Беглецы всегда возвращаются к старту

- Ты но ночам спать пробовала? - спрашивает Джен, вцепившись в моё плечо и легонько его тряся. Я привыкла засыпать где попало, а Джен привыкла безжалостно будить меня, как будто я беспробудно наслаждаюсь сном на протяжении дней. Первым делом я неловко дёргаю плечом, скидывая руку Джен, а потом ловлю на себе её удивлённый взгляд. - У тебя плохое настроение? Я тогда пойду, - откусывая край печенья, говорит она и идёт к входной двери. В полусонном состоянии я говорю ей, что она может остаться, но она отвечает, что ей пора уходить. Джен надевает свои ботинки, смотрится в зеркало, поправляя свои светлые волосы, а потом достаёт помаду из кармана своих шорт и принимается красить губы. - Чуть не забыла, - не отвлекаясь от своего дела, говорит она. - В ящике письмо было, я ещё не смотрела, что там. Оставила на столике рядом с едой. И, да, я реально купила еды. - Спасибо, - говорю я, сжимая губы и коротко кивая. У меня наверняка хмурый вид, если посмотреть со стороны. Джен уходит, закрывая дверь, а я иду к столику. Сон у компа отзывается мне ноющей спиной. Я раздражённо вздыхаю и открываю конверт, даже не читая, кто прислал письмо: Я знаю, проблем с сердцем у тебя нет. По крайней мере тех, которые может вылечить доктор. Поэтому я хочу разобраться с другими проблемами, если ты не против. Координаты можешь ждать вечером этого дня. - Да что за коматозники* в последнее время мне работу дают, - жмурясь от разочарования, говорю я вслух. - Может быть, ты и в моей собственной коробке за мной следишь, а? Если да, то настоятельно советую посетить специального доктора, псих!

***

Пару минут назад я получила сообщение с координатами места, к которому мне нужно подойти. Как я понимаю, анонимному психу не хочется облегчать мне жизнь названиями улиц, поэтому он решил поднять с моей помощью Гугл Мэпс*. Я выхожу из подъезда. На улице теперь солнечная погода, которая раздражает меня. К сожалению, я не взяла солнцезащитные очки. Придётся идти на встречу без них. Проходя мимо кофейни, мне хочется взять кофе с собой, но я одёргиваю себя, стараясь не терять времени зря. Быстрее приду туда, где меня ждут - быстрее закончу это дело. Не знаю, почему вообще следую указаниям, которые мне присылает аноним. С одной стороны, это опасно, ведь я не знаю, кто за эти стоит. Но с другой стороны мне любопытно. Я готовлю себя ко встрече с абсолютно чужим человеком. Мне кажется, что если это будет кто-то мне знакомый, то будет тяжелее. Хотя, что тяжёлого в какой-то встрече? Действительно. Что тяжёлого может быть во встрече с человеком, который как-то нашёл меня, а потом достал мои рисунки и практически вертел мной, как хотел какой-то отрезок времени. Минут через двадцать я дохожу до нужного места. На этот раз это обычный пустырь, на месте которого раньше было баскетбольное поле. Разломанные кольца и стёртое покрытие говорят о том, что здесь уже вряд ли кто-то играет, если исключить варианты людей, которые похожи на персонажей кино, одержимых мечтой играть как профессионалы. Пока я шла сюда, солнце скрылось за тёмно - серыми тучами. Мне кажется, что скоро хлынет дождь. Осенняя погода всегда бывает какой-то непонятной. Иногда мне кажется, что она очень похожа на людей: за один день солнце может смениться тучами и грозой, а потом вновь выглянуть на небе. Я шмыгаю носом, глядя по сторонам в поисках кого-нибудь из людей. Мимо площадки бродят прохожие, но никто не заходит на её территорию. Я жду минут пять. Мне надоело стоять, поэтому я присаживаюсь на стёртое почти что до асфальта покрытие. Начинаю нервничать, когда спустя минут семь никто не появляется. В голове вертится одна мысль: мне не говорили, когда приходить. Я могу проторчать здесь столько, сколько угодно либо мне, либо анониму. Я решаю, что буду ждать анонима. Не зря же я сюда всё-таки пришла. Конечно, родной комп и горячий кофе привлекательнее, чем хмурое небо, готовое закапать город осадками, и грубый пол, но мне хочется увидеть того, из-за кого я сюда пришла. Проходит пара часов и уже начинает смеркаться. На часах всего лишь семь вечера. Я стала странно спать. Я думала, что возле компа я проспала всего-то пару часов, но оказалось, что на сон я потратила намного больше времени. Вот так и получилось, что я сижу вечером на баскетбольной площадке и не могу понять, в каком именно месте я ошиблась достаточно крупно, чтобы быть так далеко от всего, что меня раньше интересовало. Но, может быть, вся соль в том, что всё это интересовало меня раньше? В последнее время я много рисую. Случайные посетители кафе, потягивающие ароматные напитки из белоснежных керамических кружек, становятся героями моих скетчей. Мне стало слишком всё равно, что рисовать, но этот процесс приносит мне чувство того, что я не живу свою жизнь напрасно. По крайней мере, после себя я оставлю несколько бумажек с неплохими результатами использования карандаша. - Ты не замёрзла? Надо мной нависает чья-то тень и, кажется, сердце замирает, когда я слышу знакомый голос. Я оборачиваюсь, но ничего разобрать не могу, потому что фигура садится рядом со мной. Теперь я вижу рядом почти не изменившегося Хоррора. Разве что он стал более худым или я слишком плохо запомнила его внешность? Внутри всё замирает и на несколько секунд я забываю, что нужно дышать. Рикки смотрит на меня, как будто мы видимся каждый день. Такое ощущение, что он ждёт от меня приветствия или чего-то в этом духе. - Ты... не злишься? - тихо спрашиваю я, а потом удивляюсь, какой глупый вопрос задала. Но это в любом случае лучше, чем неловкое молчание. Мысли в голове путаются слишком сильно, чтобы выдать что-то более стоящее. - У меня было время подумать, - чуть улыбаясь, говорит Рикки. - И ты придумал всю эту игру, чтобы... - Чтобы просто тебя увидеть. Этого недостаточно? - договаривает он вместо меня. Хоррор смотрит так обыкновенно, как будто всех странных посланий не было, как будто за этот год мы здорово сдружились, а я никуда не сбегала. Я не уверена в своих действиях, когда, прикусив губу, указательным пальцем дотрагиваюсь до его лица. Провожу линию от скулы до подбородка, пока он взглядом следит за тем, что я делаю. В бледном свете засыпающего города кожа парня выглядит слишком бледной для того, чтобы поверить, что передо мной настоящий человек. - Не спрашивай, что я делаю, - предупреждаю я. - Взамен не буду спрашивать то, что меня волнует о всей этой игре. Вместо ответа, он легко смеётся, как будто между нами нет никакой пропасти и никаких обид. Я хмурю брови, не понимая его, и отдаляюсь. - Я расскажу тебе, как тебя нашёл. А ты расскажешь мне, почему всё так бросила, ладно? - спрашивает Рикки, наклоняясь ко мне. - Ты же не против? - Против чего? - спрашиваю я, чувствуя его дыхание на кончике своего носа. Мне непривычно страшно смотреть в глаза Хоррора, поэтому я просто прикрываю свои веки и чувствую, как парень касается своими губами моей щеки.