День Победы

Четверг, 8 апреля 1998 Последствия

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох... Перед моим внутренним взором снова замелькали образы Сириуса, и сердце болезненно защемило. Я со стоном вернул свои эмоции под контроль. Вдох. Выдох. Я думал обо всем, что не успел ему сказать. Вспоминал наш последний завтрак, прошедший в напряженном молчании. Какая напрасная трата времени. Сейчас я пожертвовал бы чем угодно, чтобы вернуться туда. Я мог бы поведать ему о своих сомнениях и жизненных планах и наверняка нашел бы у него понимание. Мог бы рассказать, что видел Тонкс живой и невредимой. Почему я этого не сделал? Какого гоблина я позволил ему горевать о ней, лишь бы скрыть свою самовольную вылазку в Косой переулок... Как я ухитрился превратиться в монстра, лицемерно прячущего истинное лицо от человека, единолично заменившему ему родителей и наставников? Перед смертью он сказал, что гордится мной и любит меня как сына. А какие последние слова он услышал от меня? Эгоистичные мольбы не оставлять меня. Что за ребячество. Пора бы уже повзрослеть. «Запомни уже раз и навсегда, что мир не вращается вокруг тебя, и прекрати упиваться жалостью к себе, — отчитал я самого себя. — Не хочется ему, видите ли, выполнять возложенную на него «миссию»! По крайней мере, раньше тебя любили, и ты был не один. Как сейчас». Я тряхнул головой, избавляясь от непрошеных мыслей: «Кому сказано, отставить жалость к себе!» Снизу послышался стук в дверь. Последние дни жители поселка повадились таскать мне еду, желая хоть как-то поддержать меня. Но я больше не чувствовал себя частью их общества. Именно они поручили Сириусу эту бредовую миссию по поискам каких-то дурацких «предметов», из-за которых его убили. Кого заботят эти долбанные штуковины? Даже будь они из чистого мифрила, я бы считал их поиски пустой тратой времени и неоправданным риском. Они не стоят жизни моего крестного. Я встал и неторопливо спустился по лестнице. Открыв дверь, я на несколько секунд зажмурился, ослепленный солнечным светом. Я уже пять дней как не высовывался из дома. И все это время бездельничал. С тех пор как мне исполнилось двенадцать, у меня ни разу не было таких длинных каникул. На крыльце стоял Муди. Наверное, пришел проповедовать о пользе злосчастных тренировок. — Что? — ворчливо спросил я. — Дерьмово выглядишь, Поттер. Я безрадостно рассмеялся: — Можно подумать, меня это заботит. — Позволь мне войти, Поттер. Мне нужно поговорить с тобой. Я чуть сдвинулся, пропуская его внутрь. — Тебе, парень, душ бы не помешал. — Можно подумать, меня это заботит, — повторил я. Он вперил в меня внимательный взор. Понятия не имею, что он во мне высматривал. В ответ я выгнул бровь. Его волшебный глаз закрутился. Зачем ему понадобилось так старательно обшаривать мою халупу, я не знал и знать не желал. Громко выдохнув, я захлопнул входную дверь и поплелся в гостиную. — Я бы предложил вам чаю, но не хочу давать лишних поводов задержаться. Он неодобрительно прищурился. Фыркнув в ответ, я рухнул на диван. — Заканчивай с этой драмой, Поттер. Я пришел не ради твоих фокусов. — Легко. Только забуду, что вы отправили моего крестного на смерть... — Это не так. Об этом я и пришел поговорить, — перебил он, не сводя с меня пристального взора. — Тебя не было в тот день... — начал он. — А если бы был? — дерзко вставил я. — Твой крестный запаниковал. Решил, что тебя захватили в плен, и ничего мне не сказав, взял с собой Вэнс, Джонс и Шеклболта и отправился тебя спасать. Его убили, потому что одному слабоумному бунтующему подростку захотелось денек покуролесить. — Куда он пошел? — спросил я. Хотя я ни на секунду не поверил Муди, мое сердце невольно ускорилось. Чего он добивается? Зачем он мне врет? — О чем ты, парень? Я же сказал – он пошел за тобой. — Как он меня выследил? Каков был его план? Куда он направился? — По аппарационному следу он... — Я не аппарировал, — перебил я, пытаясь поймать его на лжи. — Ладно, ты не аппарировал. Я уже говорил, что он не делился со мной планами перед уходом. Я не знаю, каким образом он отправился за тобой. Возможно, он этого и не делал. Возможно, он сразу... предположил худшее и рванул в логово Темного Лорда. — То есть, заметив мое четырехчасовое отсутствие, Сириус заключил, что меня пленили и держат в крепости Темного Лорда? — Да, этот идиот слишком любил тебя и беспокоился о тебе. Поэтому он пошел туда и в битве с Волдемортом положил всю команду. Я заскрежетал зубами от гнева. — Хватит молоть чушь, Муди. Мы оба знаем, что он так не поступил бы. Его команда отправилась выполнять ваше задание, и вся погибла, потому что вы недооценили опасность. Он упоминал об этом перед уходом. Так что не пытайтесь переложить вину на меня. Вам не удастся с помощью смерти крестного превратить меня в послушную марионетку, наподобие всех остальных... Вы мне омерзительны, — последние слова вырвались у меня помимо воли. На его лице промелькнуло удивление, прежде чем он зашелся хохотом. Каждый звук, исторгаемый его уродливым ртом, лишь сильнее разжигал мою ярость. — Видишь ли, Поттер, именно это мне в тебе и не нравится. Узнаешь пару фактов, и сразу бежишь делать неверные выводы. Мы все здесь из кожи вон лезем, чтобы помочь тебе и хоть чему-то обучить, и вот как ты нас отблагодарил? Критикуешь то, в чем ни хрена не смыслишь, судишь о вещах, находящихся за пределами твоего понимания... Ты похож на новичка, вступившего в игру, не зная правил. Идет война, Поттер. И я в ней генерал. Я посылаю людей на задания, и иногда они умирают. Это моя работа. Добро пожаловать в реальность. Тебе чертовски повезло, что до сих пор ты не сталкивался с настоящей жестокостью. «Если бы ты захотел, Муди, здесь давно царил бы мир. Но ты так дорожишь своим генеральским чином, что специально затягиваешь эту войну...» — мысленно ответил я, а вслух с подозрением спросил: — Зачем же вы мне врали? — Дракклов упрямый мальчишка. Я и не сомневался, что ты мне не поверишь. Хотел разбудить в тебе чувство ответственности, чтобы ты задумался о собственной роли в этой войне. До сих пор ты лишь просиживал задницу, пока остальные вкалывали вместо тебя. — Меня никогда не пускали на собрания... — Потому что твой крестный вечно старался оградить тебя от реальности! Будь моя воля, ты бы уже с четырнадцати лет принимал участие в этих клятых собраниях. Ага, вот только с моего наблюдательного пункта все выглядело совсем иначе. Или я выдумал все твои оскорбления? Как там было..? Ленивый и некомпетентный? Не в меру впечатлительный? Слишком незрелый? — Не уверен, что хочу ходить на собрания... Мне даже нет восемнадцати... Мне было интересно, скажет ли он что-нибудь про Невилла, который уже пару лет был завсегдатаем их сборищ. — Хорошо, ребенок. Но мы потеряли наших лучших бойцов, без твоего участия в рейдах нам придется тяжко, и кто-нибудь обязательно пострадает. — Так откажитесь от рейдов. Это избавит вас от бессмысленных жертв. Он побагровел. На его лбу вздулись вены, грозя вот-вот лопнуть. Ха, похоже, я все-таки довел его до бешенства. — Предлагаешь отказаться от войны? Бросить все, над чем мы работали последние тринадцать лет? — Да, если в этом нет смысла. На мой взгляд, Он вполне успешно справляется со своей работой. Если вы прогуляетесь за пределами этих чар, то найдете там счастливых людей, которые именно нас считают «плохими парнями»... — А как же маглы? — О чем это вы? С ними-то что не так? — переспросил я, ошарашенный внезапной сменой темы. — Я говорю об охоте на маглов? Закроешь на нее глаза? Смиришься с их травлей? — Конечно, нет! При чем здесь это? — Ну, законы современного режима, за который ты так ратуешь, приравнивают маглов к животным. Единственное отличие – у животных не бывает маглорожденных. В этом случае их рассматривают, как «племенной скот», способный к производству ценного потомства. — Что? Я никогда об этом не слышал! — Конечно, не слышал. О таком на улицах не объявляют. Нужно уметь читать между строк. Все, что исходит от Волдеморта всегда полно коварства. Может, я действительно ошибаюсь? Может, восстание не лишено смысла? Боковым зрением я заметил нетерпеливый взгляд Муди – так смотрит кошка, загнавшая мышь в угол и уже выпустившая когти. — Он убил твоего крестного, ты в курсе, малыш? Я не шутил, когда рассказывал об этом. Он всех их убил... Вэнс, Джонс, Шеклболта. И хохотал при этом, как безумный. Я сузил глаза. Кажется, он весьма счастлив поделиться со мной подробностями. — Откуда информация? Вы там были? — Нет, там был Невилл. — В этом он не солгал. Нужно выяснить у него, что там стряслось на самом деле. — Думаете, я поверю, что Невилл смог выжить там, где другие погибли? — недоверчиво осведомился я, хотя знал, что Невилл был экипирован моей мантией. — Он сразу спрятался, чтоб было кому рассказать мне о случившемся. — То есть он до смерти перепугался, спрятался и оттуда наблюдал за гибелью своих товарищей, даже пальцем не шевельнув, чтобы им помочь? — Я впал в ярость. Вечно Муди изловчится вывернуть все факты наизнанку и обернуть их себе на пользу... — Эй, малыш, я всего лишь сказал тебе, что случилось. Нечего выплескивать свой гнев на меня. Прибереги его для Темного Лорда, ладно? — Да, конечно. Извините, — буркнул я, приняв смиренный вид. — Все в порядке, малыш. Просто подумай о моих словах, хорошо? Твоя помощь в рейдах нам бы очень пригодилась. Снисходительно похлопав меня по колену, он встал и направился к выходу. А я остался на диване – обмозговывать разговор. «Ух ты. До сих пор не верится, что он пытался обвинить меня в смерти Сириуса. Даже если это был своего рода тактический маневр, и Муди заранее предвидел мою реакцию, все равно лгать в таких вещах недопустимо. Ведь если бы не мой шпионаж, я бы не знал о сегодняшней миссии». «Что думаешь о ситуации с маглами?» — поинтересовался мой внутренний голос. «Ну, я и раньше знал, что в «царстве» Темного Лорда не все так радужно и безоблачно, как кажется на первый взгляд. Идеальных правлений не бывает». «А не слишком ли ты пренебрежителен? Маглы тоже люди. Или Муди прав, и тебе действительно плевать, что к ним относятся, как к животным?» «Полагаю, Муди несколько сгустил краски. Но в целом я с ним согласен. Так быть не должно. Но стоит ли на этом основании кардинально разрушать всю систему, жертвуя в процессе жителями поселка?» «А может, ты просто ищешь повод избавиться от «великой миссии», так как боишься, что Темный Лорд убьет тебя, едва ты перейдешь ему дорогу?» «Мерлин, подсознание, ты издеваешься надо мной? Моя «миссия» равносильна самоубийству. Без вариантов. Ты винишь меня в том, что я не хочу умирать из-за разногласий в магловском вопросе?» Молчаливый диалог с самим собой был прерван робким стуком в дверь. Опять? Моя популярность растет не по дням, а по часам. Я с трудом поднял себя с дивана. Такое ощущение, словно кто-то трансфигурировал мои мышцы в свинец. Прошаркав в прихожую, я открыл дверь. За ней никого не оказалось. Я насторожился, выхватил палочку и сфокусировал магическое зрение на дверном проеме. Я разглядел мутное пятно, но предпринять ничего не успел, так как оно заговорило: — Гарри, это я, Невилл, впусти меня! — Невилл? Ах да, конечно, у него же моя мантия-невидимка. Я распахнул дверь пошире, впуская парня. Оказавшись внутри, Невилл скинул мантию и отдал ее мне. Выглядел он довольно болезненно. По-детски пухлое лицо посерело, а вид был такой, словно он все эти пять дней не спал и не мылся. Наверное, я и сам выгляжу не лучше. — Какое совпадение. Я тоже хотел с тобой поговорить. Но ты избавил меня от необходимости тащиться к тебе домой, — сказал я без всякого выражения. — Ах, да, э-э... Я вздернул бровь, не впечатленный его красноречием. — Ну, проходи. Я вернулся на свой диван, а он проследовал за мной, низко опустив голову. Я сфокусировал на нем взгляд – он сглотнул. — И что дальше? Только не говори, что я тебя пугаю... — Нет, просто... мне совсем не хочется говорить о том дне, — признался он, слегка позеленев. — Тогда почему ты здесь? — может, я и был излишне суров к Невиллу, но последние события моей жизни не располагали к терпению. Стоило мне задуматься о причинах моего состояния, как я снова почувствовал острую горечь утраты. — Темный Лорд, он... он взял с меня обещание все тебе рассказать. — Что?! Ты говорил с Темным Лордом?! — воскликнул я с недоверием (и каплей тайной ревности). — Да... кхм... ну... в основном он рылся в моей памяти, да еще заставил дать клятву рассказать тебе о случившемся. — Рассказать о чем? — О том, что это не он убил твоего крестного. Он сказал, что Сириус и сам мог бы сообразить, что надевать проклятый артефакт не лучшая идея, с такой-то семьей... ну... ты знаешь. Он заставил меня поклясться, что я расскажу тебе об этом, потому что полагал, что Муди тебе солжет. Я погрузился в размышления. — А зачем Сириусу понадобилось надевать проклятый артефакт? — спросил я. — Не знаю. Что творилось внутри дома, я не видел. — Какого дома? — Разве Муди не рассказал тебе, что там было? Я думал, он за этим к тебе приходил... — Нет, он приходил, чтобы наврать мне с три короба и попытаться использовать смерть моего крестного в своих интересах. У меня вырвался протяжный вздох. На меня вдруг накатила ужасная усталость, и я растер лоб рукой. — Почему бы тебе просто не рассказать мне все с самого начала? — Ну, мы отправились на задание и оказались у реально жуткой лачуги, которая вроде как принадлежала предкам Темного Лорда... Потом Сириус активировал охранные чары и запер себя внутри, в ловушке! Мы пытались их разрушить, но Эммелина сказала, что это кровные чары, против которых мы бессильны. Потом мы ждали, и тут, откуда ни возьмись, выскочил разъяренный Темный Лорд! И сразу убил Эммелину! Бах! Одно движение – и она мертва! У них даже не было шанса объяснить, что они тут делают, или начать переговоры о капитуляции! Думаю, если мы с ним когда-нибудь встретимся, меня ждет то же самое... Он, не задумываясь, меня убьет. Как назойливую муху... — Потом Гестия и Кингсли вступили с ним в поединок, но он бьется гораздо лучше них и умеет блокировать смертельные проклятия! Реально блокировать! Беспалочковой магией! Тогда-то он и достал Гестию. О-о, это был просто ужас, он отрубил ей голову! Потом вышел Сириус – раненый и страдающий от боли. Он кинул в Темного Лорда смертельное проклятие, но промахнулся и убил Кингсли! Потом, не знаю почему, Сириус скрючился от боли и упал на землю, а Темный Лорд с ним разговаривал... Я плохо помню, о чем они говорили... Я чуть не взвыл от отчаяния. Самые важные подробности собирались проскочить мимо меня! Однако я взял себя в руки, глубоко вздохнул и посоветовал ему не торопиться и поднапрячь память – может, еще не все потеряно. — Хорошо... хорошо... Темный Лорд сказал нечто странное о подпитке проклятия Авадой. Я ничего не понял. Потом он стал совсем чудным и заговорил о тебе. Сириус крикнул ему, чтобы он держался от тебя подальше, а он почему-то сказал, что жаждет вашей встречи и думает, что это взаимно. — Наверное, он имел в виду мою «миссию», ну… ты знаешь. Очевидно, он с нетерпением ждет возможности меня убить, или как-то так... Пару мгновений Невилл изучал меня взглядом, поджав губы, а потом выдал: — Я так не думаю, как-то... не так это прозвучало... — Хм... может, продолжишь рассказ? — Ой, да, конечно... кхм, о чем это я? Так вот, он, значит, весь такой: я надеюсь, ты попрощался со своим крестником перед уходом... а потом он сказал что-то про любовь к тебе... — Постой-постой, что он сказал? — растерянно перебил я. Мои щеки порозовели. — Он сказал, что Сириус любит тебя, как сына, и что ему следовало бы сказать тебе об этом, потому что скоро он умрет и бросит тебя также... как и твои родители? Я застыл. Именно это Сириус и сказал мне перед смертью. Получается, Темный Лорд подсказал ему, что говорить? Даже не знаю, что и думать. Правда... — И тогда я попытался напасть на Темного Лорда, но это не слишком помогло – он меня придушил, и я не мог двинуться с места. Затем он порылся в моей голове и сказал, что я умнее, чем выгляжу! Прям так и сказал, этими самыми словами! Потом он стребовал с меня клятву и все. — Что значит «все»? Он просто отпустил тебя? — Да, он сказал, что тела ему не нужны, и что я должен забрать Сириуса, потому что он еще жив... или что-то вроде того. Я помолчал, обдумывая услышанное. Мда, не похоже, что Темный Лорд хотел убить Сириуса. Наоборот, создается впечатление, что Волдеморт готов был пощадить его ради меня... Но почему? — Ах, да, забыл. Как-то странно Темный Лорд отреагировал на мое присутствие. Мне показалось, что он принял меня за кого-то другого и был разочарован тем, как легко он меня поймал... Не знаю почему... — Я тоже не знаю, Невилл, — вздохнул я. Рассказ привел меня в еще большее замешательство. Темный Лорд решил заманить меня в ловушку? Надеется заставить меня отказаться от «миссии»? Зачем ему вообще с этим заморачиваться? Держу пари, он просто пытается свести меня с ума... Я смутно слышал, как Невилл бормочет что-то о возвращении в сад, но не стал утруждать себя ответом. Когда он ушел, я встал и подошел к окну в гостиной. Из него открывался вид на взрастивший меня поселок. Он целиком и полностью держался на магии. Местные жители магией расширили пространство домов, отремонтировали крыши и разбитые окна, очистили округу от мусора и грязи. Если бы не волшебство, они жили бы в заросших бурьяном развалинах. Все они были взрослыми людьми, которые сознательно подняли восстание... Но их детей привел сюда выбор родителей. При достижении определенного возраста они примыкают к повстанческому движению под давлением взрослых. Это неправильно. Невиллу было шестнадцать, когда ему пришлось ходить на собрания, и семнадцать, когда его отправили на опасное задание, где он был вынужден наблюдать, как убивают его команду. Это несправедливо. Муди – больной человек, и если, посылая информацию аврорам, я помогу приблизить конец этого безумного противостояния, значит, так тому и быть. И если это приведет к гибели кого-то из этих взрослых, значит такова цена за спасение их детей, вынужденных здесь расти. Я дам им свободу выбора, которой у нас с Невиллом никогда не было.