Мало.

Дождь рисует на стекле незатейливые узоры, капли скатываются и соединяются в вязи и переплетения. Тэхен сидит на подоконнике и пускает дым в форточку. Дожди уже неделю заливают Сеул. Тэхён точно знает, потому что первый зарядил когда ушёл Чонгук. Люди ноют, негодуют и чихают подтирая сопли. А Тэхёну нравится. Он только что зашёл домой. И на полу под окном лужа. Мокрая футболка липнет к хрупким ключицам и по началу приятно холодила, но сейчас нагрелась и Тэхён недовольно стягивает её и кидает в угол. Наверное у него температура. Он прислоняется лбом к холодному стеклу и блаженно смыкает веки. Ему хочется на улицу, под ледяные струи ласкающие лицо и тело, оплетающие тонкие запястья поднятые к небу, холодящие лицо, но там не покуришь да и подняться он не смог, хоть и пытался. Нездоровая тяжесть во всём теле сковывает и он так и засыпает на подоконнике, подтянув коленки в мокрых джинсах и обнимая себя за плечи. Тэхён размыкает веки, кажется, ночью, сквозь капли на стекле преломляются далёкие огни города превращая окно в световую инсталяцию. Тэхёну дурно, он с трудом спускается с подоконника и тянется к аптечке в кухонном шкафчике. Всё-таки заболел. 38,9. Он выпивает шипучую таблетку и съедает мандаринку по пути в спальню рассыпая оранжевые, в цвет его волос, кожурки по полу. Сбросив лишнюю одежду заползает под одеяло и снова засыпает. Ему снится какой-то прибрежный город, яркая зелень на фоне свинцовых туч, запахи его любимых цитрусовых, дождь барабанит по огромным листьям какого-то экзотического растения и остужает его самого. Он чувствует как прохладная влага проходится по щекам и остаётся на лбу. Так хорошо. Может быть, в его сне, где-то рядом с ним ресторан, потому что аромат мандарин перебивает более сытный. Курица? Укроп? Тэхён разлепляет веки и видит обеспокоенное лицо напротив. Губы поджаты, брови сведены в немом укоре, тёмные глаза блестят ожиданием. - Чонгук-а, я заболел - Тэхён пытается улыбнуться, но пересохшие губы трескаются парой ранок и он шипит. - Опять под дождём танцевал? Бестолковый... - Чонгук должен злиться, потому что Тэхён старше и вообще-то, по канону, он должен с ним носиться как с малым дитём, но всё наоборот. Но злиться он не может. Тэхён прямоугольно лыбится несмотря на кровоточащие ранки, пока Чон отжимает салфетку и снова промакивает его лицо. - Я тебе бульон сварил и кашу, поесть надо. - Гуки хмурится поддерживая голову хёна пока тот жадно пьёт воду из стакана, а тот мотает головой и тянет руки к парню: - Я не хочу есть, иди ко мне, я так долго ждал тебя. Чонгук вздыхает, но отдаётся в объятья, не боясь заразиться, прижимаясь ближе, притягивая за талию, утыкаясь в ключицу, вдыхая запах любимого. Всё-таки расстаться было плохой идеей, этот глупый хён без него не выживет. А Гуки и вовсе задыхался без этого запаха. Скорее всего это гель для душа, но парнишке уже кажется, что сам хён так пахнет. Мандаринами и грейпфрутом. Они засыпают, пока за окном солнце поднимается на чистое, без единого облачка, лазурное небо. Дождей в ближайшее время не предвидится.