Нечаянно затоптанный цветок

День не задался с самого утра. Серые облака затянули небо, редкие, сильные порывы ветра пронизывали до костей. Радость напрочь отсутствовала. Бывает пасмурный, мерзкий день, но на душе тепло. Настроение совсем не портится, хочется петь, творить добро, прекрасное. Встретиться со старыми друзьями не обращая внимания на непогоду. С этой было не так. В воздухе витала тревога. Небосвод постепенно чернел от затягивающих его туч, атмосфера становилась тяжелой. Эта погода так и шептала: «Берегись». Она будто предвещала, что-то ужасное. Такое, что ещё не случалось. Оно перекроет все тёмные моменты твоего прошлого и поставит одну, большую, уничтожающую точку. Хидан разбудил отца на рассвете, буркнул в трубку и бросил. Никто в жизни не осмеливался раздавать приказы главе, даже сын, но Хоту слишком хорошо его знал, тот просто так не потревожит. Поэтому молча собравшись, Харуно отправился по указанному адресу. Строение, принадлежавшее ему встретило сыростью, гнилью и какими-то химикатами. Раньше здесь был рыбный завод и благодаря вони производили героин. Но после полицейской облавы, его пришлось закрыть. Тогда Хоту хорошенько почистил свои ряды, выслушивая жалкие оправдания предавших его людей. Сейчас же он спускался по ржавой, винтовой лестнице в подвал, откуда доносились глухие удары, кашель, иногда проскакивали лёгкие смешки. По носу ударил противный запах кровавого пота. Парни развлекались. — Что тут у нас? — появление мужчины навело порядок внутри помещении. Члены группировки расступились, уступая дорогу верхушке. Образовалась тишина, даже тяжелое кряканье пленника испарилось. Лидер подошёл к последнему, подвешенному за конечности, приподнимая его подбородок. Злобная усмешка сходу появилась на лице, не предвещая ничего хорошего для прошлого товарища. — Я так плохо к тебе относился? глава был мягок, спокоен. Посторонний с лёгкостью подумал, что тот разговаривает с кем-то из близких, однако только его ребята знали, что данный ангельский тон пророчит смертную казнь. В глазах предателя виднелся бешеный страх с нахальной уверенностью. С чего вдруг ей там взяться, в принципе было плевать. Единственное, что его волновало, это какого чёрта один из его лучших лиц оказался крысой. — Господин, — с тёмного угла комнаты показался пепельноволосый. В левой руке он держал кинжал, а правой сигарету. Ещё раз затянувшись, он выкинул окурок и направился к отцу. — Этот молодой человек, — острие ножа уткнулось в плечо, вызывая болезненное шипение. — Хочет кое в чём признаться. — Правда? — наигранно-удивлённым голосом произнёс Харуно, внимательно смотря на бывшего подчинённого. — И в чём же? — Хидана вошел глубже в плоть, заставляя того говорить. — Знаете, — нахальная ухмылка образовалась на лице парня. — Вместо того… кх-кх… чтобы меня пытать, лучше бы провели больше времени со своей… кх… дочерью… — Все вон! Грубый голос главы эхом ударился о стены подвала, проникая в голову каждого присутствующего, вызывая табун холодных мурашек. Парни быстро покинули помещение, оставляя Хоту и Хидана наедине с предателем. — Сейчас, ты расскажешь мне абсолютно всё, — тихий, пронзающий своим ледяным тоном голос главы разнесся по помещению, заполняя каждый уголок старого завода. Руки парня дернулись, вызывая противный звук ржавеющих цепей. Хидан продолжал стоять с боку от парня, всё так же играясь кинжалом в его плече. Резкий толчок и кинжал вошёл в плечо по самую рукоять, вызывая ужасный крик боли. — Я тебя внимательно слушаю. — Ты ничего… кх… от меня не узнаешь, — прохрипел парень, с вызовом смотря в глаза Харуно-старшего. — Тебе легче меня убить. -Мне? Не-ет, — рассмеявшись, протянул Хоту. — Ты не моя добыча, а моего сына, — последний в свою очередь кровожадно улыбнулся, приветливо помахав ладонью. — Убить? Это очень трудно. Видишь ли, Хидану, очень трудно пересилить себя и подарить человеку спокойную смерть. Вот если бы я был обычным бизнесменом, предпринимателем, а может даже офисным жуком, я бы воспитал сына подобающие, но видишь ли… Мы живём в таком мире, где законы подчиняются нам, где самое беспощадное существо, это человек, — Хоту говорил это с улыбкой на лице, даже некоторым наслаждение. Он гордился сыном. Гордился тем, как воспитал его. — Но я воспитал его убийцей, беспощадным мучителем, который… — Хватит, — перебил главу парень. — Ты не дашь своему родному сыну мучить человека, тем более у тебя на глазах. Мы все знаем, как ты относишься к семье. — Уверен? — левая бровь главы приподнялась, делая его лицо насмешливым. Хидан хмыкну и развернувшись, подошёл к небольшому железному столику. На нём аккуратно было выложены разные виды оружия. Огнестрельные, холодные, различные щипцы, пару скальпелей и маленькие иголки, которые он и взял. — Как для мужчины, у тебя слишком аккуратный маникюр, — тихий голос Хидана заставил вздрогнуть парня, сжав пальцы в кулак. На это действие пепельноволосый только усмехнулся и схватив пальцы предателя, с лёгкостью разжал их. Первая иголка вошла быстро, вызывая крик боли, раздирающий глотку пленника. Голос парня сорвался быстро, что слегка разочаровало обеих Харуно. — Так что там у нас по информации? — Пошёл… кх… к чёрту, — следующая порция боли не заставила себя ждать. В этот раз Хидан растягивал удовольствие. Длинная, тонюсенькая иголка медленно входила под ноготь парня, прорывая кожу, проникая всё глубже под пластину. Как кровь стекавшая по руке бывшего члена группировки, так и наслаждение растекалось по телу Хидана. Он любил пытать людей. Он не был психом или чем-то на подобие, хотя Саске и Наруто всегда его так называли, когда наблюдали за тем, как он пытает. Хидан же думал иначе. Зачем давать предателю, который сам выбрал свой путь легкую смерть? Погружаясь в мир преступности, он учил их законы, порядки. Он выбирал себе наставника, покровителя и клялся ему в верности, зная при этом, что будем, если он нарушит клятву. Знал об ужасных последствиях этого предательства. Так почему? Даже обычные люди, называют близких, которые их предали, монстрами. Так почему это он монстр, а не паренёк, который повёлся на крупную, но смертельную наживу? Дыхание пленника было тяжелым и прерывистым. Он вспотел, а тело пробивала мелкая дрожь. Всё тело горело, его будто сжигали изнутри. Силы кричать были, но из-за охрипшего голоса, это было трудно, поэтому он просто периодически хрипел. Хидан улыбался, слегка наклонив голову в бок и рассматривал свою добычу. Тот в свою очередь не отводил взгляд и продолжал смотреть в глаза пепельноволосого. — Давай попытаемся ещё раз, — произнёс Хоту, наблюдавший за этим со стороны. — Кто? И зачем? — Не скажу. Иди в зад. А-а-а… — третья игла вошла резко, полностью, упираясь в кость, тем самым вызывая новую, более сильную порцию боли. Хидан не стал церемониться и вонзил ещё одну, затем ещё и ещё. Хриплый крик разнёсся по помещению, заставляя Хоту поморщиться и тот не выдержав, подошел к столу, и взяв ножницы, отрезал парню фалангу мизинца. Кровь брызнула фонтаном, попав на лицо и рубашку главы. Лицо мужчины ничего не выражало. Полное спокойствие. Хидан искренне удивился поступку отца. Хоту вот уже несколько лет не участвует в убийствах лично, а в пытках тем более. И этот резкий выпад со стороны главы приводил его в некое замешательство. — Надо же, — произнёс сын, скрестив руки на груди, наблюдая за тем, как отец снимает рубашку и вытирает ей лицо. — А ты всё ещё на что-то способен. — Молчал бы, — усмехнулся глава и вновь взяв ножницы, подошёл к предателю. — Я буду отрезать тебе палец за пальцем, потом перейду на ноги, затем к самому сокровенному выступу у мужчин… а может начать с него? — Хоту водил острием ножниц по телу парня, не отрывая взгляда от его лица. Злобная усмешка красовалась на лице якудзы, придавая мужчине более зловещий вид. Злобный шепот проникал под кожу предателя, приводя его в чувство. Тот сглотнул кровавую слюну, закашлявшись. — Молчишь? Ладно. Он весь твой, сынок. И отдав ножницы, развернулся, направляясь к лестнице. Парень что-то прохрипел, привлекая внимание. Хидан влил в его глотку стакан воды, давая возможность что-то произнести. — Тебе её не спасти, — бывший член группировки поднял голову, уверенно посмотрев на главу. — Она уже покойник, Хоту. — Мы на это ещё посмотрим. — Брось, — продолжил парень, слегка улыбнувшись. Он дёрнул руками, болезненно поморщившись. — Освободи и я расскажу. Хоту кивнул, продолжая стоять около лестницы. Хидан ослабил цепи из-за чего пленник рухнул на колени. — Говори. — Как думаешь, Хоту, сколько протянет… кх… твоя новоиспечённая дочурка? — глава злился и это было видно. Никто, кроме Хидана, его друзей и Киками с Токимурой не знал о её существовании. Да, он брал её с собой на приём, но для всех она была представлена как подстилка Учихи Саске, не более. — Ты правда думал, что если привезёшь её сюда, то ничего не случится? Господин, как только её нога ступила на эту землю, она потянула за собой череду необратимых событий. Эта девушка… кх-кх… магнит боли и потерь. Одно её существование несёт разрушение всей системы. — Заткнись… — Внучка корейского мафиози… Звучит как приговор, — парень продолжал усмехаться, глядя на главу. — Сколько лет вам понадобилось, что создать союз? Сколько людей вы потеряли, чтобы вырезать корейцев из системы Японии? Сколько крови на ваших руках и всё из-за чего… из-за проклятого мира между Кореей и Японией. И вы готовы всё это потерять ради какой-то девки? Семья всегда была твоей слабостью, Хоту. И эта слабость нас всех погубит. — Об этой девушке практически никто не знает, — Хоту говорил тихо, но достаточно, что бы уши этого предателя уловили его слова. В горле встал ком. Ком правды и досады. Как бы он ненавидел этого парня, как бы он его не призирал за проступок, но тот был прав. Чертовски прав. — Оу…кх… ты видимо не в курсе. Хоту, многоуважаемый господин, о пополнении в твоей семье знает вся Япония, — мужчина замер, медленно переведя взгляд на сына, который так же смотрел на отца. — Сакура Харуно, розоволосая красавица с трудной судьбой. Внебрачная дочь японского мафиози и внучка корейского. Харуно, как думаешь, долго ли с тобой будут оставаться твои люди зная о том, что ты принёс на их землю войну? — глава отвернулся, начиная медленно подниматься по лестнице. — Эта девушка яд! Кх… Она погубит всех нас, слышишь?! — парень пытался перейти на крик, что удавалась ему с трудом. — Избавься от неё пока не поздно! — Кончай с ним, — громкий голос главы донёсся до ушей Хидана, вызывая на его лице улыбку. — Развлечёмся? *** Хоту Харуно сидел на заднем сиденье машины, пока его везли домой. Взгляд мужчины был устремлён в окно. Он о чём-то усердно думал. Тяжёлые вздохи из его груди вырывались чаще чем ему хотелось, что вызывало беспокойство на лицах его друзей. — Господин, — обратился Киками к другу. Тот никак не отреагировал, продолжая наблюдать за менявшимися картинами за окном. Киками глянул на Токимуру, сидящего за рулём. Тот только пожал плечами, так же находясь в неведенье как и его напарник. — Сакура всё ещё в больнице? — внезапный голос главы испугал ребят. Кикаки обернулся на друга, отвечая на вопрос. — Нет, господин. Её утром выписали, она уже в особняке. — Хорошо, везите меня домой, — спокойно произнёс Харуно, продолжая смотреть в окно. Все мысли в его голове были заняты предстоящем разговором с дочерью