серебрушку. Завидев Высшего верхом на нерге, клиенты насторожились, а шлюхи кокетливо подбоченились и начали бросать в сторону Нерогабала любезные взгляды. Смотрелось это настолько жалко, что у Нерогабала промелькнула мысль, что избавив одного из шлюх от такой жизни, он сделает благое дело. Он поморщился снова – для чувствительного носа Высшего смесь здешних запахов была просто убойной – запахи немытого тела, дешёвых духов, пота, грязной одежды, дешёвой еды, перегара от винных ягод и прочего смешивались, и аромат стоял настолько густой, что даже лёгкий утренний ветерок не добавлял воздуху свежести. Нерогабал бросил ещё один взгляд на продолжавших кокетливо улыбаться шлюх и задержался на маленькой тощей фигурке, стоящей с самого краю. Интересно… Мальчишка довольно смазлив, был бы просто красив, если бы не был таким отощавшим, черты лица тонкие, глаза большие, взгляд грустный, да и рожки маленькие – только-только вышел из детского возраста… Что-то не верилось, что он слишком глуп или необучаем, да и Сила в нём ещё чувствовалась. За что его так? Неужели совершил какой-то основательный проступок? Повинуясь какому-то непонятному импульсу, Нерогабал сделал мальчишке знак, и тот торопливо подскочил: - Чего желает господин? - Пятьдесят серебрушек – и ты едешь со мной. Мой приятель – любитель таких тощих, благодари его за это. - Благодарю, господин, - тихо и серьёзно сказал Низший и как-то странно глянул на Нерогабала. Тому стало как-то неловко, и он подумал, что одной жертвы может не хватить. И поманил другого парнишку – покрепче сложением, вертлявого, с порочным лицом. На лице тощего отразилась обида, а вертлявый взглянул на него с чувством превосходства. Но Нерогабал заявил: - Оба со мной пойдёте. - А мне вы тоже дадите пятьдесят серебрушек, господин? - Дам, - отрезал Нерогабал. – Полезайте назад. Балуй, Сумрак. Естественно, нерг возмутился, что придётся везти всякую шваль, но Нерогабал осадил его, мысленно попросив у любимца прощения. Нерг мрачно покосился кровавым глазом, но стерпел, когда мальчишки устроились за спиной хозяина в широком седле. Нерогабал хмыкнул, развернулся, но, прежде чем тронуть нерга в галоп, бросил на брусчатку площади маленький серый шарик и пробормотал заклятье. Он вовсе не хотел, чтобы кто-нибудь из чересчур болтливых шлюх упомянул где-нибудь о щедром господине на чёрном нерге. Артефакт активировал простенькое заклятье, через пару минут все забудут и о странном Изначальном, и о его нерге, и о двух шлюхах, которых этот странный господин увёз с собой. А Нерогабал мысленно приказал Сумраку перейти в галоп, перед этим приказав мальчишкам держаться покрепче. Нерг понятливо фыркнул, и сразу взял такую скорость, что улочки города понеслись по сторонам размытыми цветными пятнами. Охранявшие ворота стражники торопливо распахнули их, еле успев пропустить даже и не подумавшего тормозить Сумрака. Они прекрасно знали, что связываться с Высшим – себе дороже. За городскими воротами вилась дорога, ведущая в соседнее поселение, до которого даже на Сумраке нужно было мчать галопом почти сутки через густой лес Изнанки. Но в соседнее поселение Нерогабал не собирался. Его цель была гораздо ближе, но куда неприметнее. После нескольких часов скачки по лесу мальчишки начали уставать и беспокоиться. Похоже, до шлюх стало доходить, что щедрый господин купил их не просто ради секса, хоть и весьма извращённого. Однако Нерогабал ловко сумел навесить на обоих подчиняющее заклятье, и сопротивляться его приказам они больше не могли. Наконец Нерогабал достиг своей цели. Возле странного каменного истукана он остановился, огляделся и велел Сумраку свернуть в лес. Умный нерг, уже не раз возивший хозяина этой дорогой, понятливо фыркнул и свернул на практически незаметную тропинку, начинавшуюся как раз за каменным истуканом. Другие Изначальные этой тропинки просто не видели, Нерогабал ещё во второе своё посещение поместил за каменным истуканом небольшой артефакт, наложивший на тропинку чары отвлечения внимания. Теперь же нерг, казалось совершенно не уставший после скачки по дороге, двигался ровной нетряской рысью, ловко огибая коварные ветви деревьев, которые могли бы попасть всаднику в лицо. Спустя некоторое время Сумрак вывез своего хозяина и его невольных гостей на поляну, в центре которой виднелось странное каменное строение, отдалённо напоминавшее дом. Впрочем, больше всего это строение было похоже на большую кучу кое-как сваленных валунов. Нерогабал улыбнулся ещё раз. Это странное жилище обустроил в лесу изгнанный или бежавший из поселения Высший-отступник. Сам хозяин давно сгинул, а вот жилище осталось, и случайно нашедший его Нерогабал сумел подчинить себе магию, заложенную в строении. Именно там он и проводил большинство своих ритуалов, не желая привлекать излишнего внимания повелителя. Именно сюда он намеревался привести Лигарота – нечего его чистому душой брату делать во дворце Повелителя. Да и отец может не сдержаться… ведь брат воистину прекрасен. А здесь… Уж Нерогабал-то позаботится, чтобы Лигарот не скучал. Нерогабал тряхнул головой – не время сейчас предаваться пустым мечтаниям. Он насладится позже… позже… когда вернёт принадлежащее ему по праву. И даже если Лигарот этого ещё не понял – он, Нерогабал, знает лучше. Поэтому, подъехав поближе к каменной куче, Нерогабал велел шлюхам слезть с Сумрака и подождать. Те покорно подчинились, хотя в глазах обоих плескался уже не страх – ужас. Нерогабал же умело расседлал Сумрака и велел нергу отдохнуть, но бдительности не терять. Вороной понятливо фыркнул и первым делом отправился к лесному озерку, в котором обожал купаться. Сам же Нерогабал никогда не пытался войти в прохладную прозрачную озёрную воду – там водились весьма агрессивные рыбёшки, мелкие, но зубастые. А вот нергу с его дублёной шкурой их укусы что-то вроде лёгкого массажа… Кстати, о массаже. - Кто-нибудь из вас двоих умеет делать массаж? – поинтересовался сын Повелителя. Тот мелкий и тощий, которого Нерогабал выбрал первым, закивал и тихо сказал: - Я могу, господин. - Вот и хорошо, - кивнул Нерогабал и, начертив в воздухе специальный знак, открыл проход внутрь, кивком приказав мальчишкам проходить. Они и прошли – медленно, словно боясь, что на них может броситься что-нибудь кусачее. Но прошли они благополучно, а когда оказались внутри, с губ обоих сорвался судорожный вздох восхищения. Действительно, дом был значительно больше внутри, чем казался снаружи. Неизвестный Высший успел не только устроить для себя убежище, но и сделать его удобным, комфортным и даже несколько роскошным. Конечно, с жилищем обычного Высшего это не шло ни в какое сравнение, но Низшие жили куда хуже, часто обитая целой семьёй в одной комнате больших домов, и даже эта убогая роскошь могла показаться мальчишкам невиданной. Вошедшие сразу же оказались в просторном холле, пол которого был выложен каменными плитками, подобранными по цвету и складывавшимся в простой, но красивый узор. Из холла вело две двери – в столовую и в личные покои хозяина. Третья дверь – почти незаметная – открывалась в покои для слуг. Но слуг здесь не было, что порой довольно сильно напрягало Нерогабала, которому пришлось освоить специальное заклятие для уборки. Таким заклятиям специально обучали Низших-слуг. К тому же прежний владелец жилья везде разместил специальные артефакты, поддерживающие в жилище комфортную температуру, подогревавшие воду в небольшой ванной и в чаше на кухне, а также сохранявшие продукты в особом шкафу сколь угодно долго. Нерогабал хмыкнул и показал мальчишкам на неприметную дверь: - Пройдите туда и вымойтесь. Вы должны быть чисты как снаружи, так и внутри. И непременно смойте с себя всю дрянь, которой намазались. - Да, господин, - дрожащими голосами отозвались мальчишки, по-прежнему не способные ему сопротивляться. Нерогабал невольно задержался взглядом на тощем и подумал, что одной жертвы будет вполне достаточно. А вот слуга ему всё-таки нужен…