День Победы

Суббота, 3 апреля 1998, О поисках и опасностях

Мягко говоря, я был крайне недоволен результатами долгожданной вылазки во внешний мир. Я-то собирался зависнуть над книгами до победного, пока не разрешу свою проблему, а в итоге спустил все планы книзлу под хвост. Мне, кстати, было не так-то просто выделить время на изыскания. Даже если забыть о риске разоблачения моих прогулок повстанцами, мне не нравилось пропускать собрания, которые касались поисков «предметов». На них я по крупицам собирал информацию о Темном Лорде (хотя ее частенько приходилось выуживать из огромного вороха скандалов и сплетен), а в прошлый раз Муди упомянул, что нашел неопровержимые указания на то, где искать один из объектов. Мне с трудом далось решение променять собрание на унылое копание в книгах, но тогда я счел это более приоритетным. В итоге вместо чар и заклинаний я обогатился уймой историй о хаффлпаффцах, начиная со времен основателей, а с языком одного из них познакомился ближе, чем хотелось бы. Также я узнал, что в глазах остального мира я выгляжу «явным геем»... и что у людей принято засовывать свой язык в глотку незнакомцу, если тебе показалось, что у вас совпадает сексуальная ориентация. Думаю, тут и троллю понятно, что шел я туда совсем не за этим. Остается только добавить, что я зарекся появляться там в рабочие дни недели, чтобы снова не напороться на Седрика. Когда полученная мною карточка нагрелась, сообщая об успешной активизации, я задумался о втором походе в библиотеку. В этот раз чтобы избежать неудачи, я составил список приоритетов: 1) не попасться на глаза «языкастому» библиотекарю; 2) убедиться, что остальные повстанцы не обнаружат моего отсутствия; 3) обеспечить достаточный запас времени, чтобы решить свою проблему в один заход; 4) избавить себя от унизительной встречи с Темным Лордом на торжественном шествии. В итоге я назначил операцию на 3 апреля: в связи с праздником в библиотеке будет минимум посетителей, а повстанцы как раз собирались на поиски загадочного «предмета». Муди был единственным, кто знал о назначении искомого «объекта», но молчал на эту тему, как… партизан, кем собственно и являлся. Но охота, по-видимому, обещала быть опасной – задачу поручили трем лучшим бойцам... а в нагрузку им всучили Невилла. Я всю голову сломал, гадая, зачем Муди это понадобилось. Может, он надеялся, что своей медлительностью Невилл отвлечет врагов на себя, и все остальные успеют сбежать? Или что тот будет активировать собой ловушки, расчищая путь основной группе? Не то чтобы я не понимал всю низость своих мыслей, Невилл не заслуживал такого отношения, просто я никак не мог избавиться от зависти к ровеснику. Разве не я тренировался все эти годы, как проклятый? Разве не логичнее было бы отправить вместе с ними меня? Они, кстати, снабдили его позаимствованной у меня мантией-невидимкой. Я не посмел им отказать, так как не хотел, чтобы смерть мальчика оказалась на моей совести. Руководить миссией поручили Сириусу, что только добавило мне уверенности в правильном выборе даты вылазки. Оставшись в лагере, я бы все нервы себе истрепал, дожидаясь его возвращения. В библиотеке я хоть делом буду занят. Итак, я встал сегодня пораньше и позавтракал вместе с Сириусом. Ели мы молча. Он, взбудораженный предстоящей экспедицией, бросал на меня неодобрительно-понимающие взгляды, думая, что я ничего не замечаю. Крестный был уверен, что в этом году я снова отправлюсь на праздничное шествие, впрочем, я его не разубеждал. Зачем разрушать такое славное прикрытие? Расправившись с завтраком, я сказал, что собираюсь помедитировать, чтобы укрепить ментальные щиты. В дверях я притормозил и встревожено оглянулся. Меня одолели сомнения. — Иди, Гарри, — чуть заметно улыбнулся он. — Повеселись, как следует. Я буду еще занят, когда ты вернешься. — Ага, хм, тебе тоже не скучать, чем бы ты там не занимался. Поужинаем сегодня вместе, поболтаем, да? — Договорились, Сохатик, — добродушно усмехнулся он и подмигнул. — Ладно. Тогда хорошего тебе дня, — попрощался я с легкой улыбкой и вышел. Снова оказавшись на рыночной площади Эдинбурга, я сразу обратил внимание на свежевозведенные большие экраны – продукт новейшей технологии, созданный на основе двухсторонних зеркал, владельцы которых могли общаться друг с другом на расстоянии. Экран назывался «окном», а технология позволяла множеству «окон» показывать события, происходящие в том месте, где установлен специальный «уловитель». Скорее всего, эта технология появилась у нас благодаря маглорожденным, для которых отсутствие камер и телевизоров в волшебном мире стало шоком. Сегодня новомодные «окна» будут транслировать праздничное шествие. Все людные места волшебного мира оснастили экранами, чтобы любой желающий мог послушать речь Темного Лорда. Правда, по моему скромному мнению, с личным присутствием это не сравнится. Я подошел к библиотеке и осторожно приоткрыл дверь. Я бы с удовольствием прокрался под невидимостью, да боюсь, охранным чарам этот фокус не понравится. Ничего не поделаешь, придется идти в открытую, уповая на отсутствие треклятого библиотекаря. Я скорее брошусь под кастрирующее проклятие, чем позволю досадному конфузу сбить меня с цели. Не могу же я так опозорить свое гриффиндорское происхождение! Я глубоко вдохнул и вошел внутрь. За регистрационным столом сидела девушка. Я протянул ей свой абонемент, а сам бегло осмотрел помещение – вдруг этот одержимый работает где-нибудь среди стеллажей? — Вы ищете Седрика, да? — спросила девушка, и я невольно развернулся к ней. — Что? — недоверчиво переспросил я. — О, просто вы так оглядываетесь, словно кого-то ищете, а девушки и парни, вроде... ну знаете, вроде вас, частенько заходят сюда посмотреть на него. — У меня внутри все заледенело. Надеюсь, она говорит не о том, о чем я думаю. — Вы имеете в виду хаффлпаффцев? — задал я наводящий вопрос. Может она догадается завершить этот неприятный разговор? И вообще, что за тип этот Седрик? Неужели он всем «приятным посетителям», так же, как и мне, предлагает свою «благосклонность»? У нее вырвался нервный смешок. — Ой, извините, хм. Значит, вы его знаете? — спросила она, не вняв моему намеку. — У меня нет желания его обсуждать, я пришел сюда читать, — честно говоря, меня уже достала ее настойчивость. — Ах да, простите, сэр. Теперь припоминаю. Он дал мне ваше описание, на случай, если вы появитесь. Просил передать вам свои искренние извинения за случившееся... — Хорошо. Пожалуй, я пойду. Добрый день, — резко бросил я, не желая ни одной лишней секунды тратить на неприятные воспоминания. — Добрый день! — крикнула она мне вслед, когда я уже спешил к разделу чар. Так-так-так... неотслеживаемые средства связи, где же вы?

***

Сириус Блэк знал о нездоровом увлечении крестника Темным Лордом. Не слепой же он, в конце концов. И, естественно, он был обеспокоен сим фактом. Но за годы своего «отцовства» он твердо усвоил один урок: любые запреты лишь увеличивают в детях тягу к запретному. А если бы многолетний опыт с Гарри его ничему не научил, то собственная жизнь тоже подтверждала эту теорию как нельзя лучше. Так что за завтраком он сдержал свой порыв не пускать Гарри на шествие, надеясь, что в ответственный момент, тот вспомнит о вырастившем его человеке и его неизбывной заботе и примет правильное решение. Однако этот вопрос недолго занимал его мысли – его жизнь тоже не стояла на месте, и разворачивающиеся в ней события требовали пристального внимания. Возглавляемая им группа стояла у полуразрушенной лачуги с приколоченной к двери дохлой змеей, судя по степени разложения, умершей еще при Мерлине. Эммелина в компании Гестии исследовала хижину на предмет защитных чар, Кингсли сканировал периметр и устанавливал чары иллюзии, отводящие внимание, а Невилл... Ну, Невилл прятался под мантией-невидимкой и, должно быть, дрожал от страха. Зачем Муди навязал им этого ребенка, Сириусу было невдомек. При любом раскладе Гарри был бы в десять раз полезнее Невилла, но по причинам, понятным только Муди, тот и на сотню миль не хотел подпускать его крестника к «эпическому поиску таинственных предметов» (как окрестил Сириус этот странный «квест»). Он снова посмотрел на хижину. Когда-то в этой лачуге жили Гонты – надменные потомки самого Салазара Слизерина. Даже дом на площади Гриммо выигрывал на фоне этого убожества. От такого сравнения его мать, наверное, в гробу перевернулась... Кингсли кивнул, показывая, что закончил с отводом глаз. Изобразив рукой знак «следуй за мной», Сириус двинулся к двери. Едва он приблизился, как мертвая змея ожила и бросилась на него. Он увернулся, и она, брякнувшись о землю, зашипела. Резкий взмах палочки – и гадкая рептилия рассыпалась пеплом. Он шумно выдохнул. А вот и первая ловушка, и, скорее всего, не последняя, раз эти развалины до сих пор активны. Он оглянулся, удостоверился, что с группой все в порядке, и, снова развернувшись к двери, снес ее с петель взрывным проклятием. Если их там поджидает толпа инфери, они успеют подготовиться, пока те будут до них добираться. Дверное полотно с грохотом рухнуло на землю. Внутри царила тишина. Сканирующее заклинание никакой активности не выявило. Он достал из кармана специальный шар, зажег его сильнейшим Люмосом и бросил внутрь. Тот ярко вспыхнул и взорвался, освещая каждый уголок. Теперь его частицы, пропитанные заклинанием, разгонят тени примерно на полчаса. Опасно занимать палочку Люмосом, когда в каждом углу тебя подстерегает опасность. Он осмотрел комнату, но свет не помог обнаружить ничего нового. Может это место все же заброшено? А змею оживила остаточная темная магия? Следующим шагом он использовал зонд, определяющий наличие темных проклятий. Тоже безрезультатно. Может, Муди ошибся, и здесь ничего нет? Не теряя бдительности, он дважды махнул левой рукой, приказывая остальным членам группы прикрывать ему спину, и ступил на порог – с палочкой наготове. Никаких изменений. Сириус шагнул внутрь хижины. И ту же секунду почувствовал, как активизируются охранные чары. «Дерьмо!» — мысленно выругался он. В крови забурлил адреналин, а с языка чуть не сорвалось защитное заклинание. Ничего не шелохнулось, но вход затянуло пеленой барьера, едва уловимой для его восприятия. Его магическое зрение стало слабее, чем в юности – убежав из дома Блэков, он позабыл о тренировках, хотя с тех пор неоднократно проклинал свою лень. Гарри теперь гораздо опытнее его в этом плане. Он бы не только разглядел тут все слои чар, но и смог бы их проанализировать. Но даже его куцых навыков хватило, чтобы опознать защитные кровные чары. Это было скверно, очень скверно. Чары, завязанные на кровь такого чистого, сильного рода, как Слизерин, практически нерушимы. Черт-черт-черт! Хорошо хоть он один застрял в этой ловушке. Он смутно слышал, как остальные пытаются разблокировать дверь или снести стены, но знал, что это бесполезно. Есть только два способа выбраться отсюда: быть выпущенным кровным родственником зачаровавшего или отыскать сосуд с кровью – обязательный якорь подобных чар. Он снова применил сканирующее заклинание – никакого эффекта. Блэк медленно выдохнул, успокаивая нервы, и приступил к обыску. Если он найдет сосуд с кровью раньше «таинственного предмета», он тут же его разобьет и свалит отсюда. И к гиппокрифам Муди с его «хотелками». Одно из правил, крепко-накрепко вбитых ему в голову блэковским воспитанием, гласило: даже не пытайся бороться с магией крови более древнего рода, чем твой, – все равно проиграешь. Без вариантов. От стресса он весь взмок. Тут его взгляд упал на висевшую на стене картину – та совершенно не вписывалась в обстановку. Вот так просто? Спасибо, Лили, за знакомство с магловкими детективами! Он поспешил к картине. И едва не оказался нашинкованным на мелкие кусочки следующей ловушкой, разрядившейся залпом режущих проклятий. Он бросился на землю и окружил себя щитом. Проклятья, однако, не спешили сдаваться – промахнувшись первый раз, они развернулись и снова нацелились на потревожившего их человека. «Что за чертовщина творится с этим заклинанием! Нужно чем-то их блокировать, иначе жизнь бравого повстанца Блэка сейчас оборвется к великому разочарованию дам, хе-хе», — он нервно рассмеялся себе под нос, снова уклоняясь от настырного заклинания. Заметив в поле зрения кухонный стол, он призвал его, выставляя на пути проклятий. Стол взорвался, и Сириуса отбросило к стене взрывной волной. Скорчившись на полу, он наложил на себя мощнейший из щитов, закрыл глаза и приготовился к худшему. Потянулись секунды ожидания – ничего не происходило. Приоткрыв один глаз, он увидел, что от стола остались щепки, а заклинание исчезло. Глубоко вздохнув от облегчения, он вытер рукой лоб, и огляделся по сторонам, переводя дыхание. Кругом снова царили тишина и разруха. Разруха после уничтожения залпа режущих проклятий, или чем они там были, даже увеличилась. Ему понадобилась секунда, чтобы оценить ситуацию. Если перед портретом была установлена ловушка, значит он, скорее всего, на правильном пути. Он медленно поднялся и подошел к картине. На ней была изображена уродливая женщина со змеей на шее. К счастью, портрет не был зачарован, и «леди» не отреагировала на его приближение. Применив все известные ему сканирующие заклинания, он выяснил, что сама картина девственно чиста, но прямо за ней спрятан аномальный сгусток темной магии. Бинго, как говаривала Лили. Он отлепил это уродство со стены взмахом палочки и отбросил его в сторону. За полотном скрывалась небольшая ниша, а в ней на скромном постаменте лежало кольцо. Сириус чуть склонился, чтобы поближе рассмотреть находку. Поняв, что высечено на камне перстня, он в шоке отшатнулся, беззвучно ахнув от удивления. Нет, нет, это невозможно! Символ Даров смерти! Любимая сказка брата! Они реальны! Регулус всегда мечтал, что соединит их мощь и станет хозяином смерти. Сириус изводил его насмешками, а мать, напротив, поощряла эту ересь. И теперь он понял, почему. Сказка оказалась былью... Перед ним был Воскрешающий камень... Сириусу вспомнилось все, что он потерял на войне. Неожиданная мысль молнией пронзила его мозг. Джеймс, Лили, Альбус, даже юная Нимфадора! Он мог бы их всех вернуть! А Гарри познакомить с его родителями! Сириус представил восхищенную улыбку Гарри, впервые увидевшего своих родителей. Он кинется к ним, сожмет мать в объятиях, и тихо заплачет, а отец будет успокаивающе поглаживать его по спине и рассказывать ему, как он им гордится. И тогда Гарри повернется к Сириусу и поблагодарит его за возвращение родителей. Скажет, что это лучший подарок в мире, и признается, как сильно его любит. А Сириус снова обретет лучшего друга. Потом Блэк вернул бы их учителя и навсегда распрощался бы с бесцельным однообразным существованием и ощущением, что мог бы получше распорядиться собственной жизнью. И своего брата. Своего бестолкового младшего братишку, который хоть и связался не с той компанией, но успел перед смертью раскаяться в своем выборе. А потом он отдал бы камень Регулусу, сказав, что сохранил его для него. Пока его разум строил воздушные замки, а взор жадно упивался видом чудесной реликвии, рука потянулась вперед и почти коснулась кольца. Ему так хотелось вернуть своих близких. И разделить с ними груз ответственности. Пальцы сомкнулись вокруг кольца в мимолетной ласке, наслаждаясь полировкой металла.

***

Откинувшись на спинку стула, я энергично покрутил шеей и плечами, разминая затекшие суставы, и окинул свои записи довольным взором. Проверю выкладки на практике, и мое бездействие останется в прошлом. Наконец-то я смогу помогать аврорам в защите населения. Я как раз собирал со стола исписанные мной листы, когда в зал ввалилось несколько спорящих о чем-то посетителей, которых тут же призвали к порядку. Очевидно, Темный Лорд уже закончил свою речь. Ну да ладно, мне это все абсолютно фиолетово. Могу поспорить, что он снова вещал о том, как прекрасен этот мир, и как он гордится своим стадом овец. Я собрал вещи и вышел из библиотеки. Люди на улице активно обсуждали услышанное. Что-то было не так. Я нахмурился и углубился в толпу, пытаясь понять, о чем говорил Темный Лорд. — ...Обернется тотальной гражданской войной? — Наконец-то он решил раз и навсегда разобраться с повстанцами. Давно пора, скажу я вам. Если бы я был... — Но действительно ли они так опасны? — ...В Косом переулке два года назад. Не люди, а самые настоящие вандалы. Они разрушили все на своем пути и забрали с собой все ценное... — Видал, что случилось с Темным Лордом? — Да, оборвался вдруг на полуслове, жуть да и только. Не думал, что он подвержен сомнениям… — ...А эта странная смена темы посреди выступления... — ...Кажется, перед речью, он выглядывал кого-то в толпе... — ...Как быстро он ушел после речи? Обычно спешка не в его правилах... Одна минута разговоров, и мой мозг чуть не вскипел от обилия информации. Темный Лорд решил разобраться с повстанцами? И хотя эта новость удачно вписывалась в мои планы, всем, кого я знал, она не сулила ничего хорошего. Я никому из них не желал смерти, просто хотел, чтобы повстанцы опустили палочки и начали новую жизнь. Однако если верить слухам, Волдеморту было не свойственно щадить врагов на поле боя без веских на то причин. Неуверенность и чувство вины вспыхнули во мне с новой силой. Что мне делать? Следует ли мне делиться с Авроратом сведениями о запланированных рейдах, если это может убить моих близких? Кое-что из сказанного меня испугало. Темный Лорд покинул праздник в спешке. Что если он решил разобраться с проблемой прямо сейчас? Гадство! Сегодняшняя миссия Сириуса! Должно быть, Лорд обнаружил, что за его «предметами» началась охота! Дерьмо! Сириус! Я молнией метнулся с рыночной площади, чтобы скорее аппарировать в поселок.